30 дней ревности Тайлера Джозефа

      Толпа людей не в силах сдержать свои эмоции. Вокруг стоит дикий шум из голосов фанатов и громкой музыки. Группа людей, видимо знакомых, стояли кругом периодически заталкивая в центр смельчаков. Уже три песни подряд у них своя вечеринка. Будто в трансе подростки вопили слова песни и изображали червяков. — Это танец червя! — Это больше похоже на судороги!       Две девушки иногда косились на этот круг дёргающихся людей. У одной было дикое желание присоединиться, а у другой убежать. Это странное чувство на концертах: когда стыдишься что-либо делать, но рвёшь нервы танцуя этого самого червяка у себя в мозгах. Причём подпевая, явно не попадая в ноты, если быть честным. — Пойдём ближе к сцене! Скоро они будут лезть в толпу, я не хочу это пропустить! — девушка с длинными каштановыми волосами быстро толкала перед собой людей что-то бормоча под нос. — Мы стоим слишком далеко от сцены — у тебя не получится их охмурить, ты просто не успеешь! — Я и не смогу, ты помнишь у меня уже есть пара! — девушка начала воодушевлённо тыкать запястьем в лицо своей подруги. — Раян бы тебя убил, если бы ты попыталась избавиться от него. — Да пофиг на Раяна! В данный момент я хочу найти твою судьбу. — О Господи… — Здесь больше ста тысяч людей, кто-то же должен подойти. — кивнув сама себе, она задумчиво развернулась на пятках, врезавшись в спины людей. — Сара, прекрати, просто оставь это. Мы были на концерте пилотов три раза. В разных местах, даже в разные года. Понимаешь, мне поможет только чудо. Или мы даже не там ищем! — Или там и нам поможет холодный расчёт! — Которого у тебя нет! — Эллисон, просто заткнись и иди за мной!       Чем ближе к сцене, тем плотнее толпа. Люди пританцовывают и подпевают солисту — Тайлеру Джозефу. Вот он прыгает по сцене, как ужалённый кузнечик, вот хлопает Джошу Дану за барабанами. Лучшие друзья, которые создали одну из лучших групп современности. И о боже один из них всё ещё свободен. Поэтому чем ближе к сцене, тем больше девушек не имеющих ни малейшего понятия о клике и не знающих практически ничего о группе. Они просто ждут появления Джоша в толпе на своей платформе. Его и его голый торс. — С чего ты взяла, что я найду себе кого-то здесь? Ты Раяна вообще откопала в библиотеке!        Никогда они не подбирались так близко. Слава упёртости Сары. Сегодня они обе на высоте.        Всё это время играла Ride, но вот барабаны умолкли и все начали ещё плотнее утрамбовываться. Джош готов играть буквально на руках у фанатов. — Они чокнутые! — Но признай, что при этом очень горячие! — глаза Сары блеснули очень по-маньячьи и имя на запястье зачесалось. — Да не изменяю я тебе, недоумок!        Джош долго рассматривал платформу перед тем как залез на неё. Теперь же он обводил взглядом толпу. На секунду он задержался на Эллисон и Саре, но виной этому было не вселенский знак, а светящиеся в полутьме волосы Эллисон. Все благодарности краске с али экспресса. — Он увидел тебя! — Мои волосы. — Это не важно! Что-нибудь появилось? — Не-а. Это не он. Должно быть его соулмейт это модель с обложки. Мы можем идти? — Нет, мы будем стоять до конца. До речи перед trees и их финального выходу в толпу. — А ты серьёзно настроена, мать. — Просто я, в отличие от некоторых, заинтересована в твоей личной жизни. Тебе уже тридцатник! — Мне 26. — Вот именно!        Песни сменяли друг друга. Только что была знаменитая борьба Тайлера и его рубашки в цветочек. И вот она речь, которую все ждали. — Я надеюсь, что это шоу, которое не состоялось бы без вас, было чем-то особенным. Мы очень рады, когда вы друзья помогаете нам делать каждый концерт маленьким чудом для каждого. Возможно кто-то даже нашёл свою половинку здесь сегодня, — он улыбаясь посмотрел на Джоша, — но не Джош. Давайте же поддержим моего друга за барабанами! Да, ты тоже найдёшь свою судьбу. Жаль это не я… — секундная заминка и вот он смеясь кидает в толпу новую фразу, — привет, Дженна, я люблю тебя! Что же… Давайте станем частью нашей долгой традиции и…        И он начинает петь trees. У кого-то сзади снесло крышу от восторга. Кто-то плачет то ли от смеха то ли от переизбытка чувств, но абсолютно все смотрят на сцену. — Ну почему он уже занят? — Ты тоже, Сара, давно не свободна. Люди снова группируются. Сара подталкивает Эллисон ближе к платформе барабанщика. Авось повезёт. Сама же она поворачивается в сторону Тайлера и яростно начинает чесать запястье. У кого-то на диване дома разгорается ревность.       Эллисон, как и сотни тысяч других, смотрит на руки Джоша и начинает кайфовать от конфети, которые падают на голову. Она поднимает руки вверх и, спасибо её расположению, касается кроссовка барабанщика пальцем, после этого резко одёргивая руку. Ходят слухи, что тех кто пытается разобрать его на кусочки ждёт кара в виде барабанной дроби по голове. Но это не точно.        Прозвучала заветная фраза и люди начали растекаться. После памятных фотографий с новыми друзьями, конечно же. Сара и Эллисон тоже сделали пару фото в красных конфети и побрели к выходу из огромного зала. — Так, я даю тебе ещё два года и после этого выдаю за первого встречного. — Охотно верю. Ладно, встретимся завтра, пока.        Эллисон дождалась когда подруга свернёт за угол и развернувшись почти на 180° пошла обратно в пустой зал.        Дойдя до сцены, она свернула на лестницу ведущую во внутренние помещения и дошла до комнаты отдыха с бумажкой на двери: «Twenty one pilots». Сделав вдох и стукнув раз, она открыла дверь. — Привет, я та самая странная журналистка, берущая интервью после концертов. Найдётся минутка? Тайлер устало кивнул, а Джош сощурился и сказал: — Это твои волосы светятся во тьме? Крутая краска!