А слово было...

В Большом зале было очень шумно. Все вокруг обсуждали побег Блэка из Азкабана и появление в этом году дементоров. Дамблдор восседал на своём троне-стуле в своей неизменно вырви-глазной розовой мантии с синими молниями и сверкал своими очками-половинками. Другие профессора также обсуждали возмутительный для них факт, что теперь Хогвартс превратится в тюрьму из-за дементоров. Профессор Снейп мрачно смотрел на гриффиндорский стол и иногда бросал косые взгляды на нового учителя ЗОТИ — Римуса Люпина. Люпин тоже смотрел на Снейпа, будто видел впервые. Он о чём-то размышлял и то и дело смотрел на вход в Большой зал и снова на Снейпа. И так несколько раз. Вот МакГонагалл занесла шляпу, при этом она имела очень растерянный вид. Она тоже смотрела на Снейпа с огромным удивлением. Северус занервничал, но шпионская закалка помогла ему сохранить лицо. Минерва, ещё раз бросив на него косой взгляд, ушла за первокурсниками. Другие профессора, наблюдая за этой сценой, тоже посмотрели на Северуса, но, ничего необычного в нём не найдя, теряли интерес. В это же время за столом Гриффиндора нервничал Мальчик-Который-Выжил. Грейнджер успокаивающе погладила его по плечу и что-то сказала. Уизли кивнул её словам. Поттер нахмурился и, коротко бросив несколько фраз, уставился в дверь. Профессор Снейп, наблюдая за мальчишкой, понял, что что-то не так. И так же стал ожидать прихода первогодок. Тут он услышал, как профессор Флитвик с восторгом говорил: — Невероятно! Мастер Чар! Будет учиться здесь! Как занимательно. Надеюсь, он попадёт ко мне на факультет! — он улыбнулся истинно гоблинской (а значит, клыкастой) улыбкой и с нетерпением заёрзал на стуле. Профессор Стебль с удивлением на него посмотрела и спросила: — Что вы имеете в виду, Филиус? Какой Мастер Чар? Вы же здесь. На это он покачал головой и стал объяснять. — В этом году к нам поступает юноша. Он приехал из Канады и недавно сдавал на Мастера Чар. Я как член Гильдии знаю об этом из первых уст, — он самодовольно поднял подбородок. Все профессора посмотрели на Дамблдора в ожидании подтверждения слов. Он заметил направленные на него взгляды и, кивнув, пояснил: — Да, это так. Бедный мальчик сбежал от своего отца, насколько я знаю. Он очень хотел учиться, но по неизвестным причинам его отец был против. Вот он и сбежал на родину матери и попросил политическое убежище. — А сколько ему? — Стебль с интересом посмотрела на Дамблдора. — Он поступает на 3 курс, Помона. Кстати, этим летом он проводил время с мистером Поттером и его друзьями, насколько я знаю, — Дамблдор по-отечески улыбнулся Поттеру и тут же нахмурился. — Даже слишком много, я бы сказал, — это он пробормотал себе под нос. После этих слов все посмотрели на Поттера. Мадам Помфри заметила: — О! Кажется, Поттер поправился. И без очков. Бедный мальчик, как вспомню, каким тощим он к нам приехал... сердце разрывается. А то, что он чуть ли не ночевал в лазарете... неугомонный мальчик, — мадам Помфри покачала головой. Директор Дамблдор бессвязно что-то пробормотал и стал кивать. — А как звать мальца? — как только профессор Вектор задала этот вопрос, массивные двери отворились, и МакГонагалл, возглавляя процессию, вела первокурсников. Дети с восторгом смотрели на украшенный волшебными свечами потолок и старались поспевать за МакГонагалл. Профессора заметили высокого юношу в самом конце, который так же с восторгом осматривал потолок. Постепенно зал наполнялся оглушающей тишиной. Сначала никто из педагогов не понял причины, но, когда парень подошёл ближе, его смогли рассмотреть в лицо. У Дамблдора брови полезли на лоб. Флитвик подавился воздухом и закашлялся. Стебль протирала глаза в попытке избавиться от видения. Профессора помоложе (и те, кто не знал Снейпа в молодости) с непониманием оглядывали коллег. Затем Дамблдор и остальные педагоги с крайней степенью удивления стали смотреть на Снейпа, который тоже не ожидал ТАКОГО поворота событий. Он побледнел и пытался удержать себя от того, чтобы не подойти к своей почти копии и не начать ощупывать парня, таким он был похожим. В Зале поднялся шум. Кто-то, кажется, упал в обморок (с Хаффлпаффа). Кто-то нервно рассмеялся (Гриффиндор). Минерва подошла к табуретке и встала около шляпы. Тут у шляпы из складок образовался рот, и она фальшиво запела: -Наверно, тысячу лет назад, в иные времена, Была я молода, недавно сшита, Здесь правили волшебники - четыре колдуна, Их имена и ныне знамениты. И первый — Годрик Гриффиндор, отчаянный храбрец, Хозяин дикой северной равнины, Кандида Когтевран, ума и чести образец, Волшебница из солнечной долины, Малютка Пенни Пуффендуй была их всех добрей, Её взрастила сонная лощина. И не было коварней, хитроумней и сильней Владыки топей — Салли Слизерина. У них была идея, план, мечта, в конце концов Без всякого подвоха и злодейства Собрать со всей Британии талантливых юнцов, Способных к колдовству и чародейству. И воспитать учеников на свой особый лад - Своей закваски, своего помола, Вот так был создан Хогвартс тысячу лет тому назад, Так начиналась хогвартская школа. И каждый тщательно себе студентов отбирал Не по заслугам, росту и фигуре, А по душевным свойствам и разумности начал, Которые ценил в людской натуре. Набрал отважных Гриффиндор, не трусивших в беде, Для Когтевран — умнейшие пристрастие, Для Пенелопы Пуффендуй — упорные в труде, Для Слизерина — жадные до власти. Всё шло прекрасно, только стал их всех вопрос терзать, Покоя не давать авторитетам - Вот мы умрём, и что ж - кому тогда распределять Учеников по нашим факультетам? Но с буйной головы меня сорвал тут Гриффиндор, Настал мой час, и я в игру вступила. "Доверим ей, — сказал он, - наши взгляды на отбор, Ей не страшны ни время, ни могила!" Четыре Основателя процесс произвели, Я толком ничего не ощутила, Всего два взмаха палочкой, и вот в меня вошли Их разум и магическая сила. Теперь, дружок, хочу, чтоб глубже ты меня надел, Я всё увижу, мне не ошибиться, Насколько ты трудолюбив, хитёр, умён и смел, И я отвечу, где тебе учиться!* Парень, на которого было обращено множество взглядов, прочистил ухо и что-то негромко сказал, при этом качая головой.Дети, стоящие рядом с ним, засмеялись. МакГонагалл раскрыла свиток и сказала: — Тот, чьё имя я назову, выйдет и наденет Распределительную шляпу. Она определит факультет, который будет вашим домом на протяжении семи лет. Она взяла в одну руку шляпу, а в другой держала раскрытый свиток. Она оглашала имена за именами. Кого-то шляпа определяла сразу, стоило ей лишь коснуться головы, над кем-то она думала минутами. Факультеты приветствовали их аплодисментами, но всё равно продолжали наблюдать за парнем, который так же хлопал вслед детям и ждал своей очереди. Спустя минут тридцать все первокурсники заняли свои места, и теперь, видимо, была его очередь. МакГонагалл сказала: — Сайрус Скотт. Он подошёл к табуретке и, недоверчиво на неё взглянув, обратился к профессору: — Профессор МакГонагалл, я, конечно, всё понимаю, традиции и прочее, но можно я постою? Мне не хотелось бы... — он выразительно посмотрел на маленький табурет. Все студенты, которые его расслышали, засмеялись. Преподаватели заулыбались (кроме Снейпа, естественно). МакГонагалл немного недовольно поджала губы, но всё же кивнула и попросила его наклонить голову. Сайрус послушно склонил голову, и она положила на него шляпу. Все затихли в ожидании. Шляпа остолбенела и немного затряслась. У Скотта выразительно поднялась бровь (Снейп, кажется, вздрогнул), и спустя минуту она робко (!!!) и с запинкой оповестила: — Г-гриффиндор! Сайрус снял шляпу и, положив её на стул, с белозубой улыбкой пошёл в сторону Золотого Трио. Никто не хлопал.