Hartvig Nissen

Начинался урок испанского. В заполненный класс вошла учительница и начала что объяснять при этом активно жестикулируя. Нура сидела на второй парте у окна и смотрела на птиц, которые мирно клевали зерно на асфальте. Почему это происходит с ней? Ведь все, что она делает — влюбляется. Сначала в Кёртиса, теперь в Вильяма. Девушка догадывалась, что было в конверте, который Кёртис передал ей. Это была фотография. Фотография сделанная тогда, когда ей было тринадцать и когда она, как дурочка, согласилась переночевать у своего друга. Но, Нура думала, что все фото были изъяты судом, во время дела над Кёртисом. Она могла догадаться, что извращенец сделал копии. И будет мстить. Ведь она посадила его на два с половиной года. Если фотографии распространятся — нормальной жизни Нуры прийдет конец. Воспоминания девушки перервала машина, которая заехала в двор Nissen. Это был чёрный Рено Кристофера Шистада. Из салоны вышел сам Крис, поправляя капюшон толстовки, и какая-то девушка. Чёрные волосы, голубые глаза, короткое чёрное платье. Это была Эмилия Ренгвел. Девушка-дьявол в жизни блондинки Сатре. Нура вопросительно вскинула брови и проследила взглядом за парочкой. Что Крис делает с этой стервой? Ева знает об этой встрече? Шистад и Эмилия, о чем-то напряжённо разговаривая, вошли в здание школы. Блондинка попросилась выйти из класса и быстрым шагом направилась ко входу. Когда девушка чуть ли не летела по коридору, она увидела приближающихся Криса и Эмилию. Нура поспешила спрятаться за угол и попыталась вслушаться в разговор. — … бесполезно, милашка Шистад. Я не собираюсь отменять свои планы — только потому что ты просишь, — послышался сладкий голос Эмилии.  — Чего ты хочешь? — напряжённо спросил Крис.  — Кажется, я уже выставила свои требования, — стук каблуков прекратился и Нура предположила, что переговорщики остановились, — хочу быть королевой Nissen.  — Я тебе корону из картона сделаю — только отстать от Нуры, — сказал парень.  — Ты что ее адвокат? — засмеялась Эмилия. — Нет, я адвокат Вильяма, — ответил Шистад, — и он очень хочет закончить эти детские игры. — Тогда пускай сам мне это и передаст, — девушка перешла шёпот, — и если он этого не сделает, школа увидит совсем не детские снимки с блондой Сатре в главной роли.  — Когда? — вздохнул Кристофер.  — Сегодня. В восемь возле школы, — громко произнесла девушка, — или в восемь пятнадцать будет занятная выставка. — Ну ты и сволочь, — сплюнул Шистад. — Как и ты. Наверное, поэтому мы и встречались дольше всего, — ухмыльнулась девушка. — Есть условие, — сказал Крис, — если Вильям приходит — ты отдаёшь ему все, что имеешь на Нуру. И мы об этом больше никогда не вспоминаем. — Если Вильям приходит, — Эмилия повторила интонацию парня, — то он больше никогда не вспомнит о малышке Сатре. После этих слов у Нуры пересохло во рту и, под звук удаляющихся каблуков Эмилии, Сатре сползла по стене, закрывая рот руками. Она добьёться своего. Та черт, она уже добилась своего. Вильям пойдёт с ней на встречу, а дальше уже дело техники. А в технике эта знойная брюнетка разбиралась. Как-то, Вильде говорила, что Эмилия переспала с директором. Все подладится ее обаянию и Вильям не станет исключением. Или не стал? Сидящая на холодном полу школы Нура не знала, что Магнуссон уже поддался чарам Эмилии. И у брюнетки лежит дома семь чёрных толстовок. А, нет, уже шесть. Последняя валялась под кроватью в квартире Нуры и Вильма. Магнуссон не рассказывал Сатре, что в день их встречи, твою мать, за полчаса до из встречи тогда на школьном дворе — он переспал с Эмилией. И, что когда Нура отказала парню, тот ехал к брюнетке и жёстко имел ее на кухонном столе. Но то был другой Вильям. Вильям о котором Нура никогда не узнает. Ведь Эмилия была просто девочкой, маленькой второкурсницей, влюблённой в образ мудака — старшеклассника. Брюнетка и до это имела несносный характер, а стервой — Эмилией стала тогда, когда Магнуссон без объяснений перестал приходить к ней, отвечать на звонки. Когда рядом с ним появилась эта блондинка. Он бросил ее, так же как и его улыбчивый дружок. Если с Вильямом у Эм был секс, иногда нежные поцелуи и разговоры, то с Шистадом — у Ренгвел были самые настоящие отношения. И самые длинные. Они провстречались около года, пока Крис не напился в хлам и не изменил с той, которая сейчас называется его девушкой. Эмилия любила и уважала Криса, а он… Крис это Крис. Эмилия не винит его в этом. Потому что он признался, а не как отмороженный придурок перестал обращать внимание. Мы всего лишь трахались пару раз, что в этом такого? Ну да. А она влюбилась. И увидев эту девочку — солнце с ним, тогда около машины — была готова или расплакаться или разорвать ее на части. Она счастливая, она забрала ее счастье. И Эмилия вернёт то, что ей пренадлежит.