Solas, ma salath.

      На его как никогда прекрасном и умиротворенном лице отражалась боль. Она была абсолютно уверена, что он боялся. Ведь она знала его самый главный страх, к исполнению которого он сделал очередной шаг.       «Все ради блага других», — так он сказал и был прав.       Пожалуй, он запросто мог бы стать новым Инквизитором: у Соласа для этого были все задатки. Или у ФенʼХарела? Теперь даже имя не было важно.       Она стояла на коленях, дрожа всем телом от пронзавшей ее агонии, что отходила на второй план относительно терзающих ее душевных страданий. Снова поцелуй, и он снова ее бросает. Кажется, у их дуэта не могло быть счастливого конца — она давно это знала, просто не внимала голосам, шептавшим ей это. Жжение метки в руке постепенно стихало…       Не смотря в ее сторону, он сделал несколько шагов к элувиану. Но она готова была поклясться, что, если он еще ненадолго задержится, то завоет, как волчонок. С той секунды, как он властно вскинул ее руку к разрыву, и до момента, как забрал ее метку — она не видела его слабости, но сейчас эта слабость сквозила из него, как вода через распростертые ладони.       — Не пытайся искать меня, vhenan*. Я никогда тебя не забуду, — голос действительно был тверд, как сильверит, но на последнем слове проскочила эта нотка срыва. И она ее поймала, ухмыляясь. Нет, она не плакала в первый раз и не заплачет сейчас. Она сильная. Она сильнее. Пусть она любит его больше собственной жизни; теперь она докажет ему свою силу.       — Emma sa lath**. Тогда и ты пообещай, что не будешь искать меня, — она хрипло усмехнулась, и, из последних сил вспрыгнув в воздух, обратилась в ворона, давая порывам ветра нести ее — туда, вниз, к другому зеркалу.       Она видела, что он не обернулся, когда шагнул в пустоту.

flashback

      — Морриган, можно Вас на минутку? — Из зарослей орешника показалась запыхавшаяся фигура. Плечи ее вздымались от неровного дыхания, легкий румянец на щеках заострял очертания веточек валасслина, а на губах искрила теплая повседневная улыбка. Такая вот леди Инквизитор. Совершенно обычная долийка, любознательная и спокойная, как стадо бронто.       Магесса положила руку на спину сыну и, слегка пришлепнув по ней, кивнула. — Иди в библиотеку, малыш. Я приду за тобой. — Она выглядела немного озадаченной, но все такой же хищной, как и в их первую встречу. Прямо-таки коршун, только и ждущий, чтобы выловить зазевавшуюся пташку. Но сейчас ее образ смягчился в приветственном радушии.       — Да, миледи Инквизитор? — эльфийка была чуть ниже ее, и светло-русая макушка доставала ей примерно до середины лба. Джейрʼан не слишком учтиво поклонилась, кивая в сторону ворот.       — Не здесь. Давайте прогуляемся, — они вместе, по-светски беседуя о Селине и прошлом магессы, направились в рощу неподалеку от Скайхолда. Отличная погода, как и всегда, сопутствовала им. Вскоре девушка с женщиной удалились под тень совершенно незамеченными. Ну, или они так думали; тем не менее, путешествие в компании Вестницы давало им возможность передвигаться без слежки.       — Итак, о чем вы хотели поговорить? — Морриган с довольным видом опустилась на сочную траву лужайки, где они остановились. Ее темные волосы были привычно заколоты в аккуратный хвост, а одежды казались дикими и необычными. То, что нужно для Ведьмы из Диких земель. Эльфийка тоже села на траву, поправляя темный камзол ночного стражника. Он сидел на       ней очень хорошо и не привлекал много внимания. Она собралась с духом, делая глубокий вздох.       — Морриган, вы оборотень? — она как бы невзначай опустила руки, стараясь выглядеть расслабленной. Хотя общество этого человека хотелось бы переносить не в одиночку, несмотря на то, что Джей полностью доверяла новому советнику Инквизиции по вопросам магии.       — Что ж… — она была, кажется, больше позабавлена, чем удивлена. — Да, именно так. — Магесса скрестила руки на груди, — а с чего такие выводы и вопросы?       Джей снова глубоко вздохнула, делая взгляд непроницательным под нарастающим волнением.       — Я очень много узнала о Вашей матери… поэтому и решила… вдруг? — она все-таки отвела взгляд, но потом с новой уверенностью посмотрела на дочь великой ведьмы.       — Что ж, ваша правда, Миледи Инквизитор, — усмехнулась магесса, чуть сощуривая подозрительные теперь глаза, так, как будто открывшаяся маленькая правда ее нисколько не смутила и не взволновала, но все же, Джейр’ан знала, что смогла произвести впечатление и добиться нужного эффекта. — Да, но к чему этот разговор?       Эльфийка внезапно замялась. Она даже нервно дернула руками, складывая их замком на скрещенных коленях. Волнение, не иначе.       Ну же, соберись уже, тряпка!       — Дело в том… что у меня врожденный талант оборотня, — она говорила неуверенно. Пожалуй, весьма непривычно рассказывать такие личные вещи, о которых не знает даже Солас, видевший всю ее наготу и прочие непотребства, — но Хранительница моего клана не могла развить мои навыки, сама таким даром не обладая, — взволнованно выдохнула Джей. — В общем, после Конклава я должна была отправиться в другой клан, где Хранитель обучил бы меня этому, но, как видите , я тут, — белокурая нервно заерзала на месте, садясь поудобнее.       Морриган удивленно подняла брови, выглядя явно обескураженной и даже шокированной. Теперь уже она произвела на нее впечатление, а не наоборот.       — То есть, вы, Миледи Инквизитор, просите научить Вас? — на ее тонких, изящных губах заиграла кривоватая ухмылка.       — Да, — вздохнула Джей’ан, с ноткой надежды в голосе. — Тайно. Я не хочу, чтобы кто-либо знал — пусть это будет нашим секретом и преимуществом, — произнесла она, почувствовав подступивший к горлу комок.       — Безусловно, я помогу Вам! — ответила магесса, заподозрив, что в этой сделке она сможет найти выгоду и для себя. Ну и отлично.       — Тогда давайте посмотрим на что Вы способны, леди Лавеллан?

***

      Вскрикнув, она влетела в элувиан. Ее пронесло через пространство с невероятной скоростью, а затем она приземлилась на колени перед удивленными такому появлению Вестницы друзьями.       Воронья сущность растаяла, давая волю накопившейся боли и отчаянию.       Она схватилась за руку, накалившуюся добела, как металл при плавке… Дориан заскользил к ней, вставая на колени, Бык стоял чуть поодаль, наблюдая сверху за происходящим, и сейчас он покидал пост, чтоб направиться к ней. Коул же шел с явным беспокойством, словно сейчас заплачет — впрочем, как и всегда.       Глаза застилала пелена, перекрывая весь обзор. Теперь это было настолько больно, что заглушало даже окружающие вокруг ее голоса. Резковатый, но заботливый — явно Дориана. Тихий неуверенный шепот Коула-духа. Бас Быка. Но она не чувствовала их, не пыталась.       Ее руку саднило, и тут она увидела, почему — та часть руки, что была покрыта зеленоватыми линиями и светом остатков метки, превращалась в прах. Просто рассыпалась по ветру. Она закричала. Что есть мочи закричала от боли физической и душевной. А затем потеряла сознание.

***

      Каждую ночь она попадала в Тень.       Или наоборот.       Сложно сказать.       Все вокруг преображалось в дивное волшебство, чаруя и приказывая никогда не покидать это место. Оно завораживало, заманивая и увлекая вглубь, чтобы ни за что не оступиться и не вернуться назад. Это были дивные сны.       Сновидцы были лишены шанса не видеть снов. Тень становилась их ночным приютом, открывая все новые и новые возможности и опасности. Словно духи, из которых была соткана вся Тень.       «Тень материальна», — так сказал ей однажды Солас. Так говорила ей Хранительница клана. Так говорила ей ее наставница. Тень меняется и зависит от твоих желаний, чувств и мыслей. Как мягкая глина превращается в произведение искусства в руках мастера, так и Тень отображает сновидца.       И она жила Тенью, отдыхая в ней телом и душой. Пока не появился ФенʼХарел. Теперь Тень стала его логовом, в которое она попадала каждую ночь, стоило лишь темным ресницам опуститься, погружая во мрак серые уставшие глаза.       Теперь он следил за ней, постоянно находясь за ее спиной, сквозь нее проникая взглядом, ища тайны и загадки, на которые ему не давали ответов духи. Но она не замечала его. Он, видимо, считает себя слишком умным, думая, что его эльфийская девочка не знает, как он нарушает ее последнюю волю. Последовательно, каждую ночь. Но ей было все равно.       Она путешествовала, словно галла, бороздящая травяное море, она путешествовала по Тени, беседуя с духами. Мудрость, справедливость, вера. Они делились с ней знаниями, радостью, прося лишь крохи ее чувств, купаясь в ее счастье и любознательности. Они же сострадали ее печалям и переживаниям. Она все больше уходила в Тень, позволяя советникам и друзьям уходить из ее мира беспечным караваном.       И сейчас она скользила по руинам старой библиотеки, где обитала Имшариель. Она была духом мудрости, прекрасная и необычайно умная. Чаще говорила метафорами, чем словами, а иногда даже беседовала на эльфийском. Теперь уже регулярно.       Она сидела, листая книгу, точнее ее отражение Тенью. Лучи солнца играли на разрушенных полках, создавая иллюзию древнего мира. Дух обернулась, когда долийка провела рукой по сломанной деревянной полке, наблюдая, как Тень делает ее целостной вновь.       — Andarʼan atishan, dallen***, — она вспорхнула с камня, как-то слишком быстро очутившись около магессы. Сине-зеленые глазами смотрели особенно проницательно, считывая эмоции и чувства девушки, словно это была настоящая книга. Она положила призрачно-нежные ладони на ее плечи, а затем порывисто отстранилась.       — Он приходил сюда. Тебе надо проснуться, — Джей удивленно попятилась, приподняв и выставив перед собой руки. Конечно же, она все поняла, но мозг упорно не хотел слушаться.       — Почему? Тень еще не отпустила меня. — Дух переместился к дальней полке, выхватывая какую-то древнюю книгу, а затем вернулся назад. Имшариель сунула ее в руки, снова переместившись на то место, в котором находилась до прихода долийки.       Лавеллан опустила глаза, читая название книги.       «Elvhen»       И что бы это значило? Она раньше никогда не видела эту книгу, а когда она проснется, шанса увидеть ее больше не будет.       Долийка присела, опускаясь на пустую скамейку и подгибая колени. Тот постоянный взгляд, что преследовал ее, был где-то рядом, но Джей лишь устало выдохнула, отгоняя от себя мысли, и принялась читать, усердно переводя и вчитываясь в текст. Магия эльфов, действительно. Имшариель всегда знает, чем ее пробудить. Строки сплетались в тексты, тексты объясняли ей книгу.       Но последнее слово заставило ее отшвырнуть от себя предмет.       «Проснись!»