Принц или укрощение строптивого

БЕЧЕНО       После отбоя Хогвартс погружается во тьму и дрему. Гаснут магические светильники, ложатся спать ученики, учителя и портреты. Так заведено. Только не действует ни умиротворяющая атмосфера замка, ни угроза наказания на некоторых юных обитателей. Одним не дает спать первая любовь и гормоны, другим - жажда приключений и шило в одном месте. Многое прячет темнота коридоров и ниш. Особенно людно становится после отбоя в пятницу. Вот и Гарри в очередной раз в этом убедился. Он часто бродил по замку после отбоя, когда не мог уснуть. Была у него такая напасть. Обычно он ходил под мантией-невидимкой, но не сегодня. Гермиона на днях сказала, что они с Роном ничего без неё не могут. Гарри был с этим не согласен. Поэтому он взялся за изучение чар и заклинаний, которые могут им пригодиться. Сейчас он проверял действие комплекса чар: отвлечения внимания, скрытия ауры и бесшумности. Эту связку он нашел в старинной книге из библиотеки Блэков. Летом ему было скучно, и он изучил содержание фолианта и, подумав, прихватил его с собой. Там было много чего интересного, но всерьёз за изучение полезностей он взялся только сейчас.       Парень предвкушающе улыбался, представляя лицо зазнайки-Гермионы, когда она узнает, что у него и без её ценных советов всё получилось. Не таясь, он бодро вышагивал по темному Хогвартсу, насвистывая незатейливый магловский мотивчик. Мимо него прошли несколько первокурсников, изучающих замок, парочка влюбленных с Хаффлпаффа и даже Филч. Поттер остался незамеченным, что, несомненно, поднимало настроение. Он и сам не заметил, как оказался в каком-то неизведанном коридоре. Пройдя по нему немного, он собирался уже поворачивать обратно, когда увидел, что часть стены пришла в движение. От неожиданности он спрятался в ближайшую нишу, забыв о наложенных чарах.       Из открывшегося прохода осторожно выглянул Дамблдор. Это показалось Гарри подозрительным, особенно когда вдоль коридора пролетел легкий ветерок магии. Парню оставалось только благодарить провидение, что он не оказался на пути действия чар. Директор оглянулся в тёмный проход и тихо произнес: «Джеймс, мальчик мой, путь свободен. Вы можете идти». У Гарри расширились глаза от удивления и тревожно забилось сердце. Неужели? Это ведь просто имя и его может носить любой, не так ли? Но предчувствия не обманули. Из прохода вышел Джеймс Поттер. Почти такой же, как на фотографиях, разве что немного повзрослевший. Следом за ним вышла Лили. Оба живы и здоровы. Цветущий вид и золотистый ровный загар (в октябре-то!), а также недешёвая качественная одежда просто кричали о достатке.       — Альбус, мы надеемся на тебя. Сириус уже начал что-то подозревать. Нужно чтобы и он, и мальчишка остались в неведении.       — Я обо всем позабочусь, как всегда. Сириуса, думаю, нужно убрать. Если уж он начал копать, то у него хватит упрямства дойти до конца. А о Гарри не стоит волноваться. Гермиона и Рон прекрасно отвлекают его внимание. Хотя девочка жаловалась, что он в обход неё пытается ознакомиться с некоторыми книгами и законодательством. Но в этом году ему точно не будет покоя из-за трусости Фаджа, а после мы что-нибудь придумаем.       — Хорошо. А мантия? С её помощью мы много куда ходить умудрялись и много что сделать. В библиотеку пробраться в ней легко, как и вынести книги.       — Я на мантию поставил следящие чары. Я всегда знаю, куда и когда он в ней пошёл.       — Тогда до встречи. Пишите, если наша помощь понадобится. Не забывайте, что это мерзкое отродье всё ещё воспринимается магией рода как мой сын. Мы можем это использовать.       — Я помню. Идите уже и будьте осторожны.       Гарри сидел ни жив ни мёртв. Он просидел ещё добрых полчаса, пока смог оправиться от шока. Потом он выбрался из ниши и пошёл бродить по замку. Как-то вдруг стало всё равно, что чары могут спасть, и его увидят. Он просто бродил и много думал. Стало понятно и снисходительное отношение Гермионы, и покровительственное Рона. И все отговорки Дамблдора стали понятны — ему просто ничего не полагалось знать. Вопросов тоже было много. Почему Поттеры живы? За что так его ненавидят? Почему Сириус ничего не знает, если они друзья? Что за игры устроил Дамблдор?       Когда Гарри относительно пришёл в себя, то обнаружил, что находится на Астрономической башне и совсем продрог. Уже начинало светать. Дрожа от холода, он с трудом дошёл до спальни. Там трясущимися руками достал сменную одежду, писчие принадлежности, несколько пергаментов и так полюбившуюся ему книгу из библиотеки Блэков. Затем, нацарапав Рону записку, что всю ночь не мог уснуть и бродил по замку, и теперь будет отсыпаться в своем убежище, ушёл.       Не так давно Гарри обнаружил небольшую комнатку. Она была спрятана в подземельях в одном из тупиков. Поттер там заблудился, когда пытался получше изучить подземелья, и выругался на парселтанге. В последнее время он часто так делал, случайные свидетели не понимали, что он говорит что-то неприличное, а ему нравилось звучание. Каменная змейка на стене пришла в движение и подняла голову.       —  Нас-с-следник?       —  Ч-ш-ей?  — испуганно икнув, прошипел в ответ Гарри.       —  С-салаз-с-сара, конеч-ш-шно!       —  Вроде нет, нас-сколько я з-снаю….       —  С-странно… Ты меня понимаеш-шь, но говориш-шь, что не нас-с-следник. Хорош-шо. Я тебя так пропущ-щу.       —  Куда?       —  В убеж-шищ-ще. Но пообещ-щай мне, что когда появитс-ся нас-с-следник, ты больш-ше с-сюда не придеш-шь.       —  Хорош-шо, я обещ-щаю.       —  Вот и ч-щудно. Меня зовут Ш-шеш-шша.       —  А меня Гарри.       —  Вот и поз-снакомилис-сь. З-сах-ходи.       Что-то щёлкнуло и стена открылась, как если бы была дверью. Впрочем, замаскированной дверью она и оказалась. Внутри обнаружилось не очень большое помещение. Здесь имелись кровать, письменный стол, крепкий стул, стеллаж с книгами и даже камин, правда, самый обычный. На стенах горели зелёным светом магические светильники, кровать была застелена мягким бело-коричневым покрывалом, пол покрыт толстым ковром. Вместе с горящим камином всё это создавало атмосферу уюта и умиротворения. Посмеивающаяся Шеша пояснила, что это было убежище Салазара Слизерина. Здесь он отдыхал от всех. Оказалось, что отсюда через дверь в углу комнаты, которую Гарри и не заметил, можно было выйти в комнату перемещений, а оттуда уже в Тайную комнату, покои декана Слизерина, где когда-то жил сам Салазар, и выйти прямо в Запретный лес за пределы Хогвартса. Переходы осуществлялись порталами, которые создал Слизерин.       Сейчас, обессиленно опустившись на стул, Гарри обрадовался, что не успел показать это убежище Уизли и Грейнджер. Очень хотелось погреться в ванной и лечь спать. Но, подумав, он решил всё же сначала написать письма. Написал он два письма: Сириусу и Волдеморту. Теперь их нужно было отправить.       —  Ш-шеш-шша, я могу как-нибудь проверить, есть ли кто-то в коридоре?       —  Я могу пос-смотреть. Куда ты хочеш-шь пройти?       —  В с-совятню. Но как?       —  С-салаз-с-сар любил подс-сматривать и с-сделал много з-смей по вс-сему з-самку. Я виж-шу их глаз-сами. Еще я могу подслуш-шать, о чем говорят.       — Он одноз-сначно был гением! Пос-смотри, пож-шалуйс-ста, с-смогу ли я пройти в с-совятню нез-самеченным?       — С-сейчас-с, — змейка закрыла глаза, а открыв их, сообщила. —  Никого нет, вс-се ещ-ще с-спят. Но тебе нуж-шно поторопитьс-ся.       —  С-спас-сибо.       На одном адреналине Гарри сбегал до совятни и отправил письма с Буклей. На ней, конечно же, были следящие чары, что-то вроде маячка, но проверка показала, что слабые, так как давно не обновлялись. Значит, они слетят, как только Сириус получит свое письмо. Первое письмо было Волдеморту.       Гарри вернулся в убежище и первым же делом залез в ванную. Ванная комната, совмещённая с туалетом, там тоже имелась. Только дверь была хорошо замаскирована. Окончательно разомлев в горячей воде, он дотащился до кровати и вырубился. Проснулся за пятнадцать минут до обеда. Выждав около получаса, чтобы наверняка, он пошёл в факультетскую башню. В комнате ожидаемо никого не было. Он забрал две смены одежды, Карту Мародеров и мешочек с деньгами. Убедившись, что пропажа вещей внешне не заметна, он вернулся в убежище. Возвращаться сюда он больше не собирался.       Сириус связался с ним вечером по сквозному зеркалу. Зеркала Гарри нашел в Тайной комнате, когда проверял владения Слизерина. И отправил одно Сириусу с письмом.       — Как ты, Гарри? — Сириус выглядел совсем раздавленным.       — Бывало и лучше, — мрачно отозвался парень.       — Это точно. У нас проблема. Гоблины не собираются нам помогать, пока я Род не приму.       — Принимай, что мешает?       — Для этого мне нужно выучить Кодекс наизусть. Затем принести клятву и пройти испытание магией. И не забыть подпитать Камень рода. Даже если всё делать в ускоренном режиме с помощью зелий, уйдёт неделя. Как же ты?       — Обо мне не беспокойся. Я спрятался в убежище, которое принадлежало Салазару Слизерину. Здесь есть эльф, прикреплённый именно к этому помещению, не подчиняющийся директору. Он меня кормит. Книг полно, подслушивать и подсматривать тоже есть возможность. Так что спокойно принимай Род и не надо надрываться. Только вот весь удар тебе придется принять, когда меня искать начнут.       — Это ерунда, на меня почти не обращают внимание. Я справлюсь. Тогда до связи. Постарайся не вызывать меня без необходимости. Я сам буду, когда смогу.       — Хорошо. До связи.       Почему-то Гарри хватились только на ужине. Гермиона, будучи здравомыслящей ведьмой, ещё днем заподозрила неладное. Но Рон отговорил её идти к директору. Когда же Гарри не пришёл и на ужин, то забеспокоились все. Не досидев до конца, как делал обычно, Дамблдор пошёл проверять спальню мальчиков пятого курса Гриффиндора, прихватив с собой Уизли и Грейнджер. Ничего подозрительного не обнаружили. Только карта Мародеров отсутствовала. Про наличие денег Рон не знал. Гарри намеренно не говорил, чтоб не слушать его нытьё и не оплачивать все покупки в Хогсмите. Одежду он взял новую. Купил прошлым летом на сэкономленные деньги. Надевать её не приходилось, потому что с Роном они вечно куда-то попадали, пачкали и рвали одежду. Жалко было. Директор забеспокоился. На побег не похоже, значит, что-то случилось. Это плохо. Мальчик был ещё нужен.       Панику пока поднимать не стали, хотя слухи пошли. Экстренно созвали Орден Феникса. Надо отметить, что собран он был ещё летом, просто Гарри об этом никто не сказал, а Сириусу говорить строго-настрого запретили. Пока все собрались в кабинете директора Хогвартса. Но только из-за того, что Гермиона и Рон не могли уйти из замка, а их следовало выслушать. Совет длился почти час и сопровождался спорами и руганью. Сидящий в углу Снейп в очередной раз подумал, что с такой дисциплиной Ордену ни за что не выиграть, особенно если Поттера не найдут. Когда все выдохлись, Дамблдор отдал распоряжение искать мальчишку и по возможности держать всё в секрете.       Но шила в мешке не утаишь. Уже на следующий день весь Хогвартс обсуждал пропажу. Ещё через день о том, что Избранный пропал, написали в газетах. Предположения строились самые невероятные. Почему-то самым распространенным объяснением являлось то, что псих-Поттер решил таким образом привлечь к себе внимание. Собственно, это мнение выражали все газеты. Дамблдор всё больше злился.       Тем временем Гарри изучал порталы и артефакты, созданные Слизерином. Соскучившаяся по компании Шеша провела его в спрятанный в Тайной комнате кабинет, где обнаружился портрет гениального основателя. Нарисованный Салазар скептически осмотрел стоящего перед ним мальчишку и потребовал рассказать всё. Гарри и рассказал: от получения шрама до того, как здесь оказался. Салазар громко ругался. На парселтанге.       — Значит так, юноша, — нарисованный волшебник раздраженно похаживал по нарисованной гостиной, — подойдите к дальнему шкафу. Да, к этому. Вторая полка сверху. Тетрадь в твёрдом переплете с пометкой «Магия духа». Отправьте её… нет, передайте с моим домовиком моему наследнику. Я бы сам распорядился, но этому пройдохе нет хода сюда.       — То есть это ваш личный домовик? — Ахнул Гарри. — Но как он столько лет прожил? И говорите мне «ты», а то я себя стариком чувствую.       — Не поверишь, — весело оскалился Слизерин, — магия. Один ритуал я провёл. Привязал его к одной комнате. Он спит, когда там никого нет. Своеобразный стазис. Просыпается, когда комнату открывают. До тебя её нашли всего трое моих наследников. С учётом того, сколько живут эльфы, ему ещё долго там быть.       — Как с василиском?       — Ну да. Ты, кстати, его хоть на ингредиенты разбери, пока не высох. Я даже подскажу как, если портрет вынесешь в тот зал. А теперь иди уже, отправляй тетрадь.       — Хорошо. Я быстро.       — Эх, прямо как я в юности… — мечтательно произнес Слизерин, глядя на закрывшуюся дверь. — Мозги и талант есть, а пользоваться ими совсем не умеет. Надо помочь, пока он ещё здесь…

***

      Самый могущественный маг современности только что прочитал самое удивительное в его жизни письмо. Поттер отказывается с ним воевать и вообще отстраняется. Даже если он перебьёт половину Магической Англии. Впрочем, он понимал мальчишку. Дамблдор заигрался и потерял свой символ. Теперь можно действовать смелее, пока он не опомнился и не нашёл новый. Ну, или не вернул Поттера. Находясь в приподнятом настроении, он срочно созвал Ближний круг.       Второй раз он удивился, когда незнакомый домовик принёс ему дневник самого Салазара Слизерина, а внутри оказалась записка от Поттера, который передавал ему привет от предка. И где это, интересно, он нашёл портрет Слизерина? Он, будучи слизеринцем и наследником, не смог, а этот — с лёгкостью. Проверив магией тетрадь и не обнаружив ничего постороннего, он принялся за чтение. Через пару глав он начал вчитываться внимательнее. Чем больше он читал, тем больше ругался. Информация о крестражах, что собрал его предок, была предельно ясной: нельзя создавать больше двух, нельзя использовать артефакты для создания вместилища, быть осторожнее при выборе живого существа-вместилища. Он себя, можно сказать, разрушил. Не только душу, но и тело. Своими же руками! Нужно срочно восстанавливаться. К счастью, для этого описание ритуала тоже имеется. Только нужен надежный человек для его проведения, свидетель. Малфой? Не подходит. Себе на уме. Если сочтёт, что ему не выгодно, на тот свет отправит. Снейп? Возможно. Только нужно рассказать ему о его живой подруге и показать письмо Поттера. И клятву с него взять. Всё-таки выбор ограничен только Ближним кругом. Кроме Малфоя и Снейпа никто не потянет: у кого-то магии не хватит, у кого-то мозгов, а кто-то как Малфой, только менее хитрый. Послал же Мерлин соратничков!

***

      Слизерин решился на авантюру. Пару дней пообщавшись с Гарри и пару ночей подумав, он решил стать ему учителем. Для этого, как минимум, требовалось унести его портрет и все его записи. Вот тут и была загвоздка. Совсем всё уносить не было смысла: он потом нужен будет наследнику, да и записи его тоже. Значит, нужен ещё один его портрет и копии всех его тетрадей и свитков. Но как быть, если время ограничено?       В первую очередь Гарри посоветовался с крёстным. Тот немного обалдел от таких новостей, но согласился немного потянуть время. Как раз неспешно, как следует подготовившись, примет Род, проведёт несколько ритуалов для подпитки Камня и подразберет накопившиеся дела. Дамблдор думает, что он помирает от скуки и пьёт, поэтому не трогает. Мол, пока пьёт — никуда не лезет. Ещё Сириус подозревал, что за домом следят. Когда он оказался один в доме, он скучал и невольно много думал. Именно тогда он вспомнил, что тело его мертвого друга было каким-то странным. Он до сих пор не понял, что его натолкнуло на эту мысль, но как только это до него дошло, начал проверять все их убежища. Выходил ночью в виде пса. Днём отсыпался. И нашел в одном месте следы пребывания человека. Поэтому и начал осторожно проверять, жив Джеймс или умер. К его счастью, Гарри случайно подслушал тот разговор. Так что пока Сириус не выходит из дома через дверь, Дамблдор думает, что он никуда не ходит. Про то, что затворник может ходить в Гринготтс через камин, директор даже не подумал.       Заручившись поддержкой крёстного, Гарри начал воплощать авантюру в жизнь под руководством Слизерина. Для начала он зачаровал несколько перьев, сделав их Самопишущими. По действию они похожи на Прыткопишущие. Разница была в том, что Самопишущие перья переписывали книги, а не писали мысли волшебника. Целых десять перьев писали одновременно, переписывая дневники и журналы.       Теперь нужно было найти портрет. Это была сложная задача. Около трехсот лет назад, когда Салазар в последний раз видел своего потомка, директор Эверард поссорился с основателями из-за учебной программы. Слушать упреки всё время он не хотел и спрятал их портреты. Волшебники, занявшие место директора после, не подумали что-то менять или хотя бы искать портреты. Слизерин бывал на своём втором портрете, но опознать помещение не смог. Гарри предстояло как-то найти эту комнату.       Идея была, конечно, но требовала усилий. Нужно было, наложив на себя уже проверенную связку заклинаний, ходить по замку и просвечивать заклинанием стены, как рентгеном. Других мыслей всё равно не было, пришлось идти. Поиски проводились исключительно ночью, чтобы была меньше вероятность столкнуться с кем-нибудь. Гарри начал с северной башни, с самого верха. Удача улыбнулась ему уже через неделю. В одном из потайных ходов он нашёл два ответвления. Одно вело к маленькой двери, за которой обнаружились директорские покои. Когда парень это понял, тут же убежал. Вернулся в тот же коридор на следующий день и нашёл тупик, за стеной которого и обнаружилась нужная комната. Более подробно её исследовать отправили эльфа. Оказалось, что дверь замурована, а обитатели портретов отсутствуют. Посовещавшись, Гарри и Салазар отправили эльфа за всеми портретами. На время повесили их в кабинете Слизерина. После Гарри хотел вернуться и повесить портреты основателей в Большом зале или в каком-нибудь людном коридоре. Причём намертво приклеить чарами. И пусть у директора голова болит, как оправдываться перед ними.       Через две недели всё было готово для побега. Все работы Слизерина переписаны, уменьшены и упакованы. Василиск разделан под руководством основателя, расфасован в зачарованные мешочки и бутылочки, и тоже упакован. Немногочисленные вещи Гарри собраны. Дело оставалось за Сириусом. Он должен был выйти через дверь, обернувшись псом, а затем вернуться уже демонстративно для наблюдателей вместе с невидимым Гарри.       Кое-как дождавшись сигнала от крёстного, Гарри подхватил немаленький портрет и уменьшенные вещи и шагнул в портал. Вышел он на маленькой полянке Запретного леса. Осторожно огляделся и присел на поваленное дерево. Аппарировать он ещё не умел, поэтому оставалось ждать Сириуса, которому ещё предстоит оторваться от преследования, найти Гарри по связи крёстный-крестник и перенести его, обвешанного чарами, на маленькую улочку недалеко от Гриммо. Потом он, не торопясь, в своей анимагической форме пойдёт домой. Невидимый Гарри зайдёт вместе с ним.       Ждать парню пришлось два часа. Если бы не магия и Салазар, он бы уже окоченел. Сириус тоже был измотан несколькими перемещениями. Не теряя время на разговоры, Сириус перенёс их в условное место, тут же перекинулся в пса и неспешно побрёл к дому. Даже с учетом неторопливости провожатого Гарри пришлось туго. Записей было много, рама с портретом тяжёлой. Уменьшить вес можно было тетрадям и свиткам, но никак не картине, иначе она потеряет всю свою магию. Неудивительно, что Поттер споткнулся прямо перед крыльцом, задев ногой мелкие камешки. Надо отдать должное Сириусу. Он мгновенно сориентировался, заозирался, повернул морду с оскаленными клыками в сторону затаившихся наблюдателей и зарычал. Сидящие в засаде двое волшебников спешно обновили маскировочные чары. Чёрный пёс принюхался, осмотрелся и, обернувшись человеком, вошёл в дом, придержав немного дверь и оглядываясь.       Едва дверь закрылась, волшебники что в доме, что на улице, облегчённо выдохнули. Уже за чашкой чая Гарри слушал, как Сириус заново учил Кодекс, сколько магии у него вытянул Камень, как он ругался с гоблинами и как помирился с портретом матери. Долго рассиживаться не стали. Собрав минимум вещей, они отбыли камином в поместье Блэков на французском побережье Атлантического океана. Верный Кричер, приняв вид своего взявшегося за ум хозяина, вышел на крыльцо и, обернувшись черным псом, побежал в сторону трущоб. Чёрный пёс затерялся среди бедных кварталов. Больше приставленные к Сириусу наблюдатели его не видели.