Royal

      – Антоша, – сквозь сон я услышал мягкий голос мамы и приоткрыл глаза.       Она стояла около моей кровати с маленькой бутылкой воды в руках. За ее спиной была приоткрыта дверь в коридор, откуда в комнату просочилось немного света. Бросив взгляд на окно, я увидел, что уже темно. Я был безмерно благодарен ей за то, что когда я сплю, она не включает свет в моей комнате, ибо это высшая степень жестокости.       – Который час? – хриплым ото сна голосом спросил я маму.       – Девять. Ты нормально себя чувствуешь? Голова не болит? – заботливо спросила она.       – Все в порядке, мам, не переживай, – заверил я ее, однако голова на самом деле болела.       – Вот вода, если захочешь, – она протянула мне бутылку. – Кушать будешь?       – Спасибо, я не голодный, – я взял воду из ее рук. – Можно мне дальше спать?       Мама понимающе кивнула и тихо вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Вокруг опять стало темно. Я открыл пол-литровую бутылку и залпом осушил половину, а потом понемногу допил и остатки, так как пить хотелось очень. Убирая пустую бутылку на пол, замечаю в темноте телефон, отражающий экраном свет с улицы. Надо, наконец, его зарядить. Дотянувшись до провода, вставляю его в разъем телефона, и экран загорается, а иконка вверху показывает, что идет зарядка. Разблокировав телефон, чтобы завести будильник, вижу кучу уведомлений ВК. Ладно, на пару минут. Открываю приложение, которое оповещает о семнадцати новых заявках в друзья. Точно, каждый раз после тусовок такое. Надеются, что сблизятся со мной. Ну, это маловероятно, ребята. Не глядя нажимаю везде «принять» и быстро проверяю сообщения. Какие-то смешные картинки от Димы и куча невнятной чухни от едва знакомых мне людей, стремящихся со мной поговорить или завести дружбу. Всего доброго. Закрываю приложение, завожу будильник на 6:50 и, убрав телефон, ложусь спать дальше.

***

      Проснувшись за пятнадцать минут до будильника и не найдя какого-либо смысла засыпать, отключаю его и, сладко потянувшись на кровати, направляюсь в душ. Неспешно проделываю все водные процедуры, задержавшись под приятными теплыми струйками воды подольше, оборачиваюсь в полотенце и возвращаюсь в комнату. Слышу, как мама возится с кофеваркой и в такую рань уже кого-то ругает по телефону. Не придав этому особого значения, продолжаю не торопясь собираться. Сегодня у меня есть время покопаться в гардеробе и подобрать прикид. Отчего-то настроение какое-то прекрасно умиротворенное, и кажется, что сегодня будет хороший день. Может, это из-за того, что я выспался? Кто знает. Немного порывшись среди вешалок и на полках, остановил свой выбор на драных, светло-синих джинсах и бледно-розовой кофте. Вероятно, мне показалось, что в этом я буду выглядеть недостаточно по-гейски, и я достал из коробки и натянул на ноги практически новые белые конверсы и тщательно уложил волосы.       Когда я, стоя у зеркала, поправлял выбивающиеся из прически волосинки, в комнату влетела мама, надевая серьги, быстро бросила мне, что спешит и не может подвезти меня сегодня и что-то про обед, после чего удалилась. Буквально через минуту послышался хлопок входной двери. Сняв телефон с зарядки, взглянул на загоревшийся экран и обнаружил, что у меня, в принципе, еще куча времени в запасе. Но так как дома мне делать уже нечего, я закинул тетради в портфель и пошел на станцию метро. Несмотря на то, что делал я все с черепашьей скоростью, придя на станцию, я сел на поезд, предшествующий моему обычному в расписании. Людей здесь было меньше, и я даже умудрился сесть. Я планировал эти несколько минут поездки позалипать в интернете, но неловкость из-за пристального взгляда какого-то парня не давала мне спокойно сидеть. Ненавижу, когда на меня пялятся в общественном транспорте. Народ, я не телепузик, во мне нет экрана с мультиками, нечего так на меня смотреть. В конце концов, я не выдержал, достал наушники и включил музыку. Выходить мне надо уже на этой станции, и я подошел к двери и спрятался за бабулей, чтобы тот парень перестал смотреть на меня.       В принципе моя поездка в метро от дома до школы – одна станция. Зачем я езжу? Ну, по утрам я слишком ленив, чтобы около получаса топать пешком, а автобусы это ну прям не мое. Могу себе позволить.       И все же, даже эта фигня с пялящимся парнем в вагоне метро не испортила мое настроение. Я поднялся из подземки под веселенькую песню в наушниках и, практически пританцовывая, направился к школе ничего вокруг себя не замечая. Меня одолевало непонятно откуда взявшееся хорошее предчувствие, и это было как-то странно. Я практически подошел к школе, но вспомнил, что времени еще куча, и свернул во двор, где мы с другом обычно курили. Скинув рюкзак с плеча на скамейку, и усевшись рядом с ним, я достал пачку сигарет и зажигалку. Не сказал бы я, что у меня прямо-таки зависимость. Могу, в принципе, долгое время не курить, но иногда прям ну очень хочется. Хотя в основном курю за компанию с ребятами, по привычке. Или по пьяни. Раскинувшись на скамейке, медленно втягиваю дым и смотрю вверх, запрокинув голову. Надо мной свисают ветви еще зеленой березы, вверху вьются птицы, по светло-голубому небу мягко плывут редкие белые облака. Внезапно над моим лицом появляется чья-то щелкающая пальцами рука. Я выпрямляюсь, достаю наушники и гляжу на того, кто побеспокоил меня.       – Утро доброе, – здоровается со мной Дима и, подкурив, протягивает мне руку.       – Добрейшее, – отвечаю я, улыбаясь, и пожимаю ему руку.       – Даже так? – ухмыльнувшись и вскинув брови, он взглянул на меня.       – Именно, – киваю я и улыбаюсь еще шире в подтверждение своих слов. – А ты не рановато?       – А сам-то? – прыснул друг. – Небось, в такую рань в школе с младших классов не появлялся. Сегодня что, случится апокалипсис?       – Ну, этого я прогнозировать не стану, – пожал я плечами, бросая окурок в урну. – А вот двойку тебе по химии за вчерашний тест гарантирую.       – Тоже мне астролог, это я и сам знаю, – Дима поспешно докурил, выбросив окурок вслед за моим. – Ну, погнали.       Друг кивнул головой в сторону школы, куда уже начинали стекаться ученики, и пошел в том же направлении. Я схватил свой портфель и, на ходу закидывая его на плечо, поспешил вслед за Димой.       Первым уроком была физика, и пережить ее мне предстояло без лучшего друга. Домашнее задание я, разумеется, подготовить не соизволил и думал только о том, как сильно хочу слиться с мебелью в кабинете, чтобы меня не спросили. По счастливейшему стечению обстоятельств преподаватель явился на урок лишь за десять минут до конца и меня пронесло. А день становится все лучше! Казалось бы, но как бы не так.       Придя на биологию и встретившись там с Димой, я уже ожидал какого-нибудь сюрприза. Не от друга, как вы могли подумать, а от преподавателя. Так как биология является той дисциплиной, которую мне предстоит сдавать (спасибо, мам), мы, то бишь люди, которые изучают ее углубленно, подвергаемся всякого рода пыткам. И, как и следовало ожидать, в первые же пять минут урока нас известили, что в ближайшее время наша дополнительная биология будет проходить в зимнем саду. Ухаживать за кустиками и выращивать в теплице помидорки ммм мое любимое, блять. А сегодня у нас проверочная, оказывается. Счастливые люди пишут тест на пятнадцать вопросов, а такие мученики как мы на сорок плюс десять задач. Благо биологию я знаю нормально и с тестом справился хоть и не на «отлично», но вполне неплохо. Хотя меня это утомило, и настроение стало немного хуже.       На уроке русского языка преподшу как будто змеи негодования покусали, и она была в ярости и проводила в буквальном блять смысле слова расстрел. Почти весь класс побывал у доски, и большинство получили знатных пиздюлей за отсутствие знаний. Эля вообще в слезах из кабинета убежала и до конца урока так и не вернулась. Тут меня обошло стороной, но такие вот уроки не особо настроение поднимают, знаете ли.       Придя в столовую, и увидев табличку с надписью «терминал временно не работает» я мысленно выругался и ушел голодным на физкультуру. По дороге к раздевалке я увидел того самого голубоглазого парня. Он стоял в коридоре у окна в окружении каких-то смазливых баб и с чего-то смеялся вместе с ними. Ну и пожалуйста. Зайдя в тренерскую и навесив там физруку лапши на уши, я свалил в медкабинет и провалялся на кушетке весь урок под предлогом головокружения. В телефоне посидеть не получилось, потому что медсестра, завидев чудо техники в моих руках, сразу же отобрала его, сказав отдыхать, хотя сама потом мне полчаса рассказывала какие-то мутные истории. Я уже раз пятнадцать пожалел, что свалил с физ-ры.       Доползая до кабинета обществознания мне казалось, что это будет не пятый урок, а пятьдесят пятый. После физкультуры Дима как всегда задерживался из-за того что принимал душ и я планировал скоротать перемену зайдя ВК, но не тут то было. Ко мне подсела Эля и стала трепаться о какой-то херне и засыпать меня вопросами. Боже да что тебе от меня надо? Я смотрел на настенные часы, стараясь силой мысли ускорить движение стрелок, но время только тянулось медленнее. Когда, наконец, прозвенел спасительный звонок на урок, а вместе с ним в кабинет зашел Дима и еще несколько одноклассников, а Эля ушла на свое место, я облегченно вздохнул. Уж этот урок я смогу пережить нормально. И в принципе ничего плохого не произошло. Как и ничего хорошего. Мы проводили очередной нудный разбор тестов, что меня жутко раздражало и утомляло. До конца урока я старался не уснуть и сосредоточиться на происходящем, чтобы меня не застали врасплох, вызвав отвечать.       Казалось, мое хорошее настроение не просто начало сдавать позиции, а уже распрощалось со мной окончательно, хотя впереди еще предстояло пережить сорок пять минут алгебры. Пока я рылся в своем шкафчике в поисках учебника, зазвонил телефон. «Входящий: Мама». Я вздохнул, вспомнив, что утром она упомянула обед, и принял вызов. А день ведь так хорошо начинался!       – Да, мам, – я зажал трубку между ухом и плечом и снова полез в шкаф. Ну у меня и свалка тут все-таки.       – Сынок, я касательно сегодняшнего обеда, – начала она, но осеклась. – Ой, у тебя же не урок сейчас?       – Я же говорю с тобой, – закатил я глаза, достав очередную стопку хрен-пойми-чего с полки. – Все нормально, у меня перемена. Так что там?       – Сегодня такая суматоха, что я не смогу отъехать среди дня, – я улыбнулся, уже понимая, к чему она ведет.       – Вот как, – не выдававшим моей радости тоном сказал я, отрывая взгляд от учебников, глядя теперь в другой конец коридора и переместив телефон в руку.       – Да, тут полная неразбериха, – устало вздохнула мама. – Называется, поручила составить отчетность, а она вывалила все на плечи нового сотрудника... – мама продолжала рассказывать абсолютно не интересующие меня детали, в то время как я заметил в толпе учеников уже такую знакомую фигуру.       Я пытался проследить за ним взглядом, вытянув шею и сделав шаг к центру коридора, но он скрылся, завернув на лестницу. Это уже было похоже на ритуал: заметить, пытаться выследить, потерять. Иногда мне казалось, что он все знает и просто-напросто издевается надо мной.       – Антон? – послышалось в трубке. Упс.       – А? – подал я голос, пытаясь сделать вид, что не пропустил мимо ушей все, что она сказала.       – Я спрашиваю: пообедаешь без меня? – повторила вопрос мама. – Ты вообще меня слушаешь?       – Слушаю, конечно, просто отвлекся немного, – оправдывался я и, взглянув на стопку в руке, добавил: – искал учебник по алгебре в шкафу.       – Ладно, – мама, кажется, сочла это достойным поводом. – Ну так что?       – Без проблем, мам. Работа есть работа.       – Все нормально? – мама переживала, будто я могу на это обидеться.       – Да, мам, – я усердно запихивал книги на полку, так и не найдя нужный учебник, так как мне это больше не было нужно, но они норовили выпасть, как краем глаза я заметил, что за мной пронесся тот парень. Снова?! Я быстро повернулся, глядя на его удаляющийся силуэт. Тот же синий пиджак и белые штаны, что и несколько минут назад исчезнувшие на лестнице. Точно он. Он меня не замечает? Не узнает? Или просто игнорирует? Надеюсь, что не последнее. Это было бы весьма обидно и ощутимо ударило бы по моему ЧСВ.       – Ну ладно. Смотри там аккуратно, – заключила мама, возвращая меня к разговору с ней.       – Окей, мам, – я продолжал глядеть на парня, который отойдя не слишком-то далеко от меня, остановился около, видимо, своего шкафчика, и выкладывал туда книги.       – И позвонишь мне, когда будешь дома.       – Ладно, мам, – мы оба знали, что ей будет не до моего звонка и поэтому я звонить не стану, но она считала своим родительским долгом требовать этого от меня.       – И не наедайся сладкого, а нормально поешь, – продолжила начитывать лекцию мама. – И вынесешь мусор!       – Хорошо, мам, – когда парень захлопнул свой шкафчик и спешно покинул коридор, я проклинал весь мир за то, что в этом крыле школы нет учебных аудиторий и вообще чего-либо, кроме шкафчиков. И что именно в этом вечно тихом коридоре находится мой шкафчик. И что именно сейчас здесь кроме меня вообще ни души. И что я упустил из-за телефонного разговора с мамой, который он однозначно слышал из-за этой блядской тишины вокруг, такую возможность.       – Вот и умничка, – удовлетворенно сказала мама. – Мне пора бежать. Отключаюсь.       Она блять издевается? Ну почему она не позвонила хотя бы тремя минутами позже или раньше? Господи ну за что? Я откинул голову назад, глядя в потолок, и глухо завыл аки морж, после чего вернулся к шкафчику, снимая с дверки портфель и захлопывая ее. Направившись к выходу со школы, я не мог определиться, что с моим настроением. С одной стороны мама отменила обед, и я ухожу с последнего урока. Также я могу спокойно зайти в любимый Старбакс на так называемый обед. Однако, с другой стороны я трижды за сегодня упустил того паренька. Трижды, Карл! Да и уроки не радовали. В общем, если подумать, то «хорошее» все-таки преобладало на чаше весов моего настроения. Я вспомнил, что этот урок у меня с Димой все равно разный, и со спокойной душой покинул школу.       На улице было немного прохладно, хотя светило солнце. Ветер холодными пальцами пробирался под кофту, и меня передергивало, отчего спина и руки становились похожи на гусиную кожу. Я поежился и, ускорив шаг, направился в Старбакс. Он находился совсем недалеко от школы, и я дошел всего минут за семь, однако так замерз, будто час стоял на ветру. Я всегда был жутким мерзляком. Многие спокойно ходили в майках и шортах, в то время как я натягивал на ледяные пальцы рукава кофты. В помещении кофейни было как всегда уютно и тепло. Взяв двойной латте и маффин с черникой, я расположился на диванчике. Справа от моего столика было окно, за которым до сих пор стояли огороженные чисто декоративным белым заборчиком летние столики с зонтиками с плетеными креслами. И там даже прямо сейчас сидели люди и пили кофе! Без курток! Понимаете, о чем я? Ой, не важно.       Мой названный обед выглядел и пах так аппетитно, что я готов был сию же секунду наброситься на него. Однако поднеся ладонь к кофе, я понял, что он еще слишком горячий и стоит подождать. Скоротать это время я решил сидя ВК. В последний раз я заходил ночью, а весь день всем от меня что-то было нужно и мне было не до телефона. Появилась еще пара заявок в друзья, которые я принял, как всегда, даже не читая имен. Открыв диалоги, вижу новое сообщение от Димы в самом верху.       Дима Позов (13:07) «мне Эля сказала, что ты с алгебры свалил ну и как это понимать??!»       И прикрепил фото себя в кабинете истории с нахмуренными бровями и выглядывающим из-за головы портретом Колумба. Я тихо усмехнулся.       Антон Шастун (13:13) «я не на помойке себя нашел, чтобы последним уроком нечленораздельную речь математицы слушать :ь»       И наскоро сделав селфи своего довольного лица так, чтобы в кадр попал кофе, отправил его следом за сообщением, начав потягивать этот самый кофе.       Вернувшись к списку диалогов, вижу новое сообщение от незнакомого мне человека. Сделав очередной глоток, от скуки решаю посмотреть, кто это и нажимаю на аватарку загадочного собеседника, чтобы перейти к нему на страницу. Открыв первую же фотографию профиля, я поперхнулся кофе и закашлялся еще сильнее, чем вчера на обеде с мамой. Быстро возвращаюсь к диалогам и открываю сообщение.       Арсений Попов (13:13) «как вообще может нравиться такой сладкий латте?»       Я не мог поверить своим глазам. Это он. Он мне написал. САМ. И упомянул латте. Вы никогда, и поскольку, а зачем – все мои вопросы. Я не мог подобрать слов, а мысли рассыпались, словно бисер по паркету. Что я вообще должен ответить? Так, Антоша, выдох-вдох-выдох... Ох, щас кони двину. Мне спросить напрямую? Стоило бы. Но делать этого я конечно не буду.       Антон Шастун (13:15) «он вовсе не сладкий, если сравнивать с твоими губами»       БОЖЕ ЧТО Я ДЕЛАЮ? Я сам себе копаю могилу. Совсем забыв про кофе, я вжимаюсь в мягкий кожаный диванчик в надежде исчезнуть. Не помню, чтобы я когда-нибудь вообще так волновался, заигрывая с кем-то, тем более в переписке. Я сейчас от стыда сгорю, господи. Неотрывно гляжу в экран телефона. «Арсений набирает сообщение…» Да что вы знаете о панике?       Арсений Попов (13:16) «если бы у тебя была возможность взглянуть на эти губы снова, ты бы ею воспользовался?»       Да. Да! ДА! Черт возьми, да! Что за идиотские вопросы. Но, о боже, который час? Время не менее идиотских ответов от меня! Что ж, продолжаем рыть себе могилу. Я сейчас умру со стыда, так и не съев свой маффин. Мам, кажется, я у тебя мазохист.       Антон Шастун (13:18) «только лишь взглянуть?»       Арсений Попов (13:18) «не все сразу ;) »       Смайлик? В нем какой-то скрытый смысл? Что я должен думать? Остановите меня.       Антон Шастун (13:19) «да, я бы воспользовался такой возможностью»       К чему он вообще ведет? Простите, я не силен в ребусах.       Арсений Попов (13:19) «взгляни направо»       Я практически подскочил на месте, судорожно вспоминая, где же право. Наконец сориентировавшись, я повернул голову в нужном направлении и уставился в окно. Бегло осмотрев людей за столиками под окнами кофейни, я зацепился взглядом за стоящего около проема в заборчике парня. Видно, что он собирался уходить. Парень запихнул в карман белых брюк черный Айфон, снял со спинки кресла синий пиджак и ловко натянул его на себя в два движения. Когда, наконец, мой взгляд поднялся к его лицу, я увидел, что он, улыбаясь уголками губ, смотрит прямо мне в глаза. Взяв со столика стаканчик кофе, а с кресла сумку, он обошел заборчик, напоследок взглянув мне в глаза и чмокнув губами, после чего поспешно скрылся в толпе.       Латте давно остыл, как и маффин в общем-то, но я совсем забыл об этом. Еще несколько раз обновив диалоги, в надежде что он что-то еще написал, я покинул кофейню. С той минуты, как он положил телефон в карман, он был оффлайн. Мои мысли спутались, как старая рыболовная леска. Я молча перешел дорогу, молча зашел в вагон метро, молча доехал и зашел в подъезд, молча поднялся в квартиру, и только захлопнув за собой входную дверь, я не выдержал потока собственных мыслей.       – Ну и что это блять вообще такое было еб твою мать? – громко спросил я у пустоты.       Ответ я не получил и разумеется не рассчитывал. Хотя очень хотелось бы, чтобы кто-нибудь мне все объяснил. Не смотря на то, что я вечно голодный, а сегодня даже маффин не съел, аппетита совсем не было уже второй день. Может, я умираю?       Я прошел в комнату и, рухнув на кровать, первым делом полез снова проверять, не написал ли он. Однако надпись в его профиле говорила о том, что он так и не появлялся в сети. Хм, Арсений значит… Красивое имя. Очень ему подходит. Видимо, я добавил его в друзья прошлым вечером. Идиотская привычка добавлять всех подряд. А если бы он не написал мне в кофейне? Я так бы и не узнал, что он у меня в друзьях и до него только руку протяни, а не бегай по школе как умалишенный.       Я просмотрел все его фотографии, облазил стену, друзей и вообще всю открытую информацию. Группы и аудиозаписи он скрыл. На стене записей было всего шесть, и те особо о нем ничего мне не поведали. Просто парочка репостов красивых картин (реально картин!) и посты с какими-то эстетичными фотографиями и треками. Друзей у него было относительно немного, особенно если сравнивать с моим. Однако все встало на свои места, когда я увидел, сколько у него подписчиков. На фотографиях и записях куча лайков. Ну, не мудрено. Долго сверля взглядом его ясные голубые глаза на аве, я все-таки лайкнул. Не думаю, что он заметит меня в таком количестве лайкнувших.       За эти полчаса моих копаний на его странице он не появился онлайн, и я отбросил телефон на кровать. Все, что у меня было из жалкого подобия информации о нем это то, что он любит красивые картинки и музыку, и его статус «I’ll be Peter Pen and you just be pretty». Правда, от этого толку было чуть меньше, чем ноль.       Вспомнив, что мама просила вынести мусор, я встал с кровати и взглянул в зеркало. Волосы немного растрепались, ну и плевать. Я быстро сбегал до мусоропровода и вернулся домой. Мысли об этом парне не давали покоя. И с чего я так на нем зациклился? В попытке отвлечься я сел за выполнение домашки. И это сработало! Но заняло меня всего на пару часов и вот я снова не знаю, куда себя деть от мыслей о нем и как удержаться от желания написать ему. Какое-то время я тупо слонялся по квартире и в итоге просто рухнул на свою кровать. Я припомнил его статус: я буду Питером Пеном, а ты просто будь милашкой? Вроде типа того. Понятия не имею, что это значит. Есть ли вообще смысл в этих словах? К черту все, это невыносимо. Я понятия не имею, что со мной такое происходит. Занимаясь самокопанием, я незаметно для самого себя уснул.

***

      Мама, как и вчера, разбудила меня в девять вечера, но на этот раз я встал. Казалось, теперь я так выспался, что минимум полночи не смогу уснуть. А это значит, что я буду ворочаться в постели в попытках отогнать всякие мысли. И всем нам известно, что по ночам эти самые мысли в наших головах просто сводят с ума. Да уж, так себе перспектива. А ведь день так хорошо начинался! Уже в который раз за сегодня меня посещает эта мысль.       Найдя на кровати телефон я, ну разумеется, зашел ВК в надежде увидеть новое сообщение от Арсения. Ничего. Ну, собственно, а чего я ожидал? Что он бросится писать мне любовные письма? А нужны ли мне они? Что мне вообще нужно? Боже, почему я такой сложный. А он не был онлайн с того самого момента, как мы переписывались. Может, еще не все потеряно? Слишком много блять вопросов.       Я сидел на кровати, глядя в открытый с ним диалог. «Взгляни направо». Осознавая, что это старое сообщение, я почему-то все равно на автомате бросил быстрый взгляд направо. Как и ожидалось, там лишь было частично завешенное шторой окно и кактус на подоконнике, вместо красавчика. Должен ли я написать ему? Я нажал на поле ввода сообщения, на экране появилась клавиатура и я задумался. Ну и что мне ему писать? «Привет, как жизнь?» или «клевые картины репостишь, красавчик». Что за бред. Я тяжело вздохнул и, заблокировав телефон, отбросил его.       А ведь он заметил, что заказывая латте, я попросил двойной сахар. Видимо, в этот момент он был где-то совсем рядом и тоже заказывал кофе, а я и не заметил его. Что очень, кстати, странно. За последние пару дней у меня уже чуйка выработалась на него. Может все-таки… Я снова взял телефон в руки и провел пальцем по экрану, разблокировав. Передо мной был все тот же диалог, а Арсений все еще «был в сети в 13:19». Такое чувство, что на моих плечах сидели ангел и демон, как в мультиках. Ангел нашептывал мне, чтобы я забыл об этом парне и жил себе дальше спокойно, а демон кричал, что я должен написать ему прямо сейчас и ни о каких «забыть» не может быть и речи. Некоторое время я крутился на кровати и издавал странные звуки из-за того, что выбор слишком давил на меня, но потом все же чаша соблазна на весах моего разума была склонена демоном, и я твердо решил написать. Я сел по-турецки и обнял подушку, придумывая текст сообщения. Но так как природа особо умом меня не наградила, я как всегда написал полнейшую хрень. «если мой латте кажется тебе сладким, то ты просто не видел свой зад»       Нет, это даже для меня слишком (разве?). Стираю сообщение и строчу новое.       Антон Шастун (21:53) «если мой латте для тебя слишком сладкий, то какой же кофе ты пьешь?»       Отправив сообщение, я тут же закрыл диалог. И приложение. И выключил звук в телефоне. И отключил интернет. И, заблокировав его, бросил на кровать, навалившись сверху подушкой и утыкаясь в нее лицом. Почему я так по-идиотски себя чувствую? Мне что, пять лет? Шумно выдохнув в подушку, я поднялся и включил свет в комнате. Я начал запихивать тетради в портфель и в это время заглянула мама, спросив, не хочу ли я есть. В действительности я был очень голоден, поэтому отказываться не стал. Пройдя следом за мамой на кухню, я уселся за стол, пока она накладывала мне овощное рагу и тушеную телятину. Я не был особо привередлив в еде, однако, как и многие любил всякую вредную пищу, вроде фастфуда или какой-нибудь нереально острой мексиканской еды. Мама же больше склонялась к более здоровому и правильному питанию. Что ж, готовила она вкусно, так что и это я ел с аппетитом. Я следил за мамиными плавными движениями, и что-то мне казалось в ней странным.       – Ма-а-а-м, – протянул я.       – Что? – не поворачиваясь, отозвалась она.       – Ты ничего не хочешь мне рассказать? – с подозрением спросил я.       – О чем ты? – она удивленно взглянула на меня, ставя на стол тарелку.       – Ты выглядишь так, будто случилось что-то хорошее, хотя, по-моему, все как обычно, – рассуждал я, начав набивать рот. – А значит, ты скрываешь от меня что-то хорошее, – жуя мясо и прищурив глаза, сказал я и указал вилкой на маму, которая снимала фартук.       – Что за глупости? Ешь, давай, Шерлок, – усмехнулась она и вышла с кухни.       Нет, мадам, мы не первый день знакомы, вы явно что-то скрываете. Ну, в общем-то, не хочет рассказывать, пускай не рассказывает. Если она счастлива, то и я рад. Другое дело, если бы она выглядела так, будто случилось что-то плохое. Тогда бы я от нее так просто не отстал. Быстро поев, я помыл за собой посуду и вернулся в комнату.       Пока я размышлял о подозрительно приподнятом настроении мамы, из головы совсем вылетело, что я писал сообщение Арсению, однако когда мой взгляд упал на подушку, под которой находился телефон, я снова занервничал. Это так странно – когда ты пишешь какое-то важное для тебя сообщение ты почему-то сразу убегаешь, боясь ответа. С другой стороны, он сам добавил меня в друзья, сам мне написал, да еще и какие-то неоднозначные ребусы типа «не все сразу» слал.       Внешне настроив себя на то, что ответа не будет и с видом смирившего с игнорированием, я подошел к кровати и достал из-под подушки телефон. Я очень усердно старался себе доказать, что не жду от него сообщения, однако внутри меня горячим пламенем жгла надежда, что ответ все-таки будет. Я разблокировал телефон, включил звук, подключил вай-фай и открыл ВК. Задержав дыхание на несколько секунд, я смотрел на вращающийся кружок загрузки в центре экрана. Очень хотелось зажмуриться, чтобы не видеть диалогов. Однако только эта мысль промелькнула в моей голове, как все загрузилось, а сообщения от него так и не было. Одновременно доказывая себе, что я так и знал, и стараясь унять какое-то непонятное разочарование, я неясно зачем нажал на «обновить» и, не дожидаясь повторной загрузки, бросил телефон на кровать, рухнув рядом лицом в подушку.       Внезапно в голове исчезли практически все мысли, оставив место только каким-то грустным догадкам. Я начал было проваливаться в яму тоски, как услышал звук входящего сообщения. На долю секунды сердце замерло, и я едва ли переборол желание мгновенно схватить телефон и прочесть новое сообщение. С минуту я лежал в той же позе, настраивая себя на мысль, что сообщение не от Арсения, чтобы не разочароваться вновь. Только после этого я неспешно повернул голову к телефону и взял его в руку. Выдержав еще одну небольшую паузу, я не глядя в экран разблокировал его и, сосчитав до трех, уставился на диалоги. Сфокусировав зрение и прочитав интересовавшие меня строки, я громко выдохнул. Это реально было для меня каким-то облегчением, я буквально почувствовал, как с плеч падает гора.       Арсений Попов (22:14) «уже планируешь угостить меня чашечкой кофе?) простой крепкий черный кофе, без сливок и сахара»       Угостить? На самом деле звучит как неплохая идея. Так вот, значит, какой кофе подают в раю. Такой ему подходит, прямо как и его имя. Такое чувство, что обычный черный кофе без сахара и сливок и имя «Арсений» придумали при его рождении и специально для него.       Антон Шастун (22:17) «а ты как я погляжу не против выпить со мной кофе»       Арсений Попов (22:17) «только если без лишних глаз»       Неоднозначные намеки это, конечно, прекрасно, но мне хотелось узнать немного конкретных вещей. Набравшись смелости, я напечатал очередное сообщение.       Антон Шастун (22:18) «почему ж ты тогда два дня бегаешь по школе от меня и моего приглашения на кофе?»       Арсений Попов (22:19) «разве? не припомню, чтобы мы вообще пересекались. только один раз, но ты был занят и я не посмел тебя отвлекать»       Вот как. Значит, только я его видел. Ну не мудрено, он же вечно ко мне спиной стоял. И когда именно он меня видел?       Антон Шастун (22:19) «занят?»       Арсений Попов (22:19) «ага, занят: да мам окей мам ладно мам хорошо мам))»       Черт, ну мама! Я так и знал, что он все слышал, ну что за блядство. Ему, вероятно, это кажется смешным. А вот мне стало неловко, и я почувствовал, как краснею. Надо что-то быстро ответить, а еще лучше перевести тему.       Антон Шастун (22:20) «так мы увидимся снова? может завтра?»       Пиздец как охуительно ты переводишь тему, Шастун! Браво! И почему каждый раз, когда я вижу, что он печатает ответ, у меня сердце в пятки уходит. Довольно странно, что мне неловко так общаться с ним, если учитывать, при каких обстоятельствах мы познакомились и почему он вообще мне запомнился.       Арсений Попов (22:20) «ты же не зовешь меня сейчас на свидание?»       Я аж поперхнулся. Блять, нет! Ну, я мог бы не выглядеть дауном и изначально уточнить, что я имею в виду, но зачем, пфф.       Антон Шастун (22:21) «нет, я имею в виду, увидимся ли мы в школе»       Арсений Попов (22:21) «а ты хочешь этого?»       Антон Шастун (22:21) «а ты нет?»       Арсений Попов (22:22) «просто будь паинькой»       Антон Шастун (22:22) «что ты имеешь в виду?»       Арсений Попов (22:22) «не важно доброй ночи (: »       Антоне Шастун (22:23) «доброй…»