Похищение со вкусом

Моё утро началось так же, как предыдущее: неожиданно и с холодного душа. Люциан, как обычно, всей своей напускной суровостью показывал, что к разговорам не склонен, да и вообще мелкая сошка вроде меня его совсем не интересует. Хотя стоит отметить, что взгляд его слегка изменился, стал более внимательным. Так вот, глядишь, скоро появится тот, с кем можно будет нормально поговорить. Сегодня меня поставили работать на кухню. В мои обязанности входит мытьё котелков и полировка столового серебра. В поместье приезжает какая-то шишка, судя по сплетням служанок, которых я случайно услышал, когда мыл очередной котёл; к лорду приедет колдун. Вот почему нельзя было приехать раньше? Я бы своими глазами посмотрел, что такое настоящая магия. А может, так оно и надо было, вдруг я бы разочаровался, ведь то, что обычно я смотрел по телевизору, может разниться с действительностью. Никаких колпаков, жаб, крылышек летучих мышей, паучьих лапок и сиреневых магических лучей с блёстками... Господи! Мне уже под тридцатник, а я о таких вещах думаю. Отскребая со дна очередной ёмкости ошмётки пригоревшей пищи, я мечтательно посмотрел в единственное небольшое окно, которое располагалось как раз напротив раковины. Да, это вам не королевский сад. Небольшой квадратный двор, находящийся в кольце стен поместья. Грядки с зеленеющей на них растительностью и загон для кур. Даже невооружённым глазом видно, что крыло для прислуги — это теневая сторона богатого поместья. Ещё раз окинув взглядом скромных размеров огород, я приметил знакомую макушку Люциана. Демон стоял ко мне спиной, и его лица я не видел, зато собеседника смог хорошо разглядеть: невысокий светловолосый мальчишка в дорогом, расшитом серебром чёрном пальто. Присмотревшись, в парне я узнал слугу, что забрал меня из покоев змеелюда. Только вот... сейчас слуга выглядит как-то совсем не соответствующе своему положению. Впрочем, не мне судить, может, он тут самый главный, заправляет всей прислугой. Не знаю, как такая должность называется, но уверен, что она существует. Напевая себе что-то под нос, я продолжал выполнять свою работу. Основной плюс физической работы в том, что руки делают, а ты можешь витать где-то далеко в своих мыслях, лишь изредка прерываясь на то, чтобы посмотреть, как идёт процесс. — Антуан!!! Антуан! — раздался за спиной гневный оклик, который я не сразу услышал, задумавшись о чём-то. В дверях стоял высокий змей с пёстрым хвостом, как у удава. Я сглотнул, проследив взглядом за тем, как мужчина нетерпеливо хлопает плоскостью кухонного тесака по ладони. — Антон... Меня Антон зовут... — неуверенно поправил нага. — Какая разница! Тебя вызывает господин главный секретарь, так что приведи себя в порядок и сейчас же выходи во внутренний двор! — прорычал змей, скрывшись за дверью. Помощник главного повара... Понятно, откуда у него голос взводного. Ополоснув руки и промокнув их фартуком, я вышел из кухни в коридор, если его так можно назвать, скорее это веранда. — Следуй за мной... — раздалось над головой, я подскочил на месте от неожиданности. Люциан окинул меня придирчивым взглядом, но ничего так и не сказал. Мы пришли в комнату, где я спал. На моей кровати сидел знакомый мне светловолосый юноша и задумчиво вращал в руках что-то отдалённо напоминающее небольшую палочку или соломинку; наверное, из матраса вытащил. — Здравствуй, Антон, как поживаешь? — заметив меня, поинтересовался блондин, прищурив серые глаза. Я немного замялся, взъерошив волосы на затылке. — Ну, вроде нормально, работёнка не пыльная, кормят хорошо, сплю не на улице... — для полноты эффекта стоило, конечно, ещё и пальцы загибать, перечисляя преимущества нынешнего образа жизни, но я не стал. Блондин, склонив голову чуть набок, весело улыбнулся, я бы сказал, даже ласково. — Как интересно, обычно игрушки, что надоели лорду и привыкли к роскоши, ноют и жалуются. Что ж, я приятно удивлён... — певуче тянет парень, медленно вставая с постели и приближаясь ко мне. Я стою словно вкопанный. Когда же между нами остаётся меньше полуметра, я делаю шаг назад, но упираюсь в тёплую грудь демона. Сероглазый парень снова улыбается и прикасается к моей щеке тыльной стороной ладони. — Все же люди так хрупки и магически неустойчивы... — с сожалением в голосе произносит парень, и в следующий миг мою шею обжигает неприятным уколом. От непонятной боли закладывает уши, а от места прокола по всему телу распространяется непонятный, словно пульсирующий жар. — Что... п-происходит... Свет меркнет.