Royal

      – Антоша, – я почувствовал, как меня кто-то треплет за плечо. – Антош, вставай, а то проспишь.       – Ну мам, еще пять минуточек, – промычал я на автомате, только потом сообразив, что это действительно мама.       – Уже десять минут восьмого. Если через двадцать минут не будешь готов – пойдешь в школу пешком, – настаивала мать.       – Я на метро, езжай сама, дай поспать еще немного, – не унимался я.       – Что за глупости, зачем тебе ездить на метро, когда я могу тебя довезти. Вставай.       Ну что ж ты прогулять мне не даешь, где твое сострадание?       Моя мать – странная женщина. Сегодня она может приготовить завтрак, довезти до школы, потом забрать на обед и спрашивать как успехи и прочее, а завтра даже не проверит, проснулся ли я. И вот с этим никогда не угадаешь. Пришлось смириться и поднять свое бренное тело с кровати. После жаркого секса и неудачного сна на шезлонге до сих пор болело все, каждая клеточка меня страдала. Я скривился, но все-таки совладал с собой, встал и пошел в душ. Ванную возле моей комнаты, конечно же, заняла мама, поэтому пришлось идти в дальнюю. Вообще для меня всегда было загадкой, зачем нам с мамой на двоих такая огромная квартира с кучей комнат. Спальных мест было столько, что я каждую ночь в неделе мог спать на новом. Однако две ванные комнаты - это действительно удобно. Я быстро принял прохладный душ, дабы как-то взбодриться и, обернув полотенце вокруг бедер, вернулся в комнату. При желании узнать, сколько у меня времени в запасе, с ужасом вспоминаю 3% и как бросил телефон в угол с одеждой. Быстро выудив его из кармана джинсов, вижу 1%, и что у меня осталось 7 минут. Быстро подключаю зарядное устройство, теша себя надеждами, что он хоть дольше двух уроков проживет. Какой же я дебил, господи. Стоя возле шкафа и натягивая голубую рубашку с закатанными рукавами поверх белой майки, продолжаю негодовать из-за собственной тупости. Проверяю кольца, браслеты, поправляю прическу, скидываю случайные тетради в сумку – готов, а в запасе еще пара минут. Сижу собранный и с лицом сверхразума над телефоном, и в комнату заглядывает мама, оповещая, что пора выходить. С грустью наблюдая 11% на экране, отключаю подзарядку и иду обуваться.       – Я заеду за тобой после уроков, – прервала тишину пятиминутной поездки мама.       – Зачем? – спросил я, не отводя взгляда от мелькающих за окном зданий.       – Пообедаем вместе, – пожав плечами, ответила она.       – Ладно, – я не стал ей перечить, зная, что это бесполезно, и был сосредоточен на том, чтобы не уснуть.       Высадив меня у школьных ворот за десять минут до начала уроков, мама пожелала мне удачи и отправилась на работу. Обреченно вздохнув и окинув взглядом стекающихся в школу учеников, иду следом за ними. В коридоре нахожу свой шкафчик, разбираюсь с расписанием на сегодня, всматриваясь в лист, висящий на внутренней стороне дверки шкафчика, и беру нужные книги. Я учусь в выпускном классе престижной гимназии. Почему нашу школу назвали гимназией известно одному лишь богу. Учащихся тут, к слову, тысячи две и никакой обязательной униформы. Эта школа для богатеньких слеплена по подобию европейских школ. Как в плане архитектуры и дизайна, так и в плане внутреннего распорядка. На первый взгляд создает впечатление школы из фильмов, тут они преуспели, однако в плане дисциплины явно залажали. У наших семей много денег, а нам нужен красивый аттестат, чтобы не позорить родителей и поступить в престижный вуз. Для нашего успешного образования родители вкладывают в школу круглые суммы, из-за чего к нам не могут относиться как в рядовых школах. Нам не ставят двойки налево и направо, не докапываются с посещаемостью и почтения больше тут скорее учителя проявляют к нам, нежели ученики к ним. Ну не мудрено – недельные карманные расходы у старшеклассника тут в среднем как месячная зарплата преподавателя. Я бы не сказал, что чересчур злоупотребляю этим. Могу прогуливать, не всегда готовлюсь к занятиям, это да, но к учителям все-таки отношусь уважительно. Ну, к большинству. Не стоит удивляться, что я вообще учусь, а не для галочки школу навещаю. Некоторые предметы мне даются сами собой, некоторые интересны. Кстати, плюс нашей школы все-таки в том, что обязательных предметов в расписании мало, большинство мы выбираем сами, чтобы углубленно изучать для поступления. К слову, немало учеников, несмотря на свой статус действительно прилежно учатся.       Первым уроком у меня сегодня химия, а значит, в кабинете я увижу своего друга. Наше с ним расписание совпадало процентов на восемьдесят, и большинство уроков мы проводили вместе. К химии сегодня я, разумеется, готов не был, но по неясным причинам она мне легко давалась, и я схватывал все на лету. Пройдя в кабинет, я нашел своего друга за нашим привычным местом – предпоследняя парта у окна.       – Утро доброе, – усмехнувшись, поздоровался Дима, протягивая мне руку.       В голове невольно всплыла картина, как ночью тот незнакомец протягивал мне свою руку, после чего увлек за собой во двор.       – И вам здрасте, – отогнав навязчивые воспоминания, поздоровался я с другом, и мы обменялись привычными рукопожатиями.       – Выглядишь убитым, – заключил он, когда я, сев слева от друга, сразу же положил голову на парту и тяжело вздохнул. – Много я вчера пропустил?       – Зависит от того, как рано ты свалил, – промычал я себе под нос, после чего повернул голову в сторону Димы. – Что вообще за прикол такой: сваливать, когда начинается самое веселье?       – Ты же знаешь, что я не слишком это люблю и хожу только ради тебя, – ничего нового я не услышал.       Прозвенел звонок на урок, и преподаватель, зайдя в класс, начал монотонные объяснения чего-то там. Слушать я конечно не собирался. Спасибо, химия, не сегодня. Я все еще лежал на парте, и мысли о последней вечеринке сами лезли ко мне в голову.       – Дим, – тихо позвал я друга, с кем-то переписывающегося ВК.       – Слушаю внимательно, – он повернулся в мою сторону, убирая телефон.       – Это же ты меня вчера привел туда, – припомнил я. – Чей это дом вообще?       – Это гостевой дом семьи одного моего недавнего знакомого. Ты вроде его не знаешь. Его Сергей зовут. Невысокий такой, армянин вроде. Забавный малый, – объяснил мне шепотом друг.       – Дим, а… – я хотел было начать расспрашивать друга, но к нам на парту прилетели тесты, и пришлось закрыть рот и решать.       По звонку сдав работы, мы вышли в коридор и сквозь толпу суетящихся учеников направились к кабинету литературы. Я подумал, что это неплохой шанс продолжить разговор.       – Слушай, Дим, – обратился я к другу, призадумываясь и сощурив глаза. – А вот помнишь, там такой парниша был вчера, такой, немного ниже меня ростом, брюнет с голубыми глазами. У него еще такие узкие в вертикальную полоску штаны были. Помнишь? – попробовал я слепить описание незнакомца, убрав все словосочетания на подобие «охуенно целуется», «нереально сосет» и «большой член».       – Я с ним знаком? – подумав какое-то время, спросил Дима.       – Не знаю, я его впервые видел там, – я пожал плечами.       – Может друг хозяина дома. Я такого не припоминаю. А что, он на неприятности какие-то нарвался?       – Да нет вроде, – подумав, ответил я, глядя в толпу.       – И зачем он тебе тогда сдался? – не унимался Дима.       – Просто так.       – Просто так ничего не бывает, – все еще настаивал друг.       – Да серьезно, – отмахнулся я. – Просто.       Я отвернул голову в противоположную сторону, давая понять, что разговор окончен. И не поверил своим глазам в тот момент.       – Дим, Дима! – начал я трясти друга за плечо. – Вон тот, видишь? В рубашке синей, с подтяжками, смотри, смотри!       Я буквально тыкал пальцем на фигуру в другом конце коридора, которая вскоре потерялась среди людей. Я абсолютно уверен, что это был он.       – Где? – Дима отчаянно всматривался в толпу. – Я не вижу.       – Да все, ушел уже, – разочарованно вздохнул я.       Вот же блядство. Упустить такой шанс, да ладно вам. Неужели я настолько невезучий? Хотя погодите, точно. Придя в кабинет литературы, и заняв свои излюбленные места, мы с Димой сразу достали свои телефоны, так как этот урок не предвещал ничего интересного. Хоть ВК посижу. Ага, ну точно, 9%. Да что за ебаный насрал. Еще и свалить не могу из-за того, что мама забирает меня на обед. Я уронил голову на сложенные на парте руки, и в который раз за утро отчаянно замычал. Ну точно не мой день сегодня.       Я спал на литературе, пытался не вырубиться и решал тест на английском, старался изо всех сил уловить что-нибудь из рассказа историка и просто желал всем сердцем своей скорейшей кончины на алгебре. А на перерывах изображал жирафа вперемешку с голубем в поисках того парня. Дима оставил попытки выяснить, что же со мной сегодня не так и просто сидел и переписывался с девчонками. Разумеется, мне не хватило ума взять из дома зарядное устройство или хоть немного зарядить телефон в машине, и как назло, ни у кого из знакомых, с которыми я пересекся в коридоре, не было подзарядки, поэтому я страдал, глядя как заряд аккумулятора тает на глазах. Благо, уроков было только пять, иначе я бы точно не пережил этот день. Закинув книги в шкаф, я попрощался с Димой и вышел на школьное крыльцо ждать маму. Она любила периодически забирать меня на обеды, да и я, в общем, не был против, но только не сегодня. Я начал засыпать стоя, и буквально пары минут не хватило для того, чтобы я грохнулся и скатился по лестнице вниз, но послышался гудок машины, который меня не просто разбудил, но еще и нехило так напугал. Открыв глаза и рассеянно помотав головой, я нашел взглядом мамину машину и спустился к ней.       – Привет. Как-то ты устало выглядишь, – заметила мама, взглянув мне в лицо, когда я усаживался на переднем сидении.       – Немного замучался на уроках, да и ночью спал плохо, – отмахнулся я, пристегиваясь и скидывая сумку на заднее сиденье. – А ты как?       – Да как обычно – работы вал. Такая суматоха сейчас в офисе. Помнишь бухгалтершу, тетю Наташу? Так вот ты не поверишь, она… – мама начала посвящать меня во все наисвежайшие сплетни, которые я, в основном, пропускал мимо ушей.       На самом деле было очевидно, что меня абсолютно не ебет, в каких брюках пришла Олеся, и что Оля решила закадрить Игоря. Но я всегда спрашивал такое у мамы и слушал (ну или хотя бы делал вид), потому что мы с ней давно живем только вдвоем, и ей надо с кем-то поговорить обо всем этом. А живем мы вдвоем потому, что мой отец полнейший мудоеб. Мама всегда работала на богатеньких, но в те времена денег получала намного меньше, чем сейчас. Я помню еще, что жили мы в старой обычной квартире, однако она всюду искала деньги, чтобы оплачивать мне мою нынешнюю школу. И вот одним летом у них там произошел какой-то инцидент с махинациями бюджетом государства, судом и сменой руководства. Тогда денег вообще почти ни у кого не было, и все побежали с той фирмы как с тонущего корабля, но мама осталась. Отец, который по сути сам никогда не зарабатывал, распсиховался, что мама не приносит денег, и ушел. В общем, тогда мама сосредоточилась на помощи новому руководству и содействии в восстановлении честного имени фирмы. До сих пор никак в толк не возьму, почему она так любит эту фирму. Спустя полгода от того лета все в офисе вернулось на круги своя, а маму повысили до значимой должности, и, соответственно, повысилась и ее зарплата. Она рассчиталась со всеми долгами, а отец, узнав об этом, начал ползать у нее в ногах, чтобы она простила его. Ясное дело, моя мать не дура и оформила развод с отказом от алиментов, которые он все равно не выплачивал бы. Потом только лишняя волокита по судам была бы. Восемь лет прошло, маму повысили еще больше, денег она тоже стала получать больше, а отца и след простыл, потому что мама пригрозилась подать заявление в полицию, если он не прекратит нас преследовать.       Мама следила за дорогой, рассказывая про то, что кто-то у них съедает все вишневые йогурты из холодильника и «какая-то скотина так и не научилась нормально пользоваться фильтрами для кофе». Она подозревает, что это Оля и «не потому, что тут дело в каком-то предвзятом отношении к ней, а потому, что Оля простофиля и неумеха». Я же буквально спал с открытыми глазами и совсем не осознавал, что она мне там рассказывает. В голове снова невольно начал всплывать образ того парня с вечеринки. Невероятно длинные темные ресницы, словно кристально чистые озера прекрасные глаза, нежные, как лепестки фиалок, губы. Такого я никогда не встречал. И, вероятно, больше не встречу. То, что мы вероятнее всего учимся в одной школе, конечно, явный плюс. Но десятки сотен учащихся, помимо нас двоих, явно не пойдут на пользу моим поискам. Хотя, когда я так просто сдавался?       Краем глаза заметив шевеление на соседнем сидении, я оглянулся и понял, что машина припаркована у нашего любимого ресторана с вывеской «BRASSERIE МОСТ». Мама взяла сумочку с заднего сидения и вышла из машины, а я выполз вслед за ней. Все, как и в любой другой совместный обед. Тот же персонал, те же фразы, тот же седьмой столик у окна на двух персон на фамилию Шастун. И мамин заказ тоже стандартный. Я попросил принести мне только полюбившийся «Салат с авокадо, грейпфрутом, крабом и креветками» и стакан воды.       – Не заказал стейк? У тебя нет аппетита? – поинтересовалась мама, пока мы ждали заказ.       – Да, что-то не голоден, – я пожал плечами.       – Надеюсь, ты не болен.       – Все в порядке, – заверил я маму, после чего она снова начала мне что-то рассказывать.       Нам принесли еду, мама все никак не могла наговориться, и я, продолжая слушать ее, неспешно жевал свой салат и оглядывал помещение.       Вообще, это уютное заведение с хорошей едой, теплой атмосферой и вежливым персоналом. Цены тут, конечно, соответствующие, но мы без проблем можем себе такое позволить. Обедать здесь любили не только мы, и сейчас почти все столики заняты. Я отложил вилку и начал медленно потягивать воду из стакана, продолжая смотреть то на неумолкающую маму, то на вещи и людей вокруг. В какой-то момент я подавился водой и сильно закашлялся, потому что, клянусь, я снова его увидел! Мама забеспокоилась, в порядке ли я, и, когда я откашлялся и весь покраснел, отправила в уборную умыться. Сверля взглядом спину парня в синей рубашке в другом конце ресторана, я скрылся за дверью с табличкой «WC». Выплеснув приличное количество воды себе на лицо, я глядел на свое отражение, опершись руками о раковину. Это какие-то игры разума? Почему я всюду его встречаю? Или же он мне уже мерещится? А что… А что если его нет? Нет и никогда не было. Что если он плод моего воображения, и в действительности это голубоглазое сокровище – лишь мираж? Тогда, парень напротив, у меня для тебя плохие новости.       Вытерев бумажными полотенцами лицо и руки, я вернулся на место. Чуть не свернув себе шею и не выронив глаза из орбит, я отчаянно искал ту самую спину, но парень словно растворился в воздухе, и тот столик был свободен. Мама действительно начала переживать за мое состояние и предложила закончить наш обед.       – Не переживай, мам, – пытался я ее успокоить.       – Да ладно, поехали. Все равно мы уже поели, – убеждала меня мать.       После пятиминутных препирательств я все-таки согласился уехать. Я так сильно старался задержаться здесь в надежде еще раз его увидеть, но увы. Мама оплатила счет, и мы вернулись в машину. Она довезла меня до дома, решая какие-то вопросы по телефону, и вернулась в офис. Зайдя в подъезд, я услышал, как меня приветствует консьержка.       – Татьяна Семеновна, сейчас поднимусь за деньгами, погодите, – вспомнил про уговор я.       – Погоди, дружок, – остановила она меня. – Я как раз об этом поговорить хотела. Поди-ка сюда.       – Слушаю, – я неспешно подошел к ее столу.       – Не надо больше этого, – нахмурившись, сказала она.       – В смысле? Вы маме хотите все рассказать? Или она знает уже? – я немного запаниковал. Маме явно не стоит знать все эти подробности моей жизни, которые я от нее тщательно скрываю.       – Да нет, дурак что ли? – отмахнулась Татьяна Семеновна. – Денег больше брать не буду твоих. Сын на хорошую работу устроился, с деньгами проблем нет теперь. Да и никогда мне это не нравилось. А выдавать тебя мне ни к чему.       – Вы больше не будете меня прикрывать? – явный недосып очень сказывался.       – Мы с тобой уже давние знакомые, Шастун. Так что считай, буду делать это в качестве дружеской помощи. Я тоже была молодой, понимаю тебя, – она мягко улыбнулась. – А сейчас тебе поспать лишним не будет, выглядишь ужасно.       – Спасибо, Татьяна Семеновна, – я улыбнулся ей в ответ и направился к лифту. – Всего доброго!       Неожиданным поворотом стал ее отказ от денег, но мне же лучше. У меня не было ни сил, ни желания размышлять о ее мотивах. Завалившись в квартиру, я чувствовал, что жизненной энергии во мне едва ли хватает, чтобы дойти до собственной кровати. Буквально ползя по стеночке, как блядский человек-паук, я добрался до комнаты, сразу же упал в постель и уснул.