Swan Queen Week

Она с раздражением выслушивала бестолковую болтовню какого-то манерного мужчины, который по телефону настойчиво предлагал одному из её подопечных сняться в рекламном ролике, и была уже готова согласиться пожертвовать новеньким, ведь это бы было для него дополнительным пиаром, как тут в кабинет ворвался Сидни и, как обычно заикаясь, стал торопливо что-то объяснять. Кажется, даже извиняясь и оправдываясь. - Я перезвоню, - бросила она мужчине на другом конце связи и положила трубку. Нет, не перезвонит. Она не запомнила ни имени звонившего, ни названия компании. Она и не собиралась запоминать. В конце концов, почему он позвонил именно ей? Для этого есть её помощники. И, кстати, один из них на данный момент стоял прямо перед ней. Алые губы уже приоткрылись, готовые с раздражением задать интересующий её вопрос, но ответ сам ворвался в кабинет вслед за Сидни, но, в отличие от того, более уверенно и даже нагло: - Какого хрена, Реджина?! - К-к вам мисс С-Свон, - промямлил Гласс и поспешно ретировался. - Какого, мать твою, хрена?! – повторила блондинка, размахивая перед беспристрастным карим взглядом своим телефоном. – Какого вы с Голдом задумали?! - Сядьте, - только сказала Миллс, спокойно смотря на покрасневшую и явно взбешённую Эмму Свон. Но та словно её не слышала. - Сядь, я тебе сказала! - слова звучали уже грубо и властно, и никто бы не смог ослушаться такого приказа. Никто, кроме этой нахальной блондинки. - Не разговаривай со мной таким тоном! – зашипела та и подошла к Реджине ещё ближе. – Какого хрена, Миллс? - Я не могу ответить на этот вопрос, дорогая. Можно немного поконкретнее? – она знала, что та имеет в виду, но не могла отказать себе в том, чтобы лишний раз поиздеваться над самым наглым из своих подопечных. И Эмма прекрасно это понимала. Но также было ясно, что по-другому добиться ответа ей не удастся. - Мне звонил Локсли, - выдохнула она, немного переведя дух. На лице брюнетки возникло притворное удивление. – Спросил, когда мы сможем встретиться, чтобы обсудить наш дуэт, - с тонких губ блондинки вырвался нервный смешок. – Знаешь, что я сделала? Послала его. - И? - И он позвонил ещё раз. Я спросила, типа, какой к чёрту дуэт? И он ответил, что вы с Голдом подписали грёбанный контракт, Реджина! Без моего согласия! Да что там согласия? Без моего ведома! – Свон всплеснула руками, да так, что женщина, наблюдавшая за ней, испугалась за мобильник, который та сжимала в руке. Ещё вылетит... - И я спрашиваю тебя: какого хрена?! Ты же прекрасно знаешь, что я ни за что не соглашусь на дуэт с этим... этим... – она не договорила, только ещё раз всплеснула руками и кинула свой телефон на кожаный диван Миллс. - Может, воды? – спокойно предложила Реджина, указывая на графин, стоящий на столике рядом с диваном. Блондинка в красной кожаной куртке сделала глубокий вдох, а после такой же глубокий выдох, всё это время не мигая смотря испепеляющим взглядом на своего продюсера. Та не стала играть с девушкой в гляделки. Вместо этого она взяла в руки первый попавшийся договор и начала его читать, делая вид, что на данный момент это самое важное дело. Ни одна из них не знала, сколько времени продолжалось их упрямство, но в итоге Эмма сдалась и прямо из графина сделала несколько жадных глотков. - Для этого предусмотрены стаканы, - сухо заметила Миллс, но от договора оторвалась. В конце концов, она победила в этой маленькой битве. 1:0. Блондинка закатила глаза и демонстративно сделала ещё два глотка. Тоже из графина. «1:1, Миллс», - подумала Эмма и не смогла скрыть довольную улыбку. - Теперь сядь, и мы спокойно это обсудим. И на этот раз она села, тем самым сделав счёт 2:1 в пользу Реджины. Но женщина больше не вела подсчёты. Она приготовилась к серьёзному разговору, который в любом случае не смогла бы избежать. - Я не хочу записывать с ним песню, - сказала Свон. – И вообще не хочу иметь с ним дело. - Почему? Эмму взбесил этот вопрос, но виду она не подала. Господи, Миллс знала ответ, зачем же спрашивать об этом? - Потому что... – она втянула в себя побольше воздуха, но это не помогло. Горький ком в горле, появившийся вместе с вопросом Реджины, так и не исчез. Кажется, даже увеличился. – Потому что у вас с ним были отношения. - Это не должно волновать тебя, - спокойно произнесла Миллс. – Это касается только меня. - Нет, Реджина, и меня тоже. Зелёные глаза встретились с карими. В одних читались упёртость и уверенность, а в других уязвимость и боль. Брюнетка покачала головой и заговорила тише, так, как не говорит больше ни с кем. Ни с кем, не считая двух для женщины близких людей, одним из которых был её сын. - Эмма... – она запнулась, пытаясь подобрать нужные слова. – Он уже давно в прошлом. И тебе, правда, не надо беспокоиться об этом. - Он публично унизил тебя, Реджина. Он изменил тебе с твоей же сестрой, а после ушёл к Голду – твоему главному конкуренту, - лежащие на столе руки сами собой сжались в кулаки, певица этого не заметила, а Миллс опустила на них свои ладони, желая успокоить. – И после такого я должна с ним записывать дуэт? Да мне его слышать по радио противно! - Всё в прошлом, - шёпотом повторила женщина, чувствуя, как Свон начала немного успокаиваться от её прикосновений. – Сейчас дело совсем не в нём. - А в ком? - В Голде, - теперь пришла очередь Реджины сжимать кулаки. Она сжала их с такой силой, что ногти впились в кожу и стали причинять неприятную боль. Неприятную, но терпимую по сравнению с той, которую ей причиняли близкие, казалось бы на первый взгляд, люди. – Он... он знает про нас. - Что? – только смогла выдохнуть Эмма, ошарашено смотря на Миллс. – Но как? Мы же ни разу не спалились. Даже самые дотошные папарацци не смогли ничего на нас откопать. Откуда он взял? - Уже не важно, откуда. Важно то, что он знает и может в любой момент использовать это против нас, - Реджина говорила спокойно, но глаза выдавали её с головой. Эмма закрыла лицо руками, пытаясь одновременно вникать в слова, произнесённые женщиной, и искать выход из сложившейся ситуации. С самого начала, когда появилась тяга к Миллс, Свон знала, на что идёт. Она знала все риски, знала все страхи Реджины. Знала и принимала их. И вместе они приняли решение не афишировать свои отношения по крайней мере до тех пор, пока обе не будут готовы. Они ещё не были готовы. Какая убогая банальщина – роман между певицей и её продюсером. Сразу представляются эти глупые заголовки в журналах, эти статьи, где обязательно будут поливать грязью обеих, повторяя, что их роман состоит из взаимной выгоды. Это уже было и не раз. И это уже довелось пережить Реджине, когда она встречалась с Робином Локсли. После него она стала более скрытной. После него Эмма долго не могла доказать ей, что она не преследует выгоду. И Эмма не хотела, чтобы история повторилась. - Он предложил сделку, - продолжала Миллс. – Твой дуэт с Локсли взамен на его молчание. Странно, что он попросил только это, - она нервно усмехнулась. – Но боюсь, это только начало. Дальше всё будет только хуже... - Я запишу с ним дуэт. Реджина с недоверием подняла на девушку глаза. Та уже улыбалась, а во взгляде читалась всё та же уверенность. Теперь Эмма взяла её за руки и крепко сжала их в своих: - Так мы потянем время, пока ничего не придумаем. В любом случае мы не отступим. «Мы», - женщина улыбнулась, повторяя про себя это заветное слово. Мы. Как много надежды заложено в одно простое слово. Как много уверенности в этих двух буквах. Реджина больше ни на секунду не сомневалась в том, что то решение дать Эмме Свон шанс было правильным. - Тогда я ознакомлю тебя с условиями контракта, - проговорила она и потянулась к стопке документов, на которой сверху лежали нужные бумаги, но её действия бесцеремонно прервали тонкие пальцы, коснувшиеся её подбородка, и короткий поцелуй в губы. - Всё будет хорошо, - тихий шёпот после мягкого касания, от которого Реджина улыбнулась ещё шире, ощущая безопасность и уют рядом с блондинкой. А та так и не дала Миллс взять в руки письменное соглашение с Голдом, одним движением руки убрав все документы в сторону. – Вообще, первоначально я пришла к тебе с другим вопросом. – Брови Реджины вопросительно приподнялись, и Эмма продолжила: - Сегодня всё ещё в силе? - Ужин? – уточнила Миллс, будто проверяя девушку. Получив кивок, ответила: - Да, Генри тебя ждёт не дождётся. - Меня или конфет, которые я ему приношу? До Свон Реджина ни разу не видела, чтобы взрослые люди могли смеяться одним лишь взглядом. Чтобы в глазах был виден детский добрый смех. Такой искренний заразительный смех. Именно это она увидела в зелёных глазах, от которых не смогла оторваться. Но ответить ей как-то получилось: - Я их всё равно прячу от него, поэтому... - Ты прячешь мои конфеты, подаренные парню? – возмутилась Эмма, и Миллс не смогла удержаться – засмеялась. – О, я уверена, ты сама всё съедаешь. - Нет, это неправда! – слишком торопливый ответ для Реджины. И блондинка знала это. - Ха! Попалась! Я всё сегодня расскажу твоему сыну, так и знай. Женщина показала Свон язык, а та фыркнула и скорчила кривую рожицу в ответ. Один из самых влиятельных продюсеров и её подопечный - один из самых популярных исполнителей. Строят друг другу рожицы, обсуждая предстоящий ужин с маленьким мальчиком, у которого очень знаменитая мама. А возможно, скоро у него таких будет две.