Deadly Cosplay

Убийство — естественное социальное явление, присущее любому городу, даже если о нём не знают простые обыватели, погрязшие в бытовой пучине под названием «привычная жизнь». Но убийство, совершённое с изощрённой жестокостью, как мёд для пчёл, который опытные журналисты способны переработать в крем на любой вкус. Телевидение и Интернет разрывало сенсационным жестоким убийством. В одном из подвальных помещений дома обнаружили труп студента с вырезанными глазами и языком. Более того, экспертиза показала, что в желудке несчастного был обнаружен не переваренный ужин из человеческой плоти. Но когда установили личность погибшего, потрясён был не просто город. Маленькая группа студентов со своим маленьким секретом, каждый в своих квартирках или снимаемых комнатах смотрели в мониторы, откуда на них смотрела фотография жестоко убитого Широ. Как всегда и бывает, за долгим смехом приходят слезы. Реакция последовала незамедлительно: испуг, страх, злость, паника, отчаяние. Экстренное собрание было принято провести на квартире у Акиры, которая за всё время не произнесла ни слова, фланируя из угла в угол с диким оторопелым взглядом, устремлённым в никуда. Ребята долго не могли прийти к согласию в этой громкой полемике, из-за которой соседи уже стучали по стенам и трубам. Спустя несколько часов они смогли достичь консенсуса, придя к одному верному решению: они заявят о пропаже Игараши и Кимико. Сегодня же. — Вдруг в городе орудует серийный убийца! И Хикару стал его первой жертвой! — в сердцах воскликнул Ичиро, самый первый настаивавший на том, что они должны обратиться к копам. В этом молчаливом понимании, перепуганные, раскаивающиеся и молящиеся о том, чтобы весь ужас закончился, друзья отправились в местный участок, наполненный хаосом и переполохом. Не зная, что делать и что говорить, как потерянные дети на экскурсии, они таращились на полицейских до тех пор, пока их массовую передвижную скульптуру не заметили. — Эй, детишки, у вас что-то случилось? — помешивающий пластиковой палочкой кофе из ближайшего автомата коп лениво зевнул с видом бравого рыцаря, не знающего любви сновидений. — Эм, да, — начал было тактично Такаши, как его перебил Ичиро, что схватил опешившего от его пыла полицейского за грудки с такой силой, что несчастный пролил кофе. — Серийный убийца! В городе орудует серийный убийца! Это вампир с тетрадью смерти! Он убил Игараши! — П-п-погодите! — заикающийся полицейский попытался отцепить брызжущего на него слюной студента, что одержимыми безумием глазёнками вперился в него, как вампир своими клыками. — Какой серийный убийца? Какой вампир? Какая тетрадь смерти? — Тетрадь смерти! — Ичиро вырвал листок бумаги у мимо проходящего копа и выхватил из кармана всегда приготовленную для экстренных ситуаций ручку, затем принялся выводить схематичный план, объясняющий всю трагичность их ситуации. — Мы возвращались с косплей-фестиваля, в местном парке на нас напал вампир, он съел Игараши! После Кимико была убита, поперхнувшись яблоком! Но мы не можем найти её! После убивают Широ и находят в его желудке человеческую плоть! Вы же понимаете, что всё это значит? И ткнув листком в лицо полицейского, самозабвенно ударил себя по груди. — Что вам нужна помощь? — и не договорив «психиатрическая», забрал таящий истину лист, скептически его оглядев. — В общем, — тактично кашлянул в кулак Такаши, призвав к себе внимание, после разогрева. — Мой друг пытается объяснить, что тот юноша, про которого недавно говорили в новостях, наш друг, и два наших друга до этого пропали, и у нас есть подозрения, что они могли тоже стать жертвами этого убийцы. — Понял, говорите их имена и адреса, мы всё проверим. С этого бы и начали! Полиция отреагировала немедленно, выехав на следующий же день, как только был оформлен соответствующий протокол, едва не потерявшийся среди кипы бумаг. Двое полицейских, которых коллеги называли Пинки и Брейн, поднимались по лестнице к пункту назначения — квартире Игараши Хикару. — А я тебе говорю, что это точно серийный убийца! — Ерунда, просто подростки решили подшутить, не видел что ли, что они накурившиеся были! — Но если всё-таки эти двое стали жертвой одного человека, у нас уже будет три трупа, а значит, он серийный убийца! — Я тебя умоляю, ну кто в наш век, где можно спокойно и безнаказанно убивать в компьютерных играх, пойдет резать языки направо и налево каждому прохожему? — Ничего ты не понимаешь! Один постучал в дверь, другой нажал на звонок, продолжая свой пылкий спор. Но никто не удивился, когда дверь открыл худой, заспанный юноша в потёртой растянутой майке с пятном от соуса на сердце. — Простите? Чем я могу помочь? — заспанно спросил он, смачно щёлкнув челюстью. — Мы разыскиваем Игараши Хикару, — скептически оглядев типичного «хики», полицейский Брейн потянулся за трубочкой для проверки трезвости. — А, так это я, — неловко почесав за ухом, хрюкнул от смеха Игараши. — А что, собственно, случилось? — Ну, собственно, случилось то, что ваши друзья уверяют, что вы первая жертва серийного убийцы, — объяснил «Пинки». — Где вы были в ночь на семнадцатое июля? — Я? И жертва? — будто подобное возмутительное заявление смогло его наконец-то разбудить, Хикару показал на себя пальцем, но вместо того, чтобы рассмеяться, как подобает в таких ситуациях, простодушно махнул рукой. — Ай, ребята, ай, негодники. Семнадцатого июля мы с друзьями были на косплей-фестивале. Ну, немного перебрали, понимаете же, дело молодое. Ну, а после разбежались. — Но они также утверждают, что пропала и ваша общая подруга Яманака Кимико. После произнесённого имени Игараши неловко засмеялся, зардевшись как первоклассник, застигнутый за маленькими шалостями, и обернувшись назад, крикнул, как бы тихо, но достаточно, чтобы все услышали: — Кимико, не могла бы ты выйти на минутку. Тяжкий вздох и тяжёлая поступь никак не вяжущаяся с девушкой, которой было суждено предстать перед полицией. Одо Наоки, обучающий Игараши вампирским премудростям, явился на порог с тяжёлым взглядом и скрещенными руками. Пройдя вперёд, он взглянул в глаза шокированной парочке полицейских, проскрипев сквозь зубы: — Это я Яманака Кимико. В глазах полицейских представший статный мужчина превратился в невысокую заспанную девушку в одной футболке, что скромно перебирала спутанные локоны. — Оу, — понимающе одновременно вздохнули Пинки и Брейн. — Вот оно что. — Да-а, дела молодые, — развел руками Игараши. — Сами понимаете. Мы с Кимико решили уединиться на недельку и никому не говорить. Но ребята явно всё не так поняли. — А вы точно пара? — вдруг решил включить полицейского Пинки. — Нам что, поцеловаться? — закатил глаза Наоки-Кимико. — Мы не в загсе, знаете ли. — Игараши едва не задохнулся от подобной перспективы, но чтобы выглядеть максимально убедительно, приобнял свою даму сердца, счастливо улыбнувшись. Наоки оставался с беспристрастной холодностью и высокомерностью, даже бровью не повёл, когда его чмокнули в щеку. — Да, думаю, что нам пора, настоящие преступники ждут. — И коротко чирикнув о найденных подростках, полицейских удалились.

***

Мари Ли казалось, что она потеряла часть себя — ведь с Кимико они были не разлей вода, вечные подружки-хохотушки, безумные фикрайтерши, которые шипперили и трахали в своём творчестве всё, что движется в любом формате. Никто не поверил Кимико о тетради смерти, даже Мари не поддержала её, и сейчас, возвращаясь домой с очередных серо-скучных пар, Ли готова была окунуться в привычный мир, лишь бы не думать о страшной участи подруги. Привычный мир Мари из груды мусора и хаоса, который она называла натюрмортом вдохновения для творческой тонкой души, по всей квартире. Закупленных на неделю фастфудов и рамена быстрого приготовления, да священного ноутбука, где хранился кладезь всех тайн НЦ-17, о которых не было известно даже самому заядлому извращенцу. Вот только по возвращении домой Мари встретил отнюдь не привычный бардак, а чистые, лощеные полы, сверкающие, точно полированный алмаз. С перфекционистской точностью расставленные по полочкам вещи, застеленная в кое-то веки постель с выстиранным бельем. Благоухающие ароматы цветов, расставленных по комнате, кружили голову. Сумка и пакет с раменом рухнули на пол, Мари с открытым ртом, озираясь не незнакомые убранства, пыталась понять, в чём подвох. Не свихнулась ли она от стресса, раз видит свою квартиру чистой. — Какого ёбаного воробушка-ёбушка здесь произошло! — закричала она так, будто обнаружила в своей квартире труп, а не простой порядок. Но сюрпризы на этом не закончились, ведь на кухне её ждало скворчащее масло в сковородке и дивные запахи чего-то съестного. Голодно сглотнув, Мари поплелась на кухню, из-за шока даже не удивившись наличию незнакомца на свой кухне, что обернулся к ней со сковородой в руке. Ведь незнакомцем он не был. — Вы вернулись, госпожа. Как прошёл ваш день? Если бы изысканность могла принять материальную форму, то ею бы стал Себастьян Михаэлис, который, к слову, представший во плоти в богом забытой квартире, вальяжным взмахом руки перевернул мясо в сковородке, и смотрел так пристально и понимающе, будто сам прошёл все студенческие тягости, и улыбнулся фирменной улыбкой дьявола-искусителя. — Пиздец, приехали. У меня горячка, — вынесла единственно логичный вывод Мари перед тем, как попытаться театрально рухнуть в обморок. Но Себастьян не мог позволить такой роскоши для своей хозяйки. Пристроив сковородку на конфорку, он одним хлопком очутился перед Мари, одной рукой обняв её за талию и не позволив упасть, а другой подняв её лицо за подбородок. — Что с вами, госпожа? Вы переутомились? Может, мне набрать вам ванну? Или вы хотите, чтобы я сделал вам массаж? Вы вся красная, у вас жар? — и дотронувшись сначала ладонью до горящего лба, Себастьян наклонился, подарив целомудренный поцелуй в лоб с целью проверки температуры, которая, к слову, от подобных манипуляций вскочила вверх с такой скоростью, как если бы у Мари было чему вскочить ещё от нахлынувшего возбуждения. Ахнув и забыв, что в её квартире находится незнакомый мужчина с лицом её пламенной фантазии, которой был посвящён целый макси размером с роман-эпопею, Мари позволила усадить себя за стол, где она смогла бы привести в порядок свои чувства заранее приготовленным коктейлем. — Сегодняшняя программа: массаж после тяжёлого учебного дня, приводящий в чувства; ужин, состоящий из первого, второго и лёгкого десерта. Первое: венгерский суп-гуляш, второе: телячья вырезка с пикантным сырным соусом и травами, и на десерт печеный творог с яблоками. После ужина подготовка к семинарским занятиям. Перед сном принятие ванны с лепестками роз и морской солью. После ванны особая умиротворяющая программа, дарящая вечный покой. Перечисляя важные моменты программы, Себастьян с невероятной скоростью сервировал стол, заполняющийся с каждой секундой невиданными яствами. Только Мари потянулась за ближайшим лакомством в виде закрученного в розочку мяса, как получила по руке небольшим хлыстом. Сверкнув двумя торчащими по бокам клыками, Себастьян подал руку. — Первым по программе идёт массаж, негоже лежать на полный желудок. — Это настоящая пытка! Так точно не пытали даже во времена инквизиции! И вообще… кто ты… Но ведя Мари под руку как истинный джентльмен, Себастьян заставил замолчать её, развернув к себе, и снова взяв её лицо за подбородок, пристально смотря в глаза, применил одну из разученных техник, которые Наоки вдалбливал в него последнюю неделю — внушение. — Не беспокойся ни о чём, не задавай лишних вопросов, просто разденься и получай удовольствие. — Ага, — зачарованно едва не простонала Мари с мастерством ночной бабочки скинув одежду. И оставшись в одном белье, упала на приготовленный массажный стол, отдавшись во власть нежных, но властных рук, что расстегнув застежку лифчика одной рукой, принялись расслаблять мышцы спины. — О да-а, это просто божественно! Самый лучший массаж в моей жизни! Хотя бы потому, что его делает моя сексуальная фантазия номер один! Я как будто попала внутрь собственного фанфикшена, не хватает только гарема, который бегал бы за мной и падал передо мной ниц. — Но тогда бы ты была уже Мэри Сью, — с видом знатока поморщился Игараши, массируя плечи. — Что может в фанфикшине смыслить дворецкий! Твоя задача как моей сексуальной фантазии во всём со мной соглашаться! Для чего тогда ещё существует фанфикшен! — И то верно, где ещё могут потешить своё маленькое, но разнузданное либидо только познающие сладость жизни девочки. И медленно спускаясь по пояснице, он волнительно провёл вдоль линии резинки нижнего белья, отчего и без того на грани счастливого обморока Мари забрыкала ногами, захихикав от щекотки. Массажируя каждый уголок, каждую клеточку, верный слуга своей госпожи добился максимального расслабления, так что тело Ли обмякло будто после шестичасового марафона секса, по крайней мере тихонько постанывала она примерно также, наверняка в своей фантазии, успев уже закончить классический массаж и перейти к интимному. Разогрев свою жертву на грани удовольствия, с коварным бесстыдством Себастьян выпрямился, оповестив, что процедура закончена, отчего Мари простонала, но теперь разочарованно. Замотавшись в поданный халат-юкату, который в лучших традициях со стороны выглядел как наряд на праздник, расслабленная и полностью усыплённая Мари позволила сопроводить себя на кухню, где ждал ужин, успевший достаточно остыть, чтобы не обжечься. Михаэлис галантно отодвинул стул, пригласив за стол, разлил в бокал вино, которое, он уверил, было доставлено из Франции из редчайшей коллекции. И поставив первое блюдо и пожелав приятного аппетита своей госпоже, как верный слуга, остался стоять в стороне, со скромной покорностью наблюдая, как Мари уплетает ужин за обе щеки. — Как вкусно! Никогда в жизни не ела ничего подобного! Попробуй! Ты ведь не собираешься стоять там? — Увы, я предпочитаю другую пищу, — прижав руку к сердцу, склонился Себастьян, плотоядно улыбнувшись. — Это приказ твоей госпожи! Садись! И попробуй! Войдя в роль, Мари властно взмахнула вилкой с наколотым куском мяса, призывая слугу к себе. И как истинно верный пес, Себастьян исполнил приказ хозяйки, но вместо того, чтобы сесть рядом, преклонил колено и, открыв уста, ждал, когда Мари накормит его. Покрасневшая и опешившая от подобного Мари едва не растерялась от столь интимного и раболепного момента и поднесла вилку к губам дворецкого, не сводящего с неё гипнотизирующего пристального взгляда. — И правда, я приготовил великолепное мясо. Когда с десертом было покончено, Мари была готова уже всерьёз продать душу дьяволу с самым высоким процентом годовых. Ведь когда ещё с учебы тебя будет встречать личный демон-искуситель с ласковыми, умелыми руками, способными подарить женское счастье, будь то через кухню или спальню. После ужина ждали плановые занятия перед семинаром, где Мари познала прочность хлыста, от которого она вскрикивала как заправская порноактриса — томно и с придыханием. Но выстрадав все домашние задания, впереди ждала предпоследняя часть программы, куда Себастьян сопроводил её под руку. Ванна, напоминающая больше небольшое джакузи, как иногда называла его про себя Мари, погрузилась в свет зажжённых свеч, расставленных по полочкам. Рассыпанные в воде лепестки роз наполняли помещение лёгким ароматом, который Ли вдохнула полной грудью. Вот истинный рай. Сбросив юкату и оковы белья, Мари погрузилась в ванную, пристроив голову на маленькую удобную подушечку. Разнежившись и расслабившись, она едва не провалилась в сладкий сон. Но разве можно уснуть внутри сна? А все происходящее Мари и правда считала слишком прекрасным сном. Дверь скрипнула, и когда Мари открыла глаза, рядом стоял её личный демон, принёсший бокал вина. Смутившись на мгновение, Мари прижала к груди колени, но увидев хитрую улыбку, и блеснувший в уголке губ клык, расслабилась, приняв бокал. И чуть подавшись вперёд, медленно осушила его до дна. — У моей госпожи будут еще пожелания? — Да, и их так много, что я даже не знаю, с чего начать! — Давайте я вам в этом помогу. Присев рядом на бортик ванны, Себастьян подхватил рядом стоящий шампунь и, зачерпнув немного мыльного развода, принялся намыливать непослушную спутавшуюся гриву. Замлевшая Мари закрыла глаза, полностью отдавшись во власть пальцев, ласкающих кожу головы. Смыв шампунь, дворецкий не думал заканчивать на этом процедуру — Мари пискнула от неожиданности, когда её тела коснулась мочалка, пытающаяся проникнуть в самые потайные места. — Щекотно, щекотно! — тихонечко скандировала девушка, сжав кулачки. — Вы снова так напряжены, хозяйка, вам нужно расслабиться, не бойтесь и отдайтесь моим рукам. В расстёгнутой рубашке, с закатанными рукавами, Себастьян провёл рукой по шее вниз, вдоль ложбинки, и юркнув обратно к подбородку, заставил Мари запрокинуть голову назад, что одурманенным заплывшим взглядом смотрела в блестящие малиновым светом глаза медленно наклоняющегося к ней демона, накрывшего её губы горьким поцелуем. Простонав сквозь поцелуй, Мари не могла понять причину его горечи, пока не ощутила явственный металлический привкус крови, стекающий с её прокушенной губы, с которой Михаэлис слизывал кровь кончиком языка, и вновь углубив поцелуй, сжал клыки на внутренней стороне нижней губы, болезненно высасывая кровь. Мари дёрнулась, до этого обнимая свою ожившую фантазию, она пыталась оттолкнуть демона, пьющего её кровь, но Себастьян сжал её грудь, чуть подняв, прижав к себе, не позволяя вывернуться из насильных объятий, сколько бы ни брыкала косплеерша ногами, расплескивая воду, сколько бы ни била бессильными кулаками. Только насытившись своим личным заслуженным ужином, Себастьян оторвался от её губ, тонкая ниточка из слюны и крови потянулась между их губами. Тяжело дышащая Мари ухватилась за бортик ванны, попытавшись вскочить, но дворецкий резко надавил на её плечо, погрузив в воду. Подобно схваченной змее, Мари извивалась в наполненной ванне, пытаясь выбраться из захвата, но Игараши, схватив её за горло, прижал ко дну ванны, не прикладывая усилий, со скукой наблюдая за борьбой за жизнь. Мари сопротивлялась несколько минут, пока её нутро заполняла вода в обмен на жизнь. Из прокусанной губы выступили несколько капель крови, окрасившие воду. Несколько последних пузырьков исчезли на поверхности, рука соскользнула с бортика, плюхнувшись в воду. В полном умиротворении захлебнувшаяся Мари получила свой обещанный по программе покой. Ведь дворецкий всегда держал своё слово. Поднявший Хикару, поправил взмокший парик, пригладив непослушную челку, и томно, немного устало выдохнул: — Ведь я и вампир, и дворецкий.