Я — твое преступление. Ты — мое наказание.

Всю ночь Юри пролежал в своей постели, но так и не смог уснуть. Нет, он не плакал — кажется, слез больше не осталось. Парень напряженно сжимал свой мобильный в надежде, что Виктор позвонит ему, но звонка все не было. Кацуки вздрогнул. Будильник, который он обычно ставил, прозвенел. Полицейский тяжело вздохнул; у него совсем не было желания куда-то идти и что-то делать, но, поразмыслив, пришел к тому, что работа поможет ему отвлечься от всего этого. Японец в последний раз кинул взгляд на свой смартфон и, не увидев ничего нового, пошел одеваться. За окном было пасмурно и, кажется, моросил дождь. Такая погода была кстати и подходила под душевное состояние самого парня. Кацуки приоткрыл форточку, чтобы впустить в комнату холодный воздух и вздохнул полной грудью. Пусть и ненадолго, но ему на мгновение стало легче. Его взор устремился на настенные часы — автобус отправлялся через пятнадцать минут, поэтому, наспех натянув куртку и обувь, парень выбежал из своей квартиры. На макушку падали маленькие холодные капли, но нашего героя это нисколько не смущало. Обычно на остановке всегда находится как минимум пять человек, но сегодня он был единственным. Юри показалось это странным, и японец отвлекся от своих грустных мыслей. Внезапно к остановке подъехала большая черная тонированная машина, и оттуда вышли двое мужчин в темных костюмах, которые сразу же направились к нему. Непроизвольно Кацуки сжался, и ему сделалось не по себе.  — Кацуки Юри? — спросил один из них.  — Да, — тихо протянул японец, делая шаг назад — эти люди внушали ему страх. Неожиданно его руку сжали выше локтя и потянули в сторону автомобиля. Юри не сразу сообразил, что происходит, поэтому только спустя пару секунд он начал вырываться и горланить:  — Эй! Кто вы?! Отпустите меня! Куда вы меня тащите?!  — Заткнись, — велел ему второй человек.  — Что вам от меня нужно? — не унимался паникующий японец. Он и так был на грани нервного срыва, так что здраво мыслить в подобной ситуации не мог. Наконец, Юри все-таки достал одного из мужчин своими криками, тот вырубил его ударом куда-то в шею, и эти двое уже спокойно погрузили японца в машину.

***

 — Эй, непривычно видеть тебя таким кислым, — откуда-то сзади послышался голос Юрия. Виктор лежал на своих сведенных руках и о чем-то думал. На его плечо опустилась рука в попытке расшевелить. Не дождавшись никакой реакции от него, Плисецкий продолжил:  — Да ладно тебе, на одном парне мир клином не сошелся. Подумаешь, поругались. У тебя таких еще сотни будут. Никифоров нервно рассмеялся; сейчас мальчишка его раздражал, хотя подобного раньше за ним не числилось — все же Виктор практически вырастил этого несносного ребенка.  — Нет, Юри один такой, — мужчина с долей грусти вздохнул. — Вряд ли он меня простит.  — Куда же он от тебя денется? — попытался подбодрить Юрий. — Помиритесь еще. Лучше давай сосредоточимся на нашем плане. Юрий всегда был таким. Эгоистом. Ему всегда был важен только он сам, переживания других его мало волновали. Русскому стало еще грустнее; когда же этот ребенок успел вырасти таким? Хотя, он рос в необычной и нестандартной семье, так что вряд ли стоило удивляться.  — В тебе ни капли такта и сочувствия.  — Что есть, то есть, — казалось, эти слова ни капли его не задели.  — Как там наши дела? — поинтересовался мужчина.  — Все хорошо, — Плисецкий сделал характерный жест, — резак Боб прислал курьером, и через пять часов наш человек заступает на дежурство.  — Понятно, — русский кивнул, а такое положение дел его полностью удовлетворяло, — Ладно, давай быстро что-то съедим и поедем к объекту. Никифоров встал и направился в сторону кухни, машинально открывая холодильник и доставая продукты. Почему-то как бы ему не хотелось, его мысли вращались не вокруг предстоящего грабежа, а вокруг милого черноволосого парнишки с добрыми и пронзительными глазами. Он сжал кулаки — сейчас ему хотелось вернуть время вспять и догнать уходящего Юри, но Виктор даже не был в состоянии набрать его номер. Да и что он ему скажет? Мужчина все равно не сможет прекратить начатое, а значит, и звонить соулмейту не имеет смысла. В груди постоянно что-то больно сжималось. Глубоко внутри он надеялся, что они помирятся и снова, как раньше, будут наслаждаться вкусной едой в каком-нибудь кафе, крепко держась за руки. Мужчина вздрогнул — во входную дверь кто-то постучал. Виктор взял кухонный нож в правую руку и направился в сторону звука. Русский понятия не имел, кто скрывается за дверью, поскольку гостей они сегодня не ждали. Сердце колотилось с бешеной скоростью, Никифоров прикладывал все усилия, чтобы выровнять свое дыхание.  — Кто там? — одними губами спросил оцепеневший Юрий, стоя около двери. Виктор приложил палец к губам и указал ему на дверь в его комнату, давая жестами указания, чтобы тот спрятался. Послышался скрежет, и деревянная дверь со стуком упала на пол.  — Батеньки, столько лет не виделись, а ты уже с ножом на меня кидаешься, — весело протянул седовласый мужчина.  — Николай? — изумленно воскликнул русский.  — Вижу, ты явно не ожидал меня здесь встретить, — Николай прошествовал в гостиную. — Где мой внук? Виктор молча показал в сторону одной из комнат. Босс быстро направился туда и до мужчины практически сразу же донеслись звуки перепалки между дедом и внуком. Точнее, русский слышал только Юрия:  — Дед? — неподдельное удивление. — Что ты здесь делаешь? — …  — Нечего было прилетать, у меня все хорошо, и я прекрасно справляюсь сам.  — …  — Да не маленький я! Мне уже пятнадцать! Виктор в моем возрасте даже самостоятельно смог ограбить ювелирный магазин. И сегодня я тоже совершу нечто невероятное — ограбление банка. Вот, представь, будешь всем хвастаться, что твой пятнадцатилетний внук смог вынести из банка несколько миллионов. Обещаю, ты будешь горд за меня!  — …  — В смысле никуда не пойду? Ты хоть представляешь, как было трудно уговорить Виктора на все это?!  — …  — Ай, больно! Я понял-понял, только отпусти! Через мгновение из комнаты вышел хмурый и злой Николай, таща за ухо вырывающегося Юрия. Босс остановился и приказным тоном обратился к Виктору:  — Живо за мной!

***

Они сидели в полной тишине и напряженно переглядывались. Наконец, Николай не выдержал и обратился к Виктору:  — Вроде же взрослый человек. Как ты вообще умудрился пойти у него на поводу? — он злобно зыркнул в сторону нахохлившегося внука.  — Я и не соглашался, — мужчина тяжело вздохнул, — но, к сожалению, он припомнил обещание, которое я ему когда-то дал, так что пришлось дать согласие.  — Что за обещание то такое? — с неподдельным любопытством поинтересовался седовласый мужчина.  — Когда Юрию исполнилось одиннадцать, я имел неосторожность забыть о его дне рождении и, чтобы сгладить ту неприятную ситуацию, пообещал, что исполню любое его желание, — Никифоров неловко отвел взгляд в сторону — ему было неловко признаваться в подобном.  — Тьфу на тебя, — Николай покачал головой, — неужели было так важно держать это обещание?  — Да.  — Дед, представляешь, Виктор даже из-за этого поругался со своим парнем, — встрял в разговор Юрий.  — У тебя есть парень? — удивился босс. — Я всегда думал, что ты по женской части.  — Угу. Юри мой соулмейт, и я очень его люблю, он самый необычный из всех, кого я встречал, — Никифоров чуть покраснел и слегка улыбнулся. — Но вряд ли после случившегося он будет со мной говорить.  — Да ладно, все любят плохих парней, — Николай ему подмигнул, — так что он тебя простит. Поздравляю, не каждому удалось встретить своего соулмейта.  — Спасибо, — ему было чуть неловко. — Все любят, но только не копы. Юрий закашлялся и выплюнул только что сделанный глоток сока:  — Ты замутил с полицейским?!  — Ну да, — будничным тоном ответил Виктор и горько улыбнулся. — Иногда вселенная любит играть в злые игры, но то, что он коп, не отменяет того факта, что он дорог мне.  — Занятно, — прокомментировал это все Николай. — Может, тебе стоит позвонить ему и объяснить ситуацию? Никифоров согласно кивнул, ибо он и сам не прочь был помириться с Юри. Чтобы не беспокоить своими звонками разбирающихся между собой родственников, мужчина вышел из комнаты. — Мне надоели твои выходки! Через месяц я отправлю тебя на учебу в Англию и точка!  — Но дедушка! — Юрий смотрел на него волком. — Ты не можешь со мной так поступить!  — Еще как могу. И чтобы ты не сбежал, тебя повсюду будет сопровождать Отабек, — он кивнул в сторону стоящего подле двери парня.  — Не хочу, он странный какой-то, — захныкал Плисецкий.  — Не страннее тебя. Тем более с ним-то ты точно будешь в порядке, и мне не придется переживать за тебя. В комнату вошел какой-то побледневший Виктор, чем испугал Николая, который раньше его никогда таким не видел:  — Что с тобой?  — Юри не берет трубку, постоянно включается автоответчик. Такого раньше никогда не было.  — Успокойся, может, он немного зол и не хочет никого слышать, вот и выключил телефон, — но видя, что его слова ни капельки не действуют на мужчину, предложил. — Если тебе станет спокойней, может, съездим к нему? Ты же знаешь его адрес?

***

Первым, что, очнувшись, увидел Юри, был зеркальный потолок, в отражении которого он узнал себя. Он попробовал встать, но не смог, потому что его руки сковывали наручники, которыми его приковали к железному стулу.  — Эй, где я? — крикнул он в пустоту. — Выпустите меня! Через несколько минут дверь отворилась, и в помещение зашел крупный мужчина в черном хорошо отглаженном костюме.  — Выпустите меня отсюда, — умоляюще попросил парень этого мужчину. — Это, наверное, какая-то ошибка.  — Это не ошибка, — холодно отчеканил этот человек. — Вам знакомо имя Виктор Никифоров? Внутри Юри все похолодело, и он тяжело сглотнул:  — Не знакомо.  — Да ну, — незнакомец усмехнулся, а затем бросил на стол несколько листков. Приглядевшись, Юри увидел, что это фотографии: здесь они с Виктором в блинной, а здесь идут из кинотеатра. Кацуки почувствовал, как его руки начинают нервно трястись, но, слава богу, это все от мужчины скрывал стол.  — Кто вы такие?  — ФБР, — он встал. — Скажи-ка мне, где сейчас находится Никифоров?  — Я хочу воспользоваться правом на адвоката, так что, пока он не появиться, вы из меня и слова не вытащите! Офицер весело рассмеялся и неожиданно ударил Юри в лицо, что тот даже ойкнуть не успел. Он наклонился и, приподняв его за волосы, прошептал:  — У тебя здесь нет никаких прав, так что живо все выкладывай.  — Еще чего, — и плюнул окровавленной слюной прямо ему в лицо.  — Мерзкий япошка, — мужчина рыкнул, и Кацуки вновь ощутил удар по своему лицу.

***

Юрий с интересом разглядывал фотографии на серванте в квартире Кацуки, пока Виктор нервно ходил из стороны сторону, кому-то названивая.  — Николай, что-то явно стряслось. Я звонил его другу, Юри все еще нет на работе, хотя он писал, что придет. Признаться, Николай никогда не обладал особой сентиментальностью, но даже он проникся переживаниями своего подчиненного. Его взгляд остановился на Отабеке:  — Эй, у тебя же здесь куча знакомых? Может, попросишь кого-то из них разыскать парнишку Виктора?  — Без проблем, но это может занять какое-то время.  — Отабек, — Никифоров повернулся к нему, — пообещай, что тот, кто первым найдет его, получит сто тысяч. Может, так это будет быстрее.  — Хочу сказать, что с такими деньгами дело пойдет намного быстрее, — присвистнул Плисецкий-младший.  — Понял, — кивнул казах на просьбу мужчины. Для Виктора это были самые долгие часы ожидания. Он не знал, где его мальчик и что с ним. Русский боялся, что возможно его похитил кто-то из его конкурентов, чтобы насолить ему. Хотя если бы это было действительно так, то он уже давно получил бы указания насчет выкупа. Никифоров нервно перебирал в своих руках телефон и смотрел в стену напротив. Наконец, в комнате появился Отабек, протягивая Виктору планшет с адресом.  — У одного из моих ребят есть информатор в ФБР, и тот сказал ему, что недавно к ним привели кого-то очень похожего на твоего парня. Говорит, что тот подозревается в пособничестве российской группировке. Мужчина резко вскочил на ноги:  — Мне нужно двадцать крепких ребят и оружие.  — Ты же не собираешься соваться туда? Они же только и ищут тебя, а ты вот так просто собираешься заявиться к ним?  — Именно. Так выполнишь мою просьбу?

***

У Юри нещадно болело все тело. Несколько раз он отключался, но когда это происходило, его либо обливали водой, либо давали нашатырный спирт, и он снова был в сознании. Казалось, это длилось вечность, поскольку Кацуки давно потерял счет времени. Его спрашивали — он молчал. Его били — он отключался. Это происходило уже бесчисленное количество раз. Признаться, Юри был разочарован тем, что люди, которые должны в первую очередь блюсти закон, поступают подобным образом. В памяти всплыло лицо Виктора. Виктора, которого он так любит, несмотря на все его недостатки. Что бы не случилось, парень никому ничего о нем не расскажет и его любимый человек будет в безопасности. Никифоров подарил ему самые чудные мгновения в его недолгой жизни. Каждая минута, проведенная с этим человеком, была наполнена счастьем. Если эти побои он получал за это самое счастье, то полицейский готов потерпеть.  — Тебе лишь стоит сказать, где он, и все это прекратится.  — Да пошел ты, — из последних сил прохрипел японец. На удивление, нового удара не последовало, и Юри осмелился приоткрыть глаз. Его мучитель с напряжением уставился на дверь и к чему-то прислушивался. Вот и до слуха Кацуки долетели топот и гомон людей, ему даже показалось, что он слышал выстрелы. Через пару мгновений дверь в камеру открылась, и через дверной проем, падая на пол, ввалился охранник с красным пятном на груди. Парень видел кучу ног в армейских ботинках, владельцы которых что-то кричали, и, кажется, он даже различил знакомый голос:  — Что ты, сука, с ним сделал?! А затем выстрелы, крики и снова выстрелы. Юри глубоко вздохнул и отключился.

***

Юри приоткрыл глаза, но из-за яркого света их пришлось крепко зажмурить. Парень поворочал головой и с удивлением отметил, что лежит на мягкой подушке. Из его груди вырвался болезненный стон — казалось, что все его тело — один сплошной синяк.  — Виктор, он очнулся, — прокричал знакомый голос, от которого у Кацуки лишь сильнее разболелась голова. Послышался топот и на его лоб опустились знакомые руки:  — Юрий, подай обезболивающего. Через несколько минут японцу стало легче, и боль потихоньку утихала. Во рту пересохло, и он хриплым голосом спросил:  — Виктор? Это ты?  — Да, это я, — парень почувствовал, как его руку подняли и поцеловали в тыльную сторону ладони. — Прости, это все из-за меня. Я так тебя люблю, но не смог сберечь тебя.  — Я тоже тебя люблю, — прохрипел в ответ полицейский.  — Я рад, я действительно рад. И еще, может, ты и будешь злиться, но безопаснее будет в России, так что я забираю тебя с собой. Ответить Кацуки так ничего и не смог, поскольку погрузился в глубокий сон.

Эпилог

Спустя два года

Виктор прижал к себе лежащего рядом с собой парня и провел рукой по его спине. Мужчина все еще не мог поверить, что его ангел рядом с ним. Вначале они то и дело ругались, поскольку Виктор привез Юри в Россию без его согласия. Кацуки постоянно грозился уйти, но первые пару месяцев не мог это сделать физически, ну, а потом уже свыкся. Сейчас они проживают в небольшом городке недалеко от Санкт-Петербурга, посвящая себя полностью друг другу. Теперь Никифоров занимается игрой на бирже, поскольку решил, что мирная жизнь с его соулмейтом намного важнее адреналина, который давал ему криминальный мир. Никифоров уткнулся в макушку японца и вдохнул в себя аромат его волос. Этот запах напомнил ему их первый раз. Тогда они сильно ругались, и Кацуки кинул ему пару обидных фраз. Виктор разозлился и прижал Юри к стене, а затем набросился на него с поцелуем. Тот яростно отвечал, а затем злость ушла на нет и поцелуй стал более чувственным и нежным. Мужчина расстегнул джинсы парня и спустил их вниз вместе с трусами, оголяя его член. Затем он поднял Юри и повалил на кровать, а потом…  — Виктор, о чем ты таком думаешь, что твоя нижняя часть упирается мне в бедро?  — О нашем с тобой первом разе, — мужчина слегка покраснел.  — Ммм, — парень закусил нижнюю губу и сверкнул в его сторону глазами, — так что тебе мешает его повторить? Мужчине не нужно было повторять дважды.