Как сбежать из дома и случайно наладить личную жизнь.

Встречу им назначает Сокджин. Чимину откровенно лень куда-то идти, и он ноет минут пятнадцать, падая носом в подушку. Пытается разжалобить Юнги, который уже влез в джинсы, накинул толстовку и нацепил на голову кепку. - Пак Чимин, хватит вести себя как ленивая жопа, - говорит он и от всей души шлёпает его по вышеозначенной части тела. Чимин ойкает и морщится недовольно, что-то бурчит в подушку о том, что старшие вообще обнаглели и только издеваются над беззащитными тонсенами. Юнги на это усмехается и хватает его за щиколотки. Чимин возмущённо вопит, пытается его лягнуть от души, но в итоге терпит поражение, оказываясь на полу с прижатыми вдоль тела руками. Юнги сидит на нём с видом триумфатора, будто не парня своего на лопатки уложил, а выиграл великую битву какую. - Ты не Дюймовочка, хён, - напоминает Чимин, пытаясь освободить руки. - Не жалуйся. Зато весь твой, - хмыкает тот, наклоняется и долго целует податливо приоткрывшиеся навстречу губы. - Ну что, будешь ещё вредничать? Или уже соберёшься и пойдёшь на встречу к любимому хёну, как послушный мальчик? - Любимый хён сейчас сидит на мне верхом, мне нет нужды куда-то идти, - парирует Чимин, пряча лукавый блеск в глазах за чуть дрогнувшими ресницами. - Дешёвая лесть, Чимин-и, - тянет Юнги. - Вообще-то обыкновенная правда, недоверчивый ты мой. Юнги делает самое непрошибаемое лицо и скатывается с Чимина, позволяя тому встать. Раунд остаётся за младшим. Он знает, что сейчас Мин больше всего на свете хочет закрыть его в этой комнате и заставить ещё раз сто повторить, кто тут любимый хён. Для закрепления результата он может делать это, связав Чимина поясом от халата. Но Сокджин позвал встретиться. А Сокджин уже почти лучший друг для Юнги, потому что такой же нудный порой и заумный, как Намджун. И вообще, по его мнению их двоих давно пора познакомить, чтобы они наслаждались обществом друг друга и тупостью окружающего мира - вместе. Чимина забавит отношение Юнги к Сокджину. Чимина, если честно, вообще многое в Юнги забавит. А ещё он от него откровенно без ума. Но признаваться в таком нет ни малейшего желания. Во-первых, потому что он не глупая назойливая девчонка. А, во-вторых, Юнги и так всё знает. Слышит это каждую ночь, когда Чимин оказывается под ним, дрожащий от восторга и возбуждения. Хорошо, иногда внутренняя девочка Чимина просыпается и позволяет ему изливать Юнги душу. Исключительно в момент экстаза и в качестве благодарности за оный. Они всё же добираются до кофейни, где Сокджин назначил им встречу. Тот смотрит на них скептически, даже уже не возмущаясь по поводу опоздания. - У меня чувство, что вы решили, будто я зову вас на свидание, - говорит он. - Почему, хён? - интересуется Чимин, усаживаясь напротив Юнги. - Потому что приличная девушка всегда опаздывает, - ехидничает тот. - Я могу смело назначать встречу и приходить через час. И не ошибусь. - Мы выбирали Юнги-хёну кепку. - Ага. Пока кое-кто ныл, что он слишком энергосберегающий сегодня, чтобы куда-то идти, - без зазрений совести сдаёт младшего Юнги. - Я тебе припомню... - А ещё, Джин-хён, - Юнги смотрит на Чимина хитро, а потом переводит взгляд на Сокджина. - Чимин сказал, что я его самый любимый хён. - Ну всё, мелкий, не жить тебе. Жди ночью, буду рубить в капусту, - грозится Сокджин и качает головой, посмеиваясь. - Спасибо, что предупредил. Я спрячусь под Юнги, - Чимин фыркает и показывает язык своему парню. На самом деле он ценит, что между ними такая непринуждённая атмосфера. Что хёны в итоге стали хорошими друзьями и не пытаются поделить его между собой. Это очень здорово, потому что именно такого, кажется, Чимину не хватало. Без Тэхёна, который свалил на половину лета куда-то с родными, было скучно. Но скука была скорее чем-то фоновым, больше похожим на тоску по близкому другу, который часто творил какую-то поебень и страшно этим раздражал. И веселил. Без него было немного непривычно. Но теперь был Юнги, который занимал в его жизни особенное место. И больший процент времени, соответственно. - Твою мать, - говорит Сокджин. Чимин удивлённо смотрит на него, прослеживает направление взгляда старшего и солидарно материться шёпотом. - Привет, Джин-хён! Чимин-хён! - Чонгук, вымахавший, кажется, ещё сильнее, приземляется на соседний с чиминовым стул. - А чего это вы тут, а меня даже не позвали? Юнги Чонгук замечает в последнюю очередь, кажется. Здоровается вскользь, от чего Чимин мысленно закатывает глаза. В этом весь их мелкий Чон, честное слово. - Кстати, хён, - Чонгук продолжает вести себя как маленькое мудачьё, и Чимину уже хочется воткнуть ему в глаз десертную вилку, потому что он вот прям копчиком чувствует, что тот сейчас скажет какую-нибудь фееричную хуйню. Чонгук не подводит. Закидывает руку на спинку стула Чимина, чуть наклоняется к нему и спрашивает с нахальной ухмылкой: - Ну так как насчёт секса сегодня? Над их столиком повисает скорбное молчание. Каждый скорбит по чему-то своему. Например, Чимин - по собственной нервной системе, которая у него совсем не железная. Он уходит в глубокий фэйспалм и тянет тихое и очень мелодичное «бляяаааааа», пока Юнги взглядом убивает сначала его, потом Чонгука, а потом не вовремя подвернувшегося под руку официанта. Сокджин храбро остаётся сидеть на месте, Чимин за это ему бесконечно благодарен. - Джин-хён, ты ему не сказал, да? - Говорил, но, кажется, Чонгук решил, что я так шучу. Мелкий только сейчас понимает, что, кажется, крупно накосячил. Но не понимает чем и как. - Гукки, - ласково говорит Чимин, протягивает руку к Юнги и накрывает его сжатые в кулак пальцы. - Познакомься. Это мой парень. Мин Юнги. - Блядь, - красочно описывает ситуацию Чонгук и бледнеет, становясь цветом почти как идеально выстиранный фартук всё того же многострадального официанта. Юнги, что удивительно, тут же успокаивается. Криво усмехается и расслабляется, переплетая их с Чимином пальцы. Хорошо, значит буря миновала. Все украдкой выдыхают. Все, кроме Чона, который сидит, словно кролик перед удавом, который вот-вот разинет пасть и проглотит его живьём. - Хён, я... - Да расслабься, малец, - Юнги улыбается, видя растерянность и испуг в чужих глазах. - Всё нормально. Нормально, как же... Юнги ему припоминает этот инцидент, когда они уже вечером возвращаются домой. Он просто зажимает Чимина в узком переулке между их и соседним домом и долго жадно целует, словно предъявляя на Чимина права. Тот понимает, что весь вечер эта ревность, которую на него сейчас выплёскивают столь оригинальным образом, копилась в Юнги, нарастала, словно снежный ком. И Чимин не против, что тот выбрал такую вот оригинальную месть. - Губы болеть будут, - тихо шепчет он, когда Юнги отстраняется. Пальцами скользит по чужой шее, прижимается ближе. - Скажи спасибо, что не та штука, что чуть пониже спины, - хрипло шепчет Юнги. Успокаивается теперь совершенно точно. - Спасибо, Юнги-хён, - послушно говорит Чимин и тихо смеётся. Он потом обязательно расскажет и про то, что Чонгук на самом деле вовсе не конкурент его странному хёну. Господи, да кто же вообще сможет соперничать с потрясающим Мин Юнги?! И про странные отношения их младшего с Тэхёном (вечный лав/хейт, такой искренний и искрящийся от напряжения). И про то, что самому Чимину абсолютно всё равно, кто и что к нему испытывает, пока его любит Юнги. Но это будет потом, дома, когда они устроятся вместе на любимом диване в обнимку. А сейчас можно ещё немного насладиться чужой ревностью и горящим страстью взглядом. Чимин улыбается и снова притягивает Юнги для поцелуя.