Будь ближе

Два дня Эва не выходила из транса, два дня из себя, и еще два дня из дома, успешно прогуляв неделю учебы. Два дня Нура пыталась растормошить подругу, два дня отчитывала за глупое, даже для такой ситуации, поведение, и еще два дня старалась правдами и неправдами вытащить Эву из дома хотя бы на пару минут. Два дня Шистаду было плевать, еще два дня снова плевать, но в оставшиеся два дня в нем начало медленно зарождаться раздражение. И как, спрашивается, ему выиграть пари, если блондиночка исправно является каждый божий день, позволяя Вильяму виться вокруг, а Мун даже про свой Инстаграм умудрилась забыть? Крис не любит слишком заморачиваться по поводу очередной юбки, но взять Эву — это уже дело принципа. А с этой девчонкой, видимо, как и с ее бараном-бывшим, легких путей искать не приходится. Хорошо, что ж, Шистад умеет быть настойчивым. Не придет она — он сам к ней придет. Наглости точно хватит. Возможно, даже сегодня…если не найдется более важных дел, как, например, вон та сладенькая шатенка, вызывающе склонившаяся над упавшим шарфом. А нет, есть идея получше. Мать Эвы уже совсем отчаялась и кое-как смирилась с состоянием дочери. Сама Мун чувствовала и называла себя ходячим овощем. Женщина предлагала ей съездить куда-нибудь вместе на выходные, но Эва учтиво отказалась, ссылаясь на гору домашнего задания, которую все равно не собиралась разгребать. Она не хотела выходить из своего импровизированного застоя. Конечно, девушка понимала, что Юнас — не любовь всей ее жизни, но дать надежду, а затем вот так вырвать ее с корнем прямо из сердца — это подло! Звонок в дверь. Мама ушла в магазин, так что открывать придется самой Эве. Сжав волю в кулак и медленно поднявшись с дивана, девушка поперлась в коридор. Стройное тело прикрывала лишь длинная майка, которая едва доходила до середины бедра, но Мун это не волновало вообще никаким боком. На сей раз пронесло — на пороге стояла Вильде, источающая просто невиданное возбуждение и счастье. Следовательно, варианта всего два: либо она поцеловала кого-то из Пенетраторов, либо кто-то из Пенетраторов поцеловал ее. В обоих случаях Эва от души поздравит подругу и с грохотом захлопнет перед ней дверь, ибо ей с некоторых пор вообще не интересны подобные новости. — Эва, — воскликнула блондинка, обнимая девушку, — Я так скучала! У меня столько новостей! «Десять, девять, восемь…» — начала обратный отсчет в голове Мун, прежде чем выставит Вильде из дома. — В общем, намечается самая грандиозная закрытая вечеринка года. Пенная вечеринка. У Пенетраторов, — продолжала верещать девушка, глупо хлопая глазами. «Пять, четыре, три.....» — И нас пригласили, но только с условием, что пойдут все. Без тебя и Нуры нас никуда не пустят, — закончила блондинка, а Мун готова была вслух произнести «один». Но вовремя осеклась. — А кто пригласил? — без особо интереса спрашивает она. — Крис, конечно, вечеринка в его доме! — с интонацией а-ля «что за глупости ты спрашиваешь?» пояснила Вильде, схватив Эву за предплечье, — Так ты пойдешь? Пожалуйста! Нура сказала, что не пойдет без тебя, а без вас не пойдем и все мы. «Интересно, что ее больше волнует: то, что не пойдем мы с Сатре или то, что не пойдет она?» — сама себе задала вопрос Мун и тихо усмехнулась. В глазах Хэллеруд виднелась настолько светлая и чистая надежда, что в который раз девушка напомнила Эве маленького ребенка, нежели взрослую школьницу. — Когда вечеринка? — задала следующий мало интересующий вопрос она. — Завтра, — мотнула головой блондинка, откинув волосы за спину. — Ну вот завтра и скажу, — холодно произносит Эва и, скорее всего, уже через минуту об этом пожалеет, но закрывает перед Вильде дверь, подумав, что открывать не стоило вообще. С одной стороны, это неплохая возможность снова вернуться в привычный круг, наконец, приняв расставание с Юнасом, но с другой… Глаза медленно опускаются на запястье правой руки, где все еще красуется аккуратная черная надпись. Но с другой стороны, она ведь выпала из спора с Нурой, так? Парня у нее нет, но это ведь не значит, что стоит напиваться до беспамятства и лезть к первому встречному, как это обычно с ней бывает. На самоконтроль надеяться не приходится, а просить кого-то проследить — это против правил. Она не хочет идти, потому что знает, что не сможет вовремя остановиться. Телефон завибрировал. Звонок от Нуры. Не удивительно: эта девушка всегда угадывает, когда ты о ней думаешь, а потому всегда напоминает о себе крайне вовремя. Как чувствует! — В твою жизнь уже ворвался главный фанат автобусов в школе? — без приветствий спрашивает она, и Эва против воли улыбается — Смотрю, от этого урагана пострадала не только я, — сразу отвечает девушка и слышит короткий смешок, — Меня парень бросил, а у тебя какая отговорка? — А меня парень достал. Причем, даже не мой. Чувствую, еще один подкат, и я буду готова запихнуть его с головой в шкафчик, — жалуется подруга, а улыбка Мун становится шире. — Ну так сдайся уже — облегчи ему жизнь, потом исполнишь всего-то три желания, — тянет она, приваливаясь всем телом к стене. На том конце замолчали, но спустя минуты три Сатре снова подала голос: — Чтоб ты понимала, одной рукой я тебе сейчас показывала фак, а на второй демонстрировала тату, — заявляет блондинка, а интонация так и источает иронию. — Да пошла ты! — беззлобно восклицает Эва, удивляясь поразительной перемене настроения после разговора с Хэллеруд. — И это вот так ты разговариваешь со своим спасителем? — возмущается Нура, а брови рыжеволосой летят вверх. — Спасителем? — Из-за того, что твой придурок… — Юнас! — Не важно, так вот, из-за того, что он тебя бросил, я не собираюсь сворачивать нашу маленькую игру. Так что, так и быть, помогу тебе и себе заодно, — быстро произносит Сатре, но прежде, чем успеваю хоть что-то спросить, просит подумать над предложением о вечеринке и обещает все остальное рассказать завтра в школе, завершая вызов. Что ж, неплохой стимул вернуться к нормальной жизни и посетить занятия. Знала же, на какую точку давить — любопытство. О да, оно буквально сжирало девушку изнутри, прогоняя недельное оцепенение. Эва снова взглянула на запястье и встрепенулась, снова почувствовав вибрацию в руке. Опять Нура? Нет, на этот раз смс от…Шистада? Что? Серьезно? В полнейшем недоумении девушка проводит пальцем по экрану и, немного прищурившись, читает пришедшее, с какого-то фига от Криса, сообщение: Жду тебя завтра. Я все сказал. Мун быстро моргает, достаточно громко фыркнув. Не хочет она этого делать, как, в принципе, и вообще приходить, но все равно неторопливо набирает ответное сообщение Так уверен, что меня заинтересовало это мероприятие? Кидает телефон на диван, не желая знать ответа на свой риторический, кстати, вопрос. Все равно Шистад может ответить только что-нибудь в духе «Да ладно, там же буду я, не ломайся», ведь на большее у парня просто не хватит фантазии. Он даже девок своих по одной схеме разводит, не говоря уже об остальном. Лениво бредет в сторону кухни. Ни мамы, ни продуктов пока нет, так что кроме чая ничего найти не может. Заваривает любимый зеленый, медленно присаживаясь за стол. Эве нужно подумать. На закрытые вечеринки никогда не звали первокурсников. Так что же изменилось? Неужели Вильям уговорил Криса на пати в его доме только ради того, чтоб снова попытаться завоевать внимание Нуры? А Мун тогда зачем? — Без тебя нас не пустят, — голосом Вильде произносит Эва и хмурится. По крайней мере, у этой вечеринки был один большой плюс: на нее не попадет Васкес, а еще Эва может протащить туда с собой Исака, что тоже было бы неплохо. Но есть и минус: вечеринка пенная, а это значит, что спустя час все будут до нитки мокрые в облепляющей тело одежде. И как тут не сорваться и выиграть спор? Хотя, Нура же обещала помочь, не так ли? Интересно только, каким образом она собралась это сделать! Очередное смс заставляет телефон вибрировать так громко, что Мун слышит этот звук аж из кухни. Не хочет подниматься, уставившись в окно. Завтра, она все решит завтра, а сегодня дайте ей еще немного времени пострадать по прошедшей любви.

***

Утро выдалось пасмурным, что не могло не радовать человека, у которого совершенно не было настроения. Пришедшее вчера сообщение от Шистада гласило, что парень готов поставить машину на то, что она все равно придет, и этот факт до сих пор вызывал у девушки самодовольную ухмылку. Впрочем, она так и не поняла, с чего бы ему вообще ей писать. Наскоро одевшись, Эва поднялась на кухню, где и застала суетящуюся маму. Не сказать, что Мун окончательно вышла из прострации, но сегодня она хотя бы была способна вести нормальный, полноценный диалог. — О, зайка, — тянет женщина, улыбаясь, — Будешь тосты? Девушка кивает, намереваясь поесть на ходу, ведь уже опаздывает на первый урок. — Кстати, милая, — поворачивается мать к Эве, — Там на столике документы, ты не могла бы поставить подпись на последней строке? Женщина нервно закусывает губу, пока дочь глазами ищет нужные бумажки. Без особого интереса Мун берет их в руки, снова останавливая взгляд на матери. — Что это? — спрашивает, а женщина машинально потирает руки. — Да так, мне по работе нужно, просто кое-какие справки, — врет, довольно неубедительно, но Эва все равно не обращает на это никакого внимания, уже выводя свою корявенькую подпись на последней странице. С недавних пор она не хочет лезть в дела матери. Это ее не касается. Ей это не интересно. Хотя, будь она в другом состоянии… Благодарит за тосты и пулей вылетает из дома. Взгляд тут же упирается в темное крыло дорогой машины, припаркованной прямо напротив двери. Машина кажется смутно знакомой. А нет, не кажется! Пассажирская дверь резко раскрывается. Эва становится в ступор. За рулем сидит Шистад, в ожидании постукивая пальцами по панели. На лице нет знакомой ухмылки, да и тело явно сковано напряжением, но стоит только Крису повернуть голову в сторону девушки, как в нем просыпается былое нахальство и самолюбование. — Мун, блять, сядь ты уже, опаздываем! — спокойно произносит он, а Эва борется с желанием поцеловать челюстью асфальт. Вот только самообладание и гордость возвращаются к ней еще быстрее, чем к Шистаду самоуверенность, так что, хмыкнув, сворачивает с дорожки, проходя мимо машины. — И не таких ломали, — раздраженно усмехается Крис на действия девушки, снова захлопывая дверь, — Посмотрим еще, кто сдастся первым! Заводит мотор, двигаясь с места, но не набирает скорость, стараясь не опережать Эву, которая продолжает полностью игнорировать присутствие жизни вокруг. — Стоит ли мне надеется, что ты пошлешь свое упрямство нахер и позволишь себя подвези? — спрашивает парень через открытое окно, снова попытавшись разговорить девушку. Эва не реагирует, и Крис уже решает, что она даже не услышала его, но тут ее правая рука медленно поднимается, демонстрируя уже знакомое слово. Серьезно? Что ж ты такая непробиваемая, Мун? Хранишь верность бровастому кретину? Зря, но свою уже протрахал со всеми второкурсницами школы. Жаль, что нельзя произнести этого вслух! Хотя, а точно ли нельзя? — Твой Юнас у меня увел вчерашний секс, если ты еще думаешь об этом недомерке, — вырывается у Шистада прежде, чем он успевает все обдумать. Рыжая моментально застывает в пространстве, так и не сделав полный шаг. — Упс, неловко, — пожимает плечами Крис, правильно оценив реакцию девушки. Господи, да сколько еще можно по нему убиваться? Ухмылка исчезает с лица парня сразу, как только он видит влажную дорожку на щеке Эвы, которая уже начала беззвучно трястись. — Твою мать, — ругается он, останавливаясь и выходя из машины. Не такого он ожидал! Почему эта Мун не может просто, как все нормальные бабы, захотеть отомстить бывшему с первым встречным, которым любезно бы согласился стать Шистад? Но нет же, нужно неделю рыдать дома, а затем выйти на улицу и лить слезы уже там, так? Идиотская бабская логика. И плевать, что он сам виноват в ее слезах. — Плачешь так, как будто он того стоит, — подойдя к девушке, произнес Крис и приобнял ее за плечи. Похер, даже если она против. А Эва против, ведь даже такую мелочь можно считать провальным проигрышем Нуре, с которой они зареклись играть ЧЕСТНО! — Ты не лучше него, не трогай меня — мычит где-то в районе ключиц она, выбираясь из хватки парня. И этого Шистад тоже не ожидал. Будучи продинамленным уже в который раз, он смотрел в след убегающей Мун, думая, что теперь, наконец, начал понимать Вильяма. Она и ее блондинистая подружка явно друг друга стоят. Сплошная, непробиваемая, до тупости упертая стена, которая уже, кстати, раз чуть не пала перед напором и обаянием Шистада. Оʼкей, где раз, там и два. А сейчас дело за малым — затащить ее на вечеринку, а там держать руки Вильяма подальше от Сатре, а вот свои руки где-то в районе аппетитной задницы малышки Мун. Чертыхнувшись, Крис побрел обратно к автомобилю. Не достал сейчас — достанет в школе, ведь и его уроки никто не отменял. Эва так эффектно залетела в класс математики, что споткнулась и упала на входе. Перекатившись на спину, она улыбнулась удивленному учителю, а затем была поднята подоспевшей Нурой, не скрывающей рвущийся смех. — Еще позже прийти не могла? — упрекает блондинка, сажая подругу за парту. — Вообще приходить не хотела, — слабым голосом заявляет Эва, и тут Сатре замечает покрасневшие глаза. — Очень внимательно тебя слушаю, — серьезно произносит она, разворачивая лицо Эвы к себе и стирая большими пальцами потекшую тушь. И Мун выговаривается. Рассказывает буквально все, иногда невнятно произнося слова или перебивая саму себя. О Юнасе, о Шистаде, о том, что она в целом думает по поводу этой гребанной жизни, не стесняясь в выражениях и дополняя картину отборным матом. Нура сосредоточенно слушает, как и Эва, наплевав на всех, кто еще присутствует в классе, включая учителя. Впрочем, остальные слушают девушек не менее внимательно, включая и женщину, в начале урока что-то объяснявшую у доски — и это удивляет. Выговорившись, девушка снова приходит в себя и, со звонком извиняясь, выбегает из класса. Нура без слов следует за ней, а остальные очевидцы драмы едва сдерживаются от трехэтажных комментариев. — Вернуться бы мне в ее годы, — вздыхает женщина за учительским столом и, закрывая журнал, расстроенно выходит из помещения. Девушки же бредут к скамейкам на улице, намереваясь там подождать остальных. Нура берет руки Эвы в свои, уничтожая какое-либо расстояние между ними. — Легче стало? — заботливо спашивает она, Мун сдержанно кивает. Вдруг в спины девушек врезаются два темных взгляда, насквозь проедая тонкие ветровки. — Чувствуешь? — тут же спрашивает Эва, медленно оборачиваясь. Не стоило этого делать. Взгляд ее тут же наткнулся на довольное лицо Пенетратора, явно добивавшегося зрительного контакта. Нура поняла Мун, поэтому точно так же обернулась, встречаясь глазами с человеком, чье лицо все так же остается непроницаемым. Да, в отличии от Шистада, Магнуссон умеет неплохо контролировать эмоции. Впрочем, это единственное, что он умеет контролировать. Не сговариваясь, девчонки тянут губы в приторной улыбке, а затем, как в прошлый, позапрошлый и поза-позапрошлый раз демонстрируют парням сначала запястья правых рук, а затем красивые средние пальцы левых. Этот обряд уже начинает входить в привычку. Быстро повернувшись обратно, Нура склоняется к уху Эвы и тихо шепчет: — Помнишь, я говорила, что смогу нам помочь? — спрашивает она, приподнимая бровь и, дождавшись утвердительного кивка, задает следующий вопрос, — Не против новой порции сплетен? Мун хмурится, не понимая, что имеет ввиду подруга, но все сомнения покидают голову, когда красные губы Сатре стремительно накрывают ее собственные. — Не спи, подыграй мне, — сквозь поцелуй требует Нура, а Эва чувствует на себе уже не один, а десятки взглядов. Девушка слегка приоткрывает рот, неуверенно размещая руки на талии блондинки. В конце концов, подобным она занималась только по пьяне, и то, один раз, так что сейчас имела полное право чувствовать себя неловко. Поцелуй затягивался, а свидетелей становилось все больше. Во главе заинтересованных происходящим все еще оставались два Пенетратора, в чьих глазах невозможно было прочитать никаких эмоций. Там было все: от любопытства и возбуждения до крайней степени недовольства. С ними решили сыграть? И кто, эти первогодки? Да это даже звучит смешно! — Девочки, вы чего? — вдруг разносится по округе голос Вильде, а следом и тихие аплодисменты Саны. Нура и Эва тут же отрываются друг от друга, как ни в чем не бывало, поправляя одежду и макияж. Блондинка, как и все остальные, ждала объяснений, но вместо этого, переглянувшись, девушки хором произнесли: — Мы пойдем на вечеринку! Подруга слегка приоткрыла рот, а Нура и Эва, спрятав руки за рюкзаки, тихо дали друг другу «пять». Хорошо, все принимают правила новой игры.