Розовая кассета

Сучжон не сидится на месте с первого дня в новом колледже. Она непоседлива по своей природе, а атмосфера вокруг только разжигает её характер. Чон Сучжон всегда должна быть первая. Везде. Во всем. Она - тот 0,01 процент корейской молодежи, у которой есть шансы на престижное будущее. У Сучжон идеально выглажена форма, сумка от Луи Виттон и свежая укладка, от которой пахнет ароматом Шанель но.5. Её любимый предмет - физика, любимое число - пи, с постоянным значением 3,14. Чон любит постоянство и стабильность. У нее стабильно высокие отметки в учительском журнале, стабильно повышенное внимание парней, стабильно болит голова, стабильно пропадают из пенала ручки. Сучжон вообще-то не стремится быть прилежной ученицей со всеми школьными принадлежностями. Но от привычки "все свое ношу с собой" она так и не избавилась. Отец говорит, хорошая привычка. Учитель что-то отмечает в журнале и кивает в сторону Чон. Его противный морщинистый рот растягивается в улыбке, а затем следуют слова одобрения, от которых девушке хочется выблевать ему на отвратительного цвета свитер. Но вместо этого она улыбается в ответ и быстро скидывает учебники в сумку. Чонин уже ждет её во дворе, он обещал ей вчера романтическое свидание и поход в кино на супер блокбастер. "Тебе понравится", - говорит он, и Чон кивает. Хотя ей не понравится. И вообще-то она ненавидит блокбастеры. И глупых парней, с зализанной назад челкой и напыщенными манерами, вроде Кая. На дворе не двадцатый век, в конце концов. Но Сучжон готова потерпеть, пока она может тратить его деньги. Терпение обрывается, когда Чон обнаруживает свои пропавшие канцтовары на чьей-то парте у окна. Она оборачивается, сжимая ручки в пальцах, и сталкивается с брюнеткой, имени которой не знает. Чон приходится задрать голову, чтобы посмотреть в глаза одноклассницы. "Кто ты, блядь, такая?" Пухлые губы девушки растягиваются в добродушной улыбке. "Мне писать нечем будет. Одолжишь одну?" Все, что может одолжить сейчас Чон, это парочку пропущенных ударов сердца. Она хочет выдавить всю синюю пасту себе на ладонь, размазать по лицу этой самозванки, но мешает репутация. Сучжон пренебрежительно кидает обратно на парту эти несчастные ручки, которые сразу скатываются по наклонной поверхности на пол, и выходит вон из класса, не проронив ни слова больше. Ей стоит огромных усилий не обернуться, не побежать, не подобрать и положить обратно. "Ты не знаешь, кто она?", - спрашивает Сучжон у старосты класса, потирая виски, будто это поможет избавиться от разрывающей череп головной боли. Нельзя сказать, что у неё были хорошие отношения с ученицей-по-обмену-из-Китая Сон Цянь, их разговоры едва выходили за пределы "почему ты вчера отсутствовала?", но иногда Сон была единственной, к кому Сучжон могла обратиться. Она не разболтает. "За той партой? Чхве Чжинри, учителя называют её Солли. Не знаю почему, но ей нравится", - не отрываясь от экрана своего смартфона выпаливает все, что знает, Цянь. Солли? Как солнце? Или как соль? Сон поднимает взгляд от экрана и удивленно смотрит на Сучжон. "Что ты там бормочешь? Слушай, не связывайся с ней, говорят, она спит с учителем физики". После девушка подхватывает сумку и спешит на следующий урок по зову звонка. Чон спешит за ней. Сучжон почти сразу забывает имя, которое назвала ей староста, на языке вертится только Солли. И в голове тоже только Солли. И смотрит она теперь только на Солли. Чонина это очень сильно раздражает, но Чон не обращает внимания: она боится, что если она посмотрит на Кима, то забудет все, что ей известно об этой девушке. Она для нее - загадка, которую очень хочется разгадать. А у Чонина закончились деньги, он не нужен. Она видит его насквозь и он ей совсем неинтересен. Отец называет его пижоном, и Чон с ним согласна. Она не любит старомодные высказывания, но в этом случае сложно описать Кима точнее. Сучжон тянет руку на уроках не для того, чтобы отвечать на вопрос, а для того, чтобы покрасоваться своими знаниями перед заучками класса. Она знает больше, чем все эти не думающие зубрилы. Они должны смотреть ей в спину. Её жизнь - сумасшедшая спешка в стремлении сделать все: выучить материал для дополнительных занятий, прогуляться с подругами, проигнорировать десять сообщений от Ким Чонина. Её любимый предмет - физика, любимое число - пи, с постоянным значением 3,14. Но Чон не может вспомнить, как поменялась местами и оказалась на месте зубрил. Нет, еще дальше, в самом конце очереди успешных учеников, стремящихся приблизиться к тому 0,01 проценту и иметь счастливое будущее. Наверное, Чон оставили в хвосте, когда она замешкалась и начала понимать, что счастливое будущее - иллюзия и это не то, чего она хочет. Стабильная система дала сбой. Чинри...? Чжунри...? Чжилли...? Как её... На перерыве ученики вываливаются из помещения в коридор, словно неуклюжие свиньи, и бегут кто куда: в кафе через дорогу или обедать в столовую. Сучжон бы побежала за ними, но она слишком устала. Таблетки от головной боли, запитые газировкой - вот её обед. "Знаешь, - Чон чувствует холодные пальцы на шее и боится обернуться, - я никогда не понимала, почему люди боятся прикосновений." Хватка становится туже, но девушка тут же расцепляет пальцы, проводит костяшками по линии шейных позвонков. "Это, что, массаж?" - Сучжон не поворачивает голову, пытается быть равнодушной как всегда. "Ага." - простодушно отвечает Солли, большими пальцами надавливая выше лопаток. "Убери руки". "Ты тоже боишься". "Что?" "Пойдем, обед скоро закончится". "Отвянь-" Экран новенького самсунга отказывается потухать, разрываясь уведомлениями о "новых сообщениях от Пак Сонён". Сучжон это порядочно раздражает, но она никогда не была особо избирательна в плане друзей и, пустив Сонён в свое окружение, явно промахнулась. Чжинри сидит напротив и улыбается, когда собеседница оглядывается, будто она неумелый вор и проверяет, не уличил ли кто её в краже драгоценностей. Солли уплетает омлет за обе щеки и советует Сучжон делать то же самое. Наверное, Чхве бы сильно удивилась, узнав, что она и есть драгоценности, которые Сучжон уже давно собиралась украсть. Только не понятно, у кого. Телефон перевернут вниз экраном, отключена вибрация. "Извини, так о чем мы?" "Мы говорили о пижонах". "О, ты знаешь Ким Чонина?" За две недели Сучжон узнает о Солли больше, чем друг о друге знают просто одноклассники и еще немного больше, чем хорошие друзья. Хорошие друзья Чжинри не знают, что учитель физики на самом деле её крестный отец и они по-родственному близки, но все вокруг почему-то думают, что они трахаются. Хорошие друзья Чжинри не знают, что Солли - производное от медуз, но ей больше нравится вариант "Солли, как солнце". Хорошие друзья Чжинри не знают практически ни о чем. Все потому, что у Чжинри никогда и не было хороших друзей. И она не думает, что стоит говорить, а о чем лучше молчать, и это заставляет Суджон краснеть и отворачиваться. "Кристал, иди ко мне", - и Суджон давится запахом Шанель но.5, забывая как дышать в аккуратных объятиях Чхве. Чон впервые получает низкую отметку в журнал из-за невыполненного домашнего задания. Она совсем не жалеет, только уныло думает о том, как долго её будет отчитывать отец и, возможно, очередная его любовница, которая обязательно захочет взять на себя "тяжелое бремя воспитания подростка". Все эти напыщенные и манерные взрослые, которые приходят из мира рутинной работы и мокрых, пропитанных потом других людей, денег. Суджон точно знает, что не хочет стать такими же, как они. Поэтому она красит волосы в красный. "Так как тебя называть? Суджон? Или Кристал? А может просто зазнайка?" - спрашивает Сонён, сидя напротив подруги и уплетая обеденную порцию спаржи. "Убить тебя мало за то, как ты поступаешь с Чонином. Он же безнадежный романтик!.. Что значит, тебя это не интересует? Что? В смысле вы расстались и почему я не знала. Эй, постой, ты куда?" Солли, Чжинри, медузы, солнце. В девять вечера Суджон отвечает на звонок Чонина и соглашается вернуть ему все "частички его сердца, которые он ей подарил". Она думает, что Ким пихает романтичные фразы часто совсем не к месту и это так сильно раздражает, честно говоря. Так же сильно, как и блокбастеры, на которые он без конца покупал билеты, один для себя и второй для неё. Её жизнь превращается в бардак, из которого выбраться оказывается намного сложнее, чем ожидалось. Водоворот из эмоций и усталости засасывает её в бездну, не оставляя сил волноваться об оценках. Отец говорит, безделье - плохая привычка, и пропускать уроки с такими баллами тоже плохо. От напоминаний за ужином о том, что Чон именно тот 0.01 процент людей, желудок скручивает желанием выблевать всю еду обратно. Когда у Кристал заканчивается паста, Чжинри делится с ней своими ручками. Когда все уходят на обед и класс пустеет, Суджон делится с ней своими переживаниями. Они продолжают делиться друг с другом незначительными вещами пока у них все не становится общим. "Ты мне сегодня снилась", - слышит Чон после недолгой паузы. За окном полночь и ярко светит луна. Почти так же ярко, как и улыбка Кристал. "Ага. Ты мне тоже". "Выходит, у нас даже сны общие?" - снова молчание в трубку. Когда Солли молчит, Кристал кажется, будто она сходит с ума, поэтому просит говорить бесконечно. Мысленно просит, естественно. Но Чжинри упорно растягивает молчание, слушая размеренное дыхание в микрофон по ту сторону телефона. А затем первая начинает говорить. Тянет слова, словно жевательную резинку. У Чон уходит две минуты на то, чтобы понять сказанное Солли и еще две минуты, чтобы осознать, что разговор уже закончился. "Я сейчас приеду", - и Суджон сходит с ума окончательно. Они перешептываются под звездами, сидя на одинокой скамейке в парке. "Можно я буду любить тебя?" "Зачем?" Суджон смотрит на неё улыбаясь, но не понимая. "Хочу раскрасить твою жизнь", - Чжинри разглядывает небо, ждет, когда пролетит сияющая комета или что-нибудь в таком роде. "А то ты холодная и черно-белая". "Дура. И чувства твои тоже дурацкие", - щеки Кристал вспыхивают, краснеют в тон волосам; она улыбается еще шире, чувствует себя второклассницей. Теперь Чжинри разглядывает её и понимает, что никакая яркая комета не сравнится со светящейся счастьем Суджон.