Swan Queen Week

Что такое родственная душа в современном мире? Не больше, чем просто приятная неожиданность. Люди не гоняются за своими вторыми половинками, они не ставят себе цель найти того самого человека, с которым им суждено прожить всю оставшуюся жизнь. Им это не нужно. Они строят карьеру, осуществляют свои второстепенные мечты, которые и мечтами назвать нельзя, зарабатывают деньги, чтобы потом их потратить на дорогие безделушки. А родственная душа... зачем им она? Каждый считает, что это дело времени и удачи. Повезёт – ты найдёшь её, не важно в каком возрасте. Не повезёт – тебя никак это не расстроит. Сейчас цвет глаз мало кого интересует. Теперь никто не смотрит в глаза собеседника, чтобы найти в них свою родственную душу, потому что знает, что там увидит – цветные линзы. Надевать линзы, чтобы скрыть серость своих глаз, стало таким же ежедневным занятием, как, к примеру, чистить зубы. Статистика показывает, что в мире не носят цветные линзы около трёх процентов взрослых людей. У детей до определённого возраста цвет глаз виден всем, а родители видят их цвет на протяжении всей жизни. Ведь дети и их родители тоже своего рода родственные души. Но всё чаще супруги, воспитывающие чадо, видят друг у друга только серость глаз. Так бывает: встречаешься с человеком, смотришь в глаза с цветными линзами, и не хочешь думать о том, что будет, если их снять. Увидишь ли ты натуральный цвет? Или ты будешь смотреть на безразличную серость. Но когда ты всё-таки видишь, что скрывается за линзами, тебе уже всё равно, ты привык к этому человеку. И не важно, что серость твоей пары теперь будет преследовать тебя всю твою жизнь. Иногда везёт, иногда кто-то находит свою родственную душу в глазах. И тогда чувствуется облегчение. Не радость, нет. Радость в современном мире приносят только деньги. Простое облегчение. Повезло. Эмма Свон видела цвет чужих глаз только два раза в жизни. Когда встретила свою первую любовь – Нила Кэссиди, у которого были добрые зелёно-карие глаза, и своего сына через десять лет после рождения. Она отказалась от него, надеясь, что мальчик попадёт в хорошую семью, которая будет любить его как родного. И вот он здесь, десятилетний мальчик с зелёными глазами. Генри. Так его назвала приёмная мама, к которой сейчас едет Эмма, чтобы вернуть ребёнка домой. Интересный факт: даже если ты отказалась от своего ребёнка, ты всё равно будешь видеть цвет его глаз. Потому что вы связаны кровью и душами. Свон даже не думала об этом, но теперь она была немного ошарашена. Генри тоже видел цвет глаз своей родной матери. Эмма не носила линзы, поэтому сначала она была удивлена, когда мальчик с точностью определил цвет. Только потом до неё дошло. Чёрт возьми, это действительно её родной сын. - Почему ты не носишь линзы как все взрослые? – спросил мальчик, крепко держа книгу сказок в руках, пока они ехали в городок под странным названием Сторибрук. Эмма напряглась от, казалось бы, невинного вопроса и пальцами сильно сжала руль своего верного жука. После случая с Нилом о линзах Свон даже и не думала. Она считала их пустой тратой денег. Её устраивало то, что все видят серый хмурый взгляд, что никто, кроме Кэссиди, не знает цвет глаз, данный ей от рождения. Он унёс эту тайну с собой... - Они... неудобные, - первое, что пришло в голову молодой женщины. - А-а-а, - протянул Генри, с интересом наблюдая за Эммой. – А я подумал, что у тебя аллергия на них. Прям как у моей мамы... ну, приёмной мамы... - И она не носит линзы? – пытаясь поддержать разговор, произнесла Свон. - Ага. У неё карие глаза, кстати говоря. Второй интересный факт: иногда дети могут видеть цвет глаз своих приёмных родителей. И, соотвественно, наоборот. - О, - только выдохнула Эмма и почувствовала неприятный укол где-то в области сердца. С чего её должны волновать такие мелочи, как то, видит ли Генри цвет глаз приёмной матери? Они проехали табличку «Добро пожаловать в Сторибрук», оба молчали, пока Свон не остановилась, чтобы спросить у прохожего дорогу к, как оказалось, дому мэра. Парнишке и правда повезло с мамой, что же он сбежал от неё? Мальчик не умолкая повторял, что его мать – Злая Королева, которая прокляла целый город. А Эмма, по его словам, Спаситель, которому суждено разрушить проклятие. Бурная у него фантазия, ничего не скажешь. Они подъехали к внушительных размеров дому, и Генри начал недовольно бормотать о том, что его приёмная мама совсем не любит его, что она злая и он ей не нужен. Свон пыталась переубедить его, ведь, в конце концов, он не жил в таких семьях, в которых в детстве жила она. Он был обут, одет, и не просто так, а в хорошую чистую одежду. Он не выглядел измученным, голодным, на нём не было синяков от побоев. Лишь один внешний вид мальчика доказывал, что ребёнок наверняка живёт в благополучной семье. Бормотания мальчика прекратились, когда из белого особняка выбежала взволнованная тёмноволосая женщина. - Генри? Генри! Где ты был? Я так переживала! – взволнованно воскликнула она. – Что случилось? - Она порывисто обняла мальчика, но тот отстранился и заявил: - Я нашёл свою настоящую маму! Он убежал в дом, оставив Эмму наедине с той, которую называл Злой Королевой. Но которая совсем не была такой. Женщина, по щеке которой текла слеза, голос которой дрожал от волнения за приёмного сына, не могла быть злой. Она была любящей, возможно, немного строгой, но совсем не злой. Свон затаила дыхание, ожидая, что же произойдёт дальше. Их взгляды встретились, и Эмма невольно подметила: у неё и правда карие глаза. - Вы родная мать Генри? – произнесла женщина, рассматривая блондинку. - Здрасьте, - глупая улыбка коснулась губ Свон. Она всё никак не могла оторваться от этих карих глаз. Дальше всё проходило как в тумане. Реджина Миллс, как представилась женщина, пригласила её выпить свой фирменный яблочный сидр. Они вошли в дом, и брюнетка поинтересовалась насчёт родного отца Генри. Когда Эмма честно ответила, что он погиб ещё до рождения мальчика, Миллс даже немного расслабилась. После пары глотков сидра, недолгий разговор, и Свон поспешно покинула особняк, потому что, кажется, сболтнула лишнего. Только на улице девушка вспомнила слова Генри о том, что у его приёмной мамы аллергия на линзы. Она не носит цветные линзы. И у неё были самые красивые карие глаза. Эмма убедилась в этом. Но она была уверена, что Реджина не видела зелёный цвет её взгляда. Всё, что увидела женщина, наверняка были лишь тусклые серые глаза. Блондинку это даже не расстроило. Или она убеждала себя, что совсем не расстроена. В конце концов, найти свою родственную душу после смерти Нила было нереально. Так она думала. В последний раз взглянув на белый особняк, Эмма села в свой жук и направилась прочь из города. Третий интересный факт: после потери родственной души, есть вероятность найти её вновь в другом человеке. И, кстати говоря, родственная душа – это всегда взаимно.