Я с тобой... II

(POV Михаил)       Было раннее утро. Я проснулся от звона будильника и констатировал факт, что Хлыст всю ночь пытался дозвониться до меня, но ему это не удалось, ибо телефон стоял на беззвучном режиме. Было шесть утра, когда Василий звонил в последний раз, а это было как раз полчаса назад. Я решил позвонить ему пока собирался на работу. Он ответил сразу, не заставляя меня долго ждать. Его голос был очень обеспокоенным. Он говорил о чём-то отвлечённом, долго извинялся передо мной за что-то, а потом сообщил то, ради чего, видимо, и пытался связаться со мной. — Алланита пропала, — сообщил мне Василий, после чего замолк, словно ждал моей реакции на его новость. — И что? Какое мне до неё дело? — безразлично спросил я, не надеясь на его ответ. — Она пару дней уже не появлялась у меня дома, хотя я не выгонял её. Я пытался до неё дозвониться, но она не отвечает на звонки. Вдруг с ней что-то случилось? Я чувствую себя виноватым в её исчезновении. Берг, помоги найти её. — Она пришла ко мне без приглашения, испортила наши отношения с Алланом, а теперь я должен вытягивать её из какой-нибудь передряги? Нет уж. Избавьте. — Берг, я прошу тебя просто помочь мне с поисками, а дальше я сам справлюсь, — умоляюще проговорил он, давя на жалость. — Пропал человек — обратись в полицию, а она для меня давно потеряла человечность. Теперь это скорее собака, чем человек, перебегающая на ту сторону, где, по её мнению, лучше. Она любитель ночных клубов и баров. Может быть, по ним и бродит, за зря прожигая деньги, — я сел на кровать рядом с Алланом и погладил его по волосам, вспоминая, наш недавний конфликт.       Во время моего дальнейшего разговора с Василием, Ал проснулся и обнял меня со спины, положив голову на плечо. Судя по всему, он понял, о чём мы говорили с Хлыстом, и шёпотом попросил помочь ему, щекоча своим дыханием мне ухо. Я посмотрел ему в глаза полные сочувствия и после недолгого раздумья всё же согласился помочь другу, взяв с него слово, что после её возвращения я больше о ней не услышу.       Мне пришлось отпроситься с работы ещё на один день, обещая, что сделаю всё необходимое позже. Меня предупредили, чтобы я не зачастил с отгулами, иначе пострадает моя зарплата, но отпустили под моё честное слово. Я хотел бросить затею с поиском заблудившейся девушки, чтобы побыть с Алланом, но в результате я потрачу драгоценное время на поиски человека, который мне противен. Отказаться я уже не мог. Ал нежно прижимался ко мне, не говоря ни слова. Мне не хотелось покидать его объятий, но пришлось. Он сам отпустил меня. Понимал ли он, что я чувствовал, выходя из дома? Скорее всего, да, но ничего не сказал, чтобы не задерживать меня. Если бы он сам попросил меня остаться, я бы всё бросил, но, не услышав от него желаемого, скрипя сердцем, я ушёл на поиски той, с которой не хотел иметь больше дела.       Василий встретил меня возле своего дома. Он нервно крутил в руке телефон и поглядывал по сторонам. Лишь завидев меня, он сразу же сорвался с места и быстрым шагом направился мне навстречу. Он рассказал, что успел обзвонить все возможные места, куда обычно могут попасть люди: больницы, полицейские участки и вытрезвители, но нигде об Алланите даже не слышали.       Мы решили разделиться и обыскать все ближайшие общественные места. Далеко уйти она не могла. Василий направился в парк, надеясь отыскать её спящей на одной из лавочек, и заодно поспрашивать о ней у людей, а я же, прекрасно зная её натуру, пошёл искать её по барам и иным забегаловкам. Периодически звоня Василию, я спрашивал его об успехах, но он сообщал мне всё время одно и то же, что ещё её не нашёл. Я в то же время, равно как и он, не мог её найти. Я обошёл около десятка заведений, пока не начали появляться первые признаки того, что я иду по верному следу. Когда я в очередной раз описал внешность Алланиты, молодой бармен подтвердил, что видел похожую девушку. Ему особенно хорошо запомнилось то, как она упрашивала его разрешить ей остаться в баре на ночь, но он отказал, а затем её вывел охранник. Больше со вчерашнего вечера он её не видел.       Поблагодарив парня за помощь, я вышел на улицу и подумал, где она могла провести ночь. До самого утра лил дождь, и вряд ли она смогла бы уснуть где-нибудь на улице. В итоге, я отправился в ночной клуб. К этому времени, я уже начал порядком злиться на девушку, но сдерживался, чтобы не сказать вслух всё, что я о ней думал в тот момент. На входе в клуб меня остановил охранник, постучав по своим наручным часам, мол, клуб ещё закрыт. Но я уверил его, что пришёл по другому поводу. Выслушав меня о девушке, он потупил взгляд в пол и попросил меня подождать его у входа, а сам вошёл в здание. Ждать его долго не пришлось. Он махнул мне рукой, дав знак, чтобы я шёл за ним.       В зале было темно и пусто. С импровизированной сцены был слышен перебор на акустической гитаре какой-то знакомой мелодии. Охранник отвёл меня к администратору и оставил нас наедине. Я вкратце пояснил цель моего визита и вновь описал внешность той, которую я надеялся найти у них в заведении. Мужчина сказал, что ночью видел похожую девушку в толпе, но куда она делась — он не знал. Когда я извинился за отнятое у него время и собрался уходить, он остановил меня и попросил следовать за ним. Мы вышли из его кабинета в зал и, пройдя в зону, где стояли столики, окружённые диванчиками, остановились у одного из них. Он указал рукой в тёмный угол и спросил, ни её ли я ищу. Каково же было моё удивление, когда я увидел мирно спящую Вику. — Что ты здесь делаешь в такое время? — недоумевая, спросил я, разбудив её, и, посадив на диванчике. — Я тут отдыхаю, — заплетающимся спросонья языком, ответила она, пытаясь открыть глаза и сфокусировать на мне взгляд. — А тебе разве не надо на учёбу сегодня? Ты опоздаешь, если не поторопишься. — Я не пойду. Не смогу. Ноги не двигаются. — Всё ты сможешь. Вика, очнись, — похлопал я её по щекам, пытаясь привести в чувство. Она ещё некоторое время что-то бубнила себе под нос, а когда свела оба глаза у меня на переносице, тихонько вздрогнула и боязливо прошептала моё имя. Судя по её реакции, она пришла в себя. Это говорило о том, что дальнейший с ней диалог, наконец, стал возможен. Она не заставила себя ждать и выложила всё, как на духу. Её продолжительный рассказ прервал голос администратора. — Не хотите ли взглянуть ещё на пару тел? — с издёвкой, изобразив любезность, спросил мужчина, указывая рукой на другие диванчики. — С удовольствием, — ответил я, подмечая для себя, что ещё не всё потеряно, и у меня есть шанс найти Алланиту. Мужчина показал мне ещё несколько человек, но они не были мне знакомы. — А что у вас делает столько человек в зале после закрытия? Разве вы не должны их выгонять? — Выгонять? Как так можно? Это же жестоко по отношению к ним. Если мы их выгоним, то, по всей вероятности, они больше к нам не придут. А это потеря клиентов в чистом виде. То, что делают в других клубах, меня не волнует. Я делаю так, как пожелаю нужным. Эти люди мирно спят. Разве можно их бесцеремонно будить? Когда придёт время, они сами проснутся и уйдут. — Интересная у вас политика. — Весьма прибыльная я скажу. Вот, поглядите, здесь ещё одна завалялась.       Я посмотрел на очередного спящего и почувствовал небывалое облегчение, когда, наконец, узнал Алланиту. — Она та самая, которую я ищу. Спасибо вам, — поблагодарил я мужчину, на что он помахал рукой, мол, ничего особенного он не сделал, чтобы заслужить моей благодарности. — Удачи вам. Дверь открыта. Когда будете готовы, можете уйти в любой момент, — проговорил он, удаляясь от нас. Я проводил его взглядом, а потом посмотрел на бренное тело девушки и потряс её за плечо. Она с трудом открыла глаза и медленно перевела на меня туманный взгляд. Вика, стоя за моей спиной, сказала, что может помочь её поднять, если нужно. Но её помощь мне не потребовалась. Алланита, узнав меня, сама подскочила с диванчика и повисла у меня на шее. — Ты пришёл за мной, — всхлипывая, произнесла она дрожащим голосом. — Не по своей воле, — расцепив её руки, освободился я. Меньше всего мне хотелось, чтобы она прикасалась ко мне. Оказавшись без поддержки, она покачнулась на ватных ногах и шлёпнулась на диванчик. — Что-то мне нехорошо, — держась за голову, проговорила она. Я решил сразу позвонить Василию и сообщить о находке. Узнав, мои координаты, он пообещал в скором времени прийти к нам. Долго ждать, правда, не пришлось. Он пришёл, но не один. Рядом с ним был Аллан. — Что ты здесь делаешь? — спросил я у него, совершенно не ожидав его появления. — Это я взял его с собой на поиски, — вступился Василий, но Аллану тоже было, что мне рассказать. — Это я позвонил ему и попросил взять с собой. Я чувствовал свою вину в случившемся и не мог сидеть, сложа руки, — виновато опустив глаза, объяснил Аллан. — Лан, здесь нет твоей вины. Уж кто здесь виноват, так это она, — указав рукой на пьяную девушку, — из-за неё одни проблемы.       В этот момент со сцены прекратила звучать мелодия, и я обернулся, посмотреть на исполнителя. Я был в смятении. Гнев, который я испытывал к девушке, мгновенно погас, когда я встретился взглядом с парнем, сидящем на краю сцены. Он нервно смотрел на нас, не в силах сдвинуться с места. Мне стало понятно, почему его мелодия показалась мне знакомой. Когда мы с Алланом были в кафе, он под эту же мелодию пел о неразделённой любви. Не видя в нём помехи, я отвернулся от него и вернулся к основной проблеме дня.       Среди нас повисло неловкое молчание. Было так тихо, что я услышал удаляющиеся спешные шаги Доркса. Мы все смотрели на Алланиту и не знали что сказать, а она поглядывала на Вику и, щурясь, пыталась её рассмотреть. — Давай… — одновременно проговорили Аллан и Василий, но продолжил свою речь только Ал, — поможем ей добраться до дома Василия. — Я не возьмусь за это дело, — наотрез отказался я от этой затеи. — Тогда я сам доведу её, — возразил Ал и потянулся к девушке руками, чтобы поднять её с диванчика, но я остановил его, не дав даже прикоснуться к ней. После чего поставил её на ноги и забросил на плечо, как мешок с картошкой. — Я сам.       Из клуба мы вышли все вместе. Хлыст шёл впереди, Вика справа, а Аллан плёлся чуть позади меня. Я изредка поглядывал на него, чтобы удостовериться в его присутствии. Проспиртованное тело заняло самую шикарную позицию. Девушка за всю дорогу даже не шелохнулась. Прохожие косо смотрели на нас, но ничего не говорили. Если задуматься, то вся наша процессия выглядела весьма подозрительно, но нас это мало волновало. Больший интерес для меня представляло то, когда я, наконец, смогу избавиться от девушки, чтобы никогда её больше не увидеть.       Вскоре мы дошли до дома Хлестакевича, и я приготовился попрощаться со своей ношей, пытаясь передать её Васе, но она накрепко вцепилась в меня. Аллан слегка насупился, подошёл поближе и пощекотал её. Разжав объятия, она выпустила меня из рук и сцапала Васю за шею. Тот чуть не задохнулся, но смог слегка ослабить её хватку. Алланита спала крепким сном. Можно было подумать, что ей снится плюшевый мишка, раз она так рвётся что-нибудь обнять во сне. — Ну, и что мне теперь с ней делать в таком состоянии? — спросил Хлыст. - Что хочешь, то и делай. Меня это никак не касается, — ответил я, совершенно не собираясь больше вмешиваться в это дело. — А, может быть, всё же просто дадите ей проспаться и спокойно уйти? — спросил Аллан, явно беспокоясь об этой бесстыжей девке. — Успокойся, Лан, он ничего с ней не сделает. Я образно выразился, — уверил я, но, судя по его взгляду, мне он не поверил. — Судя по твоей интонации, ты говорил серьезно. Поэтому давай заберем её к себе. У нас она проспится и потом поедет домой, — предложил он, отчего меня аж в дрожь кинуло. — А ты уверен, что всё будет так, как ты говоришь? Вдруг она захочет остаться? Или вновь попытается нас поссорить? А она обязательно попытается, уж поверь. Я уверен в том, что она будет приставать ко мне по старой памяти. Что тогда ты на это скажешь? — раздражённо объяснил я ему, пытаясь достучаться до его здравого рассудка, но, как я понял, мои слова на него нисколько не повлияли. — Я думаю, такого не случится. — Ты слишком хорошего мнения о ней, Лан. Не верь ей. И тебе лучше не иметь с ней никакого дела, ибо жди бед. Ты слишком наивен. Этой собаке спину лучше не показывать — укусит. — Ты всё ещё хочешь её взять, даже не смотря на предостережения Берга? — переспросил Василий. — Да, — не смело проговорил Аллан.       У меня закончились все доводы против этой затеи, и мне ничего больше не оставалось сделать, как согласиться с Алланом и взвалить бренное тело обратно себе на плечо. В этот раз я точно знал, что это не принесёт ничего хорошего. Но раз Аллан настоял на своём, то так тому и быть. Я начал задумываться, что его мягкосердечность когда-нибудь его погубит. Мне же остаётся только наблюдать за ним, чтобы он не влез в какую-нибудь передрягу из-за своей гуманности ко всему живому.