Одногруппник

Тишина. Пустая комната, в которой до сих пор есть едва уловимый запах Жана. Жана, которого я обидел. — Идиот, — сказал я сам себе, кидая всё на стол и заваливаясь на кровать. Еще теплая. Здесь минуту назад сидел Жан. Почему я так сказал? Ревнивый придурок. Я ударил себя по лицу и укрылся одеялом. Одиноко и пусто. Без Жана все плохо. Нужно извиниться, но не сейчас. Он даже слушать меня не станет. Но почему же он не может мне сказать? Слишком личное? Я пытался отогнать от себя все эти мысли, ну не то, что бы совсем не получалось, но результатом это не являлось. Я почувствовал как снова заурчал живот. Надо поесть, а в глотку ничего не лезет. М-да. Что же это со мной? Странно… — Мой язык! — я услышал чей-то крик. Судя по голосу это был Оруо. Он всегда прикусывал язык. Даже когда ничего не делал! Как у него это только получается.? И чего это он так орет? Ладно, мне плевать. Это был не Жан, так что все хорошо. Или это Жан что-то натворил? Черт. Сомнения терзают меня. Через минуту я решился и подошел к двери, быстро открыв ее. Я увидел Оруо, что отчаянно пытался дойти до своей комнаты, держась за голову. Его ударили? Я осмотрел коридор в попытке найти виновника того крика, но в поле моего зрения попала только чья-то нога, скрывающаяся в дверях лифта. Черные кроссовки, подвороты на джинсах… это Жан! Я мигом сорвался с места и побежал к лифту. Я должен извиниться перед ним! Сейчас! — Бодт, ты куда летишь?! — голос Оруо на секунду заставил меня обернуться, но я не сбавил ходу. Шаг, второй, третий и… Двери лифта закрылись прямо перед моим носом. Внутри я увидел только силуэт парня в парке, что оперся руками на стену кабины лифта и… был в наушниках. Они были едва заметны в волосах цвета песка. Это был Жан. Он не слышал моих шагов… он ничего бы не услышал… Я развернулся и резко ударил кулаком в стену. Боль быстро разлилась по всей кисти руки и капли крови начали течь по пальцам. Это был определенно сильный удар. Злость и отчаяние напали на меня с новой силой. Собравшись с мыслями, я пошел, а точнее побрел в уборную. Мне необходимо умыться! — Ботд, у тебя кровь на руке! Что т… АЙ! — Оруо вышел из своей комнаты, придерживая платок у рта. Он прикусил язык еще раз, в очередной раз доказывая, что без него ему было бы лучше. Я проигнорировал его слова и зашел в туалетную комнату. Перед моими глазами появился парень в футболке, с помятым и бледным лицом. Его рука была в крови, а казанки болели. Я наклонился к раковине и умылся ледяной водой. Она освежает, а в такие моменты просто необходима. Я посмотрел в зеркало и вяло улыбнулся. Чуть лучше. Я промыл рану водой и отправился к себе в комнату. Не хотелось там появляться вообще, но мне нужно было забрать телефон и ключи. Прогуляюсь по городу. Только без НЕГО… Дойдя до комнаты я услышал звонок, что разносился по моей комнате от телефона. Какой черт посмел меня потревожить в столь отвратительный час?! Я решил не отвечать на звонок, а лишь узнать кто звонил. Это был Конни. Ну, конечно блять! Кто еще может позвонить так не во время? Я забил на этот звонок и просто кинул телефон в карман куртки, собираясь пойти в парк. Надо освежиться. — Хм, а Конни мог бы мне составить компанию, а то совсем загнусь… — на секунду я задумался, А верно ли я поступаю? Любое общение с Жаном сейчас результат не даст. Мне нужно подумать. Но не в одиночестве. Я достал из кармана смартфон и быстро набрал номер Конни.  — ЧЕРНЫЙ ТОЛЧОК СМЕРТИ УБИВАЕТ СМЕРТНЫХ! Как всегда эта музыка вместо гудков. Где он ее откопал? Но не прошло и десяти секунд как Конни ответил. — Блин, чувак, ты че меня продинамил? Тут важный разговор намечается, — Конни как всегда говорил с наезжающим тоном. Стоп. Важный разговор? Он уже знает о…? — Короче, Марко, поезжай в больницу. Ну, туда куда тебя Жан привозил. С тобой его брат хочет поговорить. Говорит, мол, что-то важное. Так что лети в больничку, пока час посещений не кончился, — Конни быстро это проговорил, а на заднем фоне можно было расслышать радостные вопли Саши и музыку из СтарБакса. — Э-э, ладно. А много времени осталось? — хотелось бы пройти пешком и уложиться во время. — Остается еще минут сорок. Ну, успеешь в любом случае, — Конни сбросил звонок и повторяющиеся гудки опять погрузили меня в одиночество и пустоту. День. Ужасен. Я надел куртку и вышел из комнаты. Живот урчал, но не было никакого желания есть. Потерплю еще. Неожиданно из своей комнаты вышел Оруо и Гюнтер. Видимо была пересменка. Оруо важно посмотрел на меня и нахмурился. Я в чем-то провинился? — Бодт, не хочешь побелить стену? — кудрявый блондин показал на стену рядом с лифтом и я сразу вспомнил, что осталась моя кровь. Блин, я так опоздаю! — И ты знаешь того парня? Он вроде вышел от тебя, да и ты потом побежал за ним, — Оруо продолжал копать и тем самым раздражать. Пожалуйста, не спрашивайте у меня про Жана. М-мх, Жан, что же ты натворил? — Да, я знаю того парня. Он что-то натворил? — я попытался скрыть дрожь в голосе. Увидев краску, рядом с ногами Гюнтера, я взял кисть и банку, отходя к лифту. На стене красовалось кровавое пятно, которое постепенно стекло на пол. — Да этот чокнутый так вылетел из твоей комнаты и хлопнул дверью, что я… э-э. Вышел проверить, что за шум. Да! А там этот пацан красный как рак и злой, что чуть дым из ушей не валил! — Оруо активно жестикулировал, пока описывал происходящее. Жана он изобразил довольно мерзко. Злой, сгорбившийся и, как он выразился, красный Жан вылетел из моей комнаты. Но Жан не злой. Ну, может быть именно в этот момент он и был на грани, а скорее всего так и было. Но он не страшный, он красивый, добрый, а его худоба ему только к лицу. Фак! Я не заметил, как раскраснелся и размечтался о Жане. Оруо что-то говорил, а я, опустив голову вниз, мечтал быть сейчас вот этой белой краской, которая может покраснеть только от крови. — … и врезал мне! Представляешь? Я просто спросил, а он рявкнул, что это не мое дело и врезал мне! Я, конечно, сопротивлялся, но ударился головой об стену и прикусил язык. Вот, смотри, — Оруо открыл рот и показал язык, который был весь опухший и в каких-то порезах и надкусах. Было сложно найти там сегодняшний укус, так как их там было не счётное количество. СТОП. Жан врезал Оруо?! Вот это уже странно. Он был настолько злой? Черт, его злить опасно. Надо будет с ним поговорить об этом, как помиримся. Я начал красить стену, краем уха слушая болтовню Оруо и поглядывая на часы. Еще есть пол часа. Возьму такси. Закончив всю работу, я незаметно свалил, экономя себе время и нервы. Осталось 20 минут. Дело дрянь. Я только собирался выйти на улицу, как у меня завибрировал телефон. Хорошо, что на беззвучку поставил. Сенсорный дисплей отображал неизвестный номер. Кто-то лишний знает мой номер? Даже если и так, то мне не помешает узнать кто это. Я ответил. — Алло? — Марко, верно? — прозвучал голос довольно мягкий, но мужской. Он показался мне знакомым, — это Бертольд. Ну, тот друг… парень Райнера, брата Жана. Кстати, о нем. Вы сейчас рядом? — я наконец-то смог понять кто это и вник в суть разговора. Значит, Берт еще не знает о ссоре. Хорошо. — Нет, мы сейчас не рядом. А, кстати, я сейчас иду в больницу, купить что-нибудь? И откуда у тебя мой номер? — меня действительно волновало то, откуда у этого парня мой номер телефона. Скорее всего Конни дал. Он любит раздавать чужие номера. Я ему это припомню. — Не иди в больницу. Райнера выписывают и мы собираемся сходить в кафе и отметить выписку, а так же удачную операцию. Мы хотели, что бы ты тоже туда подошел. Нужно поговорить, — голос Бертольда стал немного уверенней. Было слышно еще один голос, который подсказывал место встречи — МакДональдс около больницы. — Понял, минут через десять буду, — я не стал до конца слушать речь брюнета и просто сбросил звонок. Если что-то важное, то скажет при встрече. А ведь Берт так и не сказал откуда у него мой номер. Ладно… теперь осталось узнать дорогу до больницы. Город-то я все еще плохо знаю. Я включил на смартфоне GPS и пошел по намеченному маршруту, то и дело спотыкаясь и врезаясь в прохожих людей, что ворчали на меня за то, что я всю дорогу пялюсь в телефон. Было бы неплохо, если бы сейчас Жан был рядом. Я чувствовал вину за собой, что так сказал Жану. Это ведь было в порыве эмоций и злости. Я такой дурак. Захочет ли он вообще со мной теперь общаться? Путаясь в мыслях о Жане, я не заметил, как дошел до кафе. Райн и Берт уже сидели около окна. Я сразу их увидел. Они о чем-то серьезно говорили, но иногда мило улыбались. И в основном серьезным был Райнер. Странные парни. Бертольд отвернулся посмотреть в окно и увидел меня. Похоже, что он сказал об этом блондину. Я не обратил внимания на их движения рук, а просто вошел внутрь. Серьезный настрой Райна меня насторожил. Что-то серьезное случилось? — Марко! Сюда! — голос Райнера было слышно во всем кофе. Он поднял свою больную руку. Гипс и бинт. Я тоже себе руку ломал в детстве. Когда катался на велосипеде я налетел на большую горку и по инерции вылетел из сидения. Приземлился на руку и сломал ее. Чувство не самое приятное. — Ты чего тормозишь? — от воспоминаний о переломе меня оторвал голос Райнера. Он прозвучал грозно и немного насмешливо. А они с Жаном похожи. — Да я немного потерялся, — я присел к Берту и старался сохранять спокойствие. Не понимаю от чего нервничаю. Фак, это странно, — ты хотел поговорить? — Да, я о Жане. Кстати, почему вы сейчас не вместе? — Райнер слегка улыбнулся и поднял бровь. Он все знает?! Блин, это херово. — Ну… мы поссорились, — я признался. Сглотнув, я посмотрел на свои руки, что слегка дрожали. Я хочу к нему. Жан, что ты со мной делаешь? — Ого! Вы же только второй день знакомы! А уже и переспать, и поссориться успели! — блондин засмеялся. Переспали? От куда он, черт возьми, знает? Я постарался вспомнить мог ли нас кто-то видеть в больнице? Хм… Нежные поцелуи Жана и голос хирурга… Растерявшийся Армин… Точно! Армин! От воспоминаний о поцелуях и прикосновениях Жана я почувствовал, как щеки запылали румянцем. Черт, не сейчас, прошу! — Да я в точку попал! Ты посмотри на Марко! Он краснее помидора. Всегда знал, что у него есть гейские наклонности от меня, — Райн довольно улыбнулся и похлопал меня по плечу. Но вдруг он стал серьезным, — но я позвал тебя не за этим. Я хочу рассказать о его снах. Я обомлел. Он правда расскажет мне? И с чего это вдруг? Они важны? Это странно. Возможно, он понял, что я чувствую что-то к Жану, и… Я опять таю. Я расслабился. — Все началось с его рождения, — блондин не стал дожидаться моего ответа и сразу начал, уставившись в окно, — я старше его на пару лет. Он всегда был проблемным ребенком и… — Здравствуйте! Вы решили, что закажете? — к нам подошла симпотичная официантка, на которую я не обратил внимания. Давно в МакДоналдсе ходят официантки? Я заметил, что Райнер с ней на «ты». Похоже они тут частые посетители, вот к ним и стали подходить. Интересно… Я не стал слушать, что они заказывают и просто ушел в свои мысли. Жан проблемный? Это не так! Это не он проблемный, а у него проблема. А это разные вещи. Пока Райнер что-то объяснял девушке я посмотрел на Бертольда. Он был улыбчив и тоже что-то заказал. Он кого-то мне напоминает… Такое чувство, что где-то я его уже видел… Только где? — А вам? — официантка обратилась ко мне и улыбнулась, держа в руке ручку и блокнот. Я задумался, что же мне заказать, как за меня это сделал Райн. Он заказал мне бурито (что удивило), апельсиновый сок, острые крылышки и картошку фри. Хех, бурито и сок. Прямо как Жан. Я погрустнел и задумался: где он сейчас и как он себя чувствует? Его здоровье не в лучшей форме, судя по вчерашнему дню. Надо будет спросить у Райнера. И про Эрена тоже… — Марко, отвисни! — я вышел из раздумий, когда Бертольд начал трясти меня за плечо. Я моргнул и подумал что сказать. Эрен, здоровье или… Сны! Точно! Что-то с детства у него было со снами… — Райнер, что у Жана не так со снами? — я спросил прямо. Я выслушаю в любой форме. Что бы там не было, ведь я люблю Жана. Окей, да, я его люблю. — Ну, с рождения мы спали в разных комнатах, но я все равно слышал как он плакал по ночам. Когда он подрос, то стал иногда приходить ко мне и рассказывать про каких-то великанов-людоедов. Он называл их Титанами. Говорил, что так же в его снах есть большие стены, защищающие людей от этих Титанов, что люди там летают на каких-то штуках, которые называются… М-м… Как они? УМП что-ли. Но не суть. Я решил обратиться с этим вопросом к родителям, но им изначально было насрать на нас. Ни я, ни Жан не знаем материнской любви. Мы росли сами по себе, никто за нами не следил. Да и мы с Жаном не очень-то дружны были… лет с… м-м… Шести мы очень отдалились друг от друга и почти не общались. Но на подсознательном уровне мы любим друг друга как братья... — Райнер отвлекся от своего повествования, которое я слушал затаив дыхание. Родители Жана не любили его? Теперь понятно, почему он такой… ну, немного агрессивный. Боже, да я буду для него кем угодно, лишь бы он простил меня. Я позвоню ему! Да! После разговора с Райнером. — Так вот, сны Жана стали обыденными вещами, но ему было от этого все хуже и хуже… Классе в третьем, родители сказали ему, что бы он самостоятельно решил этот вопрос, иначе они поведут его к психиатру. Поэтому он перестал им рассказывать об этом. Жан до невозможности проворен и проницателен. Всегда был лучшим в своем классе. Сразу после Микасы, — Райнер продолжал рассказывать о Жане, а я в это время раскладывал по полочкам полученную информацию. О его проницательности я знал с момента нашего знакомства. А про детство… Это уже плохо. — Райнер, расскажи Марко о здоровье Жана. Это тоже имеет отношение к его снам, — Бертольд неожиданно прервал мой поток мыслей своей речью. Он выглядел доброжелательно и кивнул мне, показывая, что уже принесли наш заказ. Когда они успели? Мой живот опять заурчал, в очередной раз показывая, что я голоден. Пора бы поесть. Я взял свое бурито и начал его есть, смотря на Райнера. Он резко достал из кармана свой смартфон и бегло глянул на Бертольда. Что-то важное? — Я отойду, — блондин встал и пошел в сторону выхода, накинув на себя ветровку. Октябрь, а ощущение, что уже январь, только без снега. — Куда он? Кто-то позвонил? — я спросил у Берта, но тот лишь пожал плечами, показывая, что не знает. Ладно, потом вернется — спрошу. Я продолжил есть, утоляя жажду и вскоре пришел блондин, странно улыбаясь. Его ухмылка показалась мне до боли знакомой. Где ж я их видел?! — Марко, помнишь ты ходил с Конни на вечеринку к Имир? — Райнер сел за стол, почерпнув немного кетчупа на картофель фри и съев его. Имир? Это… Черт! Так вот где я их видел! В начале сентября Конни позвал меня на вечеринку по поводу начала учебного года. Ну я и пошел от нечего делать. Там была как раз эта Имир… Смуглая и веснушки. У нее дома проходила вечеринка… и меня там напоили. Конни засел с Сашей в подвале, куря кальян и поедая закупленную пиццу. Ох, здорово ему тогда досталось от Имир. Ну, а я был пьяный в стельку. Первый раз в жизни пил и сразу же перебрал. В общем, я почти ничего не помню о том вечере, кроме того, что у меня всё болело и на следующий день я убирал весь ее трехэтажный дом, на пару с другими пьяницами. Что же я там вытворял? Мне стало немного стыдно. Интересно, а Жан там был…? — Да-а, помню. А что? Намечается новая? — я очень не хотел на нее идти. Но если там будет Жан… я пойду на все. — Именно так. Имир устраивает новую вечеринку в честь новой ступени её отношений с Кристой. Ты тоже приглашен, — Райнер хитро заулыбался. О чем он думает? Я немного поёжился от его взгляда. Я был настолько плох в прошлый раз? Да и сейчас я уже знаю свой предел. Не отлично, но потянет. Да, и, если там будет Жан… Пойду! — Тоже? Я уже в вашей компании «местный»? Ладно, в любом случае, я пойду, — я странно улыбнулся, чувствуя все сильнее грусть и тоску по Жану. Сейчас ему позвоню. — Отлично! Пошли! — Райнер кинул на стол несколько купюр и кивнул официантке, что, мол, уходим. Куда уходим? Вечеринка уже начинается? Сейчас только… Я глянул на часы около входа. Без десяти одиннадцать. Утро прошло так себе, за то я узнал немного о Жане. И эта информация меня не особо-то радовала. — Марко, не хочешь помириться с Жаном? — Бертольд слегка толкнул меня в бок и улыбнулся. Он — само дружелюбие. Не видел ещё на столько доброжелательных людей. А чего это он спросил о Жане? Они общались сегодня? Странно. В любом случае я не особо горю желанием говорить о нем с человеком, который видел меня в полу бессознательном состоянии от алкоголя. — Да, я хотел ему позвонить как закончим наш разговор, — я вышел на улицу вслед за Райнером и достал телефон. Солнце пекло и на дисплее не было видно ни черта. Как обычно… Я выкрутил яркость на максимум и зашел в контакты, собираясь позвонить Жану. Что я ему скажу? Станет ли он слушать? Я боюсь. Боюсь, что он оттолкнет меня от себя после того, что я сказал утром… — Марко, мы пойдем, а ты поговори с Жаном. Я уверен, что он захочет говорить, — слова Райнера немного подбодрили меня, но до полного покоя было далеко. — Я заеду за тобой вечером в общагу. Часов в шесть. Если что, я на синем джипе. Пока, Марко! — Бертольд ускорил шаг, стараясь не отставать от блондина, и помахал мне рукой. Я кивнул ему в ответ и остался один на улице. Чувство одиночество опять со мной. Пора звонить. Я больше не могу. Я нажал на кнопку вызова и приложил телефон к уху, мечтая о том, что бы Жан ответил. Один гудок. Второй. Третий. Четвертый. Пятый. И… — Абонент вне зоны действия сети. Пожалуйста, перезвоните позже, — голос диктора отозвался болью в глотке. Он… отключил телефон пока я ему звонил? Не верю! Он не мог! Только если… Черт! Как так?! Я пошел медленно в общагу, по дороге не обращая внимания на машины, которые проезжали в паре сантиметров от меня. Я не могу смириться с мыслью, что Жан так поступил со мной… Это был не он! Он не мог продинамить меня! Я печально вздохнул, когда дошел до общаги, у дверей который была машина скорой помощи. Я вспомнил, что у Жана хреновое здоровье и… Черт! Если он там! Я рванул с места к машине, толкая в стороны прохожих зевак, что столпились, ожидая зрелищ. Как же я их ненавижу! Мое дыхание сбилось и я стал дышать через рот. В голове проплывали страшные картинки того, что могло произойти с Жаном. Это я виноват! Это все мои слова! Умоляю, пусть там будет не ОН! Из главных дверей вывезли носилки, на которых лежал человек… в патологанатамическом мешке для трупов. Мое сердце пропустило удар. Ноги подкосились… Крик девушки… Я упал… Там… Жан?