Noir's error

Тут раздался звонок и в школьных коридорах вновь загудели голоса учеников. В нашем же классе хором начали заунывное порицание. Алья два раза перекрестилась и, с надеждой и взглядом «может, не надо?» посмотрела на подругу. Та спешно закивала, вытирая с щек следы преступления эмоционального диапазона. Сезер почувствовала, как ее кто-то взял за руку. Повернув голову, она увидела Нино, показывающего ей палец вверх и Адриана, ободряюще улыбающегося. Собрав всю свою решимость в кулак, рыжеволосая, походкой верховной власти направилась к белой двери. *** Вечером всегда красиво. Так тихо. Тёмные авеню освещают высокие фонари с тремя ответвлениями; белые деревянные скамейки с чугунными подлокотниками одиноко стоят, блестя от лучей туманной луны; яркие вывески на бутиках говорят об индивидуальной уникальности города. Лёгкий ветерок колышет зеленеющие верхушки деревьев. Необычайно красиво звезды раскинулись на ночном полотне грёз, точно стразная воронка*. Перестали гудеть машины, уступая место тихому шелесту листьев и заманчивому зову сверчков. … Накинув на блондинистую шевелюру чёрный капюшон темно-зелёной толстовки и засунув руки в глубокие карманы, Адриан, еле переставляя ноги, забродил по тесной улочке. Вздохнув полной грудью, он мечтал отвлечься от всех недугов, касающихся папы и ЛедиБаг, хотел погрузиться в далекие воспоминания… о маме. Он не хотел плакать. Ведра слез уже давно выкачаны из его организма, виной этих трогательных мемуаров. Грустная улыбка, это все, что вызывали мысли о матери. Но что же вызывали думы о возлюбленной Снежной королеве, долгое время ненавидящей дотошного напарника? Это была далеко не грустная улыбка. И не привычная акуманизированным злость и желание отомстить. И даже не сопливые истерики. Скорее всего, мысли о Леди не вызывали ничего. Именно это ничего отпечатывалось резким уколом в сердце, не мало измученном. С этим ничего не поделаешь, если так будет продолжаться и дальше. Остаётся лишь добровольно принимать эти душевные насилия. — Я не должен мстить своей Леди. Хочет Акума того или нет, — решительно прошептал Адриан в теплую пустоту воздуха. Заметив на иссиня-чёрном небе ярко сияющую Полярную звезду, он вспомнил, как сидел дома под опекой слуг своего отца, а движущиеся остальные звезды навевали то, как весь мир, все четырнадцать, а то и пятнадцать лет минут мимо него, а он все сидит и сидит не выходя из душной обители своего крова, совсем, как Полярная звезда, которая так и маячит на одном месте. В кармане светло-серых джинс завибрировал мобильник. Томно вздохнув, блондин достал надоедливый гаджет и увидел два оповещения с сообщениями от Натали и Нино. Наверняка Санкер снова прислала расписание на завтрашний день, поэтому, Агрест, сипло усмехнувшись, отправил сообщение в корзину, переключившить на новости Нино. *** — Маринетт, — по среди ночи открыв голубые глазки, начала Тикки, — я чувствую действие Акумы. — Тебе приснилось, — промямлила та, причмокивая. — Это не шутки! Я действительно ощущаю темную энергию акумы. И Плагг видимо тоже. Дюпен-Чен подскочила, вытаращив глаза в ночную синь за окном. Ее сережки вдруг сильно обожгли мочки ушей. Настороженно переведя понимающий взгляд на квами, она тихо прошептала. — Тикки, трансформация. *** — Добрый вечер, милая Леди. Сперло дыхание. ЛедиБаг развернулась, вдохнув побольше воздуха. Она увидела злобноухмыляющегося напарника. — Кот, — оскалилась героиня, поднимаясь с медного покрытия Эйфелевой башни. Леди намеревалась надавать ему по ушам за вранье на счет акумы. Тот, как и стоял на одном месте, вертя в руках хвост-ремень, так и стоит, гримасничая и обнажая один край остреньких клыков. Уже уставив руки в бока, девушка неспеша подходила к юноше, что-то ворча про отсутствие мозгов, но когда она столкнулась своим носом с его, ее сердце упало в пятки. Те самые… фиолетовые… как, как это возможно? Его глаза… — Нуар… ты, — Маринетт трепетно положила ладони, обтянутые тонким спандексом на его плечи, неверяще вглядываясь в красивую радужку. — ЛедиБаг, — придвинулся ближе Кот, его рука медленно, плавно, нежно поползла по ее плечу вверх, к сережке, — я так скучал. Месяцы без тебя были… как нож в сердце. — Что? — она нахмурила брови, ощутив его странные действия. Встревоженный взгляд скользнул по поднимающейся руке парня. «Он же акуманизирован!» Мгновенно ускользнув от когтистой ладони, она запрыгнула за его спину, натянув на лицо маску надменности. Тем самым введя того в ступор. — Хитрюга, — не сдавался Кот, так и стоя на одном месте, — кажется, ты уловила мою мысль. Пока «герой» вел незамысловатый монолог, ЛедиБаг все размышляла из-за чего и куда проникла злая бабочка. Может в шест? В пояс? У него нет ничего кроме них! — Котик, одолжишь? — присвистнула наконец она, отцепив серебристую палку с талии Нуара и ретировавшись с башни на крышу близжайшего дома. — Зачем тебе мой шест? — реально недоумевая спросил Черный Кот, следуя за Леди. — В качестве трофея, — крикнула та в ответ, — за стеклянной дверцей будет храниться в память о тебе. — Серьезно? — этими разговорами Кот специально отвлекал бывшую напарницу. Да, на самом деле у него есть план и даже не хуже каких-то там захватов Акум. Он бы не стал являться с «голыми» руками на место встречи с дрожайшей ЛедиБаг. Подлетев чуть ближе к девушке с такого ракурса, чтобы она не смогла его заметить, Нуар с диким шипением налетел на бедняжку сверху и безжалостно придавил к траве, лишь едва освещаемой при тусклом свете фонаря. Леди тихонько пискнула под теплой тяжестью юноши. Конечно, трава — мягкая штука, но не на столько, чтобы пригвоздить, впечатываясь в землю. Спина не приятно хрустнула, а руки, зажатые по обе стороны ужасно ныли в сухожилиях. — Решила сбежать, так и не отдав мой трофей? — словно рычал он, под напором жутких, режущих душу воспоминаний трех прошедших месяцев. … — Ты не уйдешь, пока не отдашь мне свой талисман, — уже с неприкрытой ненавистью прошипел зеленоглазый, коленкой надавливая на живот Баг, от чего та болезненно скривив лицо, умоляюще прошептала — «не надо». Неожиданно для себя, Кот ласково убрал синюю прядку за ухо и медленно, будто мучая жертву, отстегивал серьгу. «Мне с ним не совладать…» — думала Маринетт, резко дернувшись, в попытке вылезти из-под бывшего напарника, но сделала себе только больней. «Тикки, прости меня, я такая глупая. Он слишком силен, даже для меня». Слезы брызнули из покрасневших глаз, скатываясь по вспотевшим вискам. Она ждала той теплой волны по телу неудержавшейся трансформации. И, наконец, отстегнув серьгу, Нуар, чесно говоря, не понял почему ЛедиБаг еще в костюме. Ах да, нужна же еще и вторая! Воспользовавшись замешательством противника, Леди выдернула руки, зажатые его локтями. Она оттолкнула акуманизированного и встала в оборонительную стойку, тяжело дыша. Кот непонимающе оглядел девушку. Но, быстро сообразив, подпрыгнул в воздух, машинально заведя руку за спину. Черт, шест же у Баг! Словно прочитав его мысли, Леди перехватила серебристое оружие обеими руками, намереваясь разломать его об коленку. Но шест не поддается! Нужно что-то делать. Сорвавшись с места, она отбежала чуть дальше. Пользуясь моментом, героиня вызвала Талисман Удачи, поймав… лобзик? — Точно! Этой фигней можно разпилить палку! — Но, к сожалению, я против, — откуда-то возник Кот, выхватив из её руки свое «холодное оружие». Возмущённо ахнув, Леди хотела было помчаться за недругом, но передумала. Лучше забрать серьгу в следующий раз, когда сил будет достаточно. Наплевав на все, она раскрутка красное йо-йо и оглянувшись, полетела в сторону своего дома. *** — Чертовски ужасно! Просто, агрх! Квами смирно сидела на кушетке, грустно наблюдая за подопечной. Она не могла прекратить её метания, ведь понимала, что ситуация более чем щекотливая и реакция девушки вполне ожидаемая. — Зашибись просто. Это же надо так нагло забрать сережку! Ну почему именно он? Почему Акума прилетела именно к Коту? — все задавалась вопросом Дюпен-Чен, отчаянно шевеля мозгами. — Может, по его личным причинам? — осмелилась произнести Тикки, приподнимая усики. — Причины на личном фронте? У него в голове в первую очередь должно быть спасение Парижа, а потом уже всякие девушки. Хотя, это тоже вариант, — вновь задумчиво произнесла голубоглазая, постукивая указательным пальцем по нижней губе. — Ты про Акуму? Маринетт кивнула, дотронувшись до мочки левого уха, непревычно пустующей. — Знаешь, нам нужно расспросить Нуара о его причине захвата бабочки. — Ты предлагаешь план Б. — Разумеется. Раз не получилось отобрать акуманизированную вещь, значит пойдём иным путем. — А если не выйдет? Ну, если Кот откажется от «разговора по душам»? — Не знаю, разберёмся на месте.