Я с тобой... II

(POV Аллан)       Пока я ехал в такси, мой мозг пытался выстроить различные логические цепочки по поводу того, с чем мне пришлось столкнуться. Единственная более-менее приемлемая мысль была о том, что Вильгельм Волкер отец Михаила, а Матвей его брат. В тот момент меня осенило, почему я ощущал некоторую лёгкость вперемешку со смущением во время общения с этими людьми. Я вдруг понял, что Матвей и Михаил похожи как две капли воды, с тем лишь отличием, что Матвей был весьма моложе. Моя истосковавшаяся душа тянулась к Матвею, словно чувствуя его родственность к моему любимому, и, как оказалось, недаром.       Я был в таком недоумении, что даже не обратил внимания на водителя, который оповестил меня о приезде в пункт назначения. Через некоторое время ему удалось докричаться до меня, и лишь тогда я вышел из авто, попросив у него прощения за свою невнимательность. Прохладный воздух, коснувшись моей кожи, взбодрил меня, и я поймал себя на мысли, что ничего плохого не случилось, даже если я и взаправду встретился с роднёй Михаила. Интересней всего стало увидеть реакцию самого Михаила на моих новых знакомых. Судя по всему, он давно не поддерживал с ними связи, да, и никогда не посвящал меня в подробности. Я знаю лишь то, что отец ушёл из их семьи, когда Михаилу было десять лет, а это значит, что Матвею должно было быть около двух лет. Имеет ли смысл думать о том, что младший брат стал причиной размолвки в первой семье? Является ли тайное имя Матвея отсылкой к тому, что он частично отравил чью-то жизнь? Вероятно, правда всплыла наружу и отец просто не смог остаться в прежней семье. Всё же он виноват в том, что предал свою семью. И я не думаю, что Михаилу было бы приятно увидеться с этим предателем. Но при этом он никогда не говорил о том, что у него есть младший брат. Возможно, он просто не считает его братом, а, может быть, даже не знает о его существовании.       Когда я открыл дверь, в квартире уже горел свет. Все источники света были задействованы в полуночной иллюминации, что наводило на мысль о желании хозяина дома уничтожить всю тьму в его владениях. Дядю я нашёл на кухне с бутылкой едва не допитого насыщенно янтарного напитка. В воздухе витал горьковатый запах алкоголя, отчего с непривычки начало свербеть в носу. Я не выдержал, и, сдавшись под напором естественного рефлекса, громко чихнул, разбудив при этом, до этого мирно спящего на столе, дядю. Он резко поднял голову и испуганно огляделся по сторонам. Обнаружив меня неподалёку от стола, растянулся в приветливой улыбке и указал на соседний стул, чтобы я сел рядом с ним. Он не стал дожидаться, пока я начну его о чём-либо спрашивать, и сам завёл свой рассказ со слов: «Ты не поверишь». — Прошлым вечером, когда я возвращался домой с работы, на стоянке на меня напали люди и, накинув тёмный мешок на голову, запихнули в машину. Ехали мы долго, и когда машина, наконец, остановилась, меня выволокли под руки на улицу и завели в какое-то здание. Сквозь тряпичный мешок я еле мог что-либо разглядеть, поэтому не знаю, куда конкретно меня тащили в тот момент, — дядя то и дело останавливался, чтобы отдышаться и собраться с мыслями, а я же просто впал в ступор, слушая его рассказ. — Потом меня посадили на стул и привязали руки к его спинке. После этого с меня сняли злополучный мешок, и я смог осмотреться. Внимание сразу же привлёк парень, стоявший передо мной со скрещенными на груди руками. Он смотрел на меня поверх круглых очков не то с изумлением, не то с отвращением, и молчал. Его губы скривились в сардонической улыбке, но потом он глубоко вздохнул, изобразив великую удручённость, и прикрыл ладонью лицо. «Это что?! — громко спросил он у тех, кто привёл меня. — Разве я непонятно объяснил, кого я хотел увидеть здесь на этом стуле? Да, я согласен, этот человек похож на того, кто мне нужен, но я просил доставить мне оригинал! Думаете, кто-то клюнет на подделку?» Тот парень чуть не разнес в гневе полкомнаты, швыряя различный хлам в стены, долго орал на всех, причитал и бранился, но, видимо, через некоторое время устал и, мгновенно успокоившись, вежливо попросил у меня прощения за доставленные неудобства во время, произошедшего по вине его друзей, недоразумения. После этого он приказал вернуть меня на то место, где они меня схватили и привезти того, кого нужно. Меня также попросили забыть обо всём раз и навсегда. Парень говорил очень убедительно в окружении похитителей, поэтому мне ничего не оставалось, как согласиться. Они и, правда, вернули меня на то самое место на стоянке и быстро скрылись из виду. Вот только я потерялся во времени и не могу понять, сколько меня не было дома. Поэтому прости, что заставил тебя лишний раз волноваться.       Немножко прейдя в себя, я стал допытываться у дяди, как конкретно выглядел тот парень, что хочет заполучить «оригинал», но опьянение полностью связало ему язык. Всё, что ему удалось сказать, это было: кудрявый, высокий, в чёрном плаще и круглых затемнённых очках. Перед глазами мгновенно появился образ Германа. Всё, что рассказал мне дядя Ян, говорило только о том, что этот мерзкий человек хочет заполучить меня, но его цели были недоступны для моего понимания. В конце концов, всё сводилось к мести Михаилу, и Герман выбрал самый гнусный способ — добраться до близких людей своей жертвы.       Я помог дяде добраться до спальни и укрыл его одеялом, а сам же вернулся на кухню, чтобы немного поразмыслить над сложившейся ситуацией. Я был полностью потерян и измотан. Помощи ждать было не от кого, да и сам я вряд ли смог бы справиться с Германом и его шайкой. Мне оставалось только два варианта: вечно скрываться от него или попасться.       Из раздумий меня вернул в реальность звонок в дверь. Для меня показалось странным, что кто-то решил наведаться к нам в гости в столь поздний час, но, не смотря на это, всё же решил посмотреть на этого человека. Не издавая лишнего шума, я подошёл на цыпочках вплотную к двери и прильнул к дверному глазку. За дверью было темно, но, даже не видя, я явно слышал чьё-то глубокое, но при этом спокойное дыхание. Через пару минут, не дождавшись от меня ответа, гость вновь решил позвонить в дверь, и тем самым заставил сработать чувствительный к резким звукам подъездный фонарь. Разглядев человека, я на миг опешил, из-за чего рука, лежавшая на рукоятке дверного замка, предательски дёрнулась, отперев тем самым дверь. Гость не стал дожидаться особого приглашения и сам вошёл в дом. — Как? — смог я проговорить, смотря на гостя, вытаращившего на меня глаза, который так же не был готов к нашей встрече. Последнее, о чём я подумал, было: «Судьба странная штука. Не знаешь, когда она сведёт тебя с теми, кого меньше всего хотел увидеть».