За 38-ой параллелью

      Страница десять.

Я рассказал тебе все, что мог. Все свои ужасные поступки, все свои ужасные деяния. Но я никогда не хотел причинить тебе боль. Ты моя любовь. Бесконечная и бессмертная. Ты то, что заставляло меня дышать каждый день. Последний день. 1 ноября 1990. Сегодня они найдут меня. Я молю тебя, чтобы ты простил меня. Я не мог иначе. Я не смог бы простить себя, если бы не попробовал связать свою ничтожную жизнь с тобой. Ты мой лучик света. Моя любовь. Мой самый нежный мальчик. Ты можешь быть спокоен, они не найдут тебя. Я молю тебя остаться таким же, как и был. Я лишусь рассудка.       Кенсу, если ты читаешь это, просто знай, что я вернусь оттуда мертвым. Я люблю тебя бесконечно и навсегда.

             Кенсу очнулся в больнице. В голову ударила режущая боль и мужчина понял, что к чему. Удариться головой на ровном месте. Надо же... На стене были часы. Они были темные, тяжелые. Минуты тянулись ужасно медленно, а часы, кажется, нарочно отдавали громким тиканьем по всей комнате. Когда к нему подойдёт врач? Ему не то, чтобы встать. Ему тяжело пошевелиться.       Мог расшибить себе голову так, что больше бы не вспомнил Чонина. Он не может его забыть. Он единственное, что у него осталось. Все самые светлые чувства принадлежат Чонину и расставаться с ними вот так слишком глупо.              Кенсу снова закинуло в сон.              Он слышит как играет радио-приёмник, издавая тихий рваный звук, что придаёт этому атрибуту ещё больший шарм. Мужчина сидит на просторной светлой кухне, из окон которой бьют лучи тёплого солнца. Су пьёт вкусный, сладкий чай, смотря в окно.       На улице были большие деревья, а на них маленькие зеленые листочки, что от ветра мелодично шелестели. Су прикрыл глаза, наслаждаясь и улыбаясь. На его плечи легли чьи-то руки, мягко поглаживая. Он обернулся, увидев Чонина, улыбнувшись шире. — Ты здесь... Где ты был? Я бесконечно скучаю по тебе, – темноволосый легко улыбнулся, садясь перед Су на колени, опустив голову. — Что такое? Что происходит? – щебечет До, поглаживая Чонина на мягким волосам. — Можешь сделать мне одолжение и сесть туда? – как механическая машина проговорил Чонин. — Я скоро вернусь, доверься. Ни в коем случае не выходи и пытайся не шуметь, обещай мне, – так же проговорил он снова, а Кенсу затрясло. По настоящему затрясло. Снова эти слова, снова его грудь наполняется чем-то гадко-чёрным. — Нет, перестань! Я найду тебя! Я спасу тебя! Только скажи мне как это сделать? Я больше не могу... Я схожу с ума, – он взял лицо Чонина в руки, смотря в темные глаза. — Пожалуйста, скажи мне... – прошептал Су, вытирая глаза Кима от слез. — Ну же... я больше не могу, – он легко коснулся его губ, зажмурившись. Музыка затихла, как и все вокруг. Чонин все такой же. Чуткий, любимый и нежный. Чонин тёплый и пахнет как-то особенно по-родному. Как будто он снова вернулся и обнимаем своего любимого Кенсу. Но тут он открывает глаза и видит больничный потолок. Безнадёжно. Очень больно.       Парень поднялся, ступая на белый кафель босиком идя к двери. Он выходит и осматривается. Замечает мужчину, который идёт вперёд по коридору. — Чонин? Чонин, умоля, стой! – прокричал Су, а мужчина тем временем скрылся за дверью.              Учащается дыхание. Это что-то странное. Что это вообще за место? Он наконец осматривается. Сплошь один большой коридор, что тот, как на работе. В конце стоит камера. — О боже... Я что, снова попал сюда... – ошарашено проговорил мужчина, медленно идя по коридору и осматриваясь. Все те же кабинеты, но все закрыты.       Кабинет Чонина. Его дверь закрыта, но на ней не весит замка. Кенсу чувствует, как страх узлом завязывается внутри. Тяжелое чувство дежавю и ужаса.       Он открывает дверь и замирает. В пустой комнате на силе сидит Ким Чонин. Его Ким Чонин, что нежно целует. Что обнимает, когда катятся слезы. Весь измученный. Его лицо в порезах. — Чонин... – прошептал Су, подбегая к мужчине, резко обнимая и падая на колени. — Прости меня, я тебя умоляю! Лучше бы я остался тогда в той комнате! Лучше бы меня тогда забрали, а не тебя! – щебечет Су, заливаясь истерикой. Чонин же в свою очередь молча сидит, смотря куда-то вниз. Он другой. Как каменный. Как чужой. — Чонин, ну же... Ну же, посмотри на меня... – трясущимися руками он берет его лицо, заглядывая в пустые глаза. — Что они сделали, любимый? Вернись ко мне, я тебя умоляю. Вернись! – крепко цепляется за плечи Су, рыдая в голос.       

Похоже, он потерял то, что должно было быть бессмертным.

***

      Кенсу положил свою ладонь, когда прорыдал около часа на груди Чонина. Сердце бьется, но этого человека он не знает. Это не Чонин. А если он, то чужой или мертвый.       У Су было время, чтобы рассмотреть его лицо. Мелкие порезы на его щеках и скулах, как будто от стекла. Сухие губы, разбитые на уголках, а глаза пустые. Темные и пустые. — Скажи хоть слово. Чонин, пожалуйста.. – прошептал Кенсу, садясь на колени мужчины. — Ты можешь?.. – прошептал он ещё раз, погладив его по щеке пальцами. — Могу, – опустил взгляд вниз Чонин, а Кенсу громко всхлипнул, стараясь держать себя в руках. — Ты наконец-то вернулся и просто молчишь... Что случилось? Что они сделали с тобой? – снова накрывает сильная истерика и Су бьет парня в грудь ладонями. — Они что, заморозили твоё сердце?! Так не может быть... ты как мертвый. Чужой. Пустой.. – темноволосый по привычке уткнулся в ключицу Чонина, а тот положил твою ладонь на плечо Су. — Я... — Что? – прохрипел мужчина, пытаясь подготовить себя к худшему исходу. — Я больше не смогу видеть тебя, Кенсу. — Мне все равно! Почему оно не бьется?! Почему оно остановилось, Чонин?! – прокричал Кенсу, легко ударяя в грудь. — Оно было моим. Полностью. Они его растоптали. Они его выбросили, – До взял ладонь Чонина, посмотрев на неё. Она была так же в мелких порезах, а пальцы жесткие и холодные, как будто из них высосали всю жизнь. — Оно все ещё осталось твоим! Оно разрывается от боли, понимаешь?! – он прислонил его руку к своей груди, где сердце разрывалось от громкого пульса. — Я не смогу ещё раз без тебя. Я закончу эту чёртову жизнь! Я люблю тебя! Я не жалею, что отдал своё сердце тебе, я не жалею!... — Я самый глупый, лицемерный, бездушный ублюдок... Я люблю тебя. Бесконечно и навсегда, – он сильно стиснул Кенсу в руках, пытаясь уберечь от самого страшного. — Бесконечно и навсегда...              

***

Газета «Правдивый вестник» Статья на первой странице:        На окраине города было взорвано здание «Издательства правды». Было найдено два тела, определить личности невозможно. На сегодняшний день ведётся расследование. Читайте следующие новости каждый четверг в свежем издании!