Созвездие "Близнецы"

      Негромкий щелчок и комната освещается, на несколько секунд ослепляя сестер Эванс. Когда глаза привыкают к яркому свету, девчонки с удивлением рассматривают двух мужчин, стоящих на пороге комнаты. - Не может быть, - потрясенно бормочет Эрика, глядя на одного из них. Черные, как смоль, волосы, яркие зеленые глаза, чуть насмешливая улыбка. - Эдвард?! – испуганно выдыхает Эмили, прижимая к губам ладони. - Как долго я этого ждал, - немного растягивая гласные, улыбается Эдвард. Он подходит к сестрам. Эрика немного испуганно отходит на пару шагов, чуть не споткнувшись об ковер. - Но почему? – Эмили не находит слов, машинально притягивая к себе сестру. - Ты всегда была любознательной, - Филлипс немного криво усмехается, складывая на груди руки. - До сих пор не могу понять, как ты со своим высоким уровнем интеллекта смогла связать свою жизнь с Джаредом Лето? Неужели даже ты не заметила нестыковок? - О чем ты? – тихо спрашивает Эмили, машинально поглаживая живот. – Каких нестыковок? - Как простой студентке смогли предложить работать в «30 STM»? – Эдвард пристально смотрит в глаза старшей Эванс. – Да, ты умна, я не спорю. Но неужели тебя не удивило, что ты только-только получила степень бакалавра и тебе предложили работу у твоих любимых «Марсов»? Что твой преподаватель вдруг позвонил тебе и предложил поработать с этой группой именно тогда, когда ты была в Нью-Йорке? - Но…, - Эмили распахнутыми от удивления глазами смотрит на мужчину. – Откуда ты…? - Откуда я знаю? – улыбка трогает губы мужчины. Он засовывает руки в карманы и подходит к окну. Немного раздвинув плотные шторы, Эдвард смотрит в ночное небо. Луна практически полная и освещает пустырь, расположенный за домом. Он невольно ухмыляется, вспоминая глаза профессора Стюарта, когда тот увидел фотографии. - Твой профессор любит молоденьких девушек, - Эдвард говорит негромко, даже не поворачивая головы. – Очень молоденьких. А у моего поверенного, - кивок головой в сторону второго брюнета. – Очень качественная оптика. Фото получились просто блеск. Дальше дело было за малым – подставить того юриста, что был и освободить место для тебя. Эмили растерянно смотрит на него. - Дальше все зависело от тебя, - Филлипс задумчиво чешет кончик носа. – Ты проявила себя на высшем уровне! Мы с Томом даже поспорили, что в тебе победит – чувство долга или эмоции в отношение Джареда Лето. Кстати, выиграл Том – он ставил на то, что ты не сможешь полностью подавить в себе чувства к красавцу-рокеру. Честно скажу, Эмили, ты меня удивила. Ты всегда производила впечатление умной девочки. Такие не связываются с плохими мальчиками. Эдвард поворачивается и смотрит на блондинку. Девушка бледная – она не была на улице практически две недели. Он обеспечил ее всем необходимым, лишив только возможности выходить за пределы комнаты. Каждые два дня приходил врач и осматривал беременную девушку. Первые три дня Эмили билась в истерике, кричала, плакала, умоляла отпустить. С девушкой было запрещено разговаривать. Том Смит, поверенный Эдварда, тот самый «парень в костюме Майкла Майерса», молча приносил ей еду и уходил, не отвечая на вопросы несчастной девушки. Из развлечений у старшей Эванс были только книги. Филлипс выжидал момент – ему нужны были обе сестры. Но Эрика лежала в больнице и Шеннон практически все время проводил у ее постели. Узнав, что девушку выписали, Эдвард понял, что нужно действовать. - Так значит, это ты все подстроил? – с трудом сдерживая слезы, спрашивает Эмили. - Я знал, что Джаред Лето обратит внимание на умную красавицу, - словно не слыша девушку продолжает брюнет, снова отворачиваясь к окну. – Он тоже привык получать все, что ему было нужно. С тобой вышло не так, - порывистое движение и мужчина пристально смотрит в зеленые глаза, приподняв голову девушки за подбородок. – У тебя дрожали руки, ты нервничала, но скрывала свои эмоции. Ты успешно делала вид, что младший Лето не интересует тебя, как мужчина, когда вы сидели в кафе после спортзала. - Что? – голос старшей Эванс срывается на хрип. – Откуда ты про это знаешь?! - Я был официантом, который обслуживал ваш столик, - Эдвард немного криво усмехается. – Я уже очень давно научился носить чужие маски. Они словно вторая кожа прирастали к моей личности. Только она видела меня настоящего… Филлипс засовывает руки в карманы и проходит к противоположной стене. - Неужели ни одну из вас не смутила синхронность появления в ваших жизнях братьев Лето? – снова «сканирующий» взгляд зеленых глаз. – Разница была всего в несколько часов. И вас это совершенно не насторожило. Эмили, неужели даже тебя это не смутило? Старшая Эванс растерянно смотрит на мужчину, только сейчас понимая, что она даже не спросила, в свое время у Эрики историю ее знакомства с Шенноном. Сначала было не до этого, потом на них навалилась куча проблем, а потом и вовсе она про это забыла. - Когда я только начал собирать информацию о вас – вы обе состояли в отношениях, - Эдвард прислоняется к стене, чуть прикрывая глаза. – Меня это не устраивало. Идею с братьями Лето, на тот момент правда только с одним из них, мне подкинул молодой человек одной из вас. Две пары зеленых глаза удивленно смотрели на него. - Марк Тейлор безумно любил тебя, - Эрика вздрагивает под пронзительным взглядом Филлипса, нервно прикусывая губу. – Любил и ревновал, как сумасшедший, к Шеннону Лето. А ты, наверняка, даже не замечала. Когда я познакомился с Марком, примерно полтора года назад, он мне взахлеб рассказывал про свою любимую девушку. И про ее страсть к группе «30 STM» - тоже. Твоя татуировка стала для него последней каплей. Твое отсутствие и мои «добрые» пожелания сделали свое дело – Марк начал тебе изменять. Именно тогда я и понял, что я должен сделать. Шеннон Лето тоже на тот момент состоял в отношениях. Но тут все было гораздо проще. Эрика судорожно всхлипывает, закрыв руками рот. Не замечая эмоций младшей блондинки, Эдвард вспоминает свое знакомство с Эйлин Кларк. То, что брюнетка безумно любит себя было ясно с первого взгляда. Она не просто любила себя, она любовалась собой во всех смыслах этого слова. Она была неплохим психологом и с легкостью очаровала Шеннона. Занимаясь в том же спортивном клубе, что и Эйлин, Эдвард ни раз наблюдал, как вела себя девушка. Легкомысленная кокетка становилась просто ангелом во плоти, стоило только Шеннону перешагнуть порог клуба. - Эйлин, - Филлипс задумчиво чешет кончик носа. – Вот кто действительно был примером настоящей хищницы, что не упустит своего. Их отношения со страшим Лето сгубило ее желание иметь все и сразу. Я не обладал магнетизмом Марка, но влюбить ее в себя смог с легкостью. Была одна беда – я не мог подставиться. Шеннон не должен был увидеть меня раньше времени. Всего пара таблеток, добавленных в сок, и прекрасная брюнетка не понимала разницы между мной и ее тренером по йоге. - Так это из-за тебя расстались Шеннон и Эйлин? – тихо спрашивает Эрика, с трудом сдерживая эмоции. - А ты догадливая девочка, - кивает Эдвард. – И вашу встречу на пирсе тоже подстроил я. Я знал, что Шеннон пойдет именно туда – это действительно его любимое место. Насчет тебя я сомневался. Ты сама мне помогла тем, что напилась. Ты ведь даже не вспомнила, что тебя подвезли до этого пирса? - Нет, - растерянно бормочет младшая Эванс. - А не надо было хватать бутылку виски, которая уже была открыта, - хмыкает Филипс. – Я тоже предусмотрел то, как ты поведешь себя застав своего любезного Марка за весьма недвусмысленным занятием. Вся выпивка в твоем доме была с небольшим секретом. Я очень хорошо знаю химию, пропорции для каждой бутылки я рассчитал почти идеально. Небольшое помутнение сознания и ты уже с бутылкой на пляже. Думаю, ни ты, ни Шеннон, который пил с тобой, не обратили внимания на небольшой побочный эффект. Весь следующий день и ты и он тупо проспали. Эрика всхлипывает. Эмили обнимает сестру и прижимает к себе. - Зачем? – уже в который раз спрашивает старшая Эванс. – Что мы тебе сделали? - Дальше все стало развиваться немного не по моему сценарию, - Эдвард не слышит девушку. – Я был уверен, что на волне эмоций после предательства Эйлин, Шеннон просто захочет затащить в постель тебя и бросить. Но он на тебя запал! Мне нужно было срочно исправлять ситуацию и избавиться от одной из вас. Девушки испуганно смотрят на мужчину. Эмили, как в детстве, крепко прижимает к себе сестру давая понять, что не даст ее в обиду. - На тот момент все летело к чертям, - Филлипс мрачно расхаживает по комнате. – Невовремя подсевший на наркоту Марк, стал фактически неконтролируемым. - Марк был наркоманом?! – потрясенно переспрашивает Эрика. - Эри, я тоже заметила, - Эмили немного отводит взгляд. – В тот день, когда он с друзьями проник в наш дом. - Я же говорю – ты всегда была умной, - кивает Эдвард. – Именно его наркота и помешательство на младшей сестре Эванс испортили мой план. После этого я понял, Марк — это отработанный материал. Так же, как и Эйлин. Их обоих крайне невовремя начала мучать совесть. Одного за то, что пытался сделать с Эрикой. Другую за попытку разрушить счастье Шеннона. - Погоди, - побелевшими губами еле шепчет Эрика. – Они погибли из-за тебя? - Нет, что ты, - улыбка Филлипса пугает. – Я лично положил конец двум жизням. Марк, глупец, перед смертью еще пытался меня шантажировать. Наивный. А Эйлин… Ей я сделал только лучше. Нервы Эрики не выдерживают, и девушка начинает судорожно рыдать. Как?! Как так можно просто играть с чужими жизнями. - Дальше дело было за малым, - слезы девушки не трогают каменное сердце. – Появиться в вашей жизни. Стать частью вашего окружения. И мне это с лёгкостью удалось. Так удачно спасенная от нападения Эрика. Я был настоящим рыцарем, верно? Вытирая рукавом глаза, девушка так растерянно и жалобно смотрит на него, что что-то похожее на жалось к красивой беременной девушке шевелится в его душе. - С Паркером я сотрудничаю уже два года, - Эдвард переводит взгляд на Эмили. – Попросить его доверить мне проект «Camp Mars» было не сложно. Ты знала, что он влюблен в тебя? - Догадывалась, - тихо отвечает старшая Эванс, обнимая сестру. – Я не давала ему повода надеяться на ответные чувства с моей стороны. Эмили невольно вспоминает звонок Джона на ее день рождения. Джаред тогда вспылил основательно. Ему не нравилось то внимание, что уделял Паркер его девушке. Он первым и обрадовался, когда узнал, что куратором будет другой человек и они перестанут общаться. - А потом все в одночасье полетело к чертям, - Эдвард сжимает пальцами виски, отгоняя от себя образ юной шатенки, что снова встает перед глазами. – Сначала я узнал о беременности одной из вас. Потом другой. Брюнет снова вспоминает то чувство ярости, что овладело им при известии о беременности Эмили. Каких трудов стоило улыбнуться и вежливо поздравить девушку, в то время как он мечтал сомкнуть руки на ее шее. Филлипс сжимает кулаки. Воспоминания о остекленевших глазах проститутки, подцепленной на окраине Лос-Анджелеса, на которой он и выместил злость и бессилие от сложившийся ситуации. - А потом появилась она, - тихо говорит Эдвард, не отдавая себе отчета, что потерял контроль над ситуацией. Да и плевать! Все равно одна из них сегодня умрет, а другая сойдет с ума. Эмили и Эрика удивленно смотрят на искаженное болью красивое лицо. - Она была настоящей, - продолжал мужчина. – Самый чистый и светлый человечек из всех, что я когда-либо встречал. Но я должен был закончить начатое! - Эдвард, - Том впервые за все время беседы подает голос. – Девчонка отказалась от перевода. - Что? – Филлипс резко разворачивается и смотрит поверенному в глаза. - И вот еще, - Смит вынимает из кармана джинсов сложенный листок. – Она беременна. Эдвард потрясенно пробегает глазами строчки букв и цифр с результатами анализов. Он был ее первым мужчиной и именно тогда девушка забеременела. Мужчина снова мысленно вернулся в ту ночь. Нежная улыбка пухлых губ, облако волнистых каштановых волос на подушке, тонкие пальчики, которых он коснулся губами навсегда уходя из жизни Дианы. Она была ангелом. Желая хоть как-то загладить боль, которая будет от пробуждения в одиночестве, он заказал огромный букет белоснежных роз с короткой запиской «Прости». Пообщавшись с одним из своих знакомых, Эдвард договорился о переводе девушки на более престижные рейсы. Она бы не нуждалась не в чем. А вот теперь он узнает, что она отказалась от всего этого. - Слушай, - Том хмыкает. – Максимум сутки и от нее останется только воспоминание. И никто не узнает, от кого она залетела. Красивые зеленые глаза брюнета словно затягивает мраком. Неуловимое движение, взмах руки, громкий хлопок и Том падает на пол с дырой в голове. Сестры Эванс испуганно вскрикивают. Крови почему-то очень мало, но нет никакого сомнения, что мужчина мертв. - Вся твоя жизнь не стоила и волоска с ее головы, - тихо говорит Эдвард, опуская пистолет. Он поворачивает голову в сторону испуганных сестер, что сейчас жмутся друг к другу, как испуганные мышата перед огромным страшным котом. - Жила-была девочка, - тихо говорит Эдвард. – Дочь состоятельных родителей, из хорошей семьи. Играла на скрипке так, что ангелы могли бы позавидовать. Ее ждало прекрасное будущее. Блестящая карьера. У девочки был мальчик, которого она любила больше жизни и лучшая подруга. Девочке было шестнадцать, когда она забеременела. Не желая иметь пятно на репутации, родители выгнали ее из дома. И она осталась одна. Все, что у нее было – любимая скрипка и малыш под сердцем. Эдвард невольно улыбается, вспоминая как она играла. Скрипка в ее руках то плакала, наполняя душу щемящей тоской, то хихикала как маленькая девочка, заставляя улыбаться. - Она работала на износ, не жалея себя, - продолжает мужчина. – Она хотела дать своему сыну все, чтобы он не чувствовал себя одиноким или брошенным. И он не чувствовал. Мама была всем. Светом в окошке, ласковым прикосновением теплого ветерка, глотком воды в жаркий полдень…. Филлипс замолкает, прижимая ко лбу холодный металл рукояти пистолета. Ему все равно, что будет дальше. Ему уже плевать, какая из них умрет. Невыносимо больше жить с этой болью. Он как мог старался вырвать из сердца воспоминания о милом маленьком ангеле, что открыл ему сердце и объятия. Но это оказалось ему не под силу. - Когда мне было десять лет, мама заболела, - Эдвард поворачивается и снова смотрит на сестер Эванс. Эрика судорожно оттягивает рукава свитера, Эмили обнимает сестру, стараясь успокоить и ее и себя и не смотреть в сторону трупа на полу. - Она больше не могла играть на скрипке, - брюнет снова мысленно возвращается в серые больничные стены. – Ей было безумно больно. Тогда маме можно было помочь. Нужны были деньги. Я умолял ее обратиться к отцу, который, я знал, был состоятельным человеком, и эта сумма была для него копеечной. Я просил ее. Но мама сказала, что у отца есть семья. Он женился на ее подруге. Лишь перед смертью она назвала мне имена. А потом мамы не стало. И не стало света, тепла, радости! А ей было всего двадцать семь! Чуть больше, чем мне сейчас! Эдвард подлетает к Эмили и схватив девушку за волосы поднимает с кровати. - Ты хоть знаешь, что это трястись от страха в больничной палате? – он прижимает дуло пистолета к подбородку блондинки. – Молиться, чтобы Господь не забирал у тебя единственного родного человека?! Ты хоть кого-то теряла?! Ты, у которой с рождения было все, что можно только пожелать! - Не надо, пожалуйста! – вскрикивает Эрика. – Ну что мы тебе сделали?! - Родились! – Эдвард теряет контроль и дернув Эмили за волосы оттаскивает от сестры. - Эдвард, пожалуйста! – младшая Эванс падает на колени. – Я умоляю тебя не надо! Что ты хочешь? Ну скажи, что?! Я все сделаю только не убивай Эмили! - Подругу моей мамы звали Алиса Клиффорд, - продолжая держать старшую Эванс за волосы, тихо говорит брюнет, чувствуя, как задрожала девушка. – А того мальчика – Джеймс Эванс. Эрике начинает казаться, что воздуха в комнате катастрофически не хватает. Все встает на свои места. Глаза Эдварда – это глаза Джеймса Эванса. Их отца. Брюнет отшвыривает Эмили и направляет пистолет на младшую Эванс. Та делает неуловимое движение и в ее дрожащей руке тоже появляется пистолет, который был в сапоге. - Стойте! – крик Эмили больно бьет по ушам. – Остановитесь! Эдвард! Эрика! - Он наш брат, - впервые в жизни рука, сжимающая рукоять дрожит и слезы текут из глаз. – Он убил Марка, он убил Эйлин, убил даже того, с кем сотрудничал. Чуть не убил тебя! - Эрика не надо! – Эмили пытается подняться на ноги. - Выстрелишь в брата? – немного криво улыбается Эдвард, снимая пистолет с предохранителя. – Пусть и сводного, но брата. Давай, Эрика, или я убью и тебя и Эмили. Щелкает взводимый курок. Слезы застилают глаза, когда и Эрика снимает с предохранителя пистолет. - НЕТ!!! – истошный крик Эмили заглушают синхронные выстрелы. Они звучат словно эхо. Блондинка и брюнет падают на ковер. На черном свитере Эрики не видно крови, в то время как на белой рубашке Эдварда, слева, начинает расплываться огромное красное пятно. Взгляд Эмили отмечает выпавший из руки сестры пистолет. Тонкие пальцы разжались. С лестницы слышится шум. - Всем лежать! – в комнату забегают полицейские. Беременная блондинка, сидящая чуть в отдалении, закрыла лицо руками и судорожно рыдает. - Мы опоздали, - негромко говорит полицейский в рацию. – Отбой. Одна девчонка погибла.