17. Забери меня отсюда
4 октября 2017 г., 23:47
Neon Trees — Animal Switchfoot — This is Your Life Howie Day — Longest Night
— Забери меня отсюда, — произнёс Саймон хриплым голосом. Клэри взбила подушку за спиной и наклонилась над ней, зажимая мобильный телефон между плечом и ухом. — Почему ты шепчешь? — она выудила свой скетчбук и карандаш из тумбочки рядом с кроватью и положила на колени. — Потому что если они услышат меня, то узнают, что я проснулся, и придут сюда. — Я думала, тебе нравится, когда о тебе заботятся? Ты всегда пытаешься заставить меня заняться твоей стиркой и принести тебе завтрак в постель. Он вздохнул. — Ты не понимаешь. Это пытки. Чистые пытки. Ты мой лучший друг! Спаси меня! — Ты не можешь быть не таким драматичным, да? — Ты видела фильм «Мизери»? — Саймон сделал паузу. — Хуже. Гораздо хуже. — Они ломают твои ноги кувалдами? — спросила Клэри и прикусила губу, изучая линии своего последнего рисунка. «Ещё немного растушевать тут», — подумала она про себя. Её палец скользнул по шероховатой бумаге, сглаживая и смешивая штриховку. — Нет, — проворчал он. — Тогда не хуже «Мизери». Ты проиграл. — Чёрт возьми, — ответил Саймон. Клэри рассмеялась и подняла карандаш, чтобы почесать голову концом, когда дверь в спальню открылась, и вошёл Джейс. Она подняла голову и не смогла сдержать улыбку. Он ухмыльнулся в ответ и опустил сумку на пол рядом с комодом, прежде чем сесть на конце кровати, чтобы снять обувь. — Вот что, Сай. Мы приедем за тобой завтра. Как думаешь, ты сможешь пережить ещё одну ночь? — она вытянула ногу и ткнула Джейса пальцем в спину. Он повернулся и одарил её фальшивым злым взглядом. Она прикрыла трубку и тихо хихикнула. Саймон вздохнул. — Думаю да. Но почему не сегодня? Клэри снова ткнула Джейса, и на этот раз он обернулся с озорной улыбкой на лице. — Ты пожалеешь об этом, Злючка, — тихо произнёс он и схватил её за ногу. Она подняла брови. — Потому что квартира ещё не готова. Пол будут мыть только завтра. — Что? Ты хочешь сказать, что я не смогу увидеть свою кровь? Джейс легко проследил пальцами внешнюю сторону голени Клэри и опустил рот на лодыжку, нежно прижимая губы к её коже и посылая озноб по позвоночнику. — Саймон, это просто отвратительно. — Почему? Не каждый день я истекаю кровью на полу. Это был бы типо мой знак чести или что-то вроде того. — Ты идиот. Джейс потянулся и схватил её скетчбук, бросив на пол рядом с кроватью, когда его губы коснулись чувствительной кожи под коленом. Она закрыла глаза и сжала руками его волосы. Он продолжал медленно двигаться вверх по её телу, его рот скользнул вдоль внутренней стороны бедра, а его ладонь прошлась по внешней. — Клэри? — спросил Саймон. — Да? — Почему ты странно дышишь? — Что? — она открыла глаза и сжала хватку. Джейс слегка укусил внутреннюю сторону бедра в ответ, и она охнула. Он усмехнулся и обернул руку вокруг её ног, потянув вниз, пока её спина не оказалась на матрасе. Он навис над ней и наклонился, его дыхание щекотало её ухо. — Повесь трубку, детка, если только ты не хочешь, чтобы твой друг услышал больше, чем тот маленький вздох, — Джейс прижался своими бёдрами к её, скользнул рукой по её боку и забрался под майку, положив ладонь на её талию. Он опустил рот на её шею, пальцами сдвинул бретельки с плеч и прошёлся по ним губами. — Саймон, — Клэри старалась, чтобы её голос был ровным. — Я должна идти, — Джейс ущипнул её за ключицу, и она прикусила губу, чтобы сдержать любые звуки. — Что? Почему? — спросил Саймон. — Не оставляй меня здесь наедине с ними, Клэри. Джейс просунул руку ей под спину и вплотную прижал её тело к своему. Она чувствовала, что каждая его часть прижималась к каждой её части. — Я могу перезвонить тебе. Я… Мне нужно кое-что сделать. Это… неотложное дело, — Джейс рассмеялся в её шею, и она ударила его рукой как можно тише. — О, Злючка. Это абсолютно, — он снова прижался к ней бёдрами, — неотложное дело. — О, Иисус, — выдохнула она. — Саймон, мне правда надо идти. Позвоню позже, — нажав кнопку завершения вызова на телефоне, она бросила его на прикроватную тумбочку и сжала руками рубашку Джейса. — Это было не очень любезно. — Разве? — он наклонился и легко поцеловал её в уголок рта. — А я думал, это было весьма любезно, — Джейс усмехнулся. — Ты хочешь, чтобы я остановился? — он опустил руки и подхватил её под спину, и теперь всё её тело было заключено в его объятия. — О, Боже, — её глаза закатились, и она обмякла в его хватке. — Ты превращаешь меня в распутницу. Раньше я была хорошей девочкой. Что ты со мной сделал? — Ты не распутница, детка, — сказал он, проводя губами по её подбородку. — Tu sei bella, così bella, e siete miei. Tutta mia. — Что это значит? Он поднял своё лицо к её, и его рот дёрнулся в уголке. — Это значит: ты прекрасна, так прекрасна, и ты моя. Вся моя. У неё перехватило дыхание, и она почувствовала, как сжалось горло. — Как ты это делаешь? Джейс отстранился, чтобы посмотреть на неё, и провёл тыльной стороной ладони по её щеке. — Делаю что? — Говоришь самые невероятные вещи, которые делают меня сентиментальной, и тебе всё ещё удаётся претендовать на меня как на собственность. Разве я не должна чувствовать себя… Я не знаю… оскорбленной что ли? Я ведь независимая женщина. Но когда ты говоришь это, когда ты говоришь, что я твоя, я… мне нравится это. Мне так нравится. Он нахмурился. — Я не считаю тебя собственностью. Ты ведь знаешь это, да? Клэри улыбнулась очевидной тревоге в его глазах. — Я знаю, — она приподняла голову и прикоснулась губами к его. — Но я твоя, — двигаясь вниз, она оставила поцелуй на его челюсти. — Только твоя, — и ещё один под подбородком. Она сделала вдох, а затем выдохнула ему на кожу. — К сожалению, ты должен поделиться мной сегодня. Он поднял руки и сжал её лицо. — Ну нет, — он провёл носом вдоль её щеки, пока не добрался до уха и прошептал: — Я не хочу делиться. — Теперь ты эгоист, Касс? Джейс кивнул, его пальцы сплелись с её, и потянул её ладонь к своим губам, целуя тыльную сторону. — Это моё, — он наклонился и прикоснулся губами к её плечу. — И это моё, — поцелуй в основание шеи. — И это… — её челюсть. — И вот это, — выдохнул он ей в ухо, едва задевая мочку. — Всё это… — скользя губами по щеке, он навис над её ртом. — И особенно это, — он поцеловал её снова, сначала мягко и медленно, а затем немного сильнее, глубже. Клэри скользнула руками по его лицу, провела пальцами по щекам, пока они не достигли его рта. Она чувствовала, как он двигается под пальцами, и улыбнулась. — Чему ты ухмыляешься? — спросил он. Она покачала головой, когда он отстранился. — Ничего. Это просто приятно. Мне нравится целоваться с тобой. — Ммхмм, — пробормотал он. — Я чрезвычайно хорошо целуюсь. Она засмеялась и толкнула его в грудь. Джейс усмехнулся и легко скатился с неё на постель. Он положил ладони под голову и лёг на спину, закрыв глаза со вздохом. Клэри перевернулась лицом к нему и оперлась на локоть. Он выглядел таким уставшим. Даже когда он лежал там, расслабившись, с закрытыми глазами, она чувствовала, как от него исходит истощение. Светло-фиолетовые полукруги виднелись под глазами, а кожа была ещё бледнее, чем обычно. Со вчерашнего дня, после его встречи, он выглядел изношенным, выдохшимся, словно что-то сбивало его ветром и постоянно окружало воздухом с привкусом печали. Она хотела знать, что случилось, хотела помочь ему это исправить, чтобы он почувствовал себя лучше. Когда она была расстроена, он был рядом с ней. Она просто хотела сделать то же самое для него, но не знала как, даже не знала, хочет ли он этого. Потянувшись, Клэри провела пальцем по его руке, просто нуждаясь в ощущении его кожи. Улыбка образовалась на её губах, когда она наблюдала, как из-за её прикосновений на его коже выступают мурашки. Ей нравилось, что она может повлиять на него, по крайней мере, так же как он на неё, что её касания могут вызвать любую реакцию вообще. Через мгновение она подняла голову и заметила, что он смотрит на неё. Джейс не говорил и не трогал её, он просто наблюдал, как она наблюдает за ним. Её глаза были приклеены к нему, и она не могла дышать. Она не могла двигаться и не могла дышать. Наконец, Джейс убрал одну руку из-за головы и потянулся к ней, сплетая их пальцы, и провёл большим пальцем по её костяшкам. — О чём ты думаешь? — спросил он. Клэри наконец-то выдохнула. — Я думала о том, что ты выглядишь уставшим. — Я устал, — он вздохнул и снова закрыл глаза. — Ты плохо спал? — она играла с его пальцами и подняла голову, услышав, как он посмеивается. Он ещё раз посмотрел на неё с маленькой ухмылкой на губах. — Ты должна знать. Ты была здесь. Клэри покачала головой и усмехнулась, её лицо покраснело. — Я имела в виду после… этого. Джейс отпустил её руку и коснулся её лица, а потом опустил ладони обратно по обе стороны от себя. — Наверное, нет. — Что происходит, Джейс? Со вчерашнего дня ты выглядишь… я не знаю… — она сделала паузу. — Всё в порядке? Ну, знаешь, со школой? Он нахмурил брови, а затем поднял их. — О, школа, верно. Да, со школой всё в порядке. — А твоя встреча вчера… всё прошло хорошо? Он пожал плечами. — Да, наверное. Клэри прикусила губу и кивнула, глядя вниз. Он не хотел рассказывать ей что-либо. Она чувствовала это. Она хотела спросить, что такое, хотела, чтобы он открылся, но не хотела давить. Он был открыт и честен в том, что никогда не имел отношений, и, вероятно, не имел понятия, как это делается. Но знание того, что его что-то беспокоит и не иметь возможности спросить что, немного жалило. — Это не из-за школы, — тихо сказал он, вырывая Клэри из её мыслей. — Что? — Почему я не спал. Дело не в школе, — он внимательно смотрел на неё, как будто задаваясь вопросом, говорить ли ей большее. — О? — спросила она, пытаясь удержать любопытство в голосе. Джейс мгновение жевал нижнюю губу. — Помнишь, я рассказывал тебе о том, какие мои родители говнюки? Она улыбнулась его выбору слов. — Да, помню. — Ну, — он испустил медленный вздох, — я видел свою мать вчера. — Правда? Он кивнул. — Ага. Она сказала кое-что, и я ей ответил. И это было просто… не очень. — Ох. Ты… ты хочешь поговорить об этом? Джейс пожал плечами. — На самом деле не о чём говорить. Всё о том же, тот же аргумент. Я ничего не могу поделать, она стыдится быть моей матерью и так далее. Клэри нахмурилась. — Она тебе это сказала? Что стыдится тебя? — Намекнула. — Джейс… Он повернулся к ней и приподнялся на локте. — Ничего страшного, Клэри. Так всегда было с моей матерью. Она просто… всегда заботится о таких глупых вещах, как имидж и её социальное положение, и я всегда немного… сопротивлялся этому, — он сверкнул фирменной ухмылкой. — Я просто сделал ошибку, позволив ей добраться до меня вчера. Всё будет хорошо. — Звучит так, как будто у нас обоих родители, которые в ближайшее время не выиграют премию за лучшего родителя года. Джейс рассмеялся и лёг обратно, положив одну руку под голову и оставив вторую, переплетённую с её. Клэри приблизилась к нему, прижалась к его боку и положила голову ему на плечо. Его рука обернулась вокруг неё, когда она опустила ладонь на его грудь. Они лежали молча несколько минут, ни один из них не двигался, ни говорил. Находиться там в объятиях друг друга было достаточно. Может, этого всегда будет достаточно. — Джейс? — произнесла Клэри, наконец. — Хм? — Давай уедем, — она начала выводить круги на его груди. — Что? — Ну, давай просто уедем. Куда-нибудь. Куда угодно. Только ты и я. Мне всё равно куда, если мы будем только одни целую ночь. Никаких прерываний. Никаких родителей. Никого. Только мы. Джейс сместился ниже, и Клэри оказалась на спине, а он нависал над ней. — Ты серьёзно? Она кивнула. — Абсолютно. Знаешь, той ночью, когда ты отвозил меня в дом твоего дедушки? Впервые за долгое время всё казалось таким… спокойным. Это было так приятно. — Мы можем вернуться, — сказал он, впиваясь в её глазами. — Всякий раз, когда ты захочешь, я отвезу тебя туда. Клэри протянула руку и провела пальцами по его щеке. — Как насчёт прямо сейчас? — Я думал, у тебя есть планы? Она застонала. — Тьфу. Верно. Я чуть не забыла. Я просто зайду в несколько мест с Изабель, чтобы купить нам платья для бала. Он засмеялся и покачал головой. — Всего лишь несколько? Ты плохо знаешь, Изабель. Она любит ходить по магазинам. — Ну, я ненавижу это, так что мы просто должны пойти на компромисс, — она улыбнулась ему. — Ладно, не сегодня, но… что скажешь, Касс? Хочешь сбежать со мной куда-нибудь? Джейс положил руку ей на бедро и притянул к себе. Его ладонь скользнула по её спине, а её руки упёрлись в его грудь. — Как я могу сказать «нет»? Ты же распутная женщина, в конце концов. Это может оказаться полезным для меня. Клэри толкнула его в грудь и слегка отстранилась, сужая глаза. — Я думала, ты сказал, что я не распутная? — Я соврал, — он снова притянул её за бедро, а затем оказался над ней, его ноги на её ногах, его грудь напротив её груди, только его локти не давали его весу полностью опуститься на неё. — Ты не должен врать. Как я могу доверять тебе, если ты врёшь? — Хм, — Джейс коснулся её лба. — Даже если ты спросишь что-то вроде: «Это платье меня полнит», и это так, я всё равно должен сказать правду? Клэри улыбнулась. — Особенно тогда. — Ладно. В таком случае, — он скользнул рукой по её боку, — есть кое-что, что я, вероятно, должен сказать тебе. — О? — она подняла брови. — И что же это? — Эти шорты? — он пробежал пальцами по боковому шву, пока не коснулся обнажённой верхней части бедра. — Им нужно свалить. — Правда? Они тебе не нравятся? — О, нет. Они мне нравятся. Они мне очень нравятся. На самом деле слишком сильно. Вот почему они должны уйти, — его ладонь прошлась над шортами. У Клэри перехватило дыхание, когда она почувствовала, что он прослеживает край её нижнего белья. — Видишь? — произнёс он. — Здесь так мало ткани, что я не могу контролировать свои руки. Они видят ногу и хотят больше ноги, а затем, ну, — он перешёл на шёпот: — Они хотят то, откуда нога идёт. Клэри задрожала, но смогла дотянуться вниз и снять его руку с нижнего белья. — Ну, к счастью для твоих рук, я сейчас же переоденусь, — она усмехнулась и выбралась из-под него. Джейс легко отпустил её, но не скрыл стон, когда уткнулся лицом к постель. — Мои руки очень разочарованы, — пробормотал он в подушку. Она рассмеялась, быстро переоделась в джинсы и надела толстовку поверх танк-топа. Сев на край матраса рядом с тем местом, где лежал Джейс, Клэри потянулась и схватил его за руку, погладив его пальцы. — Не волнуйтесь, ребята. Позже, когда я останусь с вами наедине, вы сможете прикасаться ко мне везде, где пожелаете. Джейс поднял голову и повернулся в её сторону. — Правда? Везде, где я… они захотят? Она усмехнулась и наклонилась к нему. — Ммм. Везде, где они захотят. — Знаешь, очень опасно говорить такое возле моих рук. Они, знаешь ли, могут увлечься. — О-о, я рассчитываю на это, — Клэри пальцами убрала волосы с его щеки и прижалась губами к его виску, — но им придётся вести себя хорошо ещё несколько часов, — она встала и пошла к двери. — Хорошее поведение переоценивают, Злючка, — крикнул он ей вслед. Клэри рассмеялась и пошевелила пальцами через плечо, не оглядываясь назад. Она подобрала с края дивана Джейса сумку и подпрыгнула, когда раздался звонок в дверь. Подумав, что это Изабель, Клэри попрощалась с Джейсом и поспешила к двери, распахнув её, не задумываясь. Она столкнулась не с Изабель, хотя… почти. Изысканно выглядящая женщина стояла в коридоре, её тёмные волосы были скручены в пучок, а одета она была в тёмно-синюю куртку и юбку. Две полоски простой блузки кремового цвета выглядывали из лацкана. Брови Клэри поднялись, когда она встретила ледяняще голубой взгляд женщины. — Доброе утро, — сказала женщина, её голос был вежливым, но твёрдым. — Ты, должно быть, Кларисса, — она протянула руку. — Я Мариза Лайтвуд. Мать Алека и Изабель. — О, — Клэри взяла её руку и осторожно пожала, стараясь не забыть давить так, чтобы не казаться хрупкой, но и не слишком сильно. — Приятно познакомиться с вами. Алек и Изабель сейчас не здесь, но… Мариза остановила её, махнув рукой. — Неважно. Я здесь не к ним, — её глаза скользнули по Клэри. — Вообще-то, я пришла к Джейсу. Он здесь? Клэри открыла рот, чтобы ответить, когда услышала ответ Джейса позади себя: — Я здесь, — сказал он. Клэри повернулась к его голосу и увидела, как он стоит в проёме в коридоре. Она начала улыбаться, но когда заметила его выражение лица, все мысли покинули её разум. Он не был рад видеть миссис Лайтвуд. На самом деле он выглядел прямо-таки злым.***
Директор Лайтвуд стояла в дверях Джейса, сжимая руки перед собой и пристально смотря на него. Он смотрел на неё в ответ, пока Клэри не повернулась, её мирное выражение лица спало, когда она увидела его. Она изумлённо подняла брови, как бы спрашивая его, что происходит. Он позволил себе взглянуть на неё, вспоминая все причины, по которым он делал то, что делал. Мариза прочистила горло, привлекая к себе внимание. — Могу я войти? Я кое-что хотела обсудить с тобой, — её взгляд метнулся к Клэри, а затем обратно к нему. — Наедине, если это тебя не затруднит. — О! — Клэри вдруг выпрямилась. — Простите. Я как раз собиралась уходить, — она отступила назад, чтобы позволить директору Лайтвуд перешагнуть порог и войти в квартиру. Она посмотрела на Джейса и улыбнулась ему. — Увидимся, — кивнув ещё раз Маризе, Клэри попятилась к двери. Когда дверь почти закрылась, он окликнул её. — Клэри, подожди секунду, — он обратился к директору. — Дай мне минуту, — она кивнула ему, и он поспешил в коридор после за Клэри. Она ждала его по ту сторону двери, её брови вопросительно поднялись. Джейс сократил расстояние между ними и приблизился к ней, скользнув рукой по затылку, пальцами запутавшись в её волосах, и потянул к себе. Его губы опустились на её, другой рукой он обхватил её щёку. Клэри вцепилась в его рубашку, крепко прижимая к себе. Через мгновение он отстранился, уперевшись в её лоб своим. — Будь осторожна и оставайся с Изабель. — Буду, — ответила Клэри, пытаясь отдышаться. Джейс отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза. — Вот так просто? Никаких аргументов? Она закусила губу и покачала головой. — Нет, если ты сделаешь это снова. Он ухмыльнулся и обхватил её лицо ладонями. — Тебе так легко угодить, Злючка, — он медленно прижался к её рту. Она закрыла глаза, и её губы слегка приоткрылись, когда они соприкоснулись. Прикосновение было таким лёгким и мягким, его едва можно было назвать поцелуем, но этого было достаточно, чтобы заставить сердце Джейса биться о рёбра. Клэри подняла руки и обхватила его запястья. Тепло её прикосновения распространилось по его коже. Он наклонил голову и углубил поцелуй, сохраняя его медленным и нежным. Клэри тихонько выдохнула ему в рот, и он поймал её вздох, её вкус насыщал и опьянял. — Кхм, — кто-то прочистил горло позади Клэри. Джейс открыл глаза и немного отошёл назад, не убирая рук от её лица. Он взглянул через плечо Клэри и увидел Изабель, стоящую там с руками на бёдрах и поднятыми бровями. Джейс опустил ладони и отступил назад. Изабель взглянула на него, но быстро смягчилась, когда Клэри повернулась. — Изабель, я как раз спускалась. Изабель посмотрела на них обоих. — Угу. Конечно, ты спускалась. Джейс поморщился, и она снисходительно улыбнулась ему. Он закатил глаза. — Так что, пойдём? — произнесла Изабель. — Да, я готова, — Клэри повернулась к нему и подняла брови. — Итак… увидимся позже? Он улыбнулся. — Конечно. Она прикусила губу и ухмыльнулась ему, прежде чем свернуть и пойти вниз по лестнице. Изабель одарила его последним взглядом — который он передразнил — и развернулась на пятках, чтобы присоединиться к Клэри. Джейс глубоко вздохнул и вернулся к двери, медленно открывая её и шагая внутрь. Мариза стояла посреди гостиной, рассматривая артефакты, которые Изабель разместила в квартире, чтобы она выглядела как жилое пространство. Странно было видеть её там. Большую часть его жизни она была «матерью Алека и Изабель» и только два года назад она стала «директором Лайтвуд», но всё же из-за этого казалось, что её нахождение здесь неправильно. Джейс чувствовал беспокойство, пульсирующее внутри. Что она тут делает? Он ожидал каких-то дисциплинарных взысканий за то, что сделал вчера, но не от директора. У неё были более важные дела, чем наказание неконтролируемых стажёров. Устав ждать и задаваться вопросами, Джейс закрыл дверь. Директор Лайтвуд повернулась на звук, её брови в шоке поднялись. Джейс зашёл в гостиную и встал возле проёма, скрестив руки на груди. — Ты, кажется, не рад видеть меня, — сказала она. — Люди обычно не рады, когда они знают, что их будут отчитывать. Фасад спокойствия на её лице слегка треснул. — Ты думаешь, что я поэтому здесь? Джейс поднял бровь. — А разве нет? Мариза подняла руки ладонями вперёд, как будто она не знала, что сказать, а затем опустила их по бокам. Джейса поразило видеть в ней что-то, кроме спокойствия и сдержанности. Столько, сколько он знал её, она никогда не проявляла никакой неуверенности. — Ни для кого не секрет что то, что ты сделал, как правило, приводит ко встрече с консулом. Но, опять же, эта ситуация не совсем то, что я бы назвала нормальным, — она сделала несколько шагов к нему, её взгляд двигался по его лицу, и небольшая улыбка заделка уголки её губ. — Я знаю тебя с детства, и ты ни капли не изменился. Ты это знаешь? — Я надеюсь, что, по крайней мере, стал выше. — Я не имею в виду физически, — она покачала головой и посмотрела на пол перед тем, как заглянуть ему в глаза. — Ты всегда был решительным малым. Как только у тебя что-то появлялось в голове, всё, тебя не отговорить. Но ты также был очень сострадательным и бескорыстным. Джейс смотрел на неё в недоумении. — Это правда, — продолжила директор Лайтвуд. — Когда ты, Алек и Изабель делали что-то не так, ты всегда брал вину на себя, всегда брал на себя наказание, — она вздохнула и виновато посмотрела на него. — Было глупо с моей стороны забыть это. Я так отвлеклась на твоё представление во время подготовки, что забыла, как ты лично воспринимаешь вещи. — Отлично, — он прислонился плечом к стене. — То есть вы согласны с моей матерью. Вы согласны, что я слабый. Она покачала головой. — Нет. Я не думаю, что ты слабый. Наоборот. — Но вы только что сказали… — Я знаю, что сказала, — прервала директор. — Сострадание не равняется слабости. На самом деле я думаю, что это делает тебя сильнее. Это поможет тебе придерживаться своих убеждений. Сделать свою работу как можно лучше, потому что ты волнуешься о результатах. Так много агентов, будучи профессионалами, остаются беспристрастными и забывают, что за каждым делом стоят реальные люди. Многие из нас становятся холодными и равнодушными. А некоторые так же относятся и к делам. — Вы имеете в виду такие как моя мать, — произнёс Джейс, опустив руки и сжав кулаки. Мариза вздохнула. — Твоя мать много лет была близким другом. Мы вместе прошли через Академию. Я поддерживала её, когда она и твой отец взяли на себя роль послов, и я помогала заботиться о тебе, пока их не было. Но Селин… — она остановилась. — Селин никогда не проявляла сострадание. Всё всегда чёрно-белое. Для неё нет серого. А ты… ты весь серый, Джейс. — Значит, вы имеете в виду, что шансов нет. Нет шансов, что она когда-нибудь сможет видеть меня чем-нибудь иным, чем разочарованием, провалом, — Джейс опустил глаза на пол и закрыл их, пытаясь отбить набухшее чувство, которое поднялось внутри него. Он не хотел чувствовать ничего к своей матери. Он не хотел её одобрения. Это заставило его чувствовать себя слабым и нуждающимся — всё, в чём она обвиняла его, и он не хотел, чтобы она была права. Но он ничего не мог поделать. Он хотел всё то же самое. Джейс ощутил, как прохладные пальцы коснулись его лица. Он открыл глаза встретил голубые глаза Маризы. Её взгляд был нежным и заботливым, не холодным и отстранённым, как обычно. Это были глаза матери, а не начальника. — Это её потеря, — тихо сказала она. — Не твоя. Это её несчастье, что она не может видеть, каким ты стал, — она сглотнула и опустила руку, отступив от него. — Вот почему ты не должен дать ей удовлетворение увидеть то, как ты бросаешь всё, ради чего ты работал. Не из-за неё. — Я ушёл не из-за неё. — Не совсем, — произнесла она. — Но она была большой частью этого, — запустив руку в карман, директор вытащила маленький, прямоугольный, пластиковый предмет. Джейс сразу понял, что это такое. Его значок. Она посмотрела на него. — Ты упорно трудился ради этого. Сильнее, чем многие, кто проходит через Академию. Ты готов позволить ей забрать это у тебя? Джейс оторвал взгляд от её руки. Он не мог отрицать тягу к значку. Да, он работал тяжело, тяжелее, чем он когда-либо работал во всей своей жизни. Он много лет тренировался, много лет мысленно подстраивался под то, что ему приходилось делать. Но, в конце концов, этого было недостаточно. Он всё ещё не мог этого сделать. — Я не могу, — он покачал головой. — Я не могу быть тем, кем вы меня просите. — Я не могу быть пешкой. Она вздохнула. — То, о чём мы попросили тебя… это было неправильно. Я знала, что это неправильно, и всё равно подтолкнула. Мы все были так сосредоточены на Валентине Моргенштерне, что не учли последствия того, что мы просили. Мы никогда не думали о том, что ты можешь чувствовать. — С чего бы это? Быть агентом не значит чувствовать. Это значит следовать приказам, решать головоломки и сажать плохих парней за решётку. — Да, — ответила она, кивая головой. — Но и также защищать невинных. Именно поэтому мы делаем то, что делаем, — директор подняла голову. — А мисс Моргенштерн невиновна. Где-то по пути мы забыли об этом. Мы забыли, что она не просто Моргенштерн, средство к достижению цели, но и невиновным свидетелем. Ты не забыл об этом, и это делает тебя лучше, чем большинство из нас. Уметь распознать это и действовать так, как ты поступил… это требует смелости. У многих из нас нет такого мужества. Джейс не знал, что сказать. Обычно он мог придумать что-то, что угодно — это был его дар, но ничего не приходило в голову. Он был пуст. Поэтому он просто стоял и смотрел. Никто никогда не называл его храбрым, никто не замечал, что он был кем-то иным, чем тот, кем он себя изображал — никто, кроме Клэри. И теперь эта женщина, эта женщина, которая была ему как вторая мать, чёрт возьми, технически первая мать, стояла перед ним, называя его мужественным. Всё, что он отстаивал и пытался делать якобы правильные вещи, чувствовалось неправильным. Он не заслужил такое похвалы. То, что он делал, не делало его особенным, не делало его храбрым. — Я не лучше, — сказал он. — Я начал думать точно так же, как и все остальные. Что она лишь средство достижения цели. Мне было плевать, как её использовать, на то, что с ней может произойти. Я просто хотел доказать, что могу это сделать. Что я могу быть агентом, с которым моя мать и вы могли быть работать и гордиться. Меня тошнит от мысли, что я… — он прервался и отвернулся, даже не в состоянии произнести слова. Мариза потянулась к нему и погладила его руку, когда проходила мимо него, и встала рядом со столом в коридоре. — Я знаю. Меня тошнит от мысли, что я была частью того, кто заставил тебя сделать это. Но я хочу всё исправить. Джейс поднял глаза и нахмурил брови. — Исправить? Она кивнула. — Если ты согласишься вернуться. Он покачал головой. — Не могу. Я не могу этого сделать. Директор подняла руку, заставив его замолчать. Он остановился. — Если ты согласишься вернуться, у меня для тебя другое задание. Джейс выпрямился. Другое задание? Значит, ему придётся уйти? Нет. Он не мог уйти, не тогда. Когда кто-то преследовал Клэри. не тогда, когда её жизнь была в опасности. Он начал протестовать, но директор Лайтвуд снова прервала его. — Ты беспокоишься о мисс Моргенштерн. Я понимаю. Но это не повлечёт за собой отстранение тебя от неё полностью. Джейс скрестил руки на груди и нахмурился. — Я слушаю. Маленькая улыбка коснулась её губ. — Ты был прав, когда сказал, что ей нужна защита, и мы взяли на себя выполнение этих обязанностей вместо полиции, назначив своего агента на её дело. Джейс поднял бровь, но промолчал. — Если ты решишь принять этот значок, я переведу тебя на её дело. Тебе будет официально поручено управлять делом сталкера — хотя я знаю, что ты делаешь это самостоятельно уже некоторое время в любом случае. — А как же моя мать? Она никогда бы не согласилась на это… — Твоя мать освобождена от командования над тобой. Рот Джейса изумлённо приоткрылся. Мариза продолжила: — Она больше не имеет отношения к этому делу. Пока ты находишься за работой, мы не можем позволить чему бы то ни было заставить тебя потерять свой фокус. Работа, которую ты выполняешь, важна — нравится это ей или нет. Все твои задания от Агентства будут находиться под моим руководством, — она двинулась к столу и осторожно опустила его значок, прежде чем оглянуться назад на него. — Подумай об этом и вернись ко мне со своим решением, — отвернувшись, она двинулась по коридору к входной двери. Джейс пошёл за ней, обдумывая всё, что она сказала. Его мать больше не могла вмешиваться в его дела, в его работу. Приостановившись около стола, он пробежался пальцами по гладкой пластиковой карточке. Задумавшись, как бы это было, если бы он обрёл её вновь. Через минуту он аккуратно поднял его, и весь вес, который он нёс накануне, пропал. Он больше не чувствовался обузой, ложью. Мне показалось, что он был дома, там, где он принадлежал. — Директор, — произнёс он, а потом поднял глаза. Она повернулась и встретила его взгляд. Джейс посмотрел на карту, лежащую на ладони. Она выглядела так незначительно, так невообразимо, но для него она значила гораздо больше. Столько, сколько он помнил себя, это было то, что он хотел, то, на что он работал. Это была его жизнь. Его пальцы медленно сжались вокруг значка, и он поднял голову, не нуждаясь во времени на обдумывание. — Я сделаю это.***
К тому времени, как Изабель притащила её в пятый магазин одежды, Клэри официально завершила шоппинг на сегодняшний день. Было столько шёлка и атласа. Но, как и предупреждал Джейс, Изабель была в своей стихии. В каждом магазине она заставляла Клэри примерить по крайней мере пятнадцать платьев, систематически отметая каждое и заявляя, что они «были не совсем правильными», по той или иной причине. Клэри понятия не имела, почему они были неправильными. Она ходила на эти балы столько, сколько себя помнила, и всегда покупала первое платье, которое примеряла — ну, если оно выглядело хорошо. — Нет, — говорила Изабель себе под нос, роясь в стойке возле у задней части магазина. Клэри закатила глаза, уже держа охапку платьев. — Иззи, думаю, этого, наверное, достаточно. Ты заставила меня примерить минимум семьдесят пять платьев. Что ты ищешь? — Я узнаю его, когда увижу, — рассеяно ответила она. Клэри вздохнула. — Без обид, но все они выглядят для меня одинаково, — она подняла кучу ткани на руке. Изабель медленно повернулась к ней, и её глаза сузились. — Именно поэтому я тебе и нужна. Если бы ты была предоставлена сама себе, то ты выбрала бы первое платье, которое примеряла. — Скорее всего. Изабель застонала. — Что? То платье абсолютно не твоё! — Тогда почему ты заставила меня его примерять? — Потому что как я должна знать, что тебе подходит, если мы не используем метод проб и ошибок? — Я думаю, тебе просто нравится одевать меня как куклу Барби. Изабель остановилась и задумчиво посмотрела на неё. — Совершенно верно. Весело одевать кого-то столь маленького. — Изабель! — Ладно! — сказала она, всплескивая руками. — Иди примерь эти. Клэри протопала к примерочной, зная, что ведёт себя как маленький ребёнок, но не очень-то беспокоилась об этом. Она устала, её ноги болели, и она просто хотела выбраться оттуда. Закрыв дверь, она повесила семь платье, которые Изабель выбрала, и сняла с себя одежду, скользнув в первое. Клэри подумала, что платье без бретелек хороший выбор. Тёмно-зелёного цвета, почти как её глаза. Она вышла из раздевалки к Изабель и подняли руки в вопросе. Изабель закусила губу и покачала головой. Клэри вздохнула и поплелась обратно в комнату. Пять платьев спустя она стояла в лифчике и трусиках перед зеркалом в кабинке и смотрела на последнее платье. Оно висело перед тремя другими, крохотное, расшитое бисером, и будто насмехалось над ней. Она провела по слоям чёрного шёлка. Линии сверкающих бусин соответствовали ремешкам, тянущимся сверху до самого низа. Лицевая сторона казалась довольно простой, но задняя опускалась так низко, что оставляла всю спину открытой — за исключением вышитых бисером ремешков, который образовали крест в центре. С глубоким вдохом Клэри натянула платье через голову, ткань легко скользнула по коже. Она отступила и осмотрела себя в зеркале. Платье идеально облегало её крошечную фигуру, обволакивая каждый изгиб. Она повернулась из стороны в сторону, оставляя позади короткий шлейф. Наконец, она вышла из примерочной. Изабель стояла у соседней стойки, копаясь в другом ассортименте платьев. Клэри прочистила горло, и Изабель взглянула вверх, её брови мгновенно поднялись. — Повернись, — сказала она, указывая пальцем. Клэри повернулась, и снова столкнулась с лицом Изабель, посмотрев на неё в ожидании. — Итак? Угол губ Изабель приподнялся, и она кивнула. — Определённо. — О, Слава Богу! — воскликнула Клэри. — Напомни мне больше никогда не ходить с тобой по магазинам. Изабель подошла к Клэри, положила руки ей на плечи и повернула к зеркалам. — Если бы я не заставила тебя примерять почти все платья в этом городе, ты бы не нашла его, не так ли? — она сделала паузу. — Оно идеально. — Идеально для скучных бизнес-партнёров моего отца? — Нет, — ответила она. — Идеально для Джейса. Клэри повернулась и посмотрела через плечо. — Да? — спросил она, а потом оглянулась назад на своё отражение, пробегая ладонями по бокам платья. — Ты думаешь? — Я знаю, — голос Изабель был тихим и обеспокоенным. Клэри снова посмотрела на неё. — Что-то не так? Изабель отмахнулась. — Ничего. — Нет, не ничего. Ты… ты не одобряешь то, что я встречаюсь с ним? — Клэри почувствовала, как через неё течёт беспокойство. Она не хотела, чтобы её подруга чувствовала себя неловко из-за неё и Джейса, но правда в том, что она никогда не думала спросить об этом. — Нет… Нет, дело не в этом. Клэри снова начала спрашивать, в чём проблема, но их перебила продавщица. Изабель сразу же обратилась к женщине за помощью в поиске подходящей обуви и аксессуаров, и разговор был утрачен. Сорок пять минут спустя две девушки вышли из магазина, у них в руках было полно сумок и коробок. Клэри даже не хотела думать о том, сколько денег она потратила. Ей придётся работать в две смены следующие шесть месяцев, чтобы компенсировать это. Но если Джейс отреагирует так, как намекнула Изабель, возможно, это стоило того. — Я думаю, нам надо взять такси, — произнесла Изабель, когда они пробрались на тротуар. — В таком виде мы просто ходячие магниты для вора. Клэри кивнула, стараясь удержать все свои пакеты. Изабель переместила свои в одну руку, подняла другую в воздух и громко свистнула. Клэри съёжилась из-за этого звука и посмотрела на толпу людей на улице. Её глаза прошлись по пешеходам и замерли на одном из них. Примерно в полутора кварталах вниз она увидела мужчину, одетого во всё чёрное, на голове у него была надета бейсбольная кепка, а сверху была капюшон его толстовки. Он прислонился к зданию, держа руки в карманах и упираясь одной ногой в здание. Клэри сглотнула, не понимая странного беспокойства, свернувшегося в желудке. В нём не было ничего странного. Он не смотрел на неё, и она понятия не имела, кем он был, но почему-то он заставил волосы на её затылке встать дыбом. Мужчина потянулся и вынул сигарету изо рта, выпуская дым и придавливая окурок к земле. Когда он повернулся и направился по направлению к ним, Изабель схватила Клэри за руку. Клэри испугалась и удивлённо взвизгнула. Изабель внимательно посмотрела на неё, её брови нахмурились. — Такси здесь. Ты в порядке? Клэри кивнула и оглянулась на то место, где стоял мужчина, лишь обнаружив, что он ушёл. Она осмотрела улицу, вглядываясь в толпу, но его не было видно. Резко вдохнув, она повернулась к Изабель и попыталась улыбнуться. — Конечно. Поехали. Она помогла Изабель и таксисту погрузить их сумки в багажник, а затем подошла к задней двери. Перед тем как сесть, она осмотрелась в последний раз, странная паранойя не оставила её. Что-то в этом мужчине пугало её. Но что? Почему она так реагировала на незнакомца на улице? Когда такси отъехало от обочины, Клэри попыталась отодвинуть чувства в сторону, убедить себя, что она, должно быть, погорячилась. Но опять же, даже если так, почему она отреагировала так только на того мужчину? Он ничего не делал, кроме как стоял на улице и курил сигарету. Ещё один завиток тревоги скрутил её желудок. Что-то в нём не так. Она чувствовала это. И что было хуже, даже сейчас, сидя в задней части такси с Изабель, она всё ещё не чувствовала себя в безопасности. Каким-то образом казалось, что тот мужчина всё ещё там, наблюдает за ней, ждёт её. Холодок пробежал по её позвоночнику, и она поёжилась. Обернув руки вокруг тела, Клэри положила голову на подголовник и закрыла глаза. Это было смешно, она знала, что это смешно. Всё, что произошло за последние несколько недель, вызывало у неё подозрение. Но несмотря на то, что она знала это, знала, что это, скорее всего, её собственный ум путает её, она не могла полностью выбить страх, нарастающий внутри. Что-то в этом человеке казалось знакомым, но не только это, он выглядел… опасным. Здания и люди пролетали мимо, пока Клэри пыталась усмирить чувства. Где она ощущала это раньше? Они почти доехали до квартиры, когда её, наконец, осенило: толстовка с капюшоном, кепка, запах сигарет. Всё это возвращалось к ней, сокрушая под огромным весом осознания. Она знала, почему чувствовала себя такой напуганной, и почему мужчина был так знаком. Она видела его раньше. Ну, больше чувствовала, так как его рука плотно сжимала её лодыжку, а другая пыталась сорвать медальон её матери с шеи. Дыхание Клэри застряло в горле, её сердце сильно застучало в груди. Даже не видя его лица и в клубе, и на улице, она знала, что это был тот же человек. Она не знала как, но знала. Вопрос был в том, что он хотел от неё? Ожерелье пропало. У неё больше ничего не было. Обернувшись, она посмотрела в заднее окно такси, зная, что ничего не увидит, но всё равно не смогла сдержать порыв. Она хотела посмеяться над собой, сказать себе, что она нелепа. Он не мог следовать за ней. Он исчез ещё до того, как они с Изабель даже запрыгнули в машину, и при высокой полудневной пробке он никак не мог ехать в ногу с ними. А что, если это был не тот же самый мужчина? Многие парни носили бейсболки и толстовки с капюшоном. Это мог быть кто угодно. Это теория имела наибольший смысл, и она успокоилась. Но всё-таки другая часть, очень маленькая, раздражающая часть, усомнилась в этом предположении и задала ещё один вопрос: что если она ошибается?***
Алек расхаживал вперёд-назад по полу гостиной. Джейс поклялся, что если он не остановится в ближайшее время, то в ковре появится лишнее отверстие. — Значит, она пришла сюда и вернула твой значок? — Алек остановился и посмотрел на Джейса. — Никакого наказания, никакого… ничего? Джейс пожал плечами. — Нет. — И ты согласился вернуться? Джейс сделал паузу. — Я согласился взять новое задание. — А как же Иззи и я? Что насчёт твоей матери? — Полагаю, вы будете придерживаться первоначального дела. Узнайте, что скрывает Валентин Моргенштерн, и найдите доказательства, — он остановился и запустил руку в волосы, почёсывая кожу головы. — Что касается моей матери… Директор заверила меня в том, что ей больше не разрешат контролировать ни одно из моих дел. Алек посмотрел на него. — И ты поверил? — Ты хочешь сказать, что я не должен верить твоей матери? — Нет, конечно нет. Мне просто интересно… С чего бы Агентству так охотно сбрасывать твою мать? В смысле, она посол. Она выше моей матери и большинства других в этом месте. Я не понимаю… Джейс открыл рот, чтобы ответить, но тут дверь открылась, и зашла Изабель с переполненными пакетами в руках. Клэри семенила за ней. — Ну, не сидите там, а помогите нам с этими штуками, — сказала Изабель. Джейс уже встал и подошёл к Клэри, взяв несколько пакетов из её рук. Она посмотрела на него и улыбнулась. — Спасибо, — но улыбка не дошла до её глаз. Она выглядела расстроенной, обеспокоенной. — Что-то не так? — спросил он. Клэри стянула худи и повесила его на спинку стула. — Ничего. Почему что-то должно быть не так? — она прошла мимо него в направлении его комнаты. Он нахмурился и пошёл за ней, закрыв дверь за собой. Клэри стояла у края кровати, её покупки выстроились на матрасе. Её голова была опущена вниз, а одна их рук сжимала лоб. Джейс положил пакеты рядом со своим шкафом и двинулся за ней; подняв руки к её плечам, он мгновенно ощутил напряжение в её мышцах. — Что случилось? Шоппинг с Изабель не может быть настолько плохим. Клэри рассмеялась и повернулась к нему, опустив руку на бок. — К твоему сведению, это был сущий кошмар, но ты прав. Я… — она на мгновение закрыла глаза и глубоко вздохнула. — Клянусь, вся эта ситуация с преследованием и взломам, и прочим заставляет меня терять рассудок, — их глаза встретились. — Я чуть не сошла с ума посреди улицы, потому что увидела парня в чёрной толстовке и бейсбольной кепке вниз по кварталу. Я убедила себя, что он тот же самый парень, который напал на меня в клубе. Джейс нахмурил брови, ему не понравилось ощущение, формирующееся в животе. Клэри не была той, кто раздувает ситуации из ничего, и она, конечно, не был той, кого настолько легко испугать. — Ты думала, что это тот же парень, потому что на нём была толстовка? — Знаю, звучит смешно, но… не знаю, просто… — она покачала головой. — Это глупо. — Это не так, — он обернул руки вокруг её тела и посмотрел ей в лицо. — Это было единственной причиной? — Не знаю. Я просто… у меня было ужасное предчувствие, и я не хотела ничего больше, чем выбраться оттуда. Даже в такси я чувствовала, что он там, как он наблюдал за мной, — она прислонилась лбом к его груди и сжала в кулаки рубашку. — Я всегда была в состоянии позаботиться о себе, сталкиваться с любой ситуацией, а всё это заставляет меня чувствовать, что я теряю контроль. Ненавижу, — она вздохнула. — Я хочу, чтобы моя жизнь вернулась. Я просто хочу вернуть свою жизнь. Джейс закрыл глаза и прикоснулся губами к её волосам. — Я знаю, — он хотел, чтобы он мог дать ей это. Больше всего он хотел иметь возможность сделать это. Клэри подняла лицо к его, её глаза были широкими и тревожными. — Забери меня отсюда, Джейс, — прошептала она. — Что? — О чём мы говорили ранее. Давай уедем. Сейчас. Я просто… — она закрыла глаза и глубоко вздохнула. — Мне просто нужна минута, чтобы дышать. Забыть. А я не могу сделать этого здесь. Не там, где я всегда оглядываюсь через плечо. Не там, где я… не там, где я боюсь. В тот момент его сердце почти остановилось. Он не хотел, чтобы она боялась. Джейс поднял руки к её щекам, нежно удерживая её между ладонями. — Тебе не нужно бояться, Клэри, — тихо произнёс он. — Я не позволю никому причинить тебе боль. Я обещаю. — Пожалуйста, Джейс. Пожалуйста. Просто… забери меня отсюда. Как всегда, он не мог сопротивляться, когда она говорила «Пожалуйста». Опустив свои губы на её, он мягко поцеловал её и кивнул. — Хорошо.
