Mint ice-cream

- Юнги, я дома! Чуть не выронив противень с курицей, Юнги спешит в коридор. Намджун улыбается - хороший знак; встав по привычке на мысочки, Юнги целует в щёку, легко касается губ. - Ты в хорошем настроении? Тэхена забрали обратно на Плутон? Намджун, смеясь, вешает куртку на крючок, привлекает Юнги ближе, целуя за ушком. - Было бы неплохо, но нет. Премию дали, теперь сможем купить тот домашний кинотеатр! Круто же, скажи? Мягко улыбаясь, Юнги соглашается, решая про себя отложить эти деньги до лучших времен: 72-дюймовый Самсунг послужит ещё не один год. - Ну, считай, я - телепат, как знал прямо. Запёк твою любимую курочку и даже есть, чем отметить. - Шутишь? Посреди недели? Тебе что, тоже премия перепала или в стране, наконец, официально запретили эгьё? Юнги отталкивает Намджуна и, показательно дуясь, велит мыть руки и переодеваться в домашнее. *** За ужином, приправленным острыми шутками и специями, Намджун делится произошедшим за день; после третьей рюмки он заметно мягчает, становится похожим на большого кота, на пластилин - лепи, что хочешь. Юнги увлекает на диван, фоном включает какую-то комедию на SBS, уклоняется от недвусмысленных предложений, уворачивается от настойчивых губ. Намджун немного озадачен, но ещё не напуган, он ловит тонкое бледное запястье. - Что? - Мне... Я хотел... Нам надо поговорить. Намджун застывает, вглядываясь в лицо Юнги, но смотрит будто сквозь. Вот теперь страшно. - О чём? - О нас. - Ты встретил кого-то? - Нет... - Изменил? - Нет!.. - Хочешь уйти? - Намджун! Юнги переводит дух, потирает лицо ладонями. Намджун рядом стремительно трезвеет и хочет не приходить сегодня домой. - Только ты сначала выслушай, а потом будешь кричать, хорошо? - Я буду кричать? - Возможно. Встав с дивана и походив немного, Юнги садится обратно. - Ты же знаешь, я очень тебя люблю... - О, господи... - Намджун, ну послушай. Никуда я не ухожу, никого не встретил, ни с кем не спал у тебя за спиной, - Юнги кладёт ладони на его колено, поджимая одну ногу под себя. - Серьёзно? Ты думаешь, я бы мог так? После этих всех лет? - Мне не нравится этот разговор, совсем, - Намджун напоминает надувшегося ребёнка и Юнги невольно улыбается. - Я тебя люблю. Я люблю жить с тобой, отдыхать. Но... Скажи, тебя абсолютно всё устраивает в наших отношениях? Тебе не хотелось бы... Ну, я не знаю... Помнишь какие искры между нами летали ещё пару лет назад? - Ты на что намекаешь? - Намджун отсаживается чуть дальше и щурит глаза. - Хочешь сказать, что пропала страсть? - Да! - Юнги, ты понимаешь, что ты говоришь? - Несомненно, - после секундной заминки. - Ну, Джун, подумай сам. Есть хоть что-то, чего мы за эти годы не пробовали в постели? Неужели тебе самому не хочется как-то освежить, испытать новые чувства? Подожди, нет, я не говорю, что у нас что-то плохо, я как с первого раза считал, что ты - мой идеальный мужчина, так и считаю, - Юнги снова двигается к Намджуну, заглядывает в глаза. - Просто... Мы как пони в манеже. По кругу. Я говорю это только потому, что не хочу притворяться или скрывать от тебя что-то. Мне хочется новых ощущений, для нас обоих. В полной тишине Юнги кажется, что он слышит, как отчаянно крутятся шестерёнки в голове Намджуна. - Окей, и что ты предлагаешь? - Значит, ты со мной согласен? - Ну, как тебе сказать... Ты мне не прямым текстом, но заявляешь, что я тебя не удовлетворяю и что тебе скучно, - хмыкает Намджун. - Как с таким не согласиться-то? - Господи, ну я же не говорил такого! Я... Ты понимаешь, о чём я, ты всегда понимаешь. Тяжело вздохнув, теперь Намджун поднимается и меряет гостиную шагами. Юнги уже готов сдаться на третьем круге, отказаться от затеи, вот только сказанных слов назад не возьмешь. - Допустим, - нарушает молчание Намджун. - Допустим, я в последнее время тоже думал о том, что хорошо бы как-то разнообразить, - Юнги подаётся вперёд и Намджун ловит его блестящий взгляд. - Но в первую очередь я хотел порадовать тебя. Меня, в принципе, всё устраивает. - В принципе. Джун... - Ну, хорошо, хорошо, - он садится рядом. - Возможно раньше и было больше... этих искр и всего такого. Но мы же пять лет вместе, это естественно, что немного эмоции притупляются. - Вот именно, - Юнги берёт его за руку. - Именно поэтому нам надо что-то, что заточит их снова. - Говори уже, у меня от нервов голова начинает болеть. - Коньячку? - Юнги. - Ладно. Но не говори нет сразу, подумай, - Юнги делает глубокий вдох, как перед нырком. - Я подумал о сексе втроём. - Нет. - Ну, Намджун! - Ты с ума сошёл? Игрушки и людные места - это одно! Но трахаться с кем-то... Совсем охуел? Намджун злится и отпихивает Юнги слишком сильно, так, что тот почти валится спиной на диван, но успевает схватить за рукав и даже удержать. - Представь, - начинает он томным голосом, успокаивая собственную панику внутри. - Ты же любишь смотреть как я ласкаю себя, как резиновый член входит в меня... - ... так то резиновый... - ... как моя дырочка натягивается вокруг него. Ты любишь это. А теперь представь, что это настоящий член, другое тело, которое ты сможешь в этот же момент трахать, а смотреть уже буду я. Невидящим взглядом Намджун застывает где-то между телевизором и плакатом на стене; от голоса Юнги, от картинок в голове, от выпитого, пусть уже и выветрившегося из головы алкоголя, член дёргается и упирается в ширинку. - Мы же сможем остановиться в любой момент, никто никому ничего не должен. - И кто, ты хочешь, чтобы это был? - чуть севшим голосом спрашивает Намджун. - Если Чонгук, то просто нет, сразу. - Да какой Чонгук, ты чего? Это будет парень... со стороны. Юнги кусает губы, расплывающиеся в улыбке, потому что чувствует, что Намджун уже почти согласен. Почти. - С какой стороны? Ты уже нашел кого-то? Юнги молча встаёт и приносит газету из кухни. - А если это женщина? - Намджун перечитывает снова и снова, как ещё утром делал Юнги. - Какая-нибудь шлюха размалёванная. - Я тоже так подумал сначала. Поэтому позвонил. Это он. - Юнги... - И договорился на пятницу. Намджун стонет раненым зверем и откидывается на спинку дивана. В ожидании вердикта Юнги ковыряет дырку на коленке. - И что он ответил? Он актив или пассив? - Эм... Я не спросил. - А лет сколько? - Тоже не... - Может он больной? Юнги замирает: по голосу ничего такого за Хосоком он не заметил, но как мог - это всего лишь голос, приятный мужской голос. Он был так растерян и напуган своей же смелостью, что не спросил базовых вещей. - Ну, мы можем позвонить ещё раз и уточнить... - Ты же уже договорился. Даже не спросив меня. - Не совсем, мы договорились, что я позвоню, если всё в силе, а не то что уже точно. - Ты меня поражаешь, - Намджун, повернув голову, всё также покоящуюся на спинке дивана, смотрит спокойно, даже где-то ласково. - То "Я не могу купить эту штуку сам, стыдно же", то звонишь незнакомому человеку, приглашая на секс втроём. Кто ты? Куда дел моего Юнги? Подкравшись, Юнги уютно устроился на любимых коленях, пригрелся котёнком на груди. - Я хочу это попробовать. Не потому что тебя не хватает, а потому, чтобы не искали на стороне, замалчивая проблемы, зачатки проблем. Пусть лучше открыто, на глазах друг друга. Я знаю, что люблю только тебя, что ты любишь меня, это ничего не изменит между нами. Понимаешь? Глубокий вздох и поцелуй в макушку, Намджун задержался губами и кончиком носа в тёплых, пахнущих апельсином волосах. - Позвоним ему завтра. Пусть готовит справку от венеролога.