***
Друзья гуляли по вечерней, почти ночной Александрии и наслаждались этим городом. Было тепло, дул чуть заметный тёплый ветерок, тёмное небо было усыпано звёздами, а вокруг горели огни ночного города. Катюша вдохнула полной грудью чистый воздух и устремила свой взгляд в небо, пытаясь отыскать созвездия. — Как же здесь замечательно! — мечтательно протянула Катя. — Да, Александрия — прекрасный город! — отметил Миша. — Ты раньше никогда не бывала в подобных местах? — Я нигде не бывала, разве что в Германии. Но это другое. — Ты действительно никогда до этого не ездила за границу? — А что тебя так удивляет? Моя семья не из богатых, мы просто не можем позволить себе уехать отдыхать за границу. Тут и российские курорты под вопросом, а что уж говорить о подобных местах. — Но ты же всё-таки выбралась в Мадрид. — Да, но туда я летала одна. К тому же я копила деньги. — Я очень рад, что ты так поступила! — Как поступила? — Скопила деньги и решилась на эту поездку. Не будь тебя тогда в Мадриде, кто знает, может и не встретились бы никогда. — Миша помедлил, словно боясь продолжить разговор, но всё-таки смог вымолвить одно — Ты не представляешь, как я рад, что знаком с тобой. — он попытался взять Катю за руку, но она отстранилась, и тогда он продолжил более беспечно. — На самом деле, я был в шоке, когда увидел тебя сегодня с Юлианой. — А я то как удивилась! — Катя широко улыбнулась, обнажая свои белоснежные зубы с еле заметными сапфировыми брекетами, которыми она недавно сменила свои «железяки». — Вот уж никак не думала, что ты окажешься клиентом моей начальницы! — Кстати, не хочешь рассказать, как вы с ней познакомились? — Мы знакомы ещё со времён когда я работала в «Зималетто». Ну, помнишь, она тебе говорила? Катюша напряглась, вспомнив прошлое, которое так усердно пыталась забыть. Это не укрылось от глаз Михаила и он поспешил сменить тему. — Кать, ты очень красивой стала! Тебя совсем не узнать! — Но ты ведь меня сразу узнал. — Увидь я тебя издалека, не узнал бы. Ты очень изменилась, ты совсем другая. — Я всё та же. Та же закомплексованная, растерянная и неуклюжая девчонка. Только снаружи я стала другой, но внутри всё по-прежнему. — А мне кажется, что нет. — Миша остановился и развернул Катю за плечи к себе лицом. — Ты стала увереннее, сильнее. Но я чувствую кое-что ещё. Холод… Ты холодна со мной. У меня такое чувство складывается, что мы теперь не можем общаться как прежде. Я вижу, ты меня смущаешься, подолгу молчишь, отводишь глаза. Даже сейчас ты не можешь смотреть прямо на меня! Кать, я тебя чем-то обидел? Или может, я тебе просто надоел? Скажи мне, прошу тебя! Что тебя беспокоит? — Миш, — Катя тяжело вздохнула, пытаясь подобрать слова, — понимаешь… похоже во мне действительно что-то поменялось. Я весь прошедший месяц вспоминала тебя, скучала, хотела поскорее увидеть. А когда увидела, растерялась. Нет, я была очень рада нашей встрече, но… я почувствовала какую-то скованность, неуверенность, смятение. Понимаешь? — Если честно, не очень. — Не удивительно. Я сама этого понять никак не могу. Не понимаю, ты здесь, мы разговариваем, всё как обычно. Но почему же мне так неловко? — Тебе неловко находиться рядом со мной? — Да. Я не понимаю, почему, но да, так и есть! — Ты боишься, что я влюблюсь в тебя? — неожиданно выпалил Миша. У Кати перехватило дыхание, воздуха катастрофически не хватало. Она прекрасно знала, что этот разговор непременно зайдёт в тупик, но даже не предполагала, что так неожиданно. Мысли путались, она понимала, что нужно что-то ответить, но очень сомневалась, что у неё это получится. — Я… — Катя пыталась успокоится и ответить внятно, но выходило с трудом. — Я не хочу терять… друга. — Я понял тебя. — спокойно ответил Михаил. — Кать, ты никогда меня не потеряешь. Я всегда буду твоим другом, несмотря ни на что. . — Миш, я надеюсь ты меня правильно понял. — Не беспокойся, Кать. Я всё понял правильно. — Он посмотрел на часы. — Уже поздно. Пора возвращаться в гостиницу.***
Из дневника Пушкарёвой Е. В. Да уж, странный сегодня вечер выдался. Я весь день переживала, думала о том как люди будут воспринимать меня сегодня, будет ли довольна мной Юлиана. А как только настал вечер всё перевернулось с ног на голову. Поначалу я жутко смущалась, старалась не смотреть на кого-то конкретно. Но всё оказалось не так страшно, как представлялось. На удивление, я очень быстро находила общий язык с людьми, держалась уверенно и в меру серьёзно, Юлиана была мной довольна. И вдруг, как гром среди ясного неба, передо мной предстала картинка из прошлого. Когда я увидела Мишу, задрожала так сильно, что думала, упаду в обморок. Я была очень рада видеть его и поэтому не сдерживала своих эмоций. Мы обнимались, смеялись, он шутил и иногда шептал мне на ухо всякие глупости. Дрожь быстро отступала, я чувствовала себя легко, непринуждённо, естественно. Но этот вопрос журналистки… Ещё и Юлиана со своим: «Ты разве не видишь, что он влюблён в тебя по уши!» И всё бы ничего, но когда мы остались одни… Господи, почему же всё так? Мне всегда было хорошо рядом с Мишей, спокойно, легко. А сейчас?.. Неужели меня стало волновать чужое мнение? Я запуталась. Запуталась так, что не распутаешь. Он спросил сегодня, боюсь ли я того, что он полюбит меня. Да, боюсь! Я боюсь этого! Только сегодня я поняла, что боюсь новых чувств, боюсь влюблённости. Боюсь, что снова будет больно. Я уже дважды попадалась в эту паутину, дважды страдала из-за любви. И теперь я боюсь, что это повториться. Я не переживу всё это ещё раз. Я сказала Мише правду, я действительно не хочу терять друга. Он для меня стал очень дорог. Мне остаётся только надеяться, что это просто временное наваждение и скоро я снова смогу чувствовать себя в его обществе спокойно. После того разговора, он не позволял себе ничего лишнего. До отеля мы добрались довольно быстро. По дороге Миша рассказывал мне как у него идут дела. Меня ни о чём не спрашивал, и за это я ему благодарна. До комнаты меня провожать не стал, мы расстались в холле. Он чмокнул меня в щёку на прощание, а я в смешанных чувствах поплелась в свою комнату. А вот теперь сижу и думаю, что мне дальше делать со своей жизнью. Всё! Нужно перестать думать и лечь спать. Завтра наступит новый день и кто знает, что он принесёт.