Один шаг

      Люси пребывала дома уже больше двух недель. Но буквально на третий день гильдия очнулась, начав поиски Скарлет. От Саблезубых не было никаких вестей. В то же время Хартфилию это устраивало: Стинг больше не начальник для неё, но так же это могло означать что-то неладное.       Девушка жила в полном неведении и страхе. Все-таки она знала, что Стинг болен, но оставила его одного где-то в лесу. А если напали? А если убили? Когда Нацу забирал её вещи, дом был пуст, но никаких следов кровавых сцен не было.       Хартфилия терпела несколько дней, пытаясь тайно выведать, видел ли кто хоть кого-нибудь из братской гильдии. Но нет, никаких новостей. Юкино решила детально изучать свою родословную, её не было в Магнолии вообще. А парней никто и подавно не видел.       Мираджейн так же не отпускало чувство тревоги. Прекрасный цветок Люси увядала на глазах: редко с кем общалась, много думала и писала в своём дневнике.       Собравшись с духом, Хартфилия, ни слова не сказав друзьям, отправилась в таинственный дом, надеясь найти Эвклифа невредимым.

***

      Заклинательница шла по знакомой тропинке, разглядывая снующих туда-сюда зверюшек. Солнечные зайчики скакали по траве, неприятно светили прямо в глаза, из-за чего девушка постоянно держала руку у лица. Нога давно прошла, но когда волшебница проходила мимо злополучного обрыва, будто бы заныла вновь.       Заклинательница не понимала, зачем она ушла из родной гильдии в дом неприятного мастера саблезубых. Казалось, ответ почти рядом, стоит сделать один-единственный шаг, и она всё узнает. Вот только не дойти, нога побаливает.       Поёжившись от прохладного ветерка, она пошла чуть быстрее и подошла к заборчику, толкнув калитку. Было очень тихо. Никаких лишних звуков, свидетельствующих о жизни внутри дома, не было.       Хартфилия поднялась по ступенькам и, на всякий случай постучавшись, вошла в дом. Она без труда обошла все комнаты, оставалось проверить только рабочий кабинет.       Тихо ступая по мягкому коврику, Люси взялась за ручку и повернула ее. Представшая перед ней картина успокоила и напугала одновременно. Стинг спокойно лежал на диване с закрытыми глазами, будто бы спал. Только кружка с кофе, стоящая рядом на полу, была даже немного пыльной, а содержимое свернулось и вряд ли сгодилось бы для питья.       Дрожа, Хартфилия приблизилась, склонившись над своим старым хозяином. Уловив слабое дыхание, она немного успокоилась, приложив ладонь к его лбу. Эвклиф был ужасно горячим, будто бы мучаясь от долгой болезненной лихорадки.       Но даже от её движений он не проснулся, продолжая мирно «отсыпаться». Люси напрягалась, вначале тихонько толкнув его в грудь, затем похлопала прямо над ухом, попыталась завести разговор. Но ничего. Совсем ничего.       Девушку внезапно осенило. Только один вариант пришёл ей на ум — долгий-долгий беспробудный сон*, от которого так сложно очнуться. Хартфилия тихо поднялась, удалившись на кухню. Найдя воду, она быстро завалила слегка теплый зелёный чай и вернулась в кабинет.       Волшебница поставила чашку рядом на полу, чтобы чарующий запах поднимался вверх, надеясь, что Эвклиф хоть как-то на неё отреагирует.       В голове хвостатая перебирала различные причины: паника, истерика, любая стрессовая ситуация. Она едва заметно покраснела, чуть сжимая руку хозяина.       Неужели он переживал за неё? Он нервничал?

***

      Прошло около часа с момента, как волшебница обнаружила страшную находку.       Вначале она молча сидела рядом, лелея надежду, что хозяин вот-вот откроет глаза. Затем раскаивалась и чуть ли не плакала, виня себя, что так подло поступила с больным.       Убедившись, что Стингу не становится хуже, девушка вернулась на кухню. Она принялась готовить легкую кашу из крупы, что нашлась на полке, добавляя как можно больше молока, сделав еду жидковатой.       Сердце болезненно сжималось, рисуя страшные картины с неподвижным телом, но заклинательница старательно гнала их прочь, думая только о хорошем. Оставив все в кастрюле, она вернулась в кабинет.       Первым делом Хартфилия открыла окно, чтобы поступал свежий прохладный воздух. Затем она осторожно расстегнула рубашку хозяина, прикладывая к его телу мокрое полотенце, пытаясь как-то снять жар. Бежать за Венди не было никакого смысла, а вдруг юноша очнётся в любую секунду и никого не будет рядом?       Нужно просто думать о хорошем. Если о нем думать, хорошее обязательно произойдет!       Закончив с небольшими делами, Люси принялась гулять по комнате. Она рассматривала разные старинные книги, передвигала на полках статуэтки. Хартфилия взяла со стола толстый ежедневник, ища последнюю запись. Как оказалось, она была сделана три дня назад. Вздохнув, волшебница положила блокнот на место, принявшись рассматривать лежащие на столе мелочи. В общем, пыталась себя хоть как-нибудь занять, мучаясь от переживаний.       За окном уже стало темнеть, когда девушка услышала, как его дыхание стало немного громче. Бросив читать, Хартфилия опустилась на полу перед диваном, вновь взяв руку хозяина. Она шептала нечто ласковое, успокаивающее, убирая спадающие на лицо пряди волос за ушко. Пересилив себя, Хартфилия все же наклонилась ближе, прижавшись к его груди, в таинственной тишине слушая биение его сердца. Как показалось блондинке, удары становились немного быстрее и громче. Она выдохнула, продолжая смотреть на бледное лицо юноши.       Люси оценила все, что было между ними за это пролетевшее время. Взвешивала его извращенские замашки, убеждая себя, что ему это было нужно. Так же не смогла не учесть то, как он нёс её на руках и заботливо обрабатывал рану.       Их отношения казались ей высокими, больше на уровне души. Красивыми, легкими.       Перед глазами медленно всплывали милые картины их небольших ссор, разногласий… А потом она уже отдалялась, уходя по тропинке прочь от этого дома.       Если ступил на верную дорогу, наступай уверенно, не убегая обратно.

***

— Нацу, я не думаю что нам стоит так часто мешать Люси… — Мешать? — юноша остановился, опираясь рукой о ствол дерева. — Кажется, ей нужно побыть хоть какое-то время наедине с собой. Разобраться в мыслях, успокоиться. Она сама не своя.       Лисанна вздохнула, считая, что Драгнил ничегошеньки не понимает в женских терзаниях. Она подошла ближе, смотря на удивленного возлюбленного, покрывшись лёгким румянцем. — А если что-то случится? Стинг точно может быть опасен для неё! Она же наш друг, член семьи! — А если нет? Если она просто пошла отдохнуть от всех нас где-нибудь возле моря? Просто подумать… — Но ничто не мешает нам осмотреть его дом ещё раз. — Вламываться без приглашения…       Драгнил фыркнул, больно схватив её за руку, утащив с лесной полянки на тропу, ведущую к злополучному дому. Лисанна лишь слабо улыбнулась, ускорив шаг. Ей нравилось чувствовать себя неважной и ведомой, находиться под предводительством кого-то сильного, мужественного.       Девушка опустила руку чуть ниже, коснувшись его ладони, и робко сплела их пальцы вместе. К её недолгому сожалению, драгонслеер даже не обратил на это внимания, хотя немного сжал ее кисть.

Когда же ты заметишь меня, Нацу?

***

      Тем временем Люси обустраивала кабинет. Принесла себе одеяло и две подушки, также табуретку и кастрюлю с обедом. Она устроилась на полу возле дивана, не сводя взгляда с хозяина. Девушка осторожно провела пальцами по его щеке, расплывшись в мягкой улыбке.       Хартфилия понятия не имела, что скажет когда он очнётся. Не знала, будет ли ее ругать, или Стинг просто обнимет её без всяких лишних слов?       Ощущение небывалой легкости терпелось в груди, медленно поднимаясь выше. Заклинательница выдохнула, переведя взгляд на время, а затем положила себе в тарелку немного каши.       На вкус она оказалась весьма приятной, поэтому блондинка с удовольствием съела свою порцию, немного заглушив голод. Было тихо и умиротворенно, из-за чего девушка осторожно положила голову на свободный край дивана и закрыла глаза в надежде немного отдохнуть.       Внезапно с улицы начали доноситься крики, волшебница чуть не уронила тарелку. Поставив её на пол, Хартфилия рванула к двери, но остановилась, бросив взгляд на мастера.       Судя по голосу, её звал Нацу, но он ведь может подождать. А если Стинг сейчас придёт в себя…       Люси задвинула защелку двери и молча села на своё место. Она старалась дышать как можно тише, вслушиваясь, как на первом этаже хлопают двери.

***

      Лисанна осматривалась, стараясь убедить спутника, что нужно уходить. Правда драгонслеер её совершенно не слушал. Он осматривал комнаты и, выходя, громко закрывал дверь. Пройдя наверх, Нацу так же бесцеремонно вломился в спальню, затем в соседнюю комнатку, все ближе подбираясь к кабинету. Штраусс-младшая оказалась намного сообразительнее своего напарника, увидев открытые шкафчики на кухне и вымытые стаканы на столике.       Девушке не очень хотелось мешать возможной романтической сцене, поэтому она резко обняла возлюбленного сзади, уткнувшись личиком в край свисающего шарфа. — Н-Нацу… Давай вернёмся в гильдию, мне не очень хорошо. Тут пахнет цветами, а у меня аллергия. — Если бы тут пахло, я бы почувствовал. — Ну пожалуйста… — тихим болезненным голосом пролепетала волшебница, плавно убирая его ладонь от ручки двери.       Ее рука действительно оказалась очень тёплой, что навело юношу на мысль о температуре. Поэтому парень усадил её на стул в коридоре, все-таки пытаясь открыть кабинет. Лисанна тихо вздохнула, опуская голову. Никто никогда не будет слушать её. Вот Люси он бы неприменно послушал!       Дверь не поддавалась, из-за чего Драгнил начал злиться, нелепо угрожая деревянной преграде.       Штраусс невзначай бросила взгляд на лежащий на полу флакончик. Тихо подняв адекалон, она открутила крышечку, сделав два глубоких вдоха, и сильно закашляла. «Рассвет» упал на пол, закатившись под журнальный столик. А юноша наконец отвлекся, оказавшись возле подруги. Её бледное личико покрылось ярко-розовыми пятнами, сама она продолжала кашлять.       Решив, что аллергия действительно такая тяжёлая штука, Нацу сгрёб подружку в охапку, вынеся её на улицу. Лисанна жадно глотала свежий воздух, а перед глазами появилась мутная пелена. Все двоилось и крутилось вокруг, из-за чего девушка намертво вцепилась в возлюбленного, сжимая его накидку.       Проныв, Драгнил собрался как можно быстрее притащить её к Полюшке или Венди, кто найдётся быстрее.       И вот они уже удалялись от злополучного дома. Нацу решил для себя, что Люси там действительно нет. Штраусс же немного отошла от своей «аллергии» через какое-то время и смогла уже самостоятельно идти, хоть и шаталась.

***

      Хартфилия же сидела ни жива ни мертва. Убедившись, что дома, кроме неё и мастера, больше никого, она вновь проверила температуру. Как оказалась, жар медленно проходил, а дыхание действительно стало ощутимее и громче. — Все плохое уже позади, осталось только открыть глаза… — шёпотом произнесла блондинка, осторожно целуя хозяина в лоб.       Ей на минуту захотелось, чтобы так было всегда, только чтобы Эвклиф был живым и сжал бы ее объятьях в ответ, а потом она помахала головой, отгоняя глупое наваждение.       Мир полнится мечтами, а она не может сделать один-единственный шаг навстречу своей.