Через забвение

Меня ввели в небольшое помещение без окон. Посередине стоял стол, за которым сидело несколько мужчин и женщина в пушистой розовой кофточке едкого оттенка, наброшенной на мантию. В одном из авроров – здоровущем амбале с бычьей шеей – я не без труда узнал своего бывшего «товарища» по Гриффиндору Кормака Маклаггена. Женщина, разумеется, была Долорес Амбридж. Возле стола я заметил жесткое кресло с цепями (я уже видел такое в думосборе у Дамблдора бесконечное множество лет назад). На противоположной стене располагалась зловещая конструкция: кольцо, вбитое выше человеческого роста, со свисающими с него наручниками, под ним – какое-то подобие железного ошейника, а почти у самого пола – на некотором расстоянии друг от друга – крюки с приделанными к ним ножными кандалами. Выглядело точно антураж заправской пыточной. Я почувствовал, как волоски у меня на затылке встают дыбом. Весь сценарий моего поведения, который я так тщательно продумывал в Азкабане, показался мне в этот миг жалким и неправдоподобным. Но ничего другого в голову не приходило. Двое авроров надавили мне на плечи, заставляя сесть в кресло. Цепи, лязгнув, тут же сковали меня по рукам и ногам. – Гарри Джеймс Поттер, – звонкий девичий голосок отскакивал от стен каменного мешка и наполнял комнату, – вы присутствуете сейчас на следственной комиссии, цель которой – выявить и обезвредить деятельность террористической антиправительственной группировки, именуемой «Орден Принца» и, по имеющимся у нас данным, возглавляемой избежавшим суда Пожирателем смерти Северусом Снейпом. Вы обвиняетесь в том, что укрывали преступников и давали им воспользоваться служебным помещением вашего заведения для производства литературы и воззваний, подрывающих основы нашего стабильного общества. Мы предполагаем, что маггл, именующий себя Себастьяном Ивенсом и якобы являющийся вашим партнером по бизнесу и опекуном, на самом деле – волшебник Северус Снейп. К тому же есть подозрение, подкрепленное доказательствами, обнаруженными во время вашего задержания, что вы состоите с ним в предосудительной связи. Мы требуем, чтобы вы немедленно перечислили всех членов пресловутого «Ордена Принца», а также назвали нам место, где скрывается беглый Пожиратель смерти и осужденный преступник Северус Снейп. – Простите, мадам, – я старался держаться спокойно, чтобы не показывать ей охватившей меня при этих многочисленных обвинениях паники. Кроме имени опекуна, все остальное было мне совершенно незнакомо, я не имел ни малейшего понятия ни об этом Ордене, ни о человеке, которого Амбридж назвала Северус Снейп. – Я не в курсе, о чем и о ком вы говорите. Видимо, вышла какая-то ошибка. Меня действительно зовут Гарри Поттер, я родом из Лимерика в Ирландии, а мистер Себастьян Ивенс – мой опекун и партнер. Все, что у вас здесь происходит, ко мне не относится. Вы совершили похищение. Я думаю, мой партнер уже заявил в полицию, и меня разыскивают. – Вы лжете, мистер Поттер! – улыбаясь по-жабьи, пропела Амбридж. – Вы вряд ли когда-либо бывали в Ирландии – у вас совсем не ирландский выговор. Зачем вы выгораживаете преступника, который за прошедшие две недели не пошевелил пальцем для вашего освобождения? Он ведь знает, что вы – сквиб и не можете себя защитить. Он подставил и предал вас. Нет смысла отпираться. Назовите нам имена и место, где прячется главарь этой банды, и вас переведут во внутреннюю тюрьму при Аврорате. – Я не представляю, о ком вы говорите. Мадам, честное слово, я никогда не слышал ни о каком Северусе, как там вы сказали, Снейпе. Пожалуйста, отпустите меня, и, клянусь вам, я не буду подавать жалобу в полицию за похищение, и мой адвокат... – Мистер Поттер, будьте любезны, посмотрите в глаза вон тому джентльмену, – все еще улыбаясь, перебила меня она. «Не смотри никому из них в глаза», – раздался в голове тихий голос Себастьяна. – Нет, не хочу! У вас нет права! – запротестовал я и для пущей наглядности крепко зажмурился. – Хорошо, мистер Поттер, – ласково промурлыкала она, потирая руки с пухлыми короткими пальцами, унизанными множеством перстней. – Мистер Маклагген, будьте так добры переместить подозреваемого вон к той стене. – Но, мадам Министр, по закону сначала полагается напоить подследственного Веритасерумом, провести допрос под его воздействием и лишь тогда можно приступать к более активным методам дознания, – он произнес все это без запинки, словно читал инструкцию, которую когда-то заучил наизусть. – Мистер Маклагген, вы слышали, ЧТО ВАМ ПРИКАЗАНО? Жаждете оказаться на месте мистера Поттера? Вы забыли, как в прошлом году вам вменялась в вину связь с магглой, и только личное ходатайство вашего дяди Тиберия спасло вас от увольнения и ареста? Вам предоставили прекрасную возможность реабилитироваться перед Министерством, так исполняйте, что вам велено! Релашио, – она направила палочку на цепи, сковывавшие меня, и они с громким звоном упали на пол. – Вставайте, заключенный, – Маклагген взял меня под локоть. Самое сложное сейчас было – не поднять на него взгляд. Я до смерти хотел посмотреть в глаза человеку, с которым учился на одном факультете, состоял в Отряде Дамблдора, и который, судя по недвусмысленным заявлениям Амбридж, через пару минут получит приказ пытать меня и, вероятнее всего, выполнит этот приказ. Мы сделали несколько шагов, он развернул меня спиной к стене и скомандовал: – Ноги – на ширине плеч, руки – над головой. Я подчинился. Цепи ожили, и железные кольца магических наручников защелкнулись у меня на лодыжках и запястьях. Кормак зафиксировал мою шею металлической скобой, и теперь опустить голову стало практически невозможно. Я снова крепко зажмурился. Если Себастьян велел не смотреть им в глаза – значит, у него были на то веские причины. – Если вы не взглянете на нашего сотрудника, мистер Поттер, боюсь, вам причинят боль, – с жеманным смешком, от которого мурашки расползлись по всему телу, сказала Амбридж. – Я не волшебник! Вы не имеете права! – Имеем, мистер Поттер. Давайте, мистер Маклагген! – Круцио! До сих пор я полагал, что героиновая ломка была моим самым страшным испытанием... Я сильно заблуждался! Боль словно кувалдой впечатала меня в стену. Мне показалось, что меня раздирают на части железными крюками. Каждая клеточка тела вопила и корчилась в агонии. Видит бог, я пытался сдерживаться, но молча выносить это не удавалось. Кандалы и ошейник почти не позволяли мне двигаться, я мог только кричать и кричал так, что сорвал голос. Закрытым глазам стало больно, наверное, лопнули кровеносные сосуды. Я мечтал лишиться сознания, но голова, как назло, оставалась ясной. Пытка внезапно прекратилась. На минуту я потерял точку опоры и повис на скованных руках, но металлическая скоба тут же с силой врезалась в подбородок, заставляя снова встать на дрожавшие, ставшие ватными ноги. Амбридж поднялась из-за стола, и, наплевав на железную удавку, я как можно ниже опустил голову. – Больно, да? – она подошла вплотную, и я едва не задохнулся от приторно-сладкого запаха ее духов. Вытащив из кармана кружевной носовой платок, она ласковым, почти материнским жестом стерла кровь, сочившуюся из моей прокушенной губы. – Зачем вы упрямитесь, Поттер? – тихо сказала она. – Снейпу нет дела ни до вас, ни до ваших мучений. Это безжалостный человек. Я знаю, вы любите его и поэтому готовы терпеть, но он не стоит такой жертвы. Пожалейте себя, Гарри. Вы так молоды. Поверьте, я не хочу убивать вас – вы еще можете принести огромную пользу волшебному сообществу. Только перестаньте сопротивляться, поднимите голову и посмотрите в глаза вон тому аврору. И я обещаю, что вам больше не придется так страдать. Ее вкрадчивый тихий голос убаюкивал и отравлял одновременно, но слова не достигали цели. Она явно хотела причинить боль, говоря об этом незнакомом мне человеке. Но имя Северус Снейп ничего для меня не значило, а Себастьян несколько раз повторял: «Ни в коем случае не смотреть в глаза...» Я зажмурился еще крепче и из последних сил помотал головой. – Круцио! – произнес почти над самым ухом женский голос, и мои барабанные перепонки чуть не лопнули от собственного крика. Невозможность сжаться в комок, подтянуть колени к животу лишь усиливала боль. Меня вырвало, и, судя по брезгливому гневному восклицанию, часть скудного содержимого моего желудка попала на Амбридж. – Эванеско, Агуаменти, – взвизгнула она, и в следующий момент меня с ног до головы окатило ледяной водой. От неожиданности я непроизвольно открыл глаза. – Легилименс! ...Я взлетаю на крышу школьной столовой, удирая от Дадли и его дружков... Весь дом завален письмами из Хогвартса, а дядя Вернон, взъерошенный и с безумным блеском в глазах, сжигает их в камине... Я держу в руках палочку из остролиста с пером феникса внутри, и лавка Олливандера освещается мягким светом, потоками льющимся из нее. Распределяющая шляпа посылает меня в Гриффиндор... Мертвый василиск... Разлетающиеся от серебристого оленя дементоры... Кубок огня, выстреливающий языками пунцового пламени... Полет на фестрале... Разбивающийся на мелкие осколки хрустальный шарик пророчества... Падающий с Астрономической башни Дамблдор... Добби на моих красных от крови руках с кинжалом, торчащим из груди... Призраки мамы, папы, Сириуса и Люпина... Свист летящей Авады... Стеклянный купол вокзала Кингс-Кросс... Поверженный Волдеморт... Авроры, стоящие над моим телом, и тройной Обливиэйт на пустынной, залитой дождем улице... Игла, входящая в вену... Мы с Себастьяном любуемся на новенькую вывеску ресторана... – Мадам Министр, – аврор в замешательстве опустил палочку. – Подследственный скинул наложенное нашими сотрудниками заклятие забвения. – И что это значит? – раздраженно спросила Амбридж. – Вы смогли увидеть членов Ордена, их лидера? Он, – кивок в мою сторону, – показал вам действительно ВАЖНЫЕ для нас вещи? Голоса доносились как сквозь толщу воды. Именно теперь, когда мне необходимо было знать, о чем они говорят, сознание начало отключаться. Я держался из последних сил и пытался не провалиться в спасительную черноту беспамятства. – Нет, мадам. Лишь картинки из своего прошлого. Того, что было до Обливиэйта, и, по всей видимости, некоторые моменты из его жизни в качестве сквиба. Я не вполне уверен, но, кажется, ему поставили еще один блок. И он очень мощный! – Ну так пробейте его! Я должна делать за вас вашу работу?! Кормак, подержите его голову и заставьте еще раз открыть глаза. – Боюсь, сейчас это никак невозможно, мадам, – извиняющимся тоном сказал сидящий за столом аврор. – Он не выдержит еще одного сеанса легилименции, да и с Круцио, прошу меня простить, вы немного переборщили. Вам, конечно, виднее, но, по моему мнению, на сегодня с него хватит. А то он у вас или сойдет с ума, или попросту умрет. – Ну, хорошо, – неохотно согласилась жаба. – Отправляйте его обратно в Азкабан. Дайте ему несколько дней прийти в себя, и тогда вы обязаны вытащить из него всю информацию. А потом можете избавиться от него. «Кажется, мне только что подарили несколько дней жизни. Редкая щедрость!» – подумал я, теряя сознание. *** Вспышка направленного прямо в лицо фотоаппарата ослепила меня даже сквозь закрытые веки. – Брось камеру, сука! А ну, стоять! Кто-нибудь, поставьте уже антиаппарационный барьер! Черт, один ушел! Экспеллиармус! Вы, двое – опустите палочки, или мы применим Непростительные! – крики раздавались со всех сторон. Подавив стон, я открыл глаза. Кто-то уже сдернул с меня очки, и все вокруг расплывалось, но два молодых человека, стоящих на коленях с руками за головой, находились так близко, что я без труда узнал их. Братья Колин и Деннис Криви. Лицо Денниса было искажено страхом. Колин старался держаться спокойно и с достоинством. – Что здесь происходит? Соседняя дверь распахнулась, и из нее вышел высокий, несколько обрюзгший мужчина. Все авроры, кроме тащивших меня под руки, почтительно расступились. – Мистер Олдридж, – доложил Маклагген, – этих двоих поймали при попытке сфотографировать подследственного Поттера. К сожалению, одного мы упустили, причем вместе с колдокамерой. Наверняка фото будет использовано для их грязных пропагандистских листков, – в его голосе послышалась неприкрытая досада на недостаточно быструю реакцию своих людей, не сумевших задержать преступника. – Возможно, – окинув братьев внимательным взглядом, сказал тот, кого назвали Олдриджем. – И даже, скорее всего... А вот этого, – он ткнул пальцем в сторону Колина, – недавно вызывали в Аврорат для собеседования. Вы, видно, совсем без ума, молодой человек, если после нашего внушения решились сунуться сюда, да еще и брата с собой притащили. Но что возьмешь с маггловского отродья?! – Отправить их с Поттером в Азкабан? – подобострастно заглядывая в глаза начальству, спросил Кормак. Сейчас я ненавидел его ничуть не меньше Амбридж. – Зачем же в Азкабан? Мистеру Криви все и так популярно объяснили, проявив при этом максимум милосердия. Он отказался понять наши намеки. И проник с враждебными целями на особо охраняемый объект, – Олдридж немного помолчал, крутя в пальцах палочку и явно о чем-то думая. – Магглорожденный, да к тому же тупой... Авада Кедавра! – без предупреждения бросил он, и Деннис свалился к ногам брата, широко распахнув остановившиеся мертвые глаза. Колин еще успел подняться с колен и сделать шаг в направлении Олдриджа, когда выпущенная Маклаггеном Авада подкосила и его...