Голосом по сердцу, взглядом по мечтам

- У меня новости, - сообщила Гагарина однажды вечером, когда все были в сборе. – Я сегодня была у врача. Он сказал, что я беременна. - Ох, дорогая, - Дмитрий бережно обнял супругу и поцеловал в висок. - Поздравляю, Полиночка! – восторженно запищала Амината. - Значит, у меня будет братик или сестричка, - заключил Андрюша, не отрываясь от своих дел, а затем добавил: - Это хорошо. - Ты справишься с проектом-то? – забеспокоился Дмитрий, но Полина уверила его, что всё будет хорошо. - «Голос» - это моя отдушина, там очень здорово. Мне нравится это занятие, к тому же, он закончится перед Новым годом, так что ничего страшного, - сказала она. И в самом деле, Полина много времени проводила вместе со своими конкурсантами. Даже когда она простудилась, не стала отлеживаться дома, а приходила на репетиции в марлевой повязке – лишь бы не бросать своих звездочек. Ей действительно было по душе наставничество, ей нравилось, что к ее мнению прислушиваются, а ее советы помогают людям шаг за шагом приближаться к идеалу. Она была довольна выбранными номерами и распределением ролей в дуэтах, а участники сами старались исполнить свои партии как можно лучше – так, как им сказала Полина. А то, что она еще и ожидала малыша, делало ее счастье по-настоящему полным – она чувствовала себя нужной всем и любимой всеми. В один из вечеров, когда у певицы был выходной, Амината застала ее не в лучшем расположении духа. - Нет, ну это нормально вообще? – разразилась Гагарина, едва смуглянка нарушила ее уединение. Сначала Амината подумала, что сейчас упреки посыпятся в ее адрес, но вместо этого Полина протянула ей планшет: - Посмотри, что мне подруга скинула. Почитай, что она себе позволяет! Это вообще как понимать? Амината едва успела читать те строчки, куда накрашенным длинным ногтем тыкала блондинка. Полина меняла вкладку за вкладкой, а затем и вовсе открыла видео на YouTube, где Дария Ставрович давала интервью после слепых прослушиваний. - Это вообще как, нормально? – возмущалась Гагарина. – То есть я не драйвовая. Я рафинированная! Она не знает, что делала бы со мной! Да кто она вообще такая? Ее никто знать не знает, а я на Евровидение ездила! И всю эту чепуху она успела по газетам разнести! - Поль, успокойся, тебе вредно волноваться, - мягко заговорила Амината. - То есть меня оскорбили, а я успокойся? - Да я не видела ничего такого оскорбительного в том, что ты мне показала. - То есть ты ее защищаешь? – вспыхнула Гагарина, а рижанка пошла в наступление: - Не, ну правда, что она делала бы в твоей команде? Пела бы «Зима в сердце, на душе вьюга»? Как ты себе это представляешь? - Что я бы дала, то и пела бы, - фыркнула Полина, а Амината тихо ответила: - Вот поэтому она и у Лепса. И сама выбирает, что петь. Она же вроде состоявшаяся певица. - Ну да, она поет в какой-то группочке, про которую я краем уха слышала, - смягчилась Гагарина. – Но все равно ей никто не давал права так обо мне говорить. Я ее еще проучу, пусть знает, как говорить гадости про старших и опытных. Приближались съемки этапа «Поединки», где Гагарина и надеялась проучить нахалку. Тем более что в дни репетиций они вообще не пересекались, и Полина даже не встречала ту миловидную девчонку, их пиарщицу Женю. Ух, она бы сказала этой Жене, что думает про их странный пиар – оскорблять наставников, которые представляли страну на Евровидении. Зато выпал шанс сказать это наставнику Дарии, когда они перед съемками первого выпуска поединков столкнулись в коридоре. - Ваша подопечная, дорогой Григорий Викторович, слишком много себе позволяет! - Это какая же? – пробубнил Лепс, не снимая очков. - Горлопанка ваша. Она утверждает, что я рафинированная и не драйвовая. - Дария Ставрович, - протянул Лепс. – Она вольна говорить то, что думает. И ушел, не слушая, что еще ему вслед высказывает Гагарина. Даже не обернулся. Но это лишь разозлило и раззадорило блондинку, она накручивала себя и к следующему выпуску едва ли не впадала в ярость при упоминании имени рокерши. Так вышло, что поединок Аминаты и поединок Дарии должен был состояться в одном и том же выпуске, поэтому съемки проходили в один и тот же день. Амината и ее напарник Чарли выступали одними из первых. Их песня представляла собой джазовое произведение, где Полина задумала во всей красе показать таланты своей возлюбленной и оттенить Чарли. Разумеется, латышка уже делилась с ней опасениями насчет зрительского голосования, но Полина утешала ее тем, что на ближайших двух этапах они покажут всю красоту голоса Аминаты, а кто захочет, может найти ее прошлогоднее выступление в Вене. - И потом, ты настолько очаровательная, что любой проникнется к тебе симпатией, - говорила она накануне поединка, целуя Аминату, а та лишь млела в ее руках. Показать искушенной публике свои таланты – задача не из простых, но смуглая красавица справилась. Наставники не скупились на комплименты обоим участникам дуэта, а когда дошла речь до наставницы, та, обратившись к Аминате, вымолвила: - У меня нет слов, чтобы описать свою любовь, - и тут же, одернув себя, добавила: - И восхищение твоим талантом. Пожалуй, это было самое странное признание в любви в жизни каждой из них. И оно повторилось, когда пришло время огласить решение наставника. - Мое сердце принадлежит Аминате. И это, как считала Полина, была сущая правда. Пусть они обе заранее знали исход поединка, сейчас Аминате предстояло изображать радость и удивление, говорить всем, что не ожидала одержать такую маленькую победу. Впрочем, с того самого момента, как рижанка стала участницей проекта, им приходилось постоянно притворяться и скрывать отношения, которые кто-то, возможно, уже и сумел разглядеть, хоть в самом их невинном проявлении. Полина считала, что если ошиблась в своем решении избавиться от Чарли, то его спасет кто-нибудь другой. Если же нет – она поступила правильно. Никто из наставников не повернулся, чтобы дать Чарли второй шанс – он покинул проект. После нескольких номеров объявили небольшой перерыв, чтобы наставники могли отдохнуть. Полина нашла Аминату в репетиционной, где она общалась с дядей. - Выйдем на минутку? – позвала блондинка, и они скрылись от посторонних глаз в одном из подсобных помещений. - Просто чтоб ты знала. Мое сердце принадлежит тебе, и ничто не сможет этого изменить, - снова сказала Гагарина. - Люблю тебя, - прошептала Амината. - Люблю тебя, - эхом вторила ей Полина, вовлекая девушку в нежный поцелуй. Они провели в уединении ровно минуту – как и обещала Гагарина, хотя с радостью продлили бы это время до бесконечности. Полине предстояло еще отсмотреть половину выступлений, а Амината уехала куда-то с дядей, заверив возлюбленную, что это займет всего пару часов, и ночевать они будут вместе. Процесс съемки выпуска возобновился, Полина оценила еще один дуэт из своей команды и озвучила решение, которое тоже было принято уже заранее, но сделала вид, что выбор дается ей с трудом, и она взвешивает все «за» и «против» прямо сейчас. Смотреть выступления чужих дуэтов было намного проще. Обсуждать их – тоже. Наконец пригласили последний дуэт, и наставники приободрились – совсем скоро их рабочий день подойдет к концу. На сцену вышла пара из команды Лепса. Стиснув зубы, Полина ненавидящим взглядом сверлила девушку, которая первой начала петь… Гагарина искала в ней недостатки, пыталась отметить малейшие недочеты, которые сама для себя определяла таковыми. «Господи, пытка какая-то», - думала она, и эти мысли явно отражались на ее лице. А той было все равно. На лице рокерши отражались совершенно противоположные эмоции: она испытывала удовольствие от песни, от выступления, от драйва. Погрузилась в песню, которая давалась ей легко и непринужденно, и из которой ее выбросила лишь волна последних аккордов. А теперь предстояло что-то сказать. Об этой девчонке с довольным лицом, о ее напарнике, которому выпала печальная участь петь с ней дуэтом. Полине тяжело давались слова: хотелось высказать обиду ей прямо в лицо, накричать, указать, где место этой нахалки. А вместо этого приходилось выбирать выражения, обойтись без провокаций, но дать ей понять, что это было невозможно слушать. Что на нее невозможно смотреть. Впрочем, рокерша практически не реагировала на ее слова, будто ей было наплевать. А может, и правда ей не было дела до мнения других наставников? А тут еще эти шуточки Нагиева, и Ставрович даже не скрывала, что в этой словесной дуэли заодно с ведущим готова высмеивать непутевую наставницу проекта. Полину раздражало постоянное стремление всех и вся пошутить над ней, а уж когда к этим шутникам так явно присоединилась и ненавистная ей рокерша, сдерживать себя стало еще труднее. Последним высказался Лепс, ему и предстояло принять решение. «Естественно, надо оставить Олега», - думала Гагарина. - Со мной остается Ставрович Дария, - огласил решение наставник. - Тьфу, глупость какая, - буркнула себе под нос Полина, рассматривая собственные ногти. Впрочем, остался в проекте и Олег, только в команде Димы Билана. Наконец, съемки выпуска были закончены, и можно было пойти домой и расслабиться. Андрюша снова у мамы, Дима приедет только завтра, и это значило, что она проведет эту ночь с Аминатой. Одна лишь мысль об этом накрывала теплой волной успокоения и предвкушения наслаждения. Сперва Полина направилась в сторону уборной, где, к своему раздражению, увидела Ставрович вместе с Кондраковым и Бабиевым. Дария оседлала метлу, опрометчиво оставленную уборщицей около туалета, и воодушевленно скакала по коридору с воплями: - Юхуу, я нашла, на чем поеду домой! Смотрите, парни, мне теперь ни метро не нужно, ни такси! - Слышь, Нуки, а подвези меня, я так долго репетировал сегодня, что устал, - хохотал Кирилл. Дария, издавая нечеловеческие звуки, продолжала развлекать себя и своих друзей, а когда с ней поравнялась Полина, проскакала ей наперерез: - Смотрите, клевое транспортное средство, не правда ли? - Зашибись, - сквозь зубы процедила Гагарина, решив, что лучше будет не устраивать конфликт прямо сейчас. - Вас подвезти? – Дария широко улыбнулась. - Ты меня лучше берегись, я святая инквизиция, сожгу еще, - блондинка нахмурилась. – И вообще, Дария, Вам бы следовало уважать старших. Ее словам рокерша удивилась, но не стала уточнять, о каких именно старших говорила Гагарина: мало ли, что на уме у этих блондинок, а ей самой сейчас было очень весело. - Н-но, быстрее! – крикнула она метле и тряхнула головой так, что случайно оголилась шея. В следующий момент Полина внезапно остановилась, лишь хватая ртом воздух и с ужасом глядя на внушительных размеров шрам на шее ненавистной рокерши. Даша перехватила ее взгляд и прочитала мысли, бродившие сейчас в голове блондинки, но не стала отвечать на не озвученный вопрос. Чтобы не пугать слабонервную певицу, Нуки потрясла головой, чтобы дреды вновь закрыли ее шею, и продолжила свое странное веселье. Не прекратилось оно ни тогда, когда Полина вошла в туалет, ни когда она уже мыла руки. Лишь когда она закрывала за собой дверь, выходя обратно в коридор, раздался голос Кирилла: - Эй, Дашка, там Лепс зовет, пошли скорее! Ставрович отбросила метлу так же, как обычно делала это со стойкой микрофона, и вприпрыжку бросилась к товарищам. - Олежка, я так рада, что ты остался! – крикнула она, делая вид, что хочет запрыгнуть на плечи Кондракову. Вся троица скрылась за дверью репетиционной Лепса, и потерянная Гагарина отправилась домой. Когда она добралась до своей квартиры, ее уже ждала Амината, а еще приготовленный ей незатейливый ужин. С тех пор, как Полина узнала о своей беременности, она перестала думать о диетах. Внутри нее зарождалась маленькая жизнь, поэтому следовало питаться без оглядки на запреты и ограничения. Гагарина пересказывала подруге шутки Нагиева, поведала, как прошла вторая часть съемок в целом и упомянула о спасении Кондракова Биланом. - Кстати, я у Ставрович на шее увидела здоровенный жуткий шрам, - добавила она. - А, да, я про нее почитала, когда ты впервые на нее взъелась, - кивнула Амината. - Почитала? Где? - Да в интернете же! – латышка рассмеялась. – Там есть сайты всякие, кроме Инстаграма, Твиттера, Контакта и Фейсбука, представляешь? Википедия, к примеру. И еще много всяких ресурсов, даже познавательных. - Не смейся над старой женщиной! – полусерьезным, полушутливым тоном заявила Гагарина и принялась мыть посуду, а смуглянка тем временем отправилась в душ. Оставшись наедине с собой, Полина потерялась в своих мыслях. Это неплохая идея, и как ей раньше не пришло в голову поискать информацию о той, кого так невзлюбила? Хотя бы узнать, кто она такая. И каким образом заполучила этот пугающий шрам. Блондинка не стала говорить, что думала об этом всю дорогу домой, пока перед ней мелькали светофоры, перекрестки, пешеходы. И сейчас она не сразу заметила, как Амината вышла из ванной комнаты, благоухая ароматом какого-то экзотического фрукта – такого же экзотического, как и сама рижанка. - Эй, ты-то собираешься мыться? – окликнула ее возлюбленная. - Ах, да. Сейчас, конечно. Что-то я зависла. Устала сегодня. Иди пока в нашу постель, я быстро. Амината прежде не видела ее такой. Может быть, ей просто жалко было расставаться с участниками? Или она думала о предстоящих поединках? Ведь впереди было еще несколько съемок – значит, еще несколько человек, к которым она успела привыкнуть, останутся за бортом этого конкурсного крейсера. - Вот и я, - возвестила Полина и улеглась рядом с Аминатой. – Я тебе сегодня уже сказала всё… А сейчас докажу на деле. Блондинка бережно гладила смуглое тело, и в глазах ее светилась бесконечная нежность. Вновь доверив себя друг другу, они окунулись в бескрайнее блаженство наступившей ночи.