Забылось

После недолгих раздумий Томас впустил этого несчастного в дом, но перед этим нагло залез в карман сероглазого, чтобы забрать этот долбаный пистолет, на что тот не предъявлял возражений и лишь еле заметно ухмыльнулся. А после столько же недолгой метушни Торд уже сидел в кресле, держа согнутые в коленях ноги на его сидении и наблюдая за всем происходящим, словно довольный сытый кот, которому после заполучения желанного уже всё по-барабану. Он неспешно попивал чай с долькой лимона в нём, который ему сделал и сунул в руки ещё горячей "добрый дядя Том, ну не злись ты уже". Теперь парень был одет в другую толстовку, конечно, более лёгкую, но почти такую же приятную и тёплую, как его родная, сейчас сохнущая(поправка: случайно попавшая туда, будучи зло отброшенной) на батарее. — Так, какого хрена ты припёрся, не напомнишь? — Том перестал носиться по дому в поисках чего-то и тут же уселся на стул, рядом с креслом. — Стало скучно, — Ларссон ответил коротко и почти ясно, но после не сдержался, чтобы не съязвить. — Да и по тебе соскучиться успел. — Мудак, — Том тихо усмехнулся и уже пожалел о том, что себе чая так и не сделал: обещанный Эдду вечер без алкоголя заставлял чувствовать своеобразную жажду по ощущению жара в стенках горла и приятному тёплому пару в голове. — Это же чистая правда, — Торд слегка расширил уголок своего рта и тут же поспешил поставить кружку на стол, чтобы знатно прокашляться. Сделав это и успокоившись, он спрятал кисти рук за рукавами и занурился носом по плотнее в воротник толстовки, сглотнув. — У тебя холодно. Одним бухлишком греешься, небось? — теперь ухмылка была спрятана, но взгляд его так и говорил: "Я снова стебу тебя, алкаш." — Ну что вы, ваше превосходство. Ваше тело в любой момент может вернуться обратно на улицу и ждать там своего переохлаждения, — чёрноглазый взял только что оставленный без присмотра чай и сделал небольшой глоток, заметив недовольно-надутое лицо Торда, который потянулся за своим. Кружка тут же была отдана, после чего Риджуэлл вздохнул, поднявшись со стула. — Думаю, не стоит. Стоит только переждать здесь зиму. Не самый лучший вариант, конечно, и такой тормознутый слуга не сможет ублажить всех моих потребностей, но зато тут есть много толстовочек и хавчик. — размечтался тот, а в подтверждение своим словам вытащил из кружки дольку лимона, тут же прикончив её, от чего и прищурился. Парни часто давали волю своей фантазии и говорили абсолютно всё, что забрело им в голову, почти не обдумывая этого. На подобном часто основывались их бессмысленные диалоги, разбавляющие досуг. — Да кто тебя здесь держать собирается? Завтра с самого утра пулей вылетишь, — чёрноглазый уже находился на кухне. Торд слышал, как тот с чем-то заметушился и, прежде чем подняться и перейти в ту же комнату подметил: — Как получится.

***

— Может это? — Томас не хотел звучать заинтересованным, он просто выбирал фильм, который они сейчас могли бы посмотреть. — Да без разницы, включай уже, - закатил глаза русоволосый, после чего добавил, - я же всё равно усну на половине, — на что сам и усмехнулся. — Действительно, — наконец-то таки выбрав фильм, чёрноглазый сел на диван и потянулся за баночкой пива. Да, у него был выбор: приятный горячий напиток, маняще излучающий такое приятное тепло и прекрасную атмосферу своим вкусом, или же холодный хмельный напиток, особого кайфа в такую холодную пору не доставляющий, как, к примеру, летом, когда что-нибудь холодненькое просто спасает жизни. Хотя, ладно: и то, и другое в него вполне влезет. — Тебе ещё не надоело бухать, алкаш? — Торду было плевать, но он всё равно хотел докопаться к Риджуэллу, а тот в свою очередь имитировал удивление и что-то неразборчиво пробубнил, но Ларссон, на удивление, всё вполне разобрал: — Я перестану зависеть от алкоголя, только если ты перестанешь быть наглым кретином. — он сделал ещё глоток и откинулся на спинку дивана, усевшись поудобнее. — М-м, кажется, ты обречён умереть с бутылкой в руке. — Ты такой самоироничный.

***

На вопрос Тома, сожалел бы Ларссон, убив его, тот честно ответил, что сожалеет о всех своих поступках. Они долго молчали, думая об этом кратком диалоге, но после кто-то из них не сдержался: заговорил, попытался выгрести эту неловкость куда подальше. Благодаря этому, они забили болт и продолжили говорить абсолютно обо всём, как делают это обычно: Оружие. Они много говорили об оружии, потому что много знали о нём. Виски и сигареты. Парни в шутку спорили, что же из этого лучше, перечисляли все плюсы и минусы, после чего делали какие-то выводы. Конечно, Торд был не против и этого сочетания, а Том и не брезговал табачным дымом, но им всё равно было интересно побесить друг друга. Они ссорились, доходило и до драк, но после, как ни в чём не бывало, зализывали друг-другу раны:

***

Риджуэлл сидит на нём, временами прислушиваясь к протяжным и болезненным стонам. Очередной слабый удар - рука болит и Том встряхивает ею. Торд же скулит и держится за руку, что сдавливала его шею. — Ещё, — сероглазый закатывает глаза и вздрагивает, пока Томас медленно убирает руку и приоткрывает рот, чтобы ровно вдохнуть. — Хватит, — драка уже некоторое время казалась Тому вялой и непонятной, потому что вся злость прошла, а здравомыслие вернулось. С чего они вообще её начали? С воспоминаний.