Мой монстр

      Гарри вернулся под утро, спал плохо, переживая. Когда же в блокноте наконец появились строчки, он спрятался ото всех в туалете и вчитался.       «Гарри, как у тебя дела, нормально добрался?» (синий)       «Да. А как там мальчик?» (красный)       «Нормально, мы передали его отцу, они поселились в Запретном лесу, чтобы Сэм мог обучаться магии.» (синий)       «Сэм? Так его зовут?» (красный)       «Да. Нам поверили не сразу с трудом, но в итоге мы обменялись обетами о неразглашении и разошлись.» (синий)       «Они никому не расскажут обо мне?» (красный)       «Каким образом? Тебя никто не видел. И, я не буду тебя отговаривать, но, отправляясь в лес, будь осторожен.» (синий)       «Я осторожен.» (красный)       «Береги себя.» (синий)       Гарри подумал, что всё, их диалог закончен. И в последний миг решился-таки написать о том, что его встревожило.       «А его папа тоже оборотень?» (красный)       «Да.» (синий)       «А он не загрызёт сына этой ночью?» (красный)       «Нет. Оборотни атакуют только людей. Наверное.» (синий)       Гарри уже коснулся пером листа, когда появились новые строчки.       «Я навещу их вечером, не волнуйся, учись.» (синий)       Но в голове мальчика уже вырисовывался план ночного похода в лес.       Гарри не знал, почему и этой ночью он, несмотря на то, что завтра будут уроки, отправился в лес. Да, он переживал за его невольного знакомого, но и желание снова стать собой не отпускало.       «Не нагулялся», — подумал Поттер со вздохом и обратился в серый сгусток. Стелясь по земле он снова направился как и прошлой ночью к лесу, но теперь он искал магию похожую на ту, что съел вчера.       Спустя два часа обскур остановился под сенью густых деревьев и задумался. «А получится ли?» Зубастик вернулся к нему, облетев небольшое пространство вокруг, ни с чем.       Гарри снова ощутил этот странный запах тёмной магии идущий из глубины леса, он манил, но и пугал, что было странно и останавливало. Поттер мотнул головой, отгоняя наваждение и возвращаясь к насущной проблеме.       «Оборотни атакуют людей, — повторял Гарри про себя. — А что если…»       Поттер, даже не додумав, проколол себе палец иголкой с близрастущего колючего куста, и несколько капель крови упало на траву.       Он скептически посмотрел на них. «Может ли такая малость привлечь оборотня, да и к тому же я не совсем человек». Он стоял и думал, прислушиваясь к шорохам леса. «Может стоит порезать руку сильнее?»       — Там, там, там, — прошелестел Зубастик, скрываясь за спиной Гарри.       На этот раз мальчик первым заметил оборотня, по красным точкам ликантропии полыхающим в теле зверя. Они сливались в алые линии магических потоков, что текли в теле зверя. Оборотень был огромным по сравнению с мальчиком, но обскур не боялся, скорее он также, как зверь перед ним, принюхивался и примеривался, как хищник, нежели, как жертва, думающая о том, как бы сбежать.       Оборотень зарычал и пошёл прямо на него, не ведая страха.       А Гарри смотрел, видя лишь всполохи алого во тьме, как перетекает сила магии оборотня с растворённой приторной тьмой проклятия, рот невольно наполнился слюной, которая обскуру была ни к чему. Оборотень прыгнул, но для Гарри время будто замедлилось, и он перетёк в густое, серое, искрящее облако, вытягивая проклятие и магию, что текла в теле зверя, уже превращающегося в человека.       — Вкусно, вкусно, вкусно, — прошипел Зубастик рядом с материализующимся мальчиком.       Гарри склонился к мужчине. Понимая, что магии в нём не так много как было в мальчике, но привкусы похожи. Он отошёл чуть поодаль, спрятался за дерево и принялся ждать.       Не прошло и получаса, мужчина пришёл в себя, вскочил, схватившись за голову и осмотрелся. Судя по тому, что в темноте он не тыкался, как слепой котёнок, тот видел даже в густой тьме леса.       Гарри улыбнулся, довольный и, истаяв в туман, отправился стелясь по земле к Хогвартсу.       Пока он ждал, съел ядовитую со странной магией ящерицу, и ещё ползучее растение, что приближалось к мужчине, вкус у него был странный, новый, хотелось ещё, такого же нового, любопытного, неизвестного.       Когда моргнуло захваченное с собой зеркало, Гарри был на подлёте к границе леса. Он материализовался и взял его в руку, активировал, уже зная, кто желает с ним побеседовать.       — С новым приключением, Гарри, — прозвучал холодный, чуть ли не шипящий голос.       — Северус, ничего такого не было, — Гарри попытался, но…       — Ты не умеешь лгать.       Мальчик вздохнул, но он не мог не попытаться:       — Почему же? Я две недели врал, практиковался, — Поттер присел на пень, смотря на полыхающий магией Хогвартс в дали.       — Где ты сейчас?       — Почти в Хогвартсе и очень не хочу туда возвращаться.       — Нашёл оборотня?       — Ты читал нашу переписку с Римусом?       — Я про сегодняшнюю ночь, что-то ты очень переживал из-за отца мальчика.       Гарри хихикнул, подумав, «прям, как в детективной истории»:       — Я когда-нибудь тебя перехитрю, Северус. Обязательно.       — И зачем же? — хмыкнули из зеркала, хаффлпаффец так и увидел вздёрнутую бровь и скептический взгляд.       — Потому что хочется, — улыбка невольно растянула губы.       — Я говорил с Люпином. Ты и мальчишку избавил от проклятия, потому что хотелось?       — Нет, случайно, а вот его отца, потому что захотелось.       — Я так и знал. А если бы они состояли в стае?       — Пусть. Почему бы не помочь.       — Гарри, мир жесток.       — Я это знаю. Я ведь не хочу быть в Хогвартсе, но должен, а мне тяжело здесь. Я не привык лгать, — Гарри вздохнул. «Так нажаловался, даже как-то стыдно, как младенец», — подумал Поттер.       — Мы что-нибудь придумаем. Ты ведь упрямый, — Гарри на это заявление Северуса кивнул, скорее себе, чем ему. — Может быть тебе что-то нужно?       — Нет, а чем занимаешься ты?       — Помогаю разрабатывать новые зелья, хотя, думаю, если всё продолжиться в том же духе, антиликантропное в нашем мире не понадобиться. Ты так всех оборотней в более менее адекватных существ превратишь.       — Если они захотят.       — Гарри, они могут захотеть использовать тебя.       — Но Римус же взял обет с тех оборотней.       — Именно это меня и примирило с тем, что ты творил вчера и сегодня. Учти, вытворишь ещё что-нибудь, я приеду и тебя отшлёпаю.       — Надо срочно что-то придумывать. И браться вытворять, — невольно улыбнулся мальчик.       — Гарри! — в голосе слышалась угроза.       — Шучу. Приедешь на Хэллоуин?       — Без толку, тебя не отпустят из Хогвартса. Только если на Рождество.       — Не отпустят? — было поднявшееся настроение снова упало.       — Нет, Люпин спрашивал.       — Вот разнесу этот Хогвартс, — Гарри обиженно прикусил нижнюю губу, он уже скучает, а так ждать до Рождества.       — Гарри, — теперь уже прозвучало скорее уговаривающе. — Всё хорошо, ты ведь держишься, постарайся привыкнуть, а мы что-нибудь придумаем.       — Угу.       — Возвращайся.       Зеркало потухло, Северус разговаривал, не смотря в него, но Гарри хватало и голоса. Он скучал, по всем.       Серый сгусток просочился в коридор, что разделял две комнаты в башне Хаффлпаффа, вздохнул, искря, и принял вид мальчика.       Впереди ещё одна неделя учёбы.       Северус отложил зеркало, тяжело вздохнув.       «Обскуру там не место, — согласился он с Римусом. — Но как же поломать систему, да так, чтобы никто не узнал?»

***

Был уже конец сентября       Гермиона Грейнджер расположилась в библиотеке в привычной компании книг. Сегодня было малолюдно и тихо.       — Не согласишься со мной бегать по утрам? — перед её столом, как чёртик из табакерки, совершенно бесшумно, что в случае Сильвии Жаккар было нонсенсом — она редко перемещалась бесшумно, появилась её соседка по комнате — обычно шумная, весёлая и не слишком усидчивая Сильвия.       — Что? — Гермиона, которая сейчас была в мире зельеварения, выплыла в реальный мир.       — Мне нужна компания, чтобы бегать по утрам, — на Грейнджер смотрели широко распахнутые карие глаза.       — Прости, это без меня, мне учиться надо, — Гермиона снова вернулась к учебнику, вернее попыталась вернуться, так как живой ураган в юбке подсел к ней сбоку и буквально выдернул книгу из рук.       Этого Гермиона уже не стерпела. Она открыла рот, чтобы высказать своё негодование, когда услышала:       — Да ладно, у тебя нет друзей, у меня тоже, составим друг другу компанию. Тебе полезно будет побегать по утрам, а то скоро станешь такой же бледной, как профессор Бёрк.       Гермиона проигнорировала фразу, про отсутствие друзей в отношении себя (она начала смиряться с тем, что их у неё и не будет) и проговорила:       — У тебя полно друзей.       — Они лишь товарищи по факультету. Лаванда бегать отказалась, Падма и Парвати тоже, осталась ты.       — Мне некогда, мне учиться надо, — Гермиона пододвинула книгу.       — Да ладно, — Сильвия положила ладонь на открытую страницу, перекрывая доступ. — Ты и так лучшая.       — В каком месте? Малфой получил более высокую отметку.       Сильвия чуть склонила голову:       — Хочешь утереть ему нос?       — Очень.       Жаккар хихикнула:       — Это легко, не такой уж он и талантливый.       — По сравнению с тобой так вообще гений, — «вот, что она привязалась?»       — А по-моему у нас с ним разница лишь в усидчивости и целях в жизни. У него они есть, у меня нет.       — Глупости, — Грейнджер нахмурилась, разговор был бестолковым.       — А если я докажу что Малфой обычный, такой же как я или Лаванда, и уж точно его памяти далеко до твоей.       — Буду бегать с тобой по утрам. Вот только как? Соревнование устроишь «Малфой против всего Хогвартса»?       — Это уже моё дело. Встречаемся завтра утром в нашей комнате.       — Я ещё не дала согласие на бег по утрам.       — А я приглашаю тебя на доказательство бренности Малфоя, — театрально взмахнула рукой Сильвия и улыбнулась.       Гермиона невольно улыбнулась в ответ. Вот на кого сердиться было сложно, и иметь подругу тоже хотелось, но поддаваться она не собиралась. Ей учиться надо, а не бегать по утрам.       Сильвия с довольной улыбкой направилась на выход, а то мадам Пинс уже поглядывала в сторону их бурного перешёптывания.       К утру Гермиона забыла про просьбу Сильвии, зачиталась ещё вчера и с трудом встала утром.       Поэтому бодрое:       — Ну, идём? — застало врасплох.       — Куда, — прополоскав рот и сплюнув, спросила Грейнджер, моя зубную щётку.       — Раскрывать бренность Малфоя. Или уже забыла? Какая-то у тебя очень избирательная память.       Гермиона вздохнула:       — Мне надо учебник почитать, — она уже надела свитер и тянулась к учебникам.       — Отказываешься от своего слова? Да и отговорки у тебя странные, будто ты его уже наизусть не знаешь, — Сильвия присела рядом.       — Нет, но обязательно сейчас?       — Да именно сейчас, — Жаккар вскочила.       Грейнджер стало любопытно, что же такое может ей показать Сильвия. Не в душ же к мальчикам потащит. Невольно появилось любопытство, хотелось поставить слишком уверенного в себе Малфоя на место. И не скажешь, что это тот же мальчик, который помогал ей искать жабу в поезде. Всегда так говорит и смотрит, будто знает всё и даже больше об оппоненте.       — Иду, только дай обуться, — ответила она, и чуть позже две девочки пошли по запутанным коридорам Хогвартса на четвёртый этаж, затем в заброшенный класс и выглянули в окно.       — Смотри, — кивнула Сильвия, — только сильно не высовывайся, может заметить.       И Гермиона выглянула на улицу, не понимая, что же она должна увидеть. Вдали деревья, вблизи густые заросли тёрна, переплетающиеся колючими ветвями.       — Вон там у стены, — кивнула Сильвия, пододвигаясь ближе и стараясь не высовываться, при этом указывая рукой направление.       «Ну, как шпионы», — невольно улыбнулась про себя Грейнджер и… заметила светлую макушку парня, который раз за разом отрабатывал одно и тоже движение волшебной палочкой, почти полностью скрытый колючими ветками.       — Что он там делает?       — Тренируется по утрам.       — А ты откуда знаешь? — Гермиона села на пол и посмотрела на Сильвию. «Неужели этот парень и её бесил?»       — Да, просто случайно наткнулась. Мне всё было интересно вот и ползала по округе, а тут он. Потом ещё раз решила проверить, но лезть в колючки не хотелось и стала искать другой способ. Облазила все помещения, вид открывается только из этого окна, а так полностью скрытая поляна. До этого я проверяла пять раз, и Драко всегда по утрам был тут. Самое странное всегда один, вот и подумала, что тренируйся столько и я, так смогла столько же сколько и вы с ним.       Сильвия кривила душой, но сказать прямо, что сама она не знает зачем полезла в эти колючки, не могла. Да и вообще, какое ей дело до того сколько и кто занимается, вот Грейнджер её вообще не волновала, а Малфоя в этих кустах, нет-нет, да проведает.       Они возвращались назад, Гермиона была странно молчаливой.       — Ну, так будешь со мной бегать по утрам?       — И зачем тебе? Не понимаю, — пыталась разобраться отличница.       — Привычка. Я дома по утрам на ферму, что расположена на краю городка, где мы с мамой живём, бегала, помогала, как могла, а взамен давали продукты, всё маме проще. А тут… днями сидеть учиться, сил уже нет. Не люблю я подолгу с книгой сидеть, я - человек действия. А одной как-то скучно бегать, на ферме всегда люди были, смех, общение.       — Хорошо, я буду с тобой бегать, раз уж проиграла, а ты поможешь мне тренироваться. Ещё посмотрим, кто будет лучшим учеником в этом году на первом курсе, — «Малфой по-своему прав знания знаниями, а практика тоже нужна. Заклинания у него получались лучше, но теперь было понятно, что это лишь результат тренировок».       — Идёт, — Сильвия расплылась в очень уж довольной улыбке, и Гермиона запоздало вспомнила, что она никогда особо здоровьем не отличалась.