Пролог
23 января 2017 г., 19:33
***
Когда в семье начинаются проблемы, то каждый член семьи сам за себя. Никому не нужны чужие проблемы, когда своих уже достаточно. Многие семьи сейчас такие, которые не видят очевидного и забывают о родственных узах, идя против брата своего или матери. Нынче такие люди в нашем мире, не желающие брать ответственность ни за себя, ни за других… Ни даже за ребёнка…***
Семья Мин ничем не отличалась от других. У них могли быть деньги и слава, но ничего такого они не имели. Но даже так они были счастливы, пока это счастье окончательно не покинуло их любящую семью. Куча долгов, оставшихся от отца легли на хрупкие плечи матери и та спилась, наслаждаясь тем, как горло обжигает спиртное. Маленький Юнги плачет и прячется в своей комнате, жмуря глаза и закрывая уши, чтобы не слышать криков матери. Почему именно маленькие дети страдают из-за поступков взрослых? Они должны наслаждаться детством, а не видеть, как их родители медленно губят друг друга… А когда мать Юна со слезами на глазах стала одевать мальчишку, то Юнги понял, что случится что-то нехорошее. — Не плачь, мама, — просит черноволосый мальчик, стирая с лица матери застывшие слёзы. Госпожа Мин улыбается и обнимает Юнги, затем берёт за руку, и оба выходят на улицу. Моросит дождь, но они продолжают идти, вскоре, останавливаясь у какого-то мрачного здания. Юнги тянет мать за рукав, не понимая, зачем они сюда пришли. Женщина наклоняется к мальчику и плачет, касаясь пальцами лица сына. Тот ещё ребёнок и не понимает, что задумала его мать. От неё несёт спиртным, хотя раньше пахло ромашками, которые Мин так сильно любил и дарил матери каждый день. Словно это было вчера, а не несколько дней назад. — Юнги, постой пока здесь. Я скоро вернусь… Только не иди за мной, хорошо, малыш? — слова даются с трудом, но женщина улыбается. Через силу, но улыбается. Мальчишка протестующе хватает маму за край пальто и старается не заплакать. Он ведь сильный. Так папа всегда говорил… — Не уходи, мама! Я с тобой пойду, — хнычет Юн, крепче сжимая пальчики на мамином пальто. Женщина рыдает, гладя сына по волосам. — Прости, Юнги, но я не могу взять тебя с собой. Я скоро вернусь… Я обещаю… — хрипит она и отпускает ладошку мальчика, прося присесть на одну из скамеек на веранде здания. Женщина поправляет курточку на теле мальчика, а затем целует в лобик. — Только возвращайся поскорее, — плачет Юн, наблюдая за тем, как силуэт матери стремительно удаляется. Ответом мальчику идёт тишина… Малыш цепляется маленькими пальчиками за единственную игрушку, что подарили ему родители и принимается ждать. Ждать, когда его заберёт мама. Ждал. Но никто… так и не пришёл… Юнги плачет на скамейке, зовя маму, но никто не откликается. А затем его забирают, как оказалось — в приют… Юнги говорит всем, что его мать вернётся, но с каждым годом надежда пропадает всё быстрее. Мальчишке уже шёл шестнадцатый год, а затем его к себе забирает приемная семья. Одинокая пара, не имеющая детей, очень любила мальчика, даря ему всё своё тепло и любовь. Юнги радовался тому, что счастье вновь вернулось к нему. Но… снова ненадолго… В тот день родители должны были отметить годовщину свадьбы, но так и не добрались до ресторана. Какой-то пьяный лихач сбил супружескую пару и уехал с места преступления. Спасти, к сожалению, никого не удалось… На могилу пришёл лишь один Юнги, ибо все родственники отвернулись от них ещё тогда, когда Юн вошёл в их семью. Никто из них не принял мальчика, но родители души не чаяли в своём сыне. На кладбище холодно, и как всегда моросит дождик и дует холодный ветер. Вечные спутники в жизни семнадцатилетнего Юнги… За душой не осталось ничего. Ни денег, ни дома, ни семьи. Мину пришлось работать на нескольких работах сразу. Друзей и близких у него не было, а школу он так и не смог закончить. Средств на учёбу не было и приходилось работать официантом или уборщиком, получая мизерную зарплату. Уж лучше так, чем вообще не иметь ничего. Юнги снимает квартиру. Маленькую, но всё же свою. Обустраивает её по-своему, но за несколько лет она так и не превратилась в обитель уюта… Юнги по-прежнему слишком одинок…
