А слово было...

После пробуждения из комы Сайрус уже который день ходил в прострации, беспокоя этим друзей. В данный момент он сидел на Трансфигурации и больше пялился в окно, подпирая голову рукой, чем следил за уроком. Гермиона, которая решила сесть рядом с ним, беспокойно поглядывала на брюнета, который будто находился не здесь. Мимо них прошла профессор МакГонагалл, которая как раз проводила контрольный срез по знаниям за первый семестр 3 курса. Буквально вчера она заходила в гостиную, что было редким явлением, и обнаружила, что происходило массовое списывание работы по трансфигурации. Гермиона в этот раз была ни при чём, на её счастье, Скотт провёл разъяснительную беседу с мальчиками, что списывать у дамы абсолютно недостойно. Гермиона тогда так благодарно посмотрела на него, что Рон и Гарри очень смутились и пообещали, что будут делать всё сами, разве что совета попросят. И теперь профессор остановилась около их парты и обратилась к Сайрусу: — Мистер Скотт, надеюсь, ваше бездействие означает, что вы уже закончили? — Она сурово поджала губы и требовательно посмотрела на парня. Наконец он очнулся от размышлений и спокойно встретил требовательный взгляд. — Конечно, профессор, так и есть, — Он взял лист пергамента со стола, исписанный убористым почерком, и протянул его зам. директору. — Прекрасно. Надеюсь, вас не затруднит покинуть аудиторию, раз вы закончили. Не будем давать лишнего повода для соблазна остальным, — после этих слов она холодно окинула взглядом третьекурсников. — Хорошо, профессор, я всё понял, — Сай аккуратно встал и, дотронувшись до плеча Гермионы, не оборачиваясь, покинул аудиторию, не забыв свой рюкзак. Гермиона с беспокойством проводила его взглядом и вернулась к своей работе. Тут она заметила, что на её форменной юбке лежала бумажка, которую, видимо, оставил Сайрус. Воровато оглянувшись, будто она совершает преступление, она прочитала надпись: "Буду у Чёрного озера". Это сразу успокоило Грейнджер, и она решила в этот раз не писать пару футов дополнительного текста, а как только закончила работу, попросив разрешения у профессора уйти, спешно постаралась нагнать друга. Быстро преодолев лестницы и коридоры, она обнаружила Скотта выходящим из замка. — Сайрус, подожди меня! — ведьма ненадолго остановилась, восстанавливая дыхание, и, как только дышать стало легче, продолжила: — А зачем мы идем к Чёрному озеру? — Ты знаешь, я хочу, чтобы это был сюрприз, — Он очаровательно улыбнулся и, подав локоть, в который она уже по привычке вцепилась, повёл вперед. — Меня завораживает всё, что может предложить этот мир, хочу показать его тебе. В конце концов, будет обидно столько тут проучиться и не найти парочку тайн, которые окружают этот замок, — Они спускались по знакомой дорожке, которую преодолевали первокурсники каждый год первого сентября. — И всё же? — Грейнджер была очень дотошной во многих вопросах и ненавидела быть в неведении. — Дэнджер, тебя мама с папой не учили, что нужно слушаться старших? — Сайрус сурово сдвинул брови и погрозил пальцем. Это её рассмешило. — Чтобы ты знал, я старше тебя! — Гермиона вскинула подбородок и с превосходством посмотрела на него. — Это верно, особенно после использования Мордредовой игрушки, — Он печально улыбнулся, и они остановились у берега, который был усыпан галькой и щебнем. — Что решила по этому поводу? — В этот момент он поднял гальку и пустил по воде так, что камешек проскочил по воде не меньше восьми раз. — Я прочитала твои книги, — Гермиона присоединилась к нему и, взяв камешек поменьше, тоже запустила в воду. Камень поднял всплеск и сразу утонул. Гермиона нахмурилась. — И мне нужен совет. — Какой? — Он снова запустил блинчик и посмотрел на неё. — Только не личный, я в этом совершенно не разбираюсь, — Он отвернулся. — Ты поэтому такой потерянный? — Она не оставила попыток если не победить, то сравнять счёт с Сайрусом. — Кхм, может быть, — Скотт покраснел и постарался придать голосу твёрдости. — Так ты хочешь спросить совета? В чём проблема-то? — Он не стал запускать гальку, а просто сел на берег. Зима ещё не вступила в свои права, поэтому было не слишком холодно, да и снега не было. — Понимаешь ли, в чём дело, — Гермиона замялась, — Мне его доверили профессор МакГонагалл и директор Дамблдор, не хочу подводить их, всё это слишком серьёзно. — Ага, значит, на своё здоровье плевать, главное, чтобы взрослые не разнылись, — Сайрус хмыкнул и, взяв рюкзак в руки, достал из недр красивый узорчатый гребень, сделанный из кости животного. — Ладно, давай сначала чудеса покажу, потом попробуем решить эту проблему, — с этими словами он подошел к берегу и, сев на корточки, опустил голову в воду. Гермиона подошла ближе и увидела, как на поверхность поднимаются существа, которых она тут же опознала — это были русалки!Выглядели они как в книгах,не похожи на людей да и зубов многовато. Сайрус что-то вещал этим особам пару минут, после чего они скрылись в глубине, и он вытащил голову из воды. — Сейчас всё будет, иди сюда, — он поманил её рукой, и Гермиона села на корточки рядом с ним. — Опусти голову под воду, не бойся, — Сайрус дал ей ленту, которую непонятно откуда достал, и помог собрать волосы, чтобы не промокли. После этого они оба опустили голову под воду, и брюнетка услышала песню: Моё сердце так тоскует Ни к чему мне денег звон. Лишь моряк меня утешит, Ведь дороже злата он. Ах, красавицы-девицы, Давно известно нам Лишь моряк нам дарит море, Скользящий по волнам. Моё сердце так тоскует Ни к чему мне денег звон. Лишь моряк меня утешит, Ведь дороже злата он. Моё сердце так тоскует Ни к чему мне денег звон. Лишь моряк меня утешит, Ведь дороже злата он. После этого одна из русалок приблизилась к Гермионе и протянула что-то на ладонях. Это была белая жемчужина, которая в свете воды красиво переливалась перламутровым светом. Гермиона очень робко протянула руку и, кивнув головой, взяла жемчужину пальцами, как величайшее сокровище. Сайрус смотрел на это действо с улыбкой, и, пока Гермиона вынырнула, он протянул этой русалке гребень, который она сразу взяла и уплыла к подружкам. Скотт также вынырнул на сушу и взмахом руки высушил их. — Ну как? — Он улыбался, как довольный кот, и с интересом наблюдал за подругой, которая была похожа на ребёнка своей непосредственной радостью. — Это… невероятно волшебно, Сайрус… — Грейнджер почти шептала, будто боялась спугнуть момент. — Теперь, если вдруг что, тебя они не тронут. Ты всё-таки моя подруга, я должен о тебе позаботиться, раз парни не подумали об этом, — Сайрус ворчливо бубнил себе под нос. — А теперь дай-ка сюда! — Он шустро выхватил жемчужину из её рук. — Эй! — Гермиона недовольно посмотрела на него. — Дай мне минуту, не горячись, Валькирия, — раскрыв ладонь, Скотт достал палочку и стал выводить над ней странные узоры, не говоря ни слова. Девушка завороженно наблюдала, как магия переливалась разными цветами, выводя хоровод вокруг её сокровища. Постепенно свет угас, и она увидела, как жемчужина стала частью украшения — это была цепочка с перламутровой капелькой. — Ну-ка, давай примерим, — Он ловко протянул цепочку под её волосами и закрепил застёжку. — Вышло очень красиво, Гермиона! — Сайрус выглядел довольным. — Спасибо! Даже не знаю, зачем ты это сделал, но спасибо! — Она тепло ему улыбнулась и дотронулась рукой до украшения. — Ты напоминаешь мне подругу, заботу которой я не ценил, пока мы не расстались, — Сайрус, не скрывая печали, посмотрел на озеро, начало темнеть. — И ничего нельзя сделать? — Гермиона дотронулась до его плеча. — Нет, я сам дурак и теперь это понимаю. Ты знаешь, только оказавшись здесь, я стал понимать те вещи, которые даже для тебя кажутся естественными, — Он шустро встал на ноги и помог подняться Гермионе. — Маховик у тебя с собой? — Её немного напугала та серьёзность, с которой он на неё смотрел. — Да… — Она пролезла рукой в ворот белой рубашки и извлекла артефакт на свет. — Снимай давай, — Он снова залез в рюкзак и вытащил деревянную коробочку, которая по форме напоминала кубик. Гермиона сняла с себя Маховик и протянула Сайрусу. Он открыл коробку и подставил под артефакт, и, как только Гермиона отпустила руку, он упал прямо на дно, и Сайрус тут же закрыл крышку. После этого он облегчённо вздохнул. — Ну что, пошли к директору? — Он снова задорно заулыбался.