Пред его Величеством

Орки помогали ей собраться. Никакой кольчуги, меньше доспехов, которые прикрывали грудь и живот. Руки и ноги свободные — так легче двигаться. А ей нужна была маневренность. Огненные волосы лишь частично заколоты — они красиво полыхали кровью. Нарвен подали нож и меч. Лук и колчан со стрелами она взяла сама. В башне было темно, мрачно и воняло плесенью. Но ей тут нравилось. Скоро будет битва, кровь, они должны победить в этой войне. К девушке подошел кто-то в тёмном плаще с капюшоном. На руки были надеты железные перчатки. Нарвен тут же упала перед ним на колени, склонив голову и благоговейно прошептала: — Отец… — Встань, Лумбулиэль, — приказал он, и девушка тут же подчинилась. Король-чародей прикоснулся к её щеке железной ладонью, — Ты помнишь свою задачу? Наш повелитель боится, боится поражения, так что тебе поручена особая миссия, дочь моя. Нарвен кивнула, и глаза ее засияли решимостью. — Я помню, отец. — Ты должна разъединить их, уничтожить изнутри. Выбери кого-нибудь самого слабого. Девушка довольно ухмыльнулась и посмотрела в окно. Её глаза видели на много миль вперед. Она видела армию, последний союз. — Люди, эльфы, гномы… они все ненавидят друг друга, объединились лишь перед лицом общего врага. Ангмарский король рассмеялся. — Моя дочь, любимая дочь. Не оставь меня в беде, — он протянул ей кольцо. — Никогда, отец. — Нарвен поцеловала руку отца, взяла кольцо, сжав его в кулаке, и вышла. Нарвен находилась не в стороне, она рубила всех и вся, чаще всего магией. Но все-таки держалась на расстоянии от предводителей. Вдруг её взгляд зацепился за двух мужчин. Она сразу узнала Орофера. В ее голове мелькнула мысль, что рядом его сын. И они пришли сюда лишь из-за страха за себя. Нарвен тихо обратилась в тень и мелькнула через врагов, встав рядом с Орофером. — Иди вперед, Орофер. Добейся славы, иди один на штурм. Тебе не стыдно сражаться рядом с предателями? Не мерзко находиться в подчинении у этого нолдора? Ну же, Орофер, благороднейший из синдар, решайся! Тебя ждёт слава. Не жди приказа! Рассудок короля помутился. Глаза его потемнели. Он не станет слушаться Гиль-Галада! Орофер тут же отдал команду наступать на Мордор. Нарвен ликовала. Орофер и остальные сильные эльфы, под его командованием бросились вперед. И тут же наткнулись на стену орков. Те начали их оттеснять и бить. Нарвен же оставалась тенью, но когда один орк подкрался сзади к прекрасному светловолосому юноше, ведьма обратилась в человеческое обличье и защитила сына Орофера. Они быстро улыбнулись друг другу, и Нарвен наколдовала себе эльфийские уши. У нее были большие планы на этого красивого эльфа. Но вдруг их оттеснили. Им пришлось уйти к болотам, на Дагорлад. Нарвен же ушла ещё дальше, видя как один из королей, Адмир, искусно сражается против них. В ведьме проснулся настоящий азарт. Её глаза загорелись огнём. Рыжие волосы горели. А черная, нарисованная углем, полоса на глаза придавала ещё больше воинственности ведьме. Она, словно кошка, подкралась сзади и занесла меч. Адмир тут же обернулся и отразил удар. Они кружились красиво и долго в смертельном танце, был слышен только лязг мечей. Нарвен скалилась. Но тут Адмир смог выбить меч девушки. — Сдавайся! Тебе ни к чему это. Я же убью тебя! К её горлу был приставлен меч, но тут она взглянула исподлобья, чуть улыбаясь. — Ты не сможешь убить меня. Хоть тысячу лет пытайся. Ведьма быстрым движением руки вытащила кинжал из-за пояса и пригнулась, вонзив кинжал в живот Адмиру. Нарвен обрадовалась. Они побеждали. Но вот уже осада Барад-Дура, войска Саурона разбиты, и ведьма в отчаянии. Она крепко сжимает кольцо, которое успела повесить на шею. Когда прошло несколько часов, девушка снова обратилась в тень и оставила воюющих. Она отправилась к своему отцу, ожидая конца осады. — Мы проиграли. Но нам надо держать осаду, — заявила ведьма отцу. — Если мы не выдержим, выйдет наш господин, — заявил король. Нарвен улыбнулась. Значит, выиграют, а на потери — плевать. Она тогда не знала, что осада продлится семь лет. Хотя для ведьмы это были крупицы времени в ее океане бесконечно-долгой жизни. Именно Нарвен сбросила тогда камень, убивший Анариона. Камень был настолько тяжёлым, что ведьма швырнула его с помощью магии. В конце концов, Саурону пришлось выйти. Как и Нарвен. Она с обожанием смотрела на Господина и жаждала его победы. Но вот Исильдур отрубает палец с кольцом, и тело Саурона становится пылью. Сердце ведьмы пропускает удар за ударом, но в мозгу жива мысль «пока живо кольцо, жив Саурон, живы назгулы». А кольцом завладел человек — самый слабый из живущих в Средиземье вид. Впрочем, Нарвен не огорчалась. Средиземье лишь отсрочило свою гибель, не уничтожив кольцо власти. Главное, жив её отец. Ведьма тихо приблизилась к Трандуилу. Тот собирал своих людей обратно домой. Кончилась вторая эпоха, Саурон ушел, они победили. Только погиб отец и половина его армии. — Это были тяжёлые года. Трандуил резко обернулся. Перед ним стояла прекрасная девушка с рыжими волосами, глазами, как трава в Зеленолесье, но в крови и пыли. — Не видел тут ни одной девы, кроме Вас. Спасибо за мою жизнь. Ведьма улыбнулась. — Я рада, что Вы живы, Ваше Величество. — Вы знаете меня, но я не знаю Вас. — Нарвен. Я с далекого Севера. Мои предки авари. Трандуил улыбнулся. Он не видел ещё «несогласных», да и по легенде их не существовало в Средиземье. — Не хотите отправиться в Зеленолесье? Огненная дева ему сразу приглянулась. Она была не похожа на других эльфийских дев, и она спасла ему жизнь. Они снова улыбнулись друг другу. Дорога до Зеленолесья была долгой, но в разговорах она проходила незаметно. Трандуилу и Нарвен нравилось находится в компании друг друга. Красивые, умные, владеют оружием, с похожими взглядами. Нарвен сильно лукавила (врала по-черному), но чувства стыда не испытывала. Ведь причина пойти с королём — нужно знать о планах врага, нужно контролировать и нужно управлять и разрушать. Трандуила же Нарвен выбрала потому, что он ей очень сильно понравился, что он король и эльф. В ее власти, цепях и оковах оказался самым король. Ведьма пока не могла им крутить и повелевать, но скоро сможет. А потом, может быть, если она захочет, вполне может оставить его в живых и стать королевой Зеленолесья. Точнее, это будет лишь одно из её владений. У них будет Одинокая гора, Ангмар и много других земель. Трандуилу бы это тоже понравилось. Осталось лишь влюбить его в себя и заковать его разум в черные цепи. — О чем ты думаешь? Они подошли к Быстротечной. Ох, если бы Нарвен сказала, о чем она думала только что! — О Вас, о нашей первой встрече, — ласково улыбнулась девушка, и ее изумрудные глаза лукаво блеснули в темноте. На секунду, у нее действительно пробежала такая мысль. Как был прекрасен и жесток этот сильный мужчина со светло-золотистыми. Как настороженно и опасно сияли его глаза, будто сталь оружия. Он весь был сделан из этой стали. А Трандуил смотрел на Нарвен. Сильную и непокорную, как всполохи яркого неудержимого огня. В Зеленолесье они прибыли ночью. Это было прекрасно. Волшебный свет звезд, таких холодных и далеких, тёмные деревья вплетались в чернильное небо и устрашающе висели над головами. Вокруг пахло ночным холодом и росой, дикими травами и каким-то волшебством. Нарвен покорило это. — Вам нравится? Глаза Трандуила были как эти звезды. Его улыбка резала острее ножа. Его волосы были белыми, как снег в Ангмаре. Он был звёздным принцем. Нарвен посмотрела на него и пропала. Почувствовала, как тухнет огонь в ее груди и там теперь что-то нежное. Трандуил ей больше чем нравился. Нарвен прекрасно подходила к Зеленолесью. Будто только её тут не хватало. Её волосы были тихом костром в лесу, глаза — листья на деревьях, и белая, как снег, кожа. — Я в восторге, Ваше Величество. Они улыбнулись друг другу, и тут Трандуил подъехал ближе. Их лошади были совсем рядом, они были совсем рядом. Король протянул ладонь и коснулся руки Нарвен, держащий поводья. Рука её была ледяная, как снег. Все внутри ведьмы встрепенулось. Дворец был прекрасен. Из дерева и камня, пахнущий дикими травами и мёдом. Воины разошлись по своим домам, а Трандуил с Нарвен и парочкой солдатов вошли во дворец. К ним тут же подбежали эльфийские девушки-служанки. Нарвен их не любила. Считала глупыми лесными феечками, изнеженными и избалованными. Это было её мнение о всех эльфийских девах. Те же обрадовались и тут же поклонились живому королю. Трандуил им ласково улыбнулся, но с горечью сообщил о смерти Орофера. Сегодня будет великий плач по павшему королю. Нарвен это не интересовало ни капельки. Ей было наплевать на Орофера. — Вас что-то тревожит? — Трандуил ласково взял девушку за плечо. — Не-ет, просто… мне так жаль вашего отца. — Нарвен проникновенно посмотрела в его глаза. Эльф улыбнулся. — Пройдемте, я покажу Вам Вашу комнату. Они двинулись вперед. Нарвен вовсю разглядывала стены и высокие потолки. Все было такое лесное, как будто дворец — продолжение леса. Столько пространства, зелени и пения птиц. Спальня ведьме тоже понравилось. Чистая и пахнущая цветами. — Вам нравится? Нарвен посмотрела на Трандуила. В ночной темноте он был ещё прекраснее. — Мне нравится. Так проходили дни, недели и месяцы. Зимы сменяли лета, а лета зимы. Нарвен стала близким другом короля, жила в роскоши и его заботе. Но её черная паутина кутала разум Трандуила. Он стал более вспыльчивым и похожим на человека. Радоваться он тоже стал больше. Вдвоем они часто выбирались на охоту, устраивали пиры и смеялись как дети. Многие поговаривали, что Нарвен из тёмных эльфов, и Трандуил покорился тёмной красоте. Это было действительно так — он бы все сделал ради рыжеволосой бестии. Она была похожа на нимфу. Она смеялась как ребёнок и отпускала странные шутки. Напивалась и танцевала. И с каждым днем все больше забывала о своём предназначении. Она ошибалась, когда думала, что покорит Трандуила. Король и ведьма были заражены друг другом. Однажды, когда Нарвен спокойно сидела у себя в опочивальне, к ней залетел огромный чёрный ворон. Девушка улыбнулась и повернулась к нему. — Здравствуй, мой друг. Тот склонил голову набок и открыл клюв. Но вместо карканья, оттуда послышалась чёрное наречие. — У меня одно послание — Ваш отец просит Вас не забывать о том, кто Вы! Ведьма закатила глаза. — Я помню. Но я решу сама все. Пошёл вон! Ворон каркнул и вылетел в окно. У Нарвен испортилось настроение. Она не хотела мучить и убивать Трандуила. Она любила его. Но она любила и отца. А потому уверенно вышла из спальни и направилась тенью в лес. Уйдя достаточно далеко, ведьма приложила руку к земле и прошептала слова на древнем темном языке, никому ныне неизвестному: — Дети Унголиант, придите ко мне. Придите сюда. Опутайте мраком эти земли, придите из тьмы и принесите эту тьму сюда. Я даю вам власть над этими землями. Длинные ногти впились во влажную чёрную землю, и оттуда начала расползаться чёрная паутина. Деревья вокруг зашумели, и солнце скрылось за их потемневшими кронами. Тень начала падать на Зеленолесье. Глаза Нарвен горели янтарным огнём. Ведьма встала, отряхнула платье и начала уходить обратно в замок, приняв человеческое обличье. Сзади неё послышалось клацанье клешней, девушка улыбнулась. Отец будет доволен. Нарвен и Трандуил прогуливались по дворцу, когда к ним подбежал один из начальников стражи. Король тут же насторожился.  — Ваше Величество, на западную границу леса пала тень. И на южную тоже, — эльф чуть помедлил и добавил: — и на северную. И эта тень идет дальше. — Тень? — нахмурился Трандуил. Нарвен сжала его руку. — Да, Владыка. Теперь там… паутина. Король широко распахнул глаза. — Потомки Унголиант пришли к нам. Жду всех командиров во дворце. Срочно! Эльф поклонился и тут же удалился. Трандуил быстрым шагом пошёл обратно во дворец. Нарвен, придерживая платье, спешила за ним. — Что такое, Владыка? — Пауки, дети Унголиант, пришли сюда. Ты знаешь, кто это? — Конечно. Они вошли в пустой зал советов. — Останешься на совет? Только Нарвен можно было присутствовать на советах и давать советы королю, кроме командиров. — Да, — девушка низко поклонилась. Трандуил подошел к ней и взял её за подбородок. Нарвен посмотрела на него своими зеленющими огромными глазами. — Не ходи в лес, — эльф прикрыл глаза и поцеловал её в уголок губ. Щеки ведьмы вспыхнули. — Как прикажет мой господин. Трандуил улыбнулся. — Я не господин тебе, но друг. Нарвен улыбнулась ему в ответ. Вскоре прибыли все командиры стражей. Они описывали ужасных тварей, пауков, с которыми столкнулись. Как те хватали в свою паутину их товарищей и убивали. Трандуил и сам ужаснулся, представив, как эти пауки уничтожат его народ, его людей. — Нужно уводить людей на Север, дальше. Пока держите оборону и убивайте их. — Может мы отыщем след, откуда они пришли и уничтожим гнездо? — предположил один из командиров. Волосы у него были рыжие, как у Нарвен. Трандуил нахмурился и обратил свой взор на девушку. Та подошла ближе к королю и тихо сказала ему: — Это неразумно. Вы потеряете людей. Я согласна, что нужно уводить людей на Север. Последуйте примеру Элу Тингола. Сделайте свой Менегрот. — Оставить пауков? — Убивать, но не лезть в гнездо. Все погибнут. Это неразумно. Командиры недоуменно переглядывались между собой. Что советует ему эта бестия? Трандуил задумался, а потом вынес вердикт. — Мы строим дворец на севере. Подземный дворец, как у Элу Тингола. И уводим туда наш народ. — Но… — хотел кто-то возразить. Трандуил поднял ладонь. — Я все сказал. Он вышел из зала, и за ним последовала Нарвен, ловя на себе ненавистные взгляды. — Владыка, Вы куда? Трандуил не оборачивался. — К себе. Нарвен прикусила губу и догнала короля. — Простите, если я… Владыка обернулся. — Я помню ужасы Мордора. Я чувствую эту тень. Грядет что-то страшное, я знаю это. И это меня пугает. Смерти, убийства, бесконечное зло. Я больше не хочу этого! Нарвен моргнула, будто ей в глаза попал песок. В голове стучала мысль «я буду хорошей, я буду, буду хорошей, только не мучай себя». — Мой Господин… — шепнула Нарвен. Трандуил с какой-то непонятной тоской посмотрел на нее. — Что же ты делаешь со мной, Нарвен? Я стал человеком. Теперь и мне доступны те человеческие желания и страхи. И прежде, чем ведьма успела что-либо сказать, Трандуил обнял ладонями её шею и поцеловал в алые губы. Девушка сначала замерла, а потом подалась навстречу, запуская пальцы в длинные золотистые волосы короля. Когда они наконец оторвались друг от друга, Нарвен шепнула: — Я люблю Вас, Ваше Величество. Она обнимала его лицо ладонями и улыбалась. Трандуил улыбнулся ей в ответ. — Моя прекрасная нимфа, поцелованная драконом. Они прикрыли глаза и крепко обнялись, чувствуя тепло друг друга и огромное чувство привязанности. Это не была любовь, всего лишь потребность друг в друге, в родственной душе. Эту ночь они провели вместе. Как и все последующие. И ведьма все больше начинала дергать за ниточки. Говорили, что лесным народом управляет Трандуил, а Трандуилом — Нарвен. Её считали тёмным эльфом, её не любили и косо смотрели на нее. Она слишком вмешивалась в дела государства, но король делал все для своей возлюбленной. Она даже говорила, как строить дворец. Нарвен же настолько почувствовала вкус власти, что уже несколько раз намекала королю, что её неплохо было бы сделать королевой. Однако, Трандуил отвечал отказом. Он чувствовал, что должно быть немного не так и иногда, если честно, он видел Нарвен в огне, среди тьмы и пепла. Она отравляла его мозг, словно белладонна. Но Владыка слишком любил её. И никакая другая женщина потом не могла затмить этот огонь. Говорят, что у каждой ведьмы где-то глубоко спрятано сердце. Кто найдёт его — подчинит ведьму себе. Когда дворец на севере был достроен, народ Зеленолесья медленно и осторожно двигался туда. Теперь же Зеленолесье стало Лихолесьем, и власть Трандуила на эти земли уже не распространялась, теперь там властвовала Тьма. Дворец же стал подземной крепостью, словно Менегрот. Но был не чета ему. Замок Трандуила был менее роскошным, да и гномы не помогали строить его.Но это была надёжная крепость, скрытая чарами и магией. Надёжный оплот света в непроглядной и ужасной тьме. Нарвен спокойно лежала в огромном деревянном тазу, словно большая бочка. Ведьма прикрыла глаза и магией подогревала воду. Трандуил вошёл тихо, но девушка услышала его и улыбнулась. Король сел на самый край бочки и поцеловал руку Нарвен. Её рыжие волосы потемнели от воды и покрывали паутиной белоснежную шею. — Плохие новости? — Нарвен легко дотронулась ладонью до щеки Трандуила. Тот блаженно прикрыл глаза. — Теперь на границы нападают истерлинги. Мы легко отбиваем их атаки, но это все так… я так устал. И мне нигде не найти покоя. Ведьма прикусила губу. — Я обещаю, что все будет хорошо, Господин. Вам нужно расслабиться. Трандуил рассмеялся и встал. — Я принес тебе подарок. Глаза Нарвен загорелись и она тут же поднялась из таза. Эльф накинул на ее плечи полотенце. Девушка посмотрела на него с благодарностью и завернулась в полотенце. — Ты прекрасна, моя дорогая. Король поцеловал её и положил ладони ей на плечи. Нарвен казалась тонкой фарфоровой куклой рядом с величественным королём эльфов. И это так умиляло Трандуила, что он готов был вечность носить её на руках, не зная, что душа её грязна и порочна. Что он будет нести лишь её облик. Две служанки занесли алое платье в опочивальню Нарвен и положили на кровать. Девушка радостно засмеялась и захлопала в ладони. Эльф улыбнулся, и ведьма тут же подбежала к подарку. Он был прекрасен. Темно-кровавого цвета, лёгкое и нежное, с прозрачно черными рукавами. И рядом чёрный корсет. — Я решил устроить небольшой пир, и это платье… ты в ним придёшь. Нарвен взвизгнула и бросилась на шею Трандуила. Тот крепко обнял её. Ведьма же, немедля, отпустила короля, сняла полотенце и начала одеваться. Эльф отослал служанок и сам помогал девушке. Она была прекрасна в этом платье. Нарвен в алом платье и с алыми губами. Огненными волосами и зелёным взглядом. Красивая, дерзкая и смелая. Сама же девушка сияла от счастья. Она смотрела на своего короля и чувствовала себя королевой. Она хотела быть королевой. Трандуил организовал все прекрасно. Столы ломились от самых вкусных блюд и крепкого вина. Везде были цветы, и все действительно было прекрасно. Когда Нарвен села по правую руку от короля, это выглядело слишком естественно и органично. Будто бы она была рождена королевой. Ведьма весело говорила с другими эльфами, гостями и королём. Играла нежная и весёлая музыка. К Нарвен подошла её служанка и подруга. — Рейниль, можно тебя кое о чем попросить? У эльфийки были почти белые волосы и ярко-синие глаза. Нарвен нужна была помощница. И шпионка. Поэтому она немного поколдовала над одной из служанок, которых приставил Трандуил. Нарвен влюбила Рейниль в одного из командира истерлингов. Теперь девушка с готовностью выполняла любые поручения, шпионила и доносила. Вот и теперь Нарвен попросила Рейниль передать командирам, что сейчас можно немного пошалить на границах Лихолесья, ибо все на пиру. Когда послушная служанка ушла, Нарвен стала говорить с Трандуилом. Они смеялись, он держал её за руку, и ведьма была абсолютно уверена, что она влюблена сильно и навсегда. К ним подошли девушки, и король отвлекся, чтобы поприветствовать гостей. Все таки пир был для того, чтобы похвастаться новым дворцом и, заодно, властителем этого дворца. Впереди всех стояла прекрасная молодая девушка в темно-синем платье, словно ночное небо. Сама же девушка была небольшого роста, с хрупким телосложением и кудрявыми золотистыми волосами, стройная, грациозная, бледная и спокойная. А глаза у нее были как два озера. — Мы желаем Вам здравия, Ваше Величество! Она плохо говорила на синдарине, но голос её очаровывал. Все девушки присели в реверансе. А когда встали, то Трандуил не отрывал взгляда от молодой девушки. — Как Вас зовут? — Астэлайя, я из ваниар. Мои подруги и я прибыли из Форлиндона. Они смотрели друг другу прямо в глаза. Нарвен чувствовала вокруг магию. И ей это не очень-то и нравилось. — Могу я пригласить Вас на танец? Астэлайя улыбнулась и кивнула. Трандуил взял её за руку и повел в центр зала. Когда она шла через гостей, шурша платьем под чудную музыку, все ей невольно любовались. Они встали друг напротив друга. Трандуил завел одну руку за спину, а другой обнимал Астэлайю за талию. Та плавно двигалась, так что её платье легко поднималось, оголяя красивые щиколотки. Партнёры то отдалялись, то хватали друг друга за руки. Они были прекрасной парой — свет отражался от их волос, наряды шуршали, а на лицах прекрасные улыбки. Они кружились без остановки и смеялись. Один раз Трандуил даже поднял девушку. Нарвен смотрела на это и видела свет, такой прекрасный, ослепляющий свет настоящей любви. Вспыхнувшая симпатия между Трандуилом и этой девушкой не могла не ранить ведьму. Ей было обидно и больно, что теперь её король… больше не её. Она потеряла власть и любовь, возможности стать королевой. И это огорчало её больше всего. И все-таки Нарвен смотрела на эту эльфийку и не могла ревновать. Ведь она такая красивая и чистая, что просто на нее невозможно было злиться. И смотрелась она с королём гораздо лучше. По крайней мере, он выглядел светлее и мудрее. И Нарвен решила пока сдать свои позиции той милой девушке. Пока что. Трандуил был очарован этой светлой невинностью, так что оставил Астэлайю гостьей. Та была сама не против, ведь король покорил её хрупкое сердце. Она была готова подчиняться и служить. Нарвен же ненавидела это. Она пыталась заглушить в себе это чувство, но не выходило. Она действительно старалась быть хорошей, даже не помня, как давно она ушла от звания ангмарской воительницы Лумбулиэль. — Ты оставил её здесь? У нас не так много богатств, чтобы тратить их на… нее. Ведьма ворвалась в покои Трандуила и встала перед ним. Было опасно спорить, но Нарвен привыкла, что ей можно все с королём. Она упустила тот момент, когда её яд и огненная красота уже переставали действовать на Трандуила. Он медленно повернулся, оторвавшись от бумаг. — Я — король, моя милая. Девушка проглотила слова обиды. Если бы не появилась эта эльфийка, она могла бы крикнуть в ответ «а я — королева». — Я знаю, Ваше Величество, но… Нарвен так и не придумала. Её душила обида. Трандуил встал и подошел к ведьме, обняв ту за шею и заставив посмотреть себе в глаза. На секунду он снова покорился магии зелёного взгляда, но либо секунда. — Я люблю её. И ты ревнуешь. Но ведь я люблю и тебя. По-другому, но люблю. Ты же знаешь, Нарвен, я сделаю для тебя все, что угодно. Ведьма опустила глаза и щекой прижалась к груди короля. Ей хотелось, чтобы он впитал её в себя, чтобы они вечно жили вместе. — Вы меня поцелуете? Стальные глаза встретились с двумя озерами зелени, и древняя магия притянула их друг к другу. Трандуил запустил пальцы в рыжие волосы, сорвав ленту и ласково поцеловал. Впереди у них был долгий день. Нарвен никогда особо не любили в Зеленолесье, теперь, правда, Лихолесье. Некоторые всерьёз считали, что она ведьма, которая травила короля. Эта худая, рыжеволосая и зеленоглазая девушка уж слишком отличалась от местных эльфов. Кроме того, дерзка, своенравна, вспыльчива и честолюбива. А вот новую гостью Астэлайю все полюбили. Она у каждого спрашивала как дела, все ли сыты и здоровы, заботилась обо всем и всех любила. Он была воплощением умиротворения и покорности. Трандуил не мог это не замечать. Притом, Нарвен напоминала ему об ужасах войны и смерти отца. А он хотел забыть это больше всего на свете. Король запретил девушке ходить в его спальню и причинять какой-либо вред Астэлайе. Сама же Астэлайя любила Нарвен и хотела стать её подругой. Ведьму буквально воротило от этого. Ей было стыдно и обидно. А это самые не любимые чувства Лумбулиэль. Однажды, Нарвен выбралась на прогулку по дворцу. Она устала сидеть в полном одиночестве. Трандуил не заходил к ней несколько недель, только Рейниль и Астэлайя. Первая была не лучше кошки, а вторая лучше бы вообще не заходила. Но эльфийка раз за разом улыбалась, приносила фрукты и светилась от любви. Как и Трандуил. Они оба были счастливы. Только сюда не вписывалась ведьма. Нарвен медленно шла по двору, когда услышала этот лёгкий смех. Как будто серебряные колокольчики. — Ваше Величество, это чудесное место! — Вы бы хотели остаться здесь? Нарвен жадно смотрела, как на скамейке сидели Астэлайя и Трандуил. Он держал её ладонь в своих руках. Девушка покраснела. — Не думаю, что это уместно. Трандуил крепче сжал её руку. — Я люблю тебя больше всего на свете! Они посмотрели друг другу в глаза. — Я тоже Вас люблю. И Трандуил поцеловал её также, как когда-то целовал Нарвен. Ведьма не выдержала. Она убежала как можно дальше. А через два часа столкнулась с королём на ступенях дворца. Там было слишком темно, но зелёные глаза переполнялись ненавистью. — Она отняла у меня тебя! Она отняла мой мир! Ты обещал, что будешь любить меня, но предал! Ведьма ударила короля в грудь. Тот грубо схватил её за руку, и Нарвен по-настоящему испугалась. Глаза Трандуила горели яростью. Магия ведьмы дала о себе знать. — Мне казалось, что ты как серебряная луна — манишь ночью, указываешь путь. Но ты оказалась непроглядной тьмой — поглощаешь любого, кто смеет к тебе подойти. Ты олицетворяешь все, что я хочу забыть. Ты использовала меня и отравляла, и я не хочу тебя видеть. Нарвен так и застыла с приоткрытыми алыми губами и огромными и страшно зелёными глазами. — Но… но… Она не могла вымолвить ни словечка, и ее душили злость и обида. — Хорошо! — наконец, воскликнула ведьма. — Я уйду, как прикажет Его Величество. Трандуил криво улыбнулся, будто его это самого не радовало. — Но знай, я вернусь во дворец. И меня будет любить король Зеленолесья, и я стану его женой и королевой, — жёстко припечатала Нарвен и резко обернулась, громко шурша юбкой. Уверенной и твёрдой походкой она направилась к двери. Перед самым выходом из дворца она встретилась с Астэлайей и ее свитой из эльфиек Лихолесья. — Что случилось, Нарвен? Астэлайя тут же заметила гневный и встревоженный вид девушки, и отослала подруг и служанок. Ведьма же просто остановилась, совершенно разбитая и впервые поверженная. Она даже не могла понять, кто уничтожил её, кто её враг. Астэлайя мягко взяла ведьму за руки и посмотрела ей в глаза. — Что случилось? Эльфийка знала, что фаворитка короля её недолюбливает, что Нарвен ревновала. Но никакого превосходства Астэлайя не ощущала, только вину и сочувствие. Ведьма посмотрела в глаза бывшей соперницы. Впервые столкнулись две стихии, такие разные, но по-своему прекрасные. Девушка глубоко вздохнула и произнесла: — Он меня изгнал. Астэлайя нахмурилась. — Что? Я не понимаю… Как? Трандуил изгнал тебя? Он тебя любит! Нарвен звонко рассмеялась. — Нет, он полюбил лишь то, что я внушила и создала. Любит он тебя. А меня выгнал. Ведьма развернулась и подобрала платье, но Астэлайя взяла её за руку, и в ее глазах горела решимость и жесткость. Эта эльфийка была не так проста и невинна, как вначале всем казалось. С силой сжав руку Нарвен, она потащила её с собой. — Я так это не оставлю! Ну уж нет! Трандуил оказался там же, где его оставила Нарвен — на ступенях дворца. Он удивился, когда увидел рассерженную Астэлайю, которая за руку держала Нарвен. Ей было ужасно стыдно и неловко, впервые перед королём она в страхе опустила глаза вниз. Трандуил подошел к ним, и Астэлайя присела в реверансе. — Ваше Величество, может быть я не могу просить об этом, но все-таки я это сделаю. Оставьте Нарвен во дворце, умоляю! Она бросилась к нему на грудь, и король нежно сжал её в объятиях. — Любовь моя, что же такое? Ты просишь оставить её во дворце, но она только расстраивает меня. Она хотела разлучить и нас. Астэлайя отстранилась и мягко улыбнулась, даже как будто снисходительно. — Милый, если хочешь, ты её не будешь видеть, но не выгоняй её. Она все-таки моя подруга! Нарвен чуть не упала и резко поперхнулась. Ложь в медовом и сладком голосе она сразу почувствовала, но не понимала, зачем Астэлайя заступается за неё. Она же ничего не может дать взамен. Трандуил и его невеста резко обернулись на нее. Нарвен молчаливо поджала губы и наивно посмотрела в потолок, однако, её щеки ярко вспыхнули. А может Астэлайя делает это из-за злорадства? Или уже потому что получила свое — Трандуила? Такая искренняя доброта не укладывались в сознании Нарвен, взращенном в тьме и зле. Возможно, только Валери была светлым теплым лучом в жизни ведьмы, но этого не хватало. Потому что её сердце было камнем. Так она считала. — Ты сделаешь это ради меня, любимый? Астэлайя нежно погладила Трандуила по щеке, и ее алмазные глаза засияли. Король тут же поцеловал её в лоб и сжал ладони. — Раз ты просишь, то… хорошо. Нарвен! — он подозвал её к себе. Ведьма тихо подошла и подняла свои изумрудные глаза. Они казались невинными и чистыми в этот момент, так что сердце Трандуила опять дрогнуло под этим зелёным взглядом, и король улыбнулся. — Ты прощена. — Благодарю за великодушие, Ваше Величество! Нарвен опустила глаза. В ее глазах плескалось торжество и радость. Теперь Астэлайя стала её подругой. Нарвен не была девочкой на побегушках, но если принцесса что-то хотела, то Лумбулиэль хотела принести это первой. Она хотела извиниться, но не знала как, потому что никогда этого не делала. Как извиняются эльфы? Что сделать, чтобы отблагодарить Астэлайю? Нарвен не знала и делала, как могла. Иногда она магией снимала головную боль или тревогу женщины (Астэлайя, естественно, об этом не знала), но казалось, что этого не хватало. Астэлайя была добра к ней и ничего не требовала взамен, но Нарвен считала, что она обязана. Она чувствовала себя виноватой. — Нарвен, ты моя подруга, а не прислуга! Мы равны, и ты ничего не должна мне. Они гуляли по саду. Нарвен была в красивом голубом платье, такая соблазнительная, с толстой рыжей косой и красными губами. Она действительно манила. Астэлайя же была воплощением чистоты, и почему-то ведьме казалось, что так выглядит Варда. Но все-таки эльфийка была не права. Они не равны. Астэлайя владеет сердцем короля, у нее есть любовь и будущее. У Нарвен нет ничего, кроме проклятия. — О, Вы слишком добры! — воскликнула ведьма и рассмеялась. Женщина улыбнулась в ответ и наклонилась к цветку. Она закрыла глаза и наслаждалась сладким ароматом. Нарвен же посмотрела на коридор. У колонны стоял Трандуил. Он внимательно смотрел на ведьму. Та ему чуть улыбнулась, но ответной улыбки не получила. Король её опасался, но не боялся. Она была костром, которому нельзя давать разогреться ещё больше. Иначе её пламя сожжет все вокруг, включая и ее саму. Трандуил медленно подошел к ним. Астэлайя выпрямилась и присела перед королём в поклоне. На ее губах заиграла ласковая улыбка, а потом на этих же губах оказались губы короля. Нарвен отвернулась в сторону. Она уже не ревновала, ей было все равно на сердце короля и на звание королевы Лихолесья. Она отдала Трандуила Астэлайе. Целиком и полностью. Только вот на глубине её сердца остались воспоминания и мечты. А ещё желание любить и быть любимой. Нарвен узнала, что это значит, но лишь на короткий миг своей жизни. Теперь девушка просто хотела быть подругой Астэлайи, жить в этом дворце и быть близкой к Трандуилу. Быть другом и ему. Хотя бы иметь возможность говорить с ним. Ведь и в нём самом осталось немного Нарвен. Совсем чуть-чуть, но он чувствовал её так, как не чувствовал никто. Они были как-то связаны. Все они трое были связаны. Свадьба обещала быть пышной. До неприличия роскошной и красивой. Это же была свадьба короля и будущей королевы. Астэлайя радостно щебетала, цвела и выглядела настолько прекрасно, что у Нарвен перехватывало дыхание каждый раз, когда она видела эльфийку. Сама же ведьма думала, что подарить на свадьбу. Она решила поговорить с Трандуилом. Почти все свое время он проводил в зале, где много думал. Иногда советовался с военачальниками. Много говорил с Астэлайей. Но Нарвен точно знала, что сейчас девушка гуляет по саду с подругами и служанками, а король сейчас один. Не успела она войти в зал, Трандуил уже произнес: — Зачем ты пришла? Нарвен смутилась и подошла к королю, который стоял с бокалом вина. — Я хотела сказать Вам, что хочу порадовать королеву. Король усмехнулся и посмотрел на девушку так… только он умел так смотреть. Проникать в самую душу и вытаскивать наружу все тайны. — Надеюсь, твой подарок действительно понравится ей. Нарвен улыбнулась. — Я тоже надеюсь, Ваше Величество, ну, а Вы? Чего хотите Вы? — прошептала она. Повисла тишина. Трандуил закрыл глаза, потом открыл и взял Нарвен за руку. Ладонь у нее была горячей и мягкой. Девушка подошла чуть ближе и взглянула в стальные глаза. Они были слишком грустные и слишком громкие. Трандуил улыбнулся своему любимому зелёному взгляду. Они ещё немного помолчали. Король и ведьма умели это до сих пор — говорить через глаза. Потому что не было слов ни на синдарине, ни на общем языке, ни на любом другом, которые могли бы описать некоторые чувства. — Я хочу покоя и мира, — наконец, вздохнул Трандуил. — Я когда-то обещала Вам мир. — Нарвен резко выдернула свою руку и опустила глаза. — Но я обманула. Король улыбнулся. — Ты можешь больше, чем ты думаешь. Нарвен, — позвал он, и его с головы до ног опять обвели огромные изумрудные глаза. — Ты многое значишь для нас всех. Ведьма улыбнулась в ответ. — Спасибо, Ваше Величество. Нарвен сидела в комнате и смотрела на Астэлайю. Той помогали служанки — они помогли надеть платье, уложить волосы, подать туфли, собрать букет. Когда все приготовления закончились, Астэлайя отослала служанок, поблагодарив их. Сегодня она была прекраснее, чем обычно, будто бы от нее даже исходил белый свет. Платье у нее было белоснежное, лёгкое, облегающее в груди и талии, и струящееся к ногам. Само платье украшали самоцветы, белее и ярче всех звезд — они были на груди и на талии, сияли и переливались радугой и всеми цветами. Золотые волны роскошных волос сверкали на солнце и ложились на плечи и спину. Эльфийка крутилась у зеркала, и ее мягкие розовые губы улыбались, на щеках был свежий румянец, и весь образ этой девушки источал свежесть и чистоту. Астэлайя внимательно вглядывалась в зеркало, ища любой изъян. — Нарвен, я красивая? Я понравлюсь Трандуилу? — голос чуть-чуть дрожал от волнения. Нарвен улыбнулась и подошла к подруге, обняв ту за талию. — Ты прекрасна. Ты прекраснее всех. Астэлайя рассмеялась и посмотрела в зеркале на Нарвен. Та была надела густо-изумрудное платье, чем-то похожее на платье невесты. Но если у нее оно было струящееся, то у ведьмы ткань легко и воздушно спускалась к низу, делая девушку похожей на экзотический цветок. Только талия была подхвачена серебристым поясом. — Ну, я могу поспорить. Девушки рассмеялись. Тут Астэлайя внезапно отошла от зеркала и взяла что-то со столика. Она опять подошла к Нарвен. — Повернись, пожалуйста. Ведьма ничего не понимала, но покорно повернулась. Астэлайя запустила пальцы в густые распущенные волосы Нарвен и принялась сооружать какую-то прическу. Через пару минут, эльфийка прекратила и довольно улыбнулась. — Все! Посмотри на себя! Нарвен с опаской глянула в зеркало. Её волосы были теперь красиво приподняты в какой-то пышный пучок, и в них была вплетена темно-зеленая лента. Точь-в-точь под платье. Девушка захлопала в ладони и рассмеялась. — Эру, Астэлайя, ты просто чудо! Ну честное слово! Женщина махнула ладонью и смущенно улыбнулась. — Глупости! Сегодня все чудесно! Нарвен растянула красные губы в широкой улыбке, и глаза ее засияли. Она чувствовала, что здесь ей самое место, что здесь она любима. Когда девушки вошли в зал Астэлайя словно плыла, Нарвен и остальные эльфийки шли сзади в самых красивых платьях, будто самые райские птицы вырвались их клеток. Как правило, рядом с сияющей красотой Астэлайи люди словно тускнели, сегодня же этот свет делал более прекрасными всех, на кого он падал. Трандуил был прекрасен. Нарвен украдкой глянула на него и с удивлением отметила, что он больше не вызывает в ней прежних чувств. Лишь глубокая привязанность и ласковый остаток. Свадьба прошла красиво и сказочно. Как и должно быть у королей и королев. Пышно, ярко и с красивой музыкой. Все радовались и веселились. Этот день был самым красивым в истории Лихолесья. Со свадьбы прошло достаточно времени. Нарвен и Астэлайя стали лучшими подругами, и ведьма постоянно оберегала свою королеву. Они вместе гуляли и пели, веселились и говорили ночами. Нарвен оберегала и короля, но он будто уже отдалился, и так было лучше для всех. — Нарвен, ты же ведь умеешь обращаться с оружием? Девушки сидели в беседке. Рядом сидели арфистки, и Астэлайя вышивала под нежную мелодию. Нарвен же ненавидела вышивку и подобные ей вещи. — Король рассказал о том, как мы с ним познакомились? — с улыбкой спросила ведьма. Королева отложила вышивку. — Об этом он рассказал ещё давно. Но ведь… идет война, а я не могу себя защитить! Нарвен чуть не подавилась воздухом. Посмотрела на тонкую и нежную девушку в лёгком платье и золотыми волосами. Такую красивую и хрупкую. — Моя королева, я думаю, что Вам это не нужно. У Вас много охраны. У Вас есть я. Ведьма взяла ладонь Астэлайи в свою руку и сжала. Королева грустно опустила глаза и вздохнула. — Трандуил сказал также. А я хочу! Она посмотрела своими голубыми яркими глазами в глаза Нарвен. И та вспомнила себя в детстве. Такое же детское упрямство. — Вы уверены? Это сложно. Астэлайя с готовностью кивнула. Нарвен улыбнулась, будто оскалилась. С тех пор, ровно три раза в неделю, ведьма учила королеву стрелять из лука, обращаться с мечом и кинжалом, драться и вообще всему, что умела и знала сама. Астэлайя училась быстро и с удовольствием, почти не уставала и обожала Нарвен. А та обожала Астэлайю. Они стали подругами, союзниками и сестрами по оружию. Лумбулиэль становилась лучше с каждым днём. Как будто королева вытягивала всю черноту из ее души. Нарвен чувствовала себя повязанной с Астэлайей. Она стала отличной ученицей и уже через год могла соперничать со своей учительницей. Она стала прекрасной воительницей, и Нарвен каждый раз восхищалась ее силе и красоте. И твёрдому духу. Однажды, когда ведьма сидела в саду на лавочке и спокойно дышала тёплым воздухом, к ней подбежал заяц. Девушка вздрогнула и посмотрела на животное. Глаза у него были как два колодца — чёрные, а в руках… Нарвен выдохнула и с трепетом взяла вещицу, заяц даже не дрогнул, а кротко передал ее и убежал обратно. Ведьма, затаив дыхание, ласково и аккуратно провела тонкими пальцами по чешуйчатой поверхности яйца. Оно было очень тяжелым, с человеческую голову, но ужасно красивым. Яйцо было угольно-чёрным с алыми завитками и ярко переливалось, когда солнечные лучи касались его. А внутри спал маленький дракон. Нарвен знала, что яйцо велел передать ей отец или кто-то из его помощников. И тут в ее памяти вспыхнули сцены прежней жизни в Ангмаре и Мордоре, как она игралась с Валери, как отец брал ее на руки, как он, в их последнюю встречу, передал ее кольцо. И оно будто бы сейчас обожгло ее, ровно как и стыд. Она обещала найти отца, быть с ним, быть на стороне Саурона, а вместо этого сидит спокойно у врага и ничего не делает! Ты забыла кто ты, Лумбулиэль! Зеленющие глаза впились куда-то вперёд, а пальцы с длинными ногтями сжали яйцо. Внезапно поднявшийся ветер встрепенул рыжие локоны. Ведьма теперь стала меньше времени проводить с Астэлайей и все больше думала, как возродить дракона. Она часами смотрела на яйцо, держала в руках, дышала и даже применяла огонь. Но ничего не помогало. Неделями сидела в библиотеке, даже один раз опасливо спросила Трандуила, но и это не помогло. Она стала обращаться с ним, как с ребёнком и привязалась к нему. И тогда в ее голове мелькнули мысли о том, что ей никогда не стать матерью и всегда быть одной, проклятой и во тьме. За окном шумел летний лес, весь зелёный, как ведьминские глаза, цветущий и красивый. Лунный свет мягко падал на девушку, отчего та казалась ещё красивее. Нарвен ласково взяла яйцо, будто ребёнка, а потом прижала к сердцу. В ее груди родился огонь, и она выдохнула: — Малыш мой, мой любимый малыш, как же я тебя люблю, Астерий! Повисла тишина, а потом в руках раздался хруст. Нарвен удивлённо посмотрела на яйцо, а через секунду ее глаза встретились с другими, как две бусинки. — Нарвен, неужели это не может подождать? Неужели это так срочно? Ведьма улыбнулась, завязала волосы и вскочила в седло. Астэлайя смотрела алмазными глазами и нервно мяла шелковый платок в руке. — Куда ты отправишься? Может тебе дать еды? Нарвен наклонилась вперёд, ее рыжие волосы скользнули по лицу королевы, а потом и она сама поцеловала эльфийку в румяную щеку. — Спасибо, мама-королева, но поеду на легке. Астэлайя все равно не могла успокоиться. Однако, сжала руку подруги и произнесла: — Обязательно возвращайся! Нарвен лишь оскалилась, пришпорила лошадь и умчалась в темную чащу леса. Трандуил наблюдал за девушкой, стоя на мосту. Глаза у него были грустные, но с души как будто камень упал. Будто рыжая бестия увезла с собой тревоги короля. В лесу на Нарвен пытались напасть пауки, но как только ведьма обращала на них янтарный взгляд, они тут же боязливо уползали, громко переговариваясь между собой. Девушка решила съездить домой, в Ангмар. Она знала, что королевство разрушено, но внутри ещё должна быть жизнь. Так и оказалось. Через неделю Нарвен прибыла на север. Ехала она быстро и почти не оставалась на ночлег. Встретили ее ледяная вьюга и голые камни. Горы все были в снегу и страшно упирались острыми вершинами в темное небо. Вокруг было шумно из-за ветра, но это казалось тихой ледяной пустыней. Нарвен спешилась, взяла лошадь за поводья и пошла пешком, натянув на голову меховой капюшон. Астерий недовольно урчал в сумке. Ведьма шла слишком тихо и оглядывалась по сторонам. Кто знает, кто тут может быть. Лумбулиэль остановилась у чёрных ворот, взяла Астерия на руки и хлопнула лошадь по крупу. Та убежала куда-то на восток, в снежную вьюгу. — Эй! Лентяи! А ну открывайте двери или сожгу тут все дотла! — крикнула девушка на чёрном наречии. Ответа ей не последовало. — Моргот вас побери, — прошипела ведьма и магией распахнула тяжёлые ворота. Ее глазам предстала разрушенный замок, везде валялось оружие и обломки стен, засыпанные снегом. Девушка остановилась у парадного входа, рядом с которым стояла статуя красивого взрослого мужчины с длинными волосами и бородой. Нарвен дотронулась до него и прошептала: — Здравствуй, отец, я дома. — Эй ты! Кто такая? К ведьме вышел орк, держа наготове лук со стрелой. Нарвен повернулась к нему, подняла одну бровь и опустила капюшон. Ветер тут же взметнул рыжие волосы. — Твоя королева. Орк захохотал. — Что? Нарвен подняла ладонь, и ветер тут же стих. Наступила гробовая тишина, и теперь голос ведьмы отражался от гор, стен, земли и звучал на весь Карн-Дум. — Прибыла Нарвен Лумбулиэль, дочь Ангмарского короля-чародея! Если же вы сию минуту не дадите мне кого-нибудь умнее, то клянусь Морготом, я убью тут всех до единого. Прибыла ваша королева, в третий раз уже говорю. Парадные двери открылись, и оттуда вышел маленький старенький человечек. Он был похож на помесь гоблина и человека, но глаза были шустрые и умные. Человечек тут же упал в ноги королеве и залепетал: — Простите, Ваше Высочество! Мы очень Вам рады, но времена такие… — Цветы. Где цветы? Нарвен смотрела вокруг и не видела голубых роз. Человечек глупо захлопал глазками. — Я не знаю, никто ничего не трогал. — Ага, только замок разрушили до основания. Нарвен прошла во дворец. Поднялась в столовую. Посмотрела на портрет матери. Обрадовалась, что цветы ещё растут. В Карн-Думе действительно находился оплот темных сил. Тут они жили, изготовляли оружие, ждали, когда их призовут биться. Но большинство ушли в Гундабад, сделали мастерские там, вывели новые породы различных тварей. Нарвен внимательно следила за ними. Видела, что дисциплина не хромает, и все до единого подчинялись смотрителю. Это радовало. Армия была боеспособна и готова в любой момент идти в атаку. Перед отъездом ведьма передала Астерия смотрителю. — Если с ним что-то случится, то я сожгу вас всех дотла. Мой приказ ясен? А потом она уехала на запад, через Синие горы — в Форохел. Там было полно снега, лютый холод и все остальные прелести крайнего севера рядом с заливом. Лоссоты жили в шатрах, внутри которого стоял очаг. Везде были меха и шкуры. Нарвен зашла в одну палатку. Она была одна из самых красивых и украшена различными оберегами. Вокруг очага, закрыв глаза, сидела женщина и молодой юноша. Нарвен улыбнулась и сняла меховую шубу. — Устала убивать и мучить людей и эльфов? Геката встала с пола и обняла подругу. Ведьмы улыбнулись друг другу. — Не устала, просто решила отдохнуть. К ним подошёл Бранд. Он выглядел ещё как подросток, но уже с щетиной и мужским взглядом. — Ты все такая же красивая! Нарвен крепко обняла его и поцеловала в щеку. — А ты стал настоящим мужчиной! Зеленые глаза встретились с карими. Как будто лисица и медведь встретились на поляне в лесу. Удивленно, не зная, что им делать. Нарвен жила в шатре вместе с Брандом и Гекатой. Вместе охотились, вместе ели, вечером обсуждали что-то интересное и грелись у огня. — Ты почти стала королевой Лесного царства? Нарвен и Бранд лежали на мехах, укрывшись тёплыми пледами. Ведьма рассмеялась и легла на грудь юноши. — Почти. У меня было почти все, но… я рада, что я не стала королевой. Это место заняла более достойная женщина. Зато теперь я тут, с вами. Они улыбнулись друг другу. Нарвен прожила в Форохел несколько месяцев. Время летело слишком быстро для неё, каждый день был лучше другого. Она была снова дома, снова счастлива. Почти не думала об отце, тьме, войне. Но всему наступает конец. И, однажды, к Нарвен прилетела белая голубка. Она вся продрогла от мороза и еле дышала, а к ноге было привязано письмо. От Астэлайи. Она писала, что у неё и Трандуила родился очаровательный малыш. Леголас. Путь до Лихолесья был трудным и очень опасным, но Нарвен летела туда, мечтая увидеть Леголаса, ее тянуло туда. А опасности рыжей бестии были не страшны. Она сама была опаснее любого монстра. Совершенный хищник — ведьма. В ней привлекало все, даже запах, но от неё нельзя было скрыться, ей нельзя было сопротивляться. Астэлайя вся сияла от радости и гордости. Она родила королю наследника! Да и ещё такого прелестного. Она будто бы стала старше и мудрее. Шурша серебристым платьем она подбежала к Нарвен, которая только что вошла во дворец, и схватила ее за руки. — Эру, моя дорогая, я так скучала! Нарвен взяла ее ладони в свои руки и ласково прижалась губами к щеке королевы. — Я рада за тебя! Астэлайя широко улыбнулась и повела подругу в свои покои. Около огромной кровати стояла красивая колыбель. Трандуил стоял рядом и тихонько покачивал ее. Женщина подошла к мужу, поцеловала его и взяла кого-то маленького, спящего укутанного в одеяле. Она подошла к Нарвен и передала ей ребёночка. Ведьма с трепетом взяла малыша, и в ту же секунду на неё взглянули огромные голубые глаза. Они встретились с изумрудными глазами девушки. Леголас недовольно свёл брови. А Нарвен вдруг почудилось, что ради этого мига она жила, чтобы только заглянуть в эти голубые глаза, так похожие на глаза его матери. Внутри женщины что-то колыхнулось — захотелось вдруг забрать малыша себе, будто бы это ее ребёнок. Но Астэлайя уже вновь взяла на руки мальчика. Трандуил обнял их двоих. Все улыбались. Нарвен, глядя на эту милую картину семейного счастья, хотелось где-нибудь вывернуть свой желудок. Она натянуто улыбнулась: — Я ведь могу остаться? Трандуил подошёл к ней и взял за руку. — Ты всегда можешь найти здесь убежище. Они посмотрели друг другу в глаза — будто искра проскочила и… тут же погасла. Астэлайя сделала вид, что ничего не видела и не поняла, целуя белобрысую макушку сына. Что не поняла она и тут же возникшей связи между Нарвен и Леголасом. Они все жили счастливо. Король, королева и их маленький принц. Даже ведьма заразилась всеобщей радостью. Трандуил устроил роскошный пир, все праздновали и веселились несколько дней. Пока во время одного из таких счастливых дней, командир северной части Лихолесья донёс тревожные вести — Гундабад зашевелился. Видели огонь в крепости и выходящих оттуда орков с оружием. А ещё через неделю к Нарвен прилетел ворон. — Лумбулиэль, войско в Гундабаде готово напасть на замок! Ведьма тут же вскочила и заперла двери. А потом, с гневным шипением, обернулась к посланнику: — Кто, Моргот подери, отдал такой приказ? Зачем? Ворон потоптался на окошке. — Это приказ Темного властелина. Нарвен иронично приподняла одну бровь и махнула рукой птице. Та, недовольно каркнув, вылетела в окно. Девушка ворвалась в зал советов к королю и с порога заявила: — Они не просто так зашевелились. Они собираются напасть. Ее слова были тут же подтверждены командирами, которые в последнее время все чаще и чаще отражали агрессивные атаки орков. Трандуил сурово взглянул на командиров, на рыжую ведьму и вздохнул. Нарвен прикрыла глаза и сделала решение, которое должно было восстановить ее в глазах отца и Господина. — Если столкновения не избежать — надо бить первыми. Все загудели. — Это развяжет войну! — Нет, мы уничтожим их оплот! Трандуил посмотрел ведьме в глаза. — Идём в наступление. Готовились они быстро — армия эльфов всегда была наготове. Астэлайя выразила желание тоже ехать и сражаться. — Ты же знаешь, я прекрасно владею мечом! Я стояла на страже границ, я охраняла наш дом, я уже убивала! Трандуил обнял лицо жены ладонями и прошептал: — Я буду отвлекаться сам, я боюсь тебя терять. Астэлайя чуть ли не плакала. Она щекой прижалась к груди любимого мужа. Он обнял её так крепко, как только мог. — Я боюсь за Леголаса. Что он будет жить в таком темном мире. Я хочу помочь тебе и ему избавиться от этой черноты. Они посмотрели друг на друга и поцеловались. Трандуил знал, что нет смысла настаивать дальше — Астэлайя возьмёт верх или поедет тайно. Лучше пусть она будет далеко в тылу, хорошо вооруженная. Нарвен тоже решила ехать — Трандуил, к тому же, дал ей задание присматривать за королевой. Ведьма не сопротивлялась. Она хотела, чтобы подруга осталась жива. Только она, а остальных надо уничтожить. Ну, Трандуила можно пленить и снова завладеть его разумом. На сей раз, более искусно. Армия под предводительством Лесного короля выдвинулась в поход на Гундабад. Наравен и Астэлайя не воспринимали это, как что-то серьёзное. Нарвен была уверена, что тёмные силы с легкостью разгромят короля, а Астэлайя не сомневалась, что ее муж по камушкам разберёт Гундабад. Они обе ошиблись. Армии столкнулись рано утром у самой крепости. Орки все прибывали и прибывали, их главный оплот — Ангмар. Но эльфы сражались отважно. Астэлайя билась плечом к плечу рядом с мужем, и он поражался силе и храбрости своей жены. Нарвен же улизнула с поля битвы в крепость. На самом верху ее ждал Астерий. Он уже сильно подрос и стал чёрным, как ночь. Только на макушке и крыльях были кроваво-красные завитки. Нарвен потрепала его и дала свежий кусок мяса. — Ты поможешь мне? Дракон встал в полный рост и взмахнул крыльями. Нарвен даже не поежилась, а восхитилась своим сильным ребёнком. — Лети и уничтожь врага! Астерий истошно зарычал и вылетел в окно. Тут же послышались крики эльфов, противно запахло паленым, запылал огонь на поле битвы. Нарвен хищно оскалилась и спустилась вниз, чтобы наблюдать за своим любимым детищем. В ту же секунду, Астэлайя заметила летящего дракона и ринулась на него. Он был не слишком крупным, его можно было убить. Трандуил видел это и рвался к ней, но был слишком далеко. Нарвен и сама подбежала к Астерию, чтобы отогнать его. — Нет, отходи, Нарвен! Астэлайя замахнулась мечом, а дракон разинул пасть, и оттуда вырвалось пламя. Нарвен не оттолкнула королеву, ничего не сказала, она просто смотрела на это. Трандуил тоже это видел и бежал к ним. Астэлайя горела заживо и кричала так, что это было слышно по всему полю битвы, а через несколько мгновений упала и замолкла. У Нарвен дрожали руки. Она посмотрела на только что подбежавшего Трандуила. Он рыдал и что-то кричал. Но ведьма будто нырнула в воду. Вокруг все опустело. Нарвен закрыла глаза и исчезла. Астерий непонимающе крутил головой. Где же мама? Где же его мама? Трандуил с ненавистью и огромным наслаждением вогнал меч в сердце дракона. Нарвен будто бы постарела на пару сотен лет. Она не говорила, редко ела, пила и спала. Ведьма иногда по долгу не закрывала глаза. Каждый раз ей чудились голубые глаза Астэлайи или ее улыбка. А ещё стальные глаза Трандуила, полные боли и ненависти. Она снова начала путешествовать. Видела, как строятся новые города, умирают и рождаются люди. Она познакомилась с Гэндальфом и какое-то время была с ним. Ведьма не очень пришлась ему по душе — слишком эгоистичная и колкая, а ещё дочь назгула. Но маг принял ее. От него же девушка и узнала об Эреборе. Когда Гэндальф заговорил о драконе, Нарвен задрожала. Она их теперь боялась, ибо они напоминали ведьме о самом страшном грехе в ее жизни. О грехе, который она не хотела совершать, но совершила. Астэлайя была единственной, кому Нарвен не желала смерти, но убила ее. Нарвен знала о Битве пяти воинств, знала, что Саурон дал о себе знать. Она не была этому рада — она была опустошена. Ведьма не участвовала в битве. Это было ей не нужно, да и не знала она, чью сторону принять? Трандуила? Как забавно. Ей было плевать на всех, кто умер, а кто нет. Она не видела Леголаса. Она только сидела тихо в стороне и ждала своего короля. Ведьма услышала, как Трандуил попрощался с сыном. Нарвен была даже рада, что не увидит его. Она помнила, что у него глаза матери. — Ты тоже здесь? Нарвен подошла к Трандуилу и смело посмотрела ему в глаза. — Я не хочу говорить о ней. Я хочу умереть за любовь, как она. Эльф провёл рукой по щеке девушки и подошёл ближе. Нарвен дрогнула, и ее зеленые глаза стали совсем яркими. Как листва в Зеленолесье, когда она только приехала туда после падения Саурона. — Возьми это. Трандуил протянул руку, и с его пальцев на бледную ладонь Нарвен стекла изумрудная лента. Ведьма улыбнулась и прижала ее к груди. Стальные глаза встретились с зелёными. На секунду послышался смех Астэлайи, но лишь на секунду. Потом Нарвен развернулась и вскочила в седло. — Куда ты теперь отправишься, Нарвен Лумбулиэль? Ведьма посмотрела вперёд, ухмыльнулась своим мыслям и обернулась на короля. Волосы она уже успела подвязать лентой. — Домой, — и шепотом добавила себе под нос, — Я буду хорошей.