Надеюсь и верю
5 марта 2017 г., 00:14
Катя вошла в дом тихо. Надеялась, что родители её не заметят, хотя и прекрасно понимала, что разговора с ними не избежать. Незамеченной мимо родителей пройти всё-таки не удалось.
— О, Катюха! — удивился столь раннему приходу дочери Валерий Сергеевич. — Ты чего это так рано? Неужто тебя в отпуск отправили?!
— Никто меня никуда не отправлял. — крикнула Катя из коридора, разуваясь. — Я сама себя отправила.
— Не понял. Кать, случилось чего? — забеспокоился Пушкарёв.
— Родители, мне нужно с вами серьёзно поговорить. — сказала Катя, входя в кухню и садясь за стол. — Только прошу вас, пожалуйста, выслушайте меня до конца и постарайтесь понять.
Родители напряглись. Оба чувствовали, что что-то случилось.
— Мам, пап, я… в общем, я уволилась из «Зималетто». — Катя выдохнула и опустила глаза в ожидании реакции родителей на её слова.
— Кать, что-то случилось? — осторожно поинтересовалась Елена Александровна. — Ты только, Катюш, ничего не скрывай. Если что-то случилось, сразу нам с папой всё расскажи. Мы всегда тебе поможем. Только не скрывай ничего.
— Мам, ты не беспокойся, ладно? Ничего такого ужасного не случилось. Просто… так скажем, мне надоело работать с людьми, которые меня не уважают.
— А я всегда говорил, что «Зималетта» эта твоя не лучшим образом на тебя влияет. Конечно, тебя не уважают! — вклинился Валерий Сергеевич и тут же обратился к жене. — Мать, вот скажи откуда тут взяться уважению, если ребёнок ночью, НОЧЬЮ домой приходит! Она же днём и ночью, без продыху горбатится на этого Жданова! Хотя, заметь, президент компании он. ОН, а не Катюха наша! Правильно сделала, что ушла. Ты у нас умница, без работы не останешься. Найдёшь себе такую работу, где будут уважать тебя, твой труд и твои права!
— Пап… папочка, не горячись. — пыталась утихомирить отца Катя. — Я действительно поняла, что в «Зималетто» мне не комфортно. Но я хочу, чтобы вы знали, что я ушла не из-за личных капризов. Просто настало такое время… я просто не хочу больше там работать, вот и всё.
— Хорошо, Катюш, раз ты так решила, то пусть так и будет. — тихо сказала Елена. — Что будешь решать с работой?
— Если честно, мамуль, я не очень хочу сейчас об этом думать. — повисла долгая пауза. — Я хочу поехать куда-нибудь. Мне нужен хороший отдых, прежде чем я начну снова работать.
— Ты хочешь уехать? Одна?
— Да, мам, одна.
— То есть как это одна? — начал возмущаться Валерий. — Никуда ты одна не поедешь! Хочешь отдых — будет тебе отдых. Но только вместе с семьёй.
— Родители, да поймите же вы — мне нужно побыть одной! Понимаешь, папа, ОДНОЙ! Я хочу наконец вырваться из этой рутинной жизни, хочу перестать от кого-либо зависеть. Я хочу почувствовать себя СВОБОДНОЙ! — Катя поняла, что слишком резко ответила и немного смягчилась. — Родные мои, я вас очень люблю. Но согласитесь же вы наконец, что дочь ваша выросла. Я уже взрослая девочка и могу сама о себе позаботиться. Поймите, мне нужно, просто необходимо почувствовать свою независимость.
— Независимость она хочет почувствовать. — тихо заворчал Пушкарёв. — Больно независимая стала. Птица свободного полёта, понимаешь.
— Валер, не горячись. — оборвала его Елена. — Катюша права! Она уже взрослая и ей нужно побыть самостоятельной хоть чуть-чуть. А то с детства ты над ней трясёшься как над вазой хрустальной. Под таким контролем рано или поздно зачахнет наша девочка.
— Катюх, да ты пойми, я же не из вредности тут сижу и ворчу. — обратился Пушкарёв к дочери. — Я же за тебя волнуюсь. Вот ты взяла и с бухты-барахты заявила, что уволилась и хочешь уехать от родителей куда подальше. Ну как я могу по-другому то реагировать?
— Пап, ну что ты такое говоришь? — Катя подошла к отцу и обняла за плечи. — Я не от вас уезжаю, а от работы. Да, вот так! Могу я хоть раз в жизни побыть лентяйкой? — Катя улыбнулась, чтобы разрядить обстановку. Похоже у неё это получилось, Валерий Сергеевич смягчился.
— Ну ладно, Катюха, езжай! Только ненадолго!
— Да нет, конечно, папочка! Я буквально на недельку.
— Но в аэропорт я тебя сам отвезу! А теперь марш собирать вещи!
— Есть, собирать вещи! — отрапортовала Катя, смеясь и прикладывая правую руку к голове.
— К пустой голове не прикладывай! — шутливо одёрнул дочь Валерий Сергеевич. — Давай дуй в комнату.
Из дневника Пушкарёвой Е. В.
Я решилась. Я наконец-то сделала то, что действительно хотела сделать. Я вырвалась из плена стен «Зималетто», я вырвалась из-под контроля родителей и теперь еду в аэропорт навстречу новой жизни. Решение уехать пришло ко мне спонтанно. Для меня это ново — я никогда не поступала спонтанно, всегда всё тщательно обдумывала. И хоть меня пугает неизвестность, которая ждёт впереди, я ужасно рада этой поездке. Меня не пугает, что я окажусь одна в чужом городе, а возможно даже стране. Я впервые за этот год чувствую себя… спокойно.
За родителей я тоже не волнуюсь, у них всё будет хорошо. За всё то время, что я проработала в «Зималетто» я скопила достаточно денег, чтобы и самой отдохнуть и родителей поддержать… финансово. Думаю того, что я им оставила хватит на некоторое время. Но я знаю, они не из-за денег так переживают. Просто они привыкли, что я всегда рядом. Даже когда я в Германию уезжала они звонили мне каждый день, иногда даже по нескольку раз. Ну ничего, они у меня сильные. Думаю недельку без меня они выдержат. Я за них спокойна.
Единственное чего я боюсь, это того, что не смогу забыть Андрея. Я уезжаю именно для того, чтобы его забыть, но… вдруг не получится? Даже сейчас, когда я мчусь на встречу новой жизни я думаю о нём… Мне нужно перестать думать о нём, нужно выкинуть его из головы, вычеркнуть из своей жизни. Стереть, удалить… Ох, как я надеюсь, что у меня это получится. Надеюсь и верю.
