Полиэтиленовые души

      Медленно тикала секундная стрелка, минута нехотя сменяла другую в часах, висевших на светлой стене. Лопасти вентилятора в люстре размерено крутились, тихо поскрипывая. Тишину изредка нарушали звуки печатания на клавиатуре.       - Эй, Гино-сан, я слышал, новая докторша - красотка, это так? – Нарушил сонную тишину Кагари, поворачиваясь на катающемся стуле, скрестив руки на затылке. Юноша, постреливая глазками из стороны в сторону, лучезарно улыбался, он источал запах сухого шампанского, а волосы цвета ржи едва уловимо колыхались от порывов вентилятора. Шусей всегда радовался новому лицу в их узком кругу, ему казалось, что с появлением нового человека станет на толику веселей. Звездочки в глазах так невинно перекручивались по очередному кругу. Поймав рассерженный взгляд начальника, парень хихикнул себе под нос.       Лицо Гинозы исказилось в неприязненной гримасе от воспоминания об этой девушке. Хотя бы здесь, на своем рабочем месте, он не желал о ней вспоминать.       - Не отвлекайся от выполнения порученного тебе задания и не задавай глупых вопросов! - Железным голосом проговорил Гиноза. Он уже устал постоянно держать этих псов на коротком поводке. А новый Инспектор ничуть не облегчает ему работу, а наоборот, создает дополнительные трудности.       - Так здорово, что у нас прибавилось сразу две красавицы, не правда ли, Аканэ-чан? - Широкая улыбка озарила лицо парня.       - А, наверное... - Тихонько пробормотала покрасневшая Аканэ.       Гинозе показалось, что если он сейчас не сделает перерыв в работе, то его монитор полетит в голову Кагари.       - Я жду готовую статистику ровно через час, время пошло, - метнув угрожающий взгляд в сторону подчиненного, Нобучика вышел из кабинета.

***

      - Прошу прощения... - Гиноза обернулся, почувствовав, что задел кого-то спиной, - а, это вы...       - То есть, если это я, то прощения просить не нужно? - В раздражении начала заводиться Элиз, глядя на коричневое, от пролитого кофе, пятно, расползавшееся по белому халату. - Почему всякий раз, когда вы рядом, со мной обязательно происходит что-нибудь неприятное? - И вполголоса добавила, - ведь вашего присутствия и так уже достаточно...       - По-моему, это уже переходит всякие границы. И извинения все-таки можете принять на свой личный счет. А вообще, смотреть нужно по сторонам, здесь кафетерий, в конце концов.       Элиз смотрела в глаза Нобучике и отчаянно сдерживала острое желание вмазать ему. Впервые за всю жизнь Элиз пришли в голову мысли о насилии: до этого ей ни разу не хотелось никого ударить.       - Инспектор, когда я смогу увидеть Харукаву? - Спросила Элиз, переводя тему.       - Не знаю, возможно, никогда. - Задумчиво ответил Гиноза.       - Как это понимать? - В зеленых глазах загорелись опасные огоньки.       - Его направили на терапию.       - Разве вы его взяли не для того, чтобы провести исследование и выяснить причину его странного изменения коэффициента?       - Да, однако, после Главой было принято решение сначала провести лечение и, если ничего не изменится, проводить исследование.       - Не успела... – обреченно усмехнувшись, ответила Элиз. У Гинозы сложилось впечатление, будто она не была слишком уж удивлена данным событием.       - Что с его кровью? Есть какие-нибудь результаты?       - Я же вам сказала, сразу сообщу, как что-то будет известно. На данный момент могу лишь сказать, что случай действительно стоящий особого внимания. Жаль, что не удалось заполучить его... - Последнюю фразу Элиз сказала самой себе, прикусывая нижнюю губу. Она ожидала чего-то подобного, как только начала проводить исследование его крови.       - Жду ваших результатов, Доктор. - Ответил Гиноза, и оба разошлись, каждый на свой этаж.       После разговора с Гинозой, доктор ещё больше уверилась в своих догадках. Если было принято решение отправить Харукаву на терапию до проведения исследования, значит, она не одна заметила его особенность.       За один день терапия окончена не будет, во что бы то ни стало, Элиз нужно было осмотреть Харукаву и взять ещё крови и кусочек кожного покрова для анализа Генетического соответствия. Одна лихорадочная мысль сменяла другую, еще более безумную, но какие бы идеи не приходили ей в голову, она прекрасно понимала, что легально это сделать точно не получится, ей просто не позволят вмешаться в процесс терапии. И всё-таки ей очень нужен этот анализ.       Сидя у себя в лаборатории и сверяя полученные образцы, Элиз всё больше убеждалась в необходимости дополнительной информации.       Ближе к концу рабочего дня Элиз очень четко осознала одно: без поддержки ей никак не обойтись. Она здесь всего второй день, ни с кем пока ещё не знакома. Вряд ли кто-то захочет оказать ей помощь, а уж тем более пойти совместно на какой-то противоправный шаг, да и сама она была очень сконфужена в своих противоречивых мыслях. Ведь она только-только устроилась на работу, ей хотелось произвести достойное впечатление, а нарушать правила - это последнее, что вообще могло прийти ей в голову. Однако желание докопаться до истины было превыше всего, а более раннее изученный результат очень обескуражил её.       Проходя по пустынному коридору, Элиз, закусив губу, искренне надеялась на то, что её отрывочное представление о Гинозе Набучике, своеобразный психологический портрет, который она уже на автомате мысленно набрасывала о каждом человеке, с которым пересекалась, был верным.       - Так и знала... - прошептала Элиз, заглядывая сквозь прозрачные двери офиса, в котором ещё горел свет.       - Тук-тук, - сказала девушка, открывая дверь офиса, - я надеялась застать вас на работе. Мне нужна ваша помощь. - Сразу перешла к самому главному Элиз.       - Вот как? Что ж, мне даже интересно, какого рода помощь вам может понадобиться от меня? - С некоторой долей сарказма в голосе ответил Гиноза.       - Мне очень важно, чтобы вы меня правильно поняли. - Элиз пропустила мимо ушей его колкость. - Мне нужна кровь Харукавы.       - Да вы прямо как вампир из детских сказок! – Брови Гинозы взлетели вверх.       - Мне нужно сделать ещё один анализ! – Настойчиво продолжала Элиз, не моргая, смотрела прямо в глаза Гинозе.       - Доктор Тонкс, я вам уже всё сказал ранее: Харукава на терапии, если будет необходимость в проведении исс...       - Этот анализ нужно взять до окончания терапии, это очень важно! - Перебила его девушка.       - Это невозможно. - Безапелляционным тоном ответил мужчина, хотя это было сложно сделать. Зеленые глаза казались сейчас особенно большими, складывалось впечатление, что они обладали рентгеновским излучением. От этого взгляда становилось не по себе и Гинозе хотелось, чтобы девушка поскорее ушла. Он вновь уставился в компьютер, показывая девушке, что разговор окончен, и он очень занят.       Элиз подкатила соседний стул и села рядом с Гинозой, кладя руки на бумаги, на его рабочем столе.       - Так просто вы меня в покое не оставите, не так ли? - Элиз энергично помотала головой из стороны в сторону. - Что мне нужно вам сказать, чтобы мы закончили этот разговор? – С обреченным вздохом спросил мужчина.       - Что вы мне поможете. - Уверенно ответила девушка.       - Помогу в чем? Чего конкретно вы от меня хотите? Я понял, что вам нужен анализ до завершения терапии, но это абсолютно исключено.       - Должен быть какой-то выход. - Упрямо продолжала Элиз.       - Да, прямо позади вас стеклянная дверь - выход, и он вас ждет.       - Инспектор, мне, кроме вас, больше не к кому обратиться. Вы должны мне помочь! - Яркие зеленые глаза с напором смотрели на мужчину, отчего у Гинозы слегка путались мысли, он никак не мог понять, что вообще от него хотела Элиз. - Ведь эта ситуация нестандартная, вы сами мне об этом рассказывали, неужели вы думаете, что терапия - это правильное решение? Даже если она ему поможет, где гарантия, что это не повторится снова или случится с кем-то другим? Мы должны выяснить причину, а не бороться с последствиями! - Во время своей пламенной речи Элиз несколько подалась вперед. - Согласны?       Гиноза снял очки, протер их и надел обратно.       - Вы сомневаетесь в решении, принятом Сивиллой? - Вздохнув, задал вопрос Нобучика.       "Черт!" - про себя выругалась девушка. Она знала, что с ним будет очень непросто. С этим человеком нужно быть очень осторожным.       - Инспектор, я ни за что не стала бы вас просить о содействии, если бы могла справиться сама и уж тем более, если в этом не было бы никакой необходимости. - Убедительно проговорила Элиз.       - Я не оставил без внимания тот факт, что вы проигнорировали мой вопрос. Если вас что-то не устраивает в текущем положении дел, смело можете обратиться к Главе Касей, она выслушает вас и ваши доводы. – Гинозе очень не нравился весь этот разговор.       - Я вас поняла, Инспектор, именно так и поступлю. – Тонкс почувствовала, что стоит завершить разговор, иначе ничем хорошим он не закончится.       Элиз вышла из кабинета, пожелав на прощание Гинозе счастливых выходных. Она не собиралась идти к Главе, в чем Нобучика нисколько не сомневался. Он явственно ощущал, что девушка обязательно сделает какую-нибудь глупость, однако не сбирался вмешиваться. Безусловно, его беспокоил тот факт, что он был в курсе намерения доктора нарушить приказ о прекращении исследования и не остановил девушку. А бездействие в данном случае – всё равно что нарушение приказа, наравне с Тонкс.       Выругавшись про себя, Гиноза отключил компьютер и пошел на поиски девушки. Он не сомневался, что найдет её возле одной из палат проходящих терапию граждан.       Элиз корила себя за то, что вообще решилась обратиться к Нобучике. Ведь теперь он знает о её намерении и может помешать или сдать начальству.       Отыскав палату Харукавы, девушка начала взламывать защитный код.       - И что, по-вашему, вы сейчас делаете, доктор Тонкс? – Ледяным голосом задал вопрос Гиноза.       - Не хотите помогать, так не мешайте. – Отозвалась девушка соответствующим тоном.       - Вы понимаете, что нарушаете приказ Главы о прекращении исследования? – В негодовании продолжал мужчина.       - Можете проверить данные моего психопаспорта, и убедиться, что мои действия полностью одобрены Сивиллой. – Злорадно ухмыльнувшись себе под нос, ответила девушка, продолжая взламывать код.       Гиноза направил на девушку датчик и с удивлением обнаружил, что её коэффициент в абсолютной норме. Это сильно сбило его с толку.       - Не верите вашим показаниям, идите к Главе и доложите о моем противоправном поведении. – Продолжала Элиз, будучи уверенной, что он этого не сделает.       Что-то щелкнуло в замке, и дверь открылась.       - Доктор, я вас ждал. – с натяжным звоном прошелестел, находящийся в палате мужчина.       - Здравствуйте, Изумо. Как чувствуете себя? - Улыбнувшись, спросила девушка.       - Лучше, когда вижу, что вы вошли ко мне, взломав входную дверь. – Лукаво улыбаясь, он смотрел в глаза девушки с пониманием. – Вам снова нужна моя кровь, не так ли? Мужчина вальяжно развалился на высокой койке, стоящей рядом с тусклой стеной, его плечи подрагивали, подавляя очередной нервный жуткий смех. - Доктор Тонкс? – Прядь неухоженных пепельных волос соскользнула с искаженного скуластого лица, открывая безумный и обескураживающий взгляд золотистых глаз. Металлический звон тишины на мгновение, словно перышко на весах уравновесил баланс накаленных эмоций.       - Верно… - несколько растеряно проговорила Элиз. Холодный и бездумный взгляд Харукавы пронизывал ее, как дьявольские шипы так извилисто и льстиво проникали в плоть своей жертвы. Треугольный вырез рубашки открывал уродливый шрам по всей груди, а его изящные, но такие же сухие и костлявые руки, как его лицо, были исполосованы в мелкие царапины. Неприятный ком подкатил к горлу, подавляя собственный страх, девушка принялась за работу, кажется, что впервые за этот долгий день она была рада присутствию рядом с собой Гинозы.       Взяв необходимые анализы, Тонкс пожелала Изумо скорейшего выздоровления. Девушка уже закрывала дверь, когда услышала голос низкий и хриплый, голос Харукавы.       - Вы же знаете, что мне не дадут выздороветь, доктор. – В тот самый момент внутри девушки что-то надломилось, с треском оповещая глухим ударом в висках. Время вокруг словно застыло, сознание окутало жалкой пеленой воспоминаний, картинки быстротечно сменяли друг друга, словно снимки в руках кинематографа, но даже этот опьяняющий аромат прошлого не мог погасить мерцание этих золотисто-янтарных глаз, которые все так же с толикой досады прожигали ее. Мужчина немного грустно склонил голову вбок.       - Существует абсолютное противоречие во всех наших суждениях, ведь так? – Вполголоса отрешенность сменяла безумие, Элиз была больше не в силах вглядываться в бездну рокового золота этого мужчины, она отвернулась и стремительно направилась к выходу, бросив на прощание несколько бездумных и утешающих фраз. Абсолютно пустых и недосягаемых уже для обезумевшего и потерявшего самого себя в пучине отчаяния Харукаве Изумо.       - Что он имел в виду? – испуганно спросила она у Гинозы.       - О чем вы? – в недоумении поглядывая на неё, спросил Нобучика.       - Вы не слышали, что он сказал? – Тонкс стало ещё больше не по себе.       - Нет. – Коротко отрезал мужчина. Он вообще пожалел о том, что пошел за девушкой. Ведь его целью было остановить её, а он просто наблюдал за тем, что она делала. Хотя он и не видел ничего особенного в том, что она хочет сделать ещё какой-то анализ, тем не менее, вся эта ситуация ему не нравилась: если исследование приказали приостановить, значит, продолжать его не следовало. – Я обязан доложить Главе обо всех ваших действиях, однако я не понимаю, к чему всё это, - сказал Гиноза, имея в виду затею девушки.       - Я ищу правду, ради правды, Инспектор. – С грустью в голосе проговорила девушка. – А вы?       Элиз развернулась и ушла, не дожидаясь ответа на свой вопрос. Она и так знала тот ответ, который мог дать Инспектор первого подразделения БОБ. Ей просто хотелось навести Нобучику на размышления и заставить усомниться в собственных убеждениях, если такое вообще возможно.       Элиз возвращалась домой на машине, включив автоматическое управление. Сама вести она сейчас никак не могла – слишком много противоречивых мыслей разрывало её голову на части. И последняя фраза Изумо никак не шла у девушки из головы. «Что он имел в виду? Почему это звучало так… странно?». Эта мысль больше всех других не давала покоя девушке.       Контрастный душ смыл всю грязь и груз обязанностей этого злополучного дня. Девушка вышла в просторную гостиную, где на журнальном столике уже стояла кружка с раннее заваренным крупнолистовым зеленым чаем. Чтобы тишина окончательно не сгубила и без того пошатнувшейся рассудок, Тонкс включила телевизор. Перещелкивая рандомно каналы, остановила свой выбор на “Local news”, на экране сразу оповестили прогноз погоды на завтра, предвещая кратковременные дожди, ветер 5 м/с, пасмурно. Мгновение. Белое махровое полотенце соскальзывает на пол за спинку дивана, перебив раннее желание переключить канал, шатенка рывком наклоняется вниз, чтобы поднять скатившейся…Маленький листочек чая снова всплыл со дна на поверхность, переплывая по водной глади от одного края емкости к другому. Эти слова… Уже слышала раннее, осознание неизбежности словно током пробило сознание, заставив замереть поток нелепых и однотипных суждений.       - Я думаю, это плохая идея! – С дрожью в голосе, нервничая, сказала Тонкс.       - Иногда и плохие идеи приносят существенный результат, Элиз. – Его тихий, спокойный голос всегда производил убеждающее воздействие на девушку, даже если она была против того, что они собирались сделать. Элиз замечала всё чаще, что её устраивают далеко не все пути к разгадкам различных тайн, которыми они шли с Макищимой рука об руку. И, тем не менее, она не могла остановиться. Он был словно яд, наркотик, вводимый ей на ежедневной основе. Ей было плохо без него, но и с ним было уже не очень хорошо. Он начал пугать девушку. Ей казалось, что парень зашел уже слишком далеко.       - И всё-таки… - Элиз решила осуществить ещё одну попытку остановить друга.       - Ты со мной или нет? – Перебил её парень.       - Да, с тобой… - Прошептала Тонкс, на глаза её навернулись слезы, когда Макищима отвернулся.       - Элиз, зачем ты это сделала? – Каждое его слово было пронизано болью, страхом и ужасом.       - Прости… я не думала, что всё выйдет именно так! – Слезы струились по бледному лицу девушки.       - Ты врешь! Ведь ты прекрасно знала, к чему это всё может привести! Почему ты идешь на поводу у Макищимы? Разве не замечаешь, что он манипулирует тобой, слово марионеткой? Разве не видишь, что он прогнил изнутри, Элиз?       - Нет, это не так… - Несколько неуверенно ответила девушка.       - Ты ведь знаешь, что они не дадут мне выздороветь… - Это были последние слова, что услышала от него Тонкс.       - Элиз! Элиз! Что ты натворила? Почему ты это сделала? – Встревоженный, такой знакомый голос.       - Тецуя! Ты же… умер! – Страх сковал сердце девушки, слезы безудержно лились по её лицу.       - Зачем ты сделала это, Элиз, его теперь уже не спасти! Ты снова совершила ту же ошибку! Почему? – Казалось, парень был ужасно разочарован девушкой, не верил тому, что она могла совершить нечто столь ужасное.       - Прости! Прости меня, Тецуя! – У Тонкс началась истерика.       - Твои извинения мне не помогут… Они не помогут и Харукаве Изумо… - Расстроенно проговорил он.       - Что? – Сердце Элиз сжалось от страха и непонимания. Вынырнув из пучины сознания, девушка едва ли почувствовала остатки горячего чая на своей рубашке, тело колотила нервная дрожь, а по лицу струились слезы. Как же больно. Почему мне снова больно?       - Нет, как же так, как же так?! – Сильный страх, чувство вины и безысходности скрутили живот девушки.       Следующее утро не предвещало ничего хорошего: огромные синяки под глазами, опоздание на работу, пробка, затхлая магистраль. Все, как комом свалилось на хрупкие плечи девушки, загоняя в угол.       Вот уже минуя очередной поворот извилистого коридора Отделения Специальных Расследований, девушка на ходу оправляла длинные волосы назад, как на зло воротник пиджака задрался и не поддавался любым упрекам девушки.       - Доброе утро, инспектор. Элиз в спешке, не глядя, пробормотала приветствие, желая скорее раствориться с глаз долой и сердце… Тишина. Нобучика стоял в полуобороте, уже опустив кран с холодной водой у кулера, послышался треск от смятого пластика, длинные изящные пальцы мужчины смяли стаканчик с небывалой легкостью, на мгновение он задержался, словно о чем-то задумался, но только что пронесшейся вихрь, а точнее сказать - Тонкс, вывел из оцепенения. Наверное, девушка была не в силах проглотить его немое и совсем некультурное молчание на ее “доброе утро”. Перестал разноситься по коридору торопливый стук каблуков и извилистое шуршание мед-халата.       Стоя все так же спиной к инспектору – вас не учили…       - Харукава Изумо мертв. Ледяной и тактичный тембр перебил нервное лепетание девушки.       - М-мертв?       Охватило оцепенение ледяной хваткой, Элиз рывком развернулась, но к уже отдаляющемуся мужчине. Плечи вздернули наверх, словно охватив тугими тисками вырвали остаток самообладания, остановившись ноющей болью под левым ребром. Виновата, виновата, виновата… Только лишь одна мысль разрывала виски резким импульсом. Я снова не успела. Реальность взрывается заточенными осколками, а боль, заполняющая, как чашу все тело до краев безрассудства. Она испытала презрение к самой себе. Блеск бушующего взора ее души сменялся искусственной маской спокойствия, но тело словно сплюснуло под резким напором. Сейчас она разбитая кукла, поломанная на части, шарниры со звоном разлетелись на атомы, пеплом ускользая в бездну. Девять лет назад быть поверженной и уничтоженной изнутри. Девять лет назад очутиться на краю чужой бездны, безумно бросаться в лестничный пролет с мольбой о помощи, а после непринужденно танцевать на осколках чужого самовластия души. Девять лет назад так неистово и быстро ускользали, словно песок сквозь пальцы. Занавес уже успел опуститься, шелестящий палантин окутывал шепотом творца, манящий и еле доносимый страх.       По телу пробежал холодок, окатывая дрожью по всему телу, вводя в заблуждение. Со звоном укатился намагниченный шарнир дальше по извилистому лабиринту. Мгновение. Глухим ударом распростертое тело девушки повалилось на пол, от удара воздух выбило из легких, тело пронзило разрывающей болью от кончиков пальцев до мутного сгустка сознания в затылке. Вокруг все приняло бледные оттенки, а после растворилось в бессознательной завесе.       Обычный рабочий день сотрудников Исполнительного комитета первого отделения специальной Японской полиции. Тишина сменяла скрупулезные шаги работников отделения, люди словно цепные механизмы перебирались с одного этажа на другой, бездумно пересчитывая папки с документами секретарши спешили с докладом. Где-то послышался легкий шелест бумаги, размеренное постукивание о клавиши, а где-то звон разбитого стекла о матовый кафель лаборатории. Оснащенная вытяжка уносила расточительный аромат растворимого кофе и крепкого чая. Обеденный перерыв. Минутная стрелка нагоняла часовую, а ведь утро уже клонилось в заход солнца, отступая прохладному вечеру.