— Помнишь?

      Больница не то место, где ты сможешь быть спокойным хотя бы на пару минут. Волна беспокойствия накрывает тебя полностью у самого входа в больницу. Чуть меньше когда ты боишься за свою жизнь. Больше, когда видишь страдания родного человека.       Ева с детства не любила эти четыре белые давящие стены. Кто сказал, что белый цвет расширяет пространство? Не в этом случае. Эти стены постепенно рушатся, как рушатся надежды людей, услышав приговор.       Здоровье не та штука, с которой шутят. Его надо беречь с самого детства - это вбивали нам в голову с самого детства. Дети немного подросли и им глубоко все равно на их здоровье, ведь у них есть алкоголь, сигареты, наркотики и хорошая пятничная ночь с каким-то спутником или спутницей.       Не раз убеждаешься, что алкоголь не выход из какой-то ситуации, какой бы тяжёлой она не казалось. На сей раз Ева видит лишь ужасающую картину - Крис, совсем не похожий на себя, чуть не погиб из-за какой-то веселящей жидкости!       Его тело было покрыто синяками, на переносице шрам, а тело было бледным - нет, он совсем не свой. У самого порога Ева встала в ступор, глядя на сие происшествие. Что ж, сам Крис какое-то происшествие в её жизни. Вопрос: несчастное или же нет? Неизвестно.       — Мисс? — окликнул её врач в безупречно белом халате. Он был невысокого роста, с растрёпанными блондинистыми волосами, выглядывающих из-под синей шапочки. — Вы к Кристоферу Шистаду?       — Д-да... как он? Доктор, он в порядке? — что за глупый вопрос, Ева, как он может быть в порядке, если он в больнице, живущий сейчас благодаря капельнице и каким-то приборам-препаратам.       — Отделался достаточно легко, переломов нет и значительных травм тоже. Придётся ему выплатить штраф за езду в нетрезвом виде. А вы, собственно, кем являетесь ему? — доктор оторвал взгляд от Криса и посмотрел на Еву, которая растерялась, услышав этот вопрос.       — Я?.. Я.. Подруга. Просто подруга. Подруга детства. — Ева тяжело вздохнула. — У него сейчас нет родственников здесь.       — Что ж, можете пройти. Если пациент придёт в себя — не беспокойте его. Ему это не нужно. — А нужна ли ему сейчас Ева?       Ева прошла к самой койке и села на белое кресло рядом с Крисом. Ей показалось слишком большим расстояние между Крисом и ней, так что она пододвинулась поближе к нему. Так, чтобы можно было взять его руку в свою. Пара горячих капелек скатились с её щёк. Ева поглядела на них... Так несчастно они смотрелись на руке Криса. Она плачет из-за собственной ошибки..или же это была не ошибка?       Нет, Ева не хотела быть одной из каких-то подстилок Кристофера Шистада. Но тогда говорили не чувства, а разум. Она привыкла слушать его чаще, чем собственное сердце, что так трепетно бьётся о грудную клетку рядом с ним. Привыкла... От привычек, на самом деле, тяжело избавиться.       Ева смахнула собственные слёзы с его руки и, спрятав свой нос в шарф и устроившись поудобнее, стала засыпать. На часах уже был час ночи.

***

      Ева проснулась с ужасной болью в шее. Да, на маленьких креслах спать не удобно, ведь они совершенно не предназначены для этого дела. Она медленно открыла глаза и немного ужаснулась от белого цвета. Она не любит, когда кругом всё ужасно белое.       Она смотрит на Шистада. Секунда, две... Минута, три... Полчаса...       — Ева? — Кристофер повернул голову в сторону Евы, которая сидела с отчаянным видом.       — Как ты? — Ева не показывала никаких эмоций кроме отчаяния. Не показывала..но внутри была ожесточённая борьба чувств. Боль, сострадание, желание кричать...       — Ты как? — он заглянул в зелёный хвойный лес в глазах, в котором недавно прошёл ливень. — Ты плакала. — не вопрос, утверждение.       — Я переживала. — отчаяние сменилось на безразличие. Ещё одна маска.       — Почему ты здесь? — он перевёл взгляд на стену, которая совсем не придавала позитивных мыслей.       — Я..я.. не знаю, Кристофер. — сказала Ева чуть тише, чем обычно. Нет, это не обычный шёпот. Он вызван комом, застрявшим в её горле. Кричать хотелось очень. Рыдать тоже. Нельзя.       — Почему? — Кристофер закрыл глаза, но сразу же открыл, услышав еле заметное всхлипывание. Солёные капельки катились вниз по щеке и оставляли мокрые следы на юбке Евы. Кажется, только он мог слышать это всхлипывание. Больше никто.       — О, Крис и Ева! Как вы тут? — улыбаясь, зашёл Вильям с апельсинами. Он сразу же сменил улыбку на грозный взгляд, увидев Еву плачущей. Вслед за Вильямом зашла Нура.       Вильям посмотрел на Криса, будто бы спрашивая «Какого чёрта ты сделал, мудак?», но тот лишь пожал плечами и слегка качнул в сторону головой, а-ля «Я ничего не делал.» Вильям слегка кашлянул, чтобы разрядить обстановку.       — Ева, всё нормально? — Вильям наклонился чуть ближе к Еве. — Если он – причина твоих слез, мы сделаем так, что он чуть задержится в этой больнице. — Вильям бросил свой грозный взгляд на Криса с тем же вопросом, но тот сдвинул брови.       — Спасибо вам, ребята. Думаю, мне пора.       Ева взяла своё пальто с кресла и вышла из палаты.       — Ну и какого хрена, Шистад? — угрожающе спросила Нура.       — Знаешь что! Ничего.. не бери в голову, Нура. — Крис отвернулся к стенке.       — Ты только сердца девушек, которые влюблены в тебя, разбивать и умеешь, Шистад! Ты не способен любить! Ты жалкий подонок, раз довёл Еву до такого состояния! Ты жалок, Крис! — Нура уже кричала, заступаясь за подругу.       — Такое ощущение что это я отказал Еве в отношениях, а она напилась в стельку и попала в аварию, а теперь ещё и корчиться от каждого вздоха, потому что больно! — не вытерпел Крис. — Спасибо, ребята, за поддержку. Конечно, я же её отшил..       — Так ты.. — Нура виновато посмотрела на Вильям, который лишь качнул головой. — Прости. Неудобно вышло.       — Я хочу побыть один, хоть когда-то, без нравоучений.       — Крис, ты в больнице. Ты не можешь тут быть один, как бы ты не хотел. — Вильям положил апельсины на тумбочку.       — Хорошо. Можете вы уйти сейчас, ведь сейчас мне не нужен кто-либо, кроме..       — Кроме?.. — Нура вопросительно подняла брови.       — Когда тебя что-то беспокоило во мне? — Вильям лишь закатил глаза на очередную дерзость его лучшего друга.       Пара молча покинула палату, оставив Криса наедине с мыслями.       Вернее с мыслью.       О Еве.

***

      — Мистер Шистад? — донёсся вполне приятный голос медсестры в еле прикрывающим задницу белом халате. — Вы идёте на поправку и завтра вас уже выписывают. — медсестра подошла ближе к Шистаду, чтобы положить кое-какие бесполезные бумаги на тумбочку рядом с кроватью. Она уже хотела уйти, как Крис взял её за запястье.       — Как тебя зовут, зайка? — он улыбнулся привычной ему нахальной улыбкой и его взгляд устремился на задницу медсестры.       — Шелли. — она подошла к нему ближе. — Малыш, у меня есть парень. И если ты тронешь меня — твоё прибывание продлится ещё на недельку. Понял? — Шелли улыбнулась Кристоферу.       — Я буду только благодарен ему, ведь я буду видеть твою прекрасную задницу ещё неделю. — Кристофер получил пощёчину от Шелли.       — Ты не понял? И тебе не стыдно? Твоя девушка рыдала здесь целую       ночь, ради тебя она спала здесь, хотя могла и спокойно спать дома.       — Она не моя девушка.       — Я бы так не сказала. И если не хочешь потерять хоть кого-то достойного в своей жизни — не приставай к другим девушкам, пока есть своя. — Шелли ушла из палаты и Шистад снова задумался об его головной боли — отношения с Евой.       Это вообще можно назвать отношениями? Знаете, если бы Шистаду кто-то сказал бы, что он будет вот так бегать за простой девушкой, когда на него вешаются десятки других, он бы усмехнулся и сказал, что такого никогда не будет. Но сейчас именно это и происходит. Он бегает за Евой, скидывая со своей шеи десятки других девушек (а они, к слову, были очень даже ничего для одной ночи).       Он не знает, что его притягивает к ней. Почему он выбрал именно её? Почему в его мыслях нет ничего пошлого связанного с Евой? Почему он не хочет воспользоваться ей, как другими и забыть? Забыть к черту. Забыть навсегда. И жить в привычном ритме жизни: две девушки с приятными формами под рукой, пьяные поцелуи на один раз, драки и просто выпивка на вечеринке. Вернуться к обычной жизни Шистада.       Он видит, как изменился его друг Вильям, когда тот стал встречаться с подругой Евы — Нурой. Честно, Шистад был удивлён, что они вместе, ведь он и она полные противоположности. Он часто ввязывается в драки, она категорически против насилия. Единственное, в чём они схожи — они никогда не бывают в стельку пьяными на вечеринках. Никогда. Если вы увидите их бухими до неспособности твёрдо стоят на ногах — бегом фотографируйте их! Это будет сенсацией №1!       Но Крис был рад за Вильяма. Теперь его сердце принадлежит этой белокурой дерзковатой девушке. И выглядят они, кстати, прекрасно. Кристофер часто завидовал их отношениям, но не показывал виду, лишь шутил об их слишком романтичных поцелуях. Ева тоже завидовала Нуре, ведь той удалось изменить Вильяма. Может, даже подстроить его под себя? В любом случае, она бы хотела сделать то же самое, что и Нура: направить мысли долбанутого Шистада в правильное русло.       Но возможно ли это с Шистадом?