Часть 10
10 марта 2017 г., 15:37
***
Если Люси решила всё рассказать, она расскажет, выслушает своих согильдийцев и всё равно сделает так, как решила. Потому что надо стоять на своем решении. И никто не изменит ее точку зрения. — Минуточку внимания, пожалуйста! Я глубоко ценю вас всех и то, что вы переживаете. Это очень мило — помнить обо мне всегда, пытаться «спасти». Но ведь мы вольны сами выбирать свою судьбу. И я, кажется, нашла место, где хотела бы остаться. Это не ложь и совсем не шутки, так что я просто прошу не волноваться и не посылать патрули на мои поиски. Гильдия — мой дом, но чувствам не прикажешь. Я просто не могу находиться тут, понимая, что… Она замолчала, понимая, что сболтнула лишнего. — Неважно. И я вынуждена… — дверь в гильдию отворилась, а на пороге возникли Нацу и Лисанна, на щеках которой расцвел румянец. Мира осмотрела зашедшую пару и хитро подмигнула сестре, увидев радостный блеск в ее глазах. — О, Люси вернулась! — воскликнул Нацу, выпуская руку Лис из своей. Штраусс спрятала руку за спину, расстроенно улыбнувшись. Первые шаги все же были напрасны? Драгнил быстро опомнился, повернулся к девушке, улыбнувшись ей. — Я уже ухожу, — быстро проговорила Люси, — ты опять меня перебил, Нацу! — воскликнула Хартфилия, а затем продолжила, — поэтому мне придётся вас покинуть. Думаю, это не на всю жизнь, так что я надеюсь на скорую встречу. Всем спасибо. Блондинка обнялась с расстроенной барменшей, засобиравшись обратно домой. — Ты не можешь уйти, — спокойно произнёс Драгнил, схватив её за локоть, — Мы — семья. И почему ему нужно все объяснять по сто раз? — А ты знаешь, что происходит, когда дети в семье вырастают? — Люси казалась очень серьезной и не настроенной на шутки. После недолгой паузы она продолжила. — Они уходят из семьи и создают свою собственную. Хартфилия тут же вырвалась, быстро попрощавшись с друзьями и, накинув плащ, скрылась за дверью. А Нацу так и стоял на месте, анализируя все услышанное. Он никак не мог понять, куда же уходит волшебница. Зачем она уходит. Разве не лучше быть частью гильдии, как Биска с мужем? Какой смысл в этих уходах. Гильдия быстро зажила нормальной жизнью, началась привычная суета. Кто-то шептался, обдумывая все, сказанное Люси. Кана просто нашла новый повод выпить и доставала Лаксаса, предлагая стаканчик. Мира что-то быстро писала в блокноте, не сводя глаз с сестры. Лисанна же чувствовала себя опустошённой и брошенной, хотя прекрасно понимала, насколько дорога была для возлюбленного эта странная блондинка. Она тихо покинула шумный зал, отправившись домой, вслушиваясь в приглушённые звуки дождя где-то вдалеке.***
Люси спокойно двигалась домой, прячась под плащом от сильного дождя. Она прошла через калитку, быстро поднявшись по ступенькам к двери. Скинув мокрую накидку, девушка зашла в дом. Везде был включён свет, а из кухни пахло чем-то отдаленно напоминающим мясо. Заклинательница фыркнула, пройдя в соседнюю комнату. Стинг, очевидно, довольный собой, раскладывал возле двух полных тарелок вилки, перекладывая их справа налево, а потом обратно. Девушка покраснела, но схмурилась, тихо подойдя ближе. — Зачем ты встал? Нельзя же, может быть ещё хуже. Или совсем хорошо тебе? Юноша повернулся к ней, слегка наклоняясь. Его лицо было таким же бледным, под глазами большие сине-фиолетовые синяки. Мастер представлял из себя жалкое зрелище, но Люси была уверена, что они справятся. Хитро улыбнувшись, Хартфилия обхватила его за шею, увлекая в нежный поцелуй, стараясь почувствовать вкус его сухих губ. Быстро отстранившись, она, как ни в чем не бывало, налила полный стакан воды, заставляя обиженного волшебника выпить все. Затем они сели за стол. Девушка с большим удовольствием кормила его, стараясь делать все, чтобы он много не двигался. Мясо оказалось вполне съедобным, украшенное сверху специями и петрушкой. Люси и сама была не против полакомиться, забившись под руку парня. Она чувствовала его тяжёлое дыхание где-то в районе уха, а так же тепло, идущее от его тела. Когда обе тарелки остались пусты, Люси помогла дойти до спальни, перенеся все из кабинета туда. Стинг плюхнулся на кровать, закутавшись чуть ли не с головой в одеяло, опуская полную мыслей голову на подушку. Хартфилия села на краю, начав переодеваться. Она даже не дрогнула, понимая, что сейчас сексуальной фантазией Стинга является уютная кровать, а не болельщица. Быстро надев шортики с майкой, девушка устроилась на второй половине кровати. Она мечтательно прикрыла глаза, пока не поняла одну важную вещь. — Стинг… — М? — У тебя на кухне было пусто… Откуда тогда эта еда? Я ничего не покупала. — Я не помню… — уже сквозь сон протянул юноша, не особо задумываясь о её словах. Люси хотела ещё что-то узнать, но маг уже храпел под боком, пытаясь прижаться к ней. Хартфилия перебирала в голове все возможные варианты. Роуг? Но он вряд ли бы оставил друга одного и просто ушёл. Юкино? Нет, она не приезжала ещё. Или приезжала? Таинственный доброжелатель? Нет, Люси не верит в такую необоснованную помощь. Что-то подсказывало ей, что этой ночью она не сомкнёт глаза.***
Люси уснула под утро в обнимку с возлюбленным, перетягивая на себя край одеяла, но Стинг упорно его не отдавал. В конце концов он отвернулся к себе, подмяв под себя все, что можно, включая обе подушки. Хартфилия не хотя потерла глаза и, встав, направилась на кухню готовить завтрак. Она зевала, дожидаясь, когда в чайнике закипит вода, бросив в кружку пакетик заварки. Оторвав календарный лист, девушка, пританцовывая, дошла до мусорки, выкидывая мелкий хлам со стола. Заклинательница принялась напевать какую-то незамысловатую мелодию, стараясь скорее проснуться и быть бодрой. Утро после дождя оказалось туманным, из-за чего сильно хотелось закутаться в плед вместе с чашкой тёплого какао и листать глянцевые журналы возле камина. Приготовив две чашечки чая и взяв печенье от того же «доброжелателя», Люси вернулась в спальню. Поставив все на маленьком столике, девушка взобралась на спину мастера, аккуратно разминая его плечи. — Великий мастер, пора вставать… — ласково проурчала Хартфилия, наклонившись к самому его уху. Стинг недовольно заворчал, утыкаясь лицом в подушку, и мирно продолжил дремать. Девушка нахмурилась, с трудом пробившись к нему под одеяло, прижавшись щекой к его груди. Она несколько минут молча слушала дыхание, отдававшее хрипотцой, а затем несильно потянула его за щеку. Юноша заворчал громче, приподнимаясь на локтях, недовольно и обиженно смотря на болельщицу. Эвклиф был растрепан и явно не собирался вставать в такую «рань». Люси мило улыбнулась, протягивая ему кружку. Сделав пару глотков, он прикрыл глаза, словно обдумывая что-то. — Тебе нравится пасмурный день, Люси? — Не сильно, — она отхлебнула из своей чашки, смакуя овсяное печенье, — больше люблю вечернюю прохладу. — Тогда давай пройдёмся вечером? Приглашение на свидание было одобрено волшебницей. Она прямо чувствовала, как сердце громко стучит в груди, отдаваясь шумом в ушах. Вот так: «бум-бум». Люси чуть покраснела, продолжая сидеть в одной с ним кровати. — Так ты действительно не помнишь, откуда вся эта еда? — Я просто зашёл на кухню, и все уже было там, — протянул юноша, пожимая плечами. — Странно все это. Может она отравлена… Заклинательница взяла ещё одну печеньку, внимательно осматривая её. На что Стинг только слабо засмеялся, сорвавшись на кашель. Он откинулся на подушки, уныло смотря в потолок. — Черт… Слишком много движений за это утро. Люси понимающе кивнула, поправляя ему одеяло. — Лежи, не двигайся только. Я приготовлю что-нибудь более подходящее для тебя… Юноша обнял подушку, закрывая глаза, стараясь расслабиться и унять боль. Хартфилия гремела чем-то на кухне, очевидно, подбирая какую-нибудь легкую закуску. Заклинательница достала пакет с хлопьями, сунув полную молока тарелку подогреваться. Она оперлась спиной о край стола и молча смотрела, как движется стрелка настенных часов. Правильный ли она сделала выбор? Вдруг это не любовь, а минутное увлечение. Может, Стинг просто человек, который понимает ее, словно мать? Вроде старшего брата или даже отца, которого у нее по-настоящему не было. А гильдия? Она была, скорее всего очень груба с ними. Больше всего блондинка переживала за Нацу. Волшебница тряхнула головой. Слишком много мыслей в последнее время. Хватит уже размышлять над одним и тем же. Время обязательно покажет… — Люси, ты идешь? Хартфилия выключила печку и, взяв чашку, направилась в спальню. По дороге она вздрогнула, услышав, как окно распахнулось от сильного порыва ветра. Быстрым шагом зайдя в комнату, она опустилась на кровати. — Все хорошо? Ты выглядишь растерянной. — Просто… Окно так внезапно открылось. Я испугалась, — честно призналась Люси, ощущая, как тёплая рука накрывает её ладонь. — Дом и в правду большой. Порой бывает действительно жутковато слышать, как скрипит от старости пол или хлопают окна. Но я тебя защищу, — Стинг широко улыбался, не отпуская её руку. — Вы тут жили всей гильдией? Юноша кивнул, беря у волшебницы тарелку с завтраком. — Но сейчас почти все живут парочками. Даже Роуг куда-то свалил со своей подружкой. — С Юкино? — Люси положила ногу на ногу, косясь на дверь. — Да черт знает. Эвклиф спокойно поглощал хлопья и, взявшись за тарелку двумя руками, вмиг опустошил её от молока. Хартфилия хихикнула, вытирая его испачканную щеку тыльной стороной ладони. — Замарашка… Фыркнув, он поставил тарелку на столик. Затем резко обняв девушку, буквально свалив на себя, заставляя прижиматься ближе. Люси с ногами заползла на кровать, будто «прячась» под рукой мастера. — Теперь не так страшно, правда? Кивнув, она укрылась одеялом. Девушка молча слушала его спокойное дыхание в наступившей тишине. И это умиротворение словно перетекало в неё. Все мысли отступили, проблемы развеялись, казалось, что никаких проблем не существует вовсе. Хартфилия подняла голову, чувствуя, что у неё вот-вот польются слезы. Она крепко обняла мастера за шею, уткнувшись в его макушку, зарываясь лицом в жестких золотистых волосах. — Спасибо тебе… За все. Юноша был сражён и очарован её тихим голоском, так нежно ласкающим слух. Её предательски милыми движениями, хоть руки заклинательницы буквально тряслись. Маг натянул одеяло на её плечи, осторожно водя рукой по спине вверх и вниз. — Все будет хорошо, поверь. И она верила. Кусая губы, девушка все же отпустила его, заглянув в глаза. Будто бы проникая глубоко-глубоко в самую душу. Они несколько секунд смотрели друг на друга, чувствуя эту неразрывную связь, что всегда соединяла их. Стинг аккуратно провёл пальцем по её нижней губе, заставив девушку охнуть от неожиданности. Она покрылась едва заметным румянцем, будто бы погружаясь в трепетный сон. Юноша неторопливо взял её за подбородок, поднимая личико чуть выше, а затем нежно поцеловал волшебницу. Робко, будто бы боясь спугнуть это видение, Люси позволила целовать себя снова и снова. Она с жадностью вкушала сладкий аромат его губ, уперевшись двумя руками в спинку кровати. Эвклиф провёл рукой по ее ножке от колена и вверх до живота, касаясь ткани лёгких пижамных шорт. Хартфилия, боле ни секунды не сомневаясь, перекинула оду ногу через него, устраиваясь сверху в довольно неприличной позе наездницы. Мастер лишь усмехнулся, покрывая поцелуями ее скулы, спускаясь к шее. Заклинательница трепетала, расплывшись в блаженной улыбке и, осмелев, плавно двинула бедрами несколько раз. Наградив волшебницу долгим поцелуев в губы, маг вновь взял её за подбородок, внимательно рассматривая нежные черты ее лица. Хартфилия, смущаясь, закусила губу, опустив руки на его плечи. Затем плавно начала поглаживать их, любуясь видом обнаженного торса. — Извращенец… — наконец изрекла девушка, быстро слезая с мастера, гордо усевшись на краю кровати. — Обращайся, когда тебе будет страшно, болельщица. Хартфилия молча рассматривала узоры на обоях, став красной, словно спелое яблоко. Она тихо и незаметно облизывала губы, пытаясь вновь почувствовать вкус. Его вкус. Стинг повернулся набок, прижимая к себе подушку, пытаясь осознать, что они делали минутами ранее. Эта девушка будоражила сознание, заставляя просыпаться давно уснувшие чувства. Она должна принадлежать ему. Он хочет целовать её прекрасное тело и засыпать с ней по ночам. Но согласится ли она стать рабыней высших чувств? Быть может, променяет все это на семью… Кто знает, кто может это знать…
