Холодная кровь

Поскольку в этот раз несносный интерполицай уведомил меня о времени своего прилета, я договорилась со сменщиком, чтобы он вышел на час раньше, в ответ пришлось дать обещание в следующую смену как следует вымыть лабораторию и все приборы — убирались мы сами, потому что техничка формата "тетя Дуся обыкновенная" вечно мыла абсолютно все колбы, даже с нужным содержимым. В результате я в пять уже была на месте. Хотела было поехать на машине, но в последний момент спохватилась и вызвала такси, чтобы всякие стодевяностосантиметровые арийцы не ныли. Уже так давно никого не встречала, хоть на вокзале, хоть в аэропорту. Из отсека выдачи багажа стали выходить люди, встречающие оживились. Вот он, идет, на полголовы выше практически всех. Кажется мне, или прихрамывает? Надеюсь, в этой поездке его не сильно ранили. Когда Алекс заметил меня и чуть ускорил шаг, я предвкушающе улыбнулась. К тому моменту, как он подошел и наконец обнял меня, чуть наклоняясь, чтобы я тоже могла его обнять, я уже нетерпеливо мелко подпрыгивала на носочках. — Я вижу, ты скучала, — усмехнулся мужчина, коротко потеревшись носом о мой висок и наклоняясь сильнее за поцелуем. Чтобы не лохматить светлые волосы, я просто положила ладонь ему на затылок, отвечая на умопомрачительно нежный поцелуй, — я тоже скучал. — Поедем или хочешь перекусить? — стоим, обнимаемся, мешаем всем пройти... И плевать! — Хочу посмотреть с тобой какой-нибудь фильм, съесть много вредной еды, а потом пару раз показать, как сильно мне было одиноко без тебя, — промурлыкал мне в ухо вампир, прекрасно чувствуя, как я вздрогнула. — Твои планы меня вполне устраивают, — смущенно улыбаясь, я отстранилась и достала телефон, чтобы вызвать такси. Но наемная машина не понадобилась — немецкое посольство снова предоставило подданному канцлера автомобиль. Все тот же здоровенный темный внедорожник. Ладно, нет смысла спрашивать, как он чувствует габариты этого монстра, проблем с этим явно нет. — А как тебя с твоим арсеналом пускают вообще в аэропорт? — поинтересовалась я, удобно устроившись на переднем пассажирском сидении. Так хорошо, когда не нужно следить за знаками, думать о передачах, переживать, заметили ли поворотник, а можно просто ехать. — Удостоверение Интерпола и разрешение от него же, — пожал плечами мой маньяк, глянув в зеркало заднего вида, — хотя выражение лиц у охраны на входе всегда одинаковое. Хихикнув, я вытянула ноги, покрутила шеей. Тяжелый был день, все время стоя или на корточках, столько переделано дел... Ну да, я позорно заснула. Причем проснулась только в своей постели, когда телефон показывал аж полшестого утра. Рухнули планы Алекса... Этот самый Алекс спал рядом, снова устроившись за мной и используя мою спину вместо подушки. Так уютно... В предрассветном сумраке прекрасно были видны участки оголенного мяса на внутренней стороне запястья той руки, что лежала подо мной, вытянутая и, наверное, давно онемевшая. Просто содрана кожа, похоже на наручники. Что же там с ним было? Осторожно, чтобы не разбудить чутко спящего вампира, я потянулась к его кисти, чуть сдвинула закрывающий нормальный обзор длинный рукав. Пошевелившись, мужчина перехватил мою руку и крепко сплел в замок наши пальцы. — Не обращай внимания, — хрипло спросонок пробормотал Алекс, — спи. — Больно? — тихо спросила я, сжимая его руку в ответ и прикрывая глаза. Ну конечно, он скажет, что нет, хотя, если судить по тому, что эти неглубокие раны еще не зажили, наручники или что там было, были титановыми. — Немного, — явно уже засыпает, честный полицай. Улыбнувшись, я поудобнее устроила голову на его бицепсе. До будильника больше двух часов, его теплая рука и все его теплое тяжелое тело давали ощущение уюта и защищенности, которых так не хватало те четыре ночи, что его не было. Кажется, эта симпатия начинает перерастать в нечто большее, как банально. Утром я сидела боком к столу, привалившись спиной к стене. Остывала каша, давно щелкнул закипевший чайник. Прикрыв глаза, я закусила губу и дрожаще вздохнула. Завибрировал на столе не мой телефон. Из-под стола появилась рука, нашарила мобильник, утащила его под стол. Видимо, звонивший не слишком важен, потому что язык Алекса продолжал заниматься далеко не разговорами. Застонав, едва не захныкав, я запустила и вторую руку ему в волосы, чуть сжимая и ласково гладя. Бесстыдный гаденыш вошел в меня языком, заставив прогнуться, стул опасно скрипнул. Я всегда была не слишком способна к сладострастным звукам, переживала удовольствие преимущественно молча, но с ним его слишком много, чтобы не стонать, плавиться, сходить с ума... Отходя от оргазма у него на коленях, я лениво подумала, что надо чаще говорить ему о не слишком хорошем настроении и побаливающей голове. — Уже лучше? — все еще хрипловато усмехнулся блондин, накладывая себе в тарелку овсянку. — Определенно, — расслабленно вздохнула я, — только теперь я не хочу на работу. — Надо, — чмокнув меня в лоб, он аккуратно пересадил меня на стул и взялся наливать чай, — а вечером можно куда-нибудь сходить, если хочешь. — Вечером я хочу твои вчерашние планы, — не получалось говорить нормально, все какое-то томное мямленье. — Не вижу причин тебе отказывать, — ухмыльнулся вампир, ставя на стол кружки и садясь напротив. — А кто звонил? — его тарелка оказалась моей, так что мне досталась уже готовая к употреблению каша. — Управляющий поместьем, — наклонившись, Алекс поднял с пола свой телефон. Надо же, вспомнил... — я ему потом перезвоню, у него не бывает слишком срочных дел. — А много у тебя в поместье народу? — кое-как приходя в норму, я сделала себе бутерброд. — Да нет, — пожав плечами, мужчина перечислил: — две горничные, повар, управляющий, секретарь, садовник, рабочий и охранник. — М-да, совсем чуть-чуть... — сдерживая смех, я тщательно облизывала ложку. И только через полминуты обратила внимание, что Алекс не ест и очень внимательно наблюдает за моими действиями. Понимая, что времени на еще один секс нет, я с сожалением отложила столовый прибор и пошла собираться. Когда я уже собирала волосы в тугой "колосок", с кухни донесся звучный чих. Мистер, вернее, герр Терморегуляция простудился, замечательно. Радует одно — это не вирус, а воспаление от переохлаждения. Ну и вполне понятно — где ему было за все перелеты с пересадками принять теплый душ?

Тридцать первое октября, четверг

В самолете от Рейкьявика до Парижа летел с Клаудией. Она меня не видела, что только к лучшему — не хотелось бы с ней говорить. Уже не больно. Мария встретила меня, явно была рада видеть. Судя по тому, что она заснула по дороге домой, у нее был тяжелый день, не стал будить. Наконец-то засыпал, обнимая ее.

Первое ноября, пятница

Рано утром Мария увидела следы от наручников. Истерику не закатила — замечательно. Потом я уже не мог заснуть, любовался ее руками. Тонкие, длинные пальцы, узкая ладонь, красивая форма ногтя. Я первый раз обратил на них внимание, когда она исследовала трупы. Такая милая, ласковая, нежная девушка так восторгается убийствами. От этого и тревожно, и щемит в груди от умиления. Всегда так открыто и благодарно принимает ласки, не стесняется своих желаний и теперь уже не боится. Глупо влюбляться после того, что было с Клаудией, но разве это зависит от меня? К счастью, кроме уборки в лаборатории, больше несидячей работы не было. Я написала отчет, посидела немного в социальных сетях и с удивлением обнаружила, что сегодня первое ноября — день рождения нашей ныне покойной классной, мы всегда собирались классом в этот день. Встреча выпускников... А хочу ли я идти? Уже три раза пропустила, потому что работала, а сегодня, как назло, заканчиваю за два часа до назначенной встречи. Так, ладно. Посмотрим, что скажут мои планы на вечер. Арийские планы на вечер были не против сходить в этот несчастный клуб, даже советовали мне это сделать. А чего бы не засветить такого мужика, м? Написав в беседу, что приду и не одна, я вздохнула. Зачем я согласилась? Нет, отношения у меня с одноклассниками ничего так, просто... Не по себе немного. Потерял родовой перстень. Не знаю, когда именно он соскользнул с пальца. Отец, наверное, в гробу перевернулся. Молодец, Алекс, ты первый за шестьсот лет глава рода фон Маттерштейн, который потерял символ своего главенства, поздравляю. Когда я пришла домой, ни разу не собранный немец сидел на кровати, сложив ноги по-турецки, и как-то очень нервно грыз костяшки пальцев. На мой вопрос сказал, что потерял родовое кольцо. Я помню его — массивный такой перстень-печатка, Алекс его на среднем пальце левой руки носил. А потом вдруг он легко улыбнулся, вскочил, поцеловал меня и весело сказал, что это не беда, потому что все равно он последний из фон Маттерштейнов, обвинить его некому. Вздохнув, я проводила его взглядом. Веселье натуральное, но явно искусственное. Если кольцо тут, думаю, найдется со временем. Хотя, судя по положению вещей, аристократ уже все перерыл. Не жалко ему, как же... Вместо осеннего пальто в этот раз вампир приехал в теплой черной парке точно по фигуре. Вот засранец, хорош-то как! — Трудно поверить, что тебе уже за восемьдесят, — усмехнулась я, наблюдая за завязыванием темных "тимберлэндов". — Не "за", а "почти", — поправил мужчина, выпрямляясь, — если бы мы не умели приспосабливаться, о какой тайне бы шла речь? Выходим? Мы поехали снова на его машине. Ну и пусть, ну и пожалуйста! Мне же лучше. — А ты привез мне магнитик? — вдруг вспомнила я, выпрямившись так резко, что блондин даже вздрогнул. — Уже на холодильнике, — улыбнулся он, положив ладонь мне на бедро. Ну да, ну да, коробка автомат, ему такое можно делать... Хотя и на моей машине с механикой он тогда ехал абсолютно нормально. Остановившись на светофоре, Алекс вдруг наклонился ко мне и хрипло шепнул прямо в ухо: — Я чертовски хочу тебя прямо в этой машине. У меня аж мурашки побежали по бедрам, прямо под его рукой, я сглотнула и смогла выдавить только: — Ну не сейчас же... — Разумеется, — снова надев эту свою невозмутимую маску, он отстранился, но руку не убрал. — Это же не твоя... — вспомнила я, кажется, краснея, потому что, блин, я тоже хочу его в этой машине и прямо сейчас! — Моя, — спокойно сказал вампир, паркуясь все так же одной рукой, только иногда перенося ладонь с моего бедра на рычаг, — у меня в нескольких странах, где я часто бываю, свой транспорт, просто он на стоянке посольства стоит. А теперь иди сюда. Заглушив двигатель, немец-транжира наклонился ко мне, целуя как в последний раз. Тихонько застонав, я ухватилась за его куртку, подалась навстречу, позволяя раздвоенному языку творить все, что вздумается его хозяину. — Давай никуда не пойдем, — едва ли не всхлипнула я, когда большая ладонь скользнула чуть выше по бедру. — Это будет невежливо, — коварно усмехнулся мужчина, чуть отстранившись. И чихнул, отвернув голову и прикрывшись воротником парки, — извини. — Какой ты бессовестный... — только и вздохнула я, взявшись за ручку двери. Ни капли раскаяния, только довольная усмешка. Один из моих бывших одноклассников работал в этом клубе помощником администратора, поэтому все уже давно встречались тут, снимая на вечер вип-комнату на двадцать человек, в которой было потише, чем в основном зале. Убедившись, что мое имя есть в списке, несколько уступающий габаритами моему сопровождающему охранник впустил нас в небольшую комнату, где уже было человек десять. Когда все знакомились с Алексом, всегда кичившийся должностью Серый величественно произнес: — Старший лейтенант Сергей Савельев, космические войска. — Следователь по особо важным делам Александер фон Маттерштейн, Интерпол, — вежливо улыбнулся вампир, пожимая ему руку. Ну хоть кто-то сбил с него привычку гордиться званием, парень он нормальный, но перспективы голову кружат. Мы сидели рядом на кожаном диване, ждали остальных и свой заказ. Теплая ладонь совершенно собственнически и по-хозяйски покоилась на моем бедре, иногда оглаживая колено. Это не столько заводило, сколько придавало уверенности. Не знаю, что там думали остальные, а я просто чувствовала себя нужной и защищенной, накрывая его ладонь своей и видя легкую ласковую полуулыбку. Вечер прошел неплохо, завершился еще лучше — Алекс и правда трахнул меня на заднем сидении, хрипло шепча, какая я красивая и как ему нравится прикасаться ко мне везде. Слово "везде" приобретало совершенно особый смысл, если учитывать, что его пальцы в это время были во мне. Взъерошенные, уставшие, мы ввалились в прихожую, кое-как разделись и завалились спать, забыв выключить свет и посмотреть фильм.