Hartvig Nissen

Нура отворила дверь и зашла домой. Бросив сумку на пол, девушка увидела кроссовки Вильяма — значит парень уже приехал. Сатре не видела своего парня, а утра — перед тем как завезти девушку в школу, Вильям сказал, что ему нужно ненадолго отлучиться по делам и чтобы она не переживала. Но эти слова не очень то вселяли уверенность. Блондинка прошла на кухню и увидела парня, поедающего йогурт и листающего что-то в телефоне. Длинная челка спадала на бок, прикрывая глаз под которым виднелся… синяк? — Привет, — поздоровался Вильям и поспешил подойти к девушке, — как в школе? — Кто? — обеспокоено спросила Нура. — Поставили на место одного человечка, — ответил Магнуссон, смотря в пол. Врать ей бесполезно. — Кого? — девушка провела пальцем под глазом, очерчивая посиневшую кожу. — Кёртиса, — тихо произнёс парень и взглянул на Нура. — Вы что дрались с Кёртисом?! — от неожиданной новости девушка отскочила от Магнуссона, — зачем? — Он обидел мою девушку. Пускай это и было давно, но я должен был ему объяснить что к чему, — Вильям сделал шаг к Нуре, пытаясь заключить ее в объятья, — и, кстати, не мы дрались, а я дрался. И я его уделал. — Не нужно было этого делать, — тихо прошептала девушка, в плече Вильяму, — он ведь не забудет. Он и тебя будет доставать. — Не будет, — парень погладил девушку по блондинистым волосам, — теперь его больше не будет в нашей жизни. Он больше тебя не потревожит. — Что было в конверте? — вдруг спросила Нура. — Я думаю, ты знаешь, — Магнуссон вгляделся в голубые глаза Сатре. — Нет, не знаю, — сказала девушка. Но, она прекрасно осознавала, что Кёртис передал ей. — Это была фотография, — Вильям опустил глаза и крепко сжал кулаки, — твоя фотография. Тогда. — Где она сейчас? — спокойствие Нуры поражало парня. — Она у меня, — ответил Магнуссон. — Отдай ее, пожалуйста, — Нура протянула маленькую ладонь. — Зачем она тебе? — недоуменно свёл брови парень, — и… ты же понимаешь, что она не единственная? — Конечно понимаю, — рука девушки продолжала висеть в воздухе, — отдай ее мне. Вильям ещё раз посмотрел на бесчувственные глаза девушки и достал из кармана толстовки белый конверт. Он протянул его Сатре и та, быстро сжав бумагу, спрятала фотографию в сумку. — Спасибо, — бросила девушка. — Нура, та девушка все ещё продолжает тебя трогать? — строгим голосом спросил Вильям. — Нет, — блондинка вспомнила утренний подслушаны разговор. — Ты не думаешь, что фотографии Кёртис мог передать ей, я слышал, что из видели вместе, — произнёс парень. — Может быть, — Нура думала об том, передал ли Крис претензии Эмилии Вильяму, — что ты делаешь сегодня вечером? — Что? — парень не заметил как резко сменилась тема из разговора. — Какие планы на вечер? Часиков в восемь? — Нура взглянула в янтарные глаза парня, пытаясь прочесть, что у него на душе. И что он ей ответит. — Крис попросил помочь, что-то там с мебелью, — Вильям тут же отвёл взгляд, прерывая их зрительный контакт. Внутри Нуры все горело. Он соврал ей. Зачем? Он ведь просто мог сказать, что идёт на встречу с Эмилией, чтобы забрать компрометирующие материалы. Это ведь все что из связывает на данный момент. Или нет? Как бы там не было, девушка не стала выдавать своего возмущения. Она лишь кивнула и быстрым шагом направилась в ванную, чтобы скрыть накатывающиеся слезы под шумом воды. Девушка успокаивала себя тем, что парень просто не хочет чтобы она волновалась. И потом, все ей расскажет. Они обязательно поговорят сегодня вечером. Поговорят обо всем. На школьных часах стрелка показывала 19:56. Двор пустовал и лишь ветер гулял со стороны в сторону, унося за собой пожелтевшие листья. Возле входа в учебное заведение стоял парень нервно теребя край своей вечной чёрной толстовки. Он волновался, ведь впервые соврал своей возлюбленной. Зачем? Хотел защитить? Наверное. Хотел скрыть прошлое? В точку. Не выдержав, парень достал из кармана пачку сигарет и уже было собирался закурить. — Эта дрянь тебя угробит, — послышался женский голос. — Дрянь здесь только ты, — произнёс парень и, развернувшись, увидел брюнетку, которая куталась в огромную кофту. — Я тоже скучала, — Эмилия подошла ближе, — а ты скучал? — По чему? — удивился Вильям, — у нас с тобой ничего не было. — Это ты так думал, — усмехнулась брюнетка, — самовлюблённый эгоист. — Я не такой, — резко ответил Магнуссон. — Ну да, — девушка вскинула голову и чёрные пряди небрежно спали на ее лицо, — она ведь тебя приручила. — Сейчас не об этом, — Вильяму уже не терпелось закончить этот разговор, — я пришёл — где фотографии? — Нет, — протянула Эмилия, — не так все просто. Давай поговорим. — Ты несносна, — Вильям сплюнул и устало посмотрел на бывшую, — чего ты хочешь? — Я хочу, что бы ты признал, что был влюблён в меня, — ехидно улыбнулась брюнетка. — Это бред, — засмеялся парень, — я не был влюблён в тебя. — Ну не хочешь как хочешь, — Рингвел развернулась на каблуках. — Подожди, — парень схватил девушку за рукав и развернул к себе. Не рассчитав силу, Вильям дернул слишком сильно, отчего девушка практически упала на парня. — Я тебя слушаю, — проведя рукой по его груди Эмилия глубоко вгляделась в лицо Вильяма. — Я тебе скажу только правду, — парень опомнился и оттолкнул девушку. — Лучше, чем ничего, — брюнетка отряхнулась. — Это не была любовь. Это не была даже влюблённость, — произнёс парень поправляя чёлку, — это была страсть. Какая-то очень сильная страсть. Меня тянуло к тебе. И я не мог этого объяснить. Когда вы с Криссом расстались, я увидел отличную возможность удовлетворить это чувство в груди. Мне даже не было стыдно перед другом. Но я боялся признаться сам себе, что, возможно, чувствую к тебе нечто большее. — Мне нравиться это, — Эмили пологов ближе и запустила руку в непослушные волосы парня. Вильям не отпрянул, а лишь продолжил свой рассказ. — Но потом… все изменилось, — ответил парень, смотря куда-то далеко в небо, — я встретил ее. Она была чем-то похода на тебя. Такая же самоуверенная и местами грубая. И тут я влюбился, серьезно влюбился. Но, когда она меня отшивала, я ехал к тебе — чтобы заглушить свою боль. Я был таким идиотом. Должен был сразу сказать все тебе! Что нашёл другую, что между нами ничего не может быть. Прости меня, Эмилия. — Знаешь, я ждала этих слов, — вдруг девушка стала абсолютно серьёзной, — но слишком долго вынашиваешь извинения. Девушка достала из кармана смартфон и начала что-то быстро печатать. — Что ты делаешь? — спросил Вильям, смотря на Эми. — Ты же знаешь, что я активно веду Инстаграм, — сказала Рингвел, продолжая смотреть в телефон, — вот создала новую страничку. 2loglady99. И первая запись… — Ты этого не сделаешь! — прокричал Вильям, пытаясь вырвать из маленьких рук девушки телефон, — я же тебе сказал правду. Даже извинился! — Уже сделала, — произнесла девушка, — если малышка Нура будет продолжать ошиваться рядом с тобой. Каждый день публикации будут обновляться. Смотри она тут такая милая в этом халатике. — Больная! — прокричал Магнуссон, — зачем тебе это? Я сделал все чего ты хотела! — Не все, — Эмилия заблокировала телефон и ее лицо озарила улыбка, — если ты хочешь чтобы я удалила это — поцелуй меня. — Ты же знаешь… — яростно начал парень. — Что ты не сможешь удержать? — продолжала свою игру Эмилия, — давай же, Вилли, обычный поцелуй. — Нет, — твёрдо стоял на своём Магнуссон, — у меня есть девушка. — А у меня есть ее почти голые фотки, — Рингвел закусила губу, чем ещё больше привлекала Вильяма, — я согласна даже на обычный чмок в губы. — Сначала отдай мне все фотографии и удали все, — произнёс парень. — Та пожалуйста, — девушка бросила в парня папку и при нем удали все снимки в телефоне. — Откуда я буду знать, что ты меня не обманываешь и не сделал копии? — недоверчиво сощурил глаза кареглазый. — Ты же меня знаешь, — Эми подошла прям вплотную и ощутила на себе нервное дыхание парня, — я слишком ленивая для этого. Давай же. Парень наклонился и легонько коснулся малиновых губ девушки. Непривычный вкус. От Нуры пахнет черникой. От Эмилии — фруктовой жвачкой. Он помнит этот вкус. Вспоминает. Эмилия углубила поцелуй, проводя языком по белоснежным зубам парня. Он не сопротивлялся. Это страсть. Она ощущала, что к она вернулась к парню. Ведь все они такие — сначала говорят, что любят другую до гроба, а стоит лишь напомнить о том как было хорошо — сразу же бегут обратно. И не считают это изменой — ведь это мимолётная слабость. Эмилия знала, что именно она была такой слабостью. Не больше. Но она занимала роль девушки-кукловода и ей это нравилось. Рушить судьбы. Особенно тех, кто обидел ее. Девушка обвила руками спину парня, рисуя узоры на его куртке. Парень обхватил ягодицы девушки, крепко сжимая. Вот они уже в школьной подсобке — он целует ее шею, а она громко стонет, ведь ей можно. Она прикусывает кожу на его ключице, оставляя фиолетовый след. Он не помнит. Он забылся. Он не изменился. Она все помнит. Она ухмыляется. Ведь знает, что в здание школы входит блондинка в бежевом пальто и с алой помадой на губах. Которая верит, что Вильям Магнуссон уже не тот человек, которого она встретила во дворе. Что он избавился от всех пристрастий. Он больше не охотник. Но, как известно, пускай люди и меняются, но их истомная сущность все равно остаётся. Просто прячется подальше и ждёт любой возможности вырваться наружу. Это может быть что угодно, даже маленький поцелуй. Вильям Магнуссон и сам не знает, что совершил огромную ошибку, когда подхватил Эмилию и понес внутрь Ниссена. Ведь он мог сразу отстранится. Но нет. Память сама выстроила картинки, которые заставили этот огонь в груди загореться снова. Огонь который сожжет его.