Фарфоровая

      За столом рядом с Викторией сидел взрослый мужчина, которому на вид было примерно лет сорок. На его лице красовались квадратные очки с толстыми стеклами. Они делали его ещё старше, а седина, покрывавшая его когда-то каштановые волосы, и вовсе превращала его в какого-то старика. Незнакомец был худого телосложения, одет в светло-зеленую футболку от «лакост» и темно-синие джинсы. Ему стало явно неудобно, когда София вернулась домой и застала их с Викторией за тихим ужином.       — П-ривет, — с улыбкой произнесла довольная Софа, заходя на кухню, но как только её взгляд упал на незнакомого ей мужчину, улыбка медленно сползла с её лица.       Виктория растерялась, как только увидела дочь. Женщина считала, что этот инцидент может повлиять на их отношения с Софией. Ведь Виктория врала своей дочери на протяжении двух лет, тайно встречаясь с этим мужчиной.       — Привет, милая. — Женщина попыталась изобразить радость на своём лице, соскочила со своего места и подбежала к дочери, которая просто-напросто приросла к полу от неожиданности происходящего. — У нас гости, София. Знакомься: Алексей Михайлович, мой коллега и просто замечательный человек, — с нежностью и любовью представила Виктория своего ухажёра, что её дочь как-то даже немного улыбнулась, видя свою мать в таком настроении.       — Да ладно тебе, Вик, — отмахнулся Алексей смущенно и встал из-за стола, шагая к хозяйкам дома. — Здравствуй, София. Мне очень приятно с тобой познакомиться. — Он добродушно и искренне улыбнулся девушке, но та лишь натянула улыбку и попятилась назад, когда мужчина подал ей свою руку.       — Не могу сказать того же, — с какой-то ненавистью и неприязнью прошипела София, проигнорировав жест Алексея. Виктория окинула дочь строгим взглядом, но София как будто вовсе никого не замечала. Она повернулась и вышла из кухни, оставив стоять всех в недоумении.       «Теперь даже у моей мамы есть тот, кто поможет ей в любой ситуации. А я так и останусь один на один со своим одиночеством и обидой. Все уходят и оставляют меня», — вертелось в голове девушки, пока она добиралась до своей комнаты.       Как только она вошла в свою обитель, сразу же захлопнула дверь, да так, что услышали Виктория и Алексей, сидящие на кухне, и упала на свою большую кровать, устремив взор в побеленный потолок.       Алексей, сидевший на кухне и услышавший звук захлопывающей двери, сразу же посмотрел на лестницу.       — Да уж, я так и знал, что она не обрадуется престарелому ухажеру своей матери, — тяжело вздохнул Алексей и снял очки, положив их на стол.       Виктория смотрела в стол и обдумывала поведение дочери. «Да, София подросток и не может контролировать свои эмоции, когда это нужно, но это её ничуть не оправдывает. Она нахамила взрослому человеку и должна извиниться», — именно такими мыслями располагала женщина в этот момент, и затем тихо поднялась со стула, уверенными шагами направляясь к комнате Софии.       Алексей немного оторопел от такого поворота событий, но всё же продолжал сидеть на месте и потирать усталые глаза.       — Софа, открой дверь! — скомандовала мать, как только добралась до двери комнаты дочери. Она начала стучать, создавая сильный громыхающий звук.       София прекрасно слышала, что её зовет мама. Однако продолжала её игнорировать. Ей казалось, что она поступает правильно, отвергая мужчину, с которым встречается её мать.       — София, немедленно открой эту чертову дверь! — уже кричала Виктория и продолжала колотить в дверь то кулаком, то ладонью. У неё уже болели от этого руки.       И спустя несколько минут Софа сдалась и открыла дверь.       — Что тебе нужно? — резко кинула она.       Виктория была просто в шоке от такого наглого тона своей дочери. Девушка впервые вела себя так с ней. Виктория сначала просто прожигала её взглядом, но затем смогла найти в себе силы и спросить Софию:       — Почему ты так себя вела с Алексеем? — спокойно задала вопрос, ожидая какой угодно ответ, но только не такой:       — Потому что я не собираюсь терпеть в доме твоих старых извращенцев! — с несвойственной для нее ненавистью, София накричала на мать и вскинула руки вверх. — Я не хочу видеть других мужиков в этом доме. Хочу видеть только своего родного отца, который был, заметь, твоим мужем, — девушка продолжала орать, совершенно ничего не соображая, а Виктория — стоять, когда в её глазах скапливались слезы. Она не узнавала свою дочь. Куда пропала та понимающая и радостная девочка, которая была всегда опорой для неё? Почему тогда перед ней стояла малолетняя эгоистка, осмелившаяся судить её и ненавидеть любимого ей человека?       — Он был моим мужем! Был! — не выдержав, взорвалась Виктория и начала кричать истерическим голосом. — Он никогда не вернется к нам, пойми ты это. Мы ему не нужны. Ни я, ни ты. Он вычеркнул нас из своей жизни навсегда. Просто стёр все воспоминания, связанные с нами, — не подумав о чувствах дочери, женщина сказала это. Затем сползла по стене и начала тихо плакать.       Софа присела рядом с матерью на колени.       — Мама, мамочка, прости меня, — прошептала она своим хриплым голосом и начала гладить Викторию по голове.       — Милая. — Мать прижала к себе свою любимую дочурку, которая уже выросла, а она даже не заметила. — Доченька, прости меня, но я люблю Алексея. Он просто подарил мне вторую жизнь. Жизнь, где нет того обмана и лжи, что были в моей жизни, когда я была замужем за Олегом. Лёша даёт мне то самое женское счастье, и я не могу без него. С ним я вновь стала живой.       София была готова раствориться в объятьях своей мамы, которые дарили тепло, коих ей сильно не хватало.       — Господи, девочки, вы чего?       Неожиданно в комнате Софии появился Алексей. Он улыбнулся, увидев такую трогательную картину. Сидя на кухне, он услышал крики, а потом резко они затихли, и поэтому он решил подняться наверх и посмотреть, что же случилось. А случилось семейное воссоединение.       София с матерью так и сидели на полу, обнимая друг друга, улыбаясь, а потом и вовсе смеясь. Смех их был радостный и спокойный. Они были счастливы в этот момент.       — Идите к нам, — позвала София Алексея. Он немного оторопел, посмотрев вопросительно на Викторию, но она кивнула в знак согласия, и он присел на корточки, обняв их.       — Я люблю вас, — тихо прошептала Виктория, когда слезинка скатилась с её лица. Она была так счастлива, что даже смогла сказать дочери о своих чувствах к этому мужчине.       Все они засмеялись, а через некоторое время поднялись с пола и пошли ужинать.

***

      Алексей оказался добрым и жизнерадостным мужчиной. По профессии он был детским хирургом, но после смерти маленького ребёнка на его операционном столе, решил бросить свою работу и заняться бизнесом.       — Мам, а вы никуда не собираетесь с Алексеем? — подмигнула София Виктории, сидя за столом.       Виктория немного смутилась и вопросительно изогнула бровь. Она не понимала, о чем говорит её дочь.       — Точно! Вик, я же хотел похитить тебя на пару дней в эти выходные, — не растерялся Алексей, предложив своей любимой женщине съездить вместе с её дочерью загород.       — Я даже не знаю. Мы планировали с Софой походить по магазинам, — задумчиво протянула женщина, смотря на дочь, как бы спрашивая у неё, так ли все было на самом деле. София только улыбнулась, а после выдала:       — А что, я за. Мам, поехали, отдохнём от этой городской суматохи. — Она заправила выбившуюся прядь своих светлых волос за ухо. — Давай, не будь занудой. — Слегка толкнула маму вбок.       — Ну, Вик, — решил вставить свою лепту Алексей. — Поехали. — Он протянул свою ладонь и положил её на женскую руку. Вика сидела напротив него.       София расширила глаза, а её губы расплылись в ухмылке. Неожиданно зазвонил телефон, и она подскочила с места, аргументируя это тем, что это очень срочный звонок и она просто обязана его принять, и быстро убежала в прихожую, где и оставила свой гаджет. А влюбленные сидели и улыбались, словно восьмиклассники, которые впервые начали отношения. Они просто наслаждались обществом друг друга.       — Алло, — радостно ответила София, как только добралась до мобильника, который валялся на тумбочке и издавал надоедливую мелодию.       — Воробышек, а ты чего такой у меня радостный? — пролепетал на другом конце Ян.       София смущенно улыбнулась, услышав голос парня, который сводил её с ума. Она не могла даже спокойно слушать его голос, ласкающий её слух: кожа мгновенно покрывалась мурашками, а ноги немного тряслись.       — У меня самая лучшая семья, — прошептала она в трубку, видимо, боясь, что Вика услышит.       — Конечно, ведь у них есть такая чокнутая, как ты. — Засмеялся Гордин, а София заметила какие-то странные нотки в его голосе. Он что, пьян?       — Ян? Ты где? — настороженно спросила она, устремив свой взгляд к проёму кухни, где продолжали весело разговаривать Виктория и Алексей и откуда исходил звонкий смех.       Последовала долгая пауза, что насторожило девушку ещё больше.       — Софа, мне плохо, приходи, мне так хреново, что я не могу находиться сейчас один, — выдохнул Ян устало, как будто освобождая своё сердце от какой-то обиды.       — Ты дома? — закусив губу, спросила Верских. Она понимала, что идти на ночь глядя к взрослому парню рискованно, но он всегда её поддерживал, тогда почему она должна отвергать его просьбу о помощи?       — Да, я жду тебя. — Он сделал глоток виски из бутылки.       — Я приду, слышишь? Я сейчас же приду. — Она ухватилась за свой смартфон обеими руками, сжимая его пальцами и постоянно смотря в сторону двери.       Послышались гудки, означавшие, что Ян сбросил вызов.       — Мам! — крикнула София, войдя на кухню, где смеялись Виктория и Алексей.       — Мне нужно идти. Настя звонила. Если что я останусь у неё, хорошо?       — Ну хорошо, только позвони мне, как приедешь к ней, — дала наставление дочери Виктория и улыбнулась ей.       — Хорошо, пока всем. — София побежала в прихожую, чтобы побыстрее пойти к Яну.       Она быстро надела свои ботинки и накинула куртку с шарфом — так неаккуратно, что он просто-напросто болтался у неё на шее. Девушка выскочила за дверь и громко хлопнула ей, что Вика и Алексей немного вздрогнули от созданного ей шума.

***

      — Ну же, Ян, открывай. — София трезвонила в звонок и переживала, что её кто-нибудь увидит напротив его квартиры. Её большой палец на левой руке уже начинал болеть, а взгляд бегал по всей лестничной клетке.       Гордин шел открывать с бутылкой алкоголя в руках, его походка была тяжелой и шаткой. Он вот-вот мог свалиться с ног. Выпил достаточно много.       — О! — воскликнул Ян и улыбнулся, увидев Верских, которая была в бешенстве.       — Ян, что ты тут творишь? — возмущалась она, проходя в квартиру. Он кое-как, а точнее — со второй попытки закрыл дверь, пока девушка снимала обувь и куртку.       — Скучаю и грущу. — Он облокотился о стену и смотрел на девушку, попивая алкоголь из бутылки снова и снова.       — Почему это? — София перевела глаза на него. Она прожигала парня своим хищным взглядом.       — Потому что ты меня забыла и бросила. — Гордин опустил голову.       — Ты совсем спятил? Мы с тобой виделись два часа назад, а ты уже смог нажра… столько выпить! — София закатила глаза, а затем прошла в просторный зал. Тогда, когда она впервые была у своего соседа в квартире, эта комната показалась ей пугающей и похожей на логово извращенца. Но не сейчас — она считала её обычной гостинной с диваном и телевизором.       — Да шучу, у меня просто выходной и я решил провести остаток вечера со своей глупышкой-соседкой. — Он неожиданно подошёл к ней вплотную и прижал спиной к своему телу. Софа вздрогнула и начала паниковать, но не стала вырываться. Ждала его дальнейших действий.       — Ян, что ты делаешь? — дрожащим голосом спросила она парня и схватилась за его сильные руки, обвивавшие её талию.       — Давай просто пообнимаемся. У меня нет той, с кем бы я могу просто обниматься, сидя на диване или же стоя в гостиной, как сейчас. Он зарылся носом в её светлых волосах, а дрожь продолжала пробивать тело Софии с каждым его прикосновением.       Что бы вы сделали на её месте? Убежали? Ударили его или оттолкнули? Или же продолжали стоять и терпеть его объятия? Он же просто обнимал её, пытаясь подарить и получить то тепло, которого ему так не хватало много лет. Все отношения с девушками были настолько мимолётными, что наутро он не помнил их имена, но девчонка из соседней квартиры была настолько доброй и радостной — иногда, конечно, и вовсе разбитой, — и он не мог не заметить её. Его неожиданно стало тянуть к ней. Ему хотелось просто быть рядом с ней после того, как её снова обидит отец или в любые другие моменты. Не то, чтобы он хотел видеть её расстроенной после очередной стычки с папашей, просто он не мог не признавать, что все их ссоры сближали их.       — Хорошо, — прошептала Верских, сдаваясь. Ей было настолько неловко стоять и обниматься с этим мужчиной в его гостиной. Она думала, что это было позором.       После её слов он прижался к ней сильнее и начал уверенней вести себя: он поцеловал её в шею. Этот поцелуй ничего не значил. Ему просто захотелось прикоснуться к её бархатной коже, а она задрожала в его руках. Мгновенно по телу Софии пробежала стая мурашек, а голова закружилась.       — Ты очень милая, — ласково прошептал Ян и выпустил из своих цепких объятий напуганную девушку.       — Я не узнаю тебя. Куда делся мой нахал-сосед? — Софа решила пошутить и тем самым разрядить обстановку, которая начинала пугать её.       — Он пока отсутствует. Вернётся завтра утром вместе с похмельем. — Засмеялся Гордин и прошёл к коричневому дивану, на котором лежала гитара.       — На его смену пришёл лирик.       Ян присел на диван, а София продолжала наблюдать за ним, не сдвигаясь с места.       — Тогда мне можно идти? — сложив руки на груди, она постаралась сказать это непринужденно, но получилось немного резко.       Ян начал проводить указательным пальцем по струнам, которые издавали приятную мелодию. Он проделал эту махинацию несколько раз, прежде чем ответить:       — Ты не хочешь остаться? — Отложив инструмент в сторону, он посмотрел на неё с грустью в глазах. София ощутила на себе этот взгляд и начала чувствовать себя бездушной и неблагодарной. Человек просил о помощи, ему было плохо, а она не могла даже просто посидеть с ним.       — Хочу, — выдохнула девушка и уверенно подошла к Яну, присела рядом с ним, а он улыбнулся, как радостный мальчишка.       — Ты умеешь играть на гитаре? — спросил он у Верских и взял в руки инструмент, кладя его к себе на колени. Вблизи гитара казалась такой большой и тяжелой, и девушка сразу подумала, что не сможет её поднять.       — Нет, никогда не пробовала. — Улыбнулась София, осматривая гитару коричневого цвета, покрытую лаком, который придавал ей некий блеск.       — Я научился играть ещё в детском доме, — грустно усмехнулся Гордин, смотря на пол. В этот момент он не мог позволить себе посмотреть в глаза Софе, когда ему стало так плохо и тяжело. Ян хотел, как маленький мальчишка, просто расплакаться, но рядом Верских — ни за что.       София же сидела молча и ждала, понимая, что ему сейчас нелегко. Она никогда не подозревала, что его оставили родители и он все свое детство провёл в детском доме.       — Поэтому хочу научить тебя, — нашёл в себе силы продолжить, вернувшись в реальность, а девушка постаралась поддержать его улыбкой.       — Давай, — проговорила София, смотря на гитару.       Парень аккуратно положил гитару на колени девушки и взял её за руки, приложив пальцы правильно к струнам. София наслаждалась его касаниями, старалась запомнить эти прекрасные ощущения его тонких пальцев на её коже; он был словно волшебником, который мог подарить ей сказку. Его горячее дыхание обжигало её шею, а щетина иногда касалась её оголенных плеч, отчего было щекотно и чувствовался дискомфорт.       — Держи эту струну и аккуратно проводи пальцем по всем сразу, удерживая другой рукой эти струны. — Он старался наделить девушку своими умениями нежно, как ребёнка, который только-только начинал ходить. Ему хотелось хоть кого-то научить играть на гитаре; он всегда мечтал о большой семье, в которой будет любовь и понимание.       София старалась внимательно слушать Яна и всё за ним повторять. Она даже и не заметила, как действительно загорелась желанием научиться играть на гитаре.       В этот вечер они смеялись и улыбались. Ян был хоть и не трезвый, но смеялся искренне и по-настоящему. Он так давно не испытывал таких ярких эмоций. Готов был всё отдать, лишь бы повторить этот вечер.       Но всё рано или поздно заканчивается. Когда время подошло к началу двенадцатого, а София всё ещё сидела на диване и смотрела с Яном фильм, Верских посмотрела на часы и немного запаниковала. Рука Гордина непринуждённо покоилась на её плече. Её же голова находилась на его груди, и она слушала его сердцебиение, лишь изредка посматривая фильм.       — Ян, мне идти нужно. — Девушка аккуратно выбралась из объятий парня и присела на диван.       — Ну хорошо, пойдёшь, только когда поцелуешь меня, — серьезно произнёс Ян, ожидая, а затем придвинулся ближе к ошарашенной Софе.       — Что? Ян, я… — замялась Верских. Её глаза забегали по комнате, а щеки покрылись румянцем.       — Ахха, расслабься, я пошутил. — Упав на спинку дивана, Ян заразился диким смехом.       Верских же сидела в шоке, но спустя какое-то время всё-таки улыбнулась.       — Спасибо, что пришла. Я благодарен тебе за это. — Гордин пододвинулся поближе к Верских и чмокнул её в щёку — так по-детски или даже по-дружески.       — Мне было не сложно. — София пожала плечами, встала с дивана и отправилась в прихожую.       Пьяненький Ян последовал за ней и помог надеть куртку и шарфик. Он последний раз за этот вечер улыбнулся ей, и перед тем, как она хотела было выходить, сказал на прощание, взяв её за запястье:       — Я когда-нибудь расскажу тебе свою историю, потому как знаю, что тебе можно доверять. — Он мимолётно коснулся её виска, а затем отпустил ей руку.       София улыбнулась и попрощалась с ним взглядом.