You are my weakness

Длинная ночь проходит тихо, и я всё ещё не в себе после пьянки накануне. Но смена скоро закончится и я, наконец, смогу вернуться домой. В окно кабинета бесшумно проникает солнечный луч. Рассвет. Оранжевый свет преломляется на зданиях в центре, придавая городу чарующий вид. Открываю жалюзи и на мгновение теряюсь в этом умопомрачительном пейзаже. — Вот последние карточки, Кларк, — говорит Джексон, открывая дверь. — Я действительно устала сегодня, — поворачиваясь, с легкой улыбкой говорю я. — Я тоже не могу дождаться, когда пойду спать. — Нас двое. После нескольких минут молчания, созерцая комнату, которая постепенно окрашивается в огненный цвет, в чём заслуга утреннего солнца, Джексон принимает серьезный вид и спрашивает. — Как ты себя чувствуешь, Кларк? После того случая ночью в скорой, я был бы, наверняка, в шоке! — Я в порядке. Думаю, это больше травмировало очевидцев проишествия, чем меня. Я на самом деле не подозревала ни о чем. Когда я повернулась, мужчина уже был на полу, и я видела только Лексу. Джексон кивает, и я понимаю, что назвала её Лексой перед своим коллегой, от чьего взгляда это не ускользнуло. — Лекса? Он подчеркивает это с насмешливой улыбкой. И как мне теперь выкручиваться? — Да, вот… так она себя называет… К счастью, он больше ничего не спрашивает, а я ничего не собираюсь добавлять. Наконец, смена закончилась. Пора домой.

***

Лексе было немного больно из-за драки с Роаном. Она почти не сомкнула глаз, и, наконец, немного от скуки и немного от раздражительности, которая растет в ней от мысли об этом ублюдке, она решает одеться и пойти на пробежку. Солнце только взошло, и, выйдя из дома, она тут же окунается в этот теплый и обволакивающий свет. С наушниками в ушах и без точного направления начинает бежать. В определенный момент она поняла, что находится в районе Кларк — она даже не заметила, что пробежала уже более пяти километров. Ей в голову пришла хорошая идея, и она решила её реализовать, перед тем как побежать обратно.

***

Наконец-то дома! Останавливаю машину на подъездной дорожке и бегу к крыльцу. Что-то привлекает мое внимание. Перед дверью букет цветов, букет желтых ирисов, сладко пахнущих на всё крыльцо. В записке знакомым мне почерком написано: «Надеюсь, тебе понравится, целую. Л.» Вздрагиваю и смотрю вокруг, чтобы увидеть её. Если она их принесла, то должна быть где-то рядом, но я никого не вижу. Прижимаю букет к груди и нюхаю с радостной улыбкой. Она не здесь… но от мысли, что она сделала меня счастливой, просто давая понять, что думала обо мне, так сладко. Захожу домой и ставлю цветы в вазу на столе в гостиной, они действительно прекрасны. Перевожу дыхание, только сейчас понимая, что мне его не хватало. Звоню ей. Гудки — это сладкая пытка. И, наконец, после третьего она отвечает: — Слушаю, — её голос удивленный. — Доброе утро, прелесть, — и учитывая её нежные утренние мысли, это прозвище, казалось, наиболее подходящим в этот момент. — Доброе утро, красавица, — легко отвечает, и моя улыбка на лице становится шире. — За что этот красивый букет около моей двери? — Тебе понравилось? — Они великолепны…как ты… — смущаясь, заключаю я. — Знаешь, я была рядом и хотела пожелать тебе доброго утра. — Это было очень мило, спасибо. — Это было приятно. — Сейчас я иду спать… просто хотела тебя услышать и поблагодарить. — Мы скоро поговорим. Отдыхай, Кларк. — Немного позже… хорошего дня, Лекса. Кладу трубку и с сонными глазами прыгаю в постель, и мгновенно проваливаюсь в сон.

***

Лекса приходит в зал со счастливой улыбкой на лице, которую уже никто давно не видел. Как всегда утром в зале тренируются только несколько человек, и, в большинстве случаев, кто-то боксирует грушу, а кто-то занимается в одиночку. Аня идет к ней навстречу, сразу отметив хорошее настроение девушки. — Провела хорошую ночку? — спрашивает с усмешкой. — Нет, я плохо спала, — парирует Лекса. — Тогда откуда хорошее настроение? — Утро началось хорошо, — признает девушка. — Привет, девчонки! Входит Линкольн с большой сумкой. Здороваются и замечают, что у него тоже хорошее настроение. Лекса не видела его со вчерашней вечеринки, на которой она была не очень-то общительной. — У кого-то ещё здесь хорошее настроение, — дразнит его Аня. — Да, — признает он, — сегодня вечером у меня свидание! — Идешь с Октавией? — любопытно спрашивает Лекса. Он кивает, и Аня смотрит на них в ожидании объяснений, но, похоже, никто этого не заметил, или, во всяком случае, никто не хотел объяснять. — Линк, что скажешь, если мы потренируемся вместе? — Спрашивает Лекса друга. — Было бы здорово. — Отлично, тогда увидимся через десять минут на татами. Оба пошли переодеваться, оставив у входа сгорающую от любопытства Аню.

***

В 14:00 череда ударов в дверь и дверной звонок заставляют меня встать. Какая досада! Никогда не удается поспать нормально. — Иду, — кричу, в надежде успокоить бешеный стук в дверь. — Кларк, давай открывай. Это я. Октавия. В пижаме подхожу к двери, потягиваясь, открываю, и спрашиваю: — Что ты здесь делаешь, О? — Прости, Кларк… не хотела тебя будить… ты спала? — Уже нет. Входи. О входит, и её взгляд сразу же падает на фантастический букет цветов на столе в гостиной. — Вау, Кларк, эти ирисы прекрасны! Со смущением опускаю глаза и мечтательно улыбаюсь, и только говорю: — Да… — Кто тебе их подарил? — спрашивает, заинтригованная моей реакцией. — Лекса, — просто отвечаю я с улыбкой. — Черт, она знает, как порадовать девушку! — Да, это действительно было очень мило, — признаю я. — И не только мило, я бы сказала. — Что ты имеешь в виду, О? — Я бы сказала, что она отправила тебе громкое и ясное сообщение с этими цветами. С интересом смотрю на неё, и она видит, что я не понимаю, о чем она говорит. — Ох, Кларк! Желтые ирисы означают пылающую страсть к тебе! Моя реакция на эту новость, должно быть, была действительно смешной. Наверняка мои щеки покраснели, потому что я почувствовала, что жар поднялся до самых ушей. О громко засмеялась, и я не была уверена, смеялась ли она из-за моей реакции или из-за значения цветов. — Серьезно? — спрашиваю нерешительно я. — Да, подруга, думаю, что Лекса действительно влюбилась в тебя. — Я… понятия не имела… — В следующий раз, когда тебе подарят цветы — звони мне, я объясню их значение… в противном случае, зачем ещё нужна подруга, которая работает в самой красивой оранжерее города? Смеемся, сидя на диване. Октавия наконец рассказывает мне причину своего визита. У неё вечером свидание с Линкольном, она нервничала и переживала. Её разрывало от радости, и я понимаю, что она правда влюблена. Я за неё рада. Линкольн, кажется, действительно хороший парень. Когда я, наконец, осталась одна, думаю над смыслом утреннего подарка, и теперь я нервничаю. Как глупо, что я не поняла, что она хотела мне сообщить! Вероятно, я должна была сказать ей нечто большее по телефону. Возможно, она ждала другой реакции, хотя по голосу казалось, что она рада меня слышать. Каким-то образом я должна это компенсировать. Беру один цветок из букета и сажусь в машину. Приезжаю к её дому, паркуюсь и выхожу. Подхожу к домофону и дрожащей рукой нажимаю вызов, и тут слышу растерянный голос. — Кларк? Тепло разливается внутри меня от звука её голоса, только она так на меня воздействует. Только она так произносит мое имя, с легким акцентом на «К», что придает ему силу и гордость, и её тембр нежный и ласковый. Нерешительно поворачиваюсь. Хотела сделать ей сюрприз, но вместо этого она удивила меня, оказавшись за моей спиной. — Я зашла поздороваться. — Говорю я с толикой неуверенности и нервозности, пытаясь проследить её реакцию. Довольная улыбка появляется на её губах, и напряжение во мне полностью растворяется. Протягиваю цветок и нежно целую. Она остается озадаченной моим жестом, безусловно, не ожидая такого. — Утром я не поняла, что значат цветы, — неловко говорю я, не глядя на неё, — извини. — Тебе не за что извинятся, — нежно успокаивает она меня, — теперь ты узнала, что мне нравится дарить подарки, которые имеют смысл. Я не умею красиво говорить, так что… — Иногда нет необходимости говорить, — шепчу, теряясь в её прекрасных зеленых глазах, которые сейчас, кажется, разговаривают со мной. Лексе ничего не нужно говорить, и я не знаю почему, но я её понимаю. Её глаза говорят за неё. — Хочешь зайти? Отрицательно качаю головой, и, кажется, она разочарована моим ответом. — Я бы хотела, но мне нужно бежать. Завтра рано вставать. Она кивает. — Если ты не сильно устанешь… встретимся завтра вечером? Я хочу устроить тебе настоящее свидание, Кларк. — С удовольствием, Лекса. Мое сердце бьется, как бешеное, мои ноги подкашиваются. Мне это снится? — Отлично, тогда я заеду за тобой в 8. Оставив поцелуй на моей щеке и пожелав мне спокойной ночи, исчезает за дверью. Делаю глубокий вдох и закрываю глаза, не веря своим ушам, прикусываю губу и потом решаюсь сесть в машину и отправиться домой.

***

Лекса закрывает за собой дверь и прислоняется к ней спиной. Поднимает глаза вверх и напряженно выдыхает, закрывает глаза и облизывает губы. Напряжение исчезает, и улыбка освещает её лицо. Теперь она должна устроить самый красивый и романтичный вечер в мире. Смотрит на цветок в своей руке и говорит себе: «Я завоюю тебя, Кларк. Завтра я тебя покорю.» В 6:00 звонит будильник, Лекса, вытащив одну руку, пытается найти его, не открывая глаз. После нескольких неудачных попыток сдается. Сейчас действительно рано, но ей нужно просыпаться… на экране телефона появляется уведомление о новом сообщении от Кларк: К: «Я знаю, что сейчас очень рано, но я только пришла на работу… просто хотела пожелать тебе доброго утра.» Л: «И тебе доброе утро и хорошей работы, лучик солнца.» К: «Уже встала? Это ведь не я тебя разбудила, да?» Л: «Да, но это было одно из самых прекрасных пробуждений, которые у меня были. С нетерпением жду вечера, чтобы увидеться с тобой.»

***

— Доктор, Гриффин! Как обычно — только пришла, а уже кому-то нужна. Кладу телефон в карман и иду посмотреть, что за срочность. Между осмотрами мой день протекает медленно, но я счастлива, потому что единственное, о чем я думаю, так это сколько часов, минут и секунд отделяют меня от неё. Задумчивая и счастливая иду по длинному коридору и сталкиваюсь с матерью. — Хей, детка, ты сегодня в хорошем настроении! Внезапно моя улыбка исчезает и мысли замирают. — Да, сегодня я действительно веселая. Улыбаюсь, надеясь, что вопросов больше не будет, но, зная свою маму, трудно надеяться на лучшее. — Случилось что-то хорошее? — Ничего особенного, — отвечаю, но знаю, что она наверняка мне не верит. — Кларк Гриффин, я твоя мать и ты не сможешь что-то от меня скрыть! Я вижу этот мечтательный взгляд… встретила кого-то интересного? — Может быть, мама… но сейчас ещё рано об этом говорить. Сразу усмиряю её энтузиазм и любопытство. — Окей, — на этот раз она не настаивает на разговоре. Затем меняет тему — Напоминаю, что в воскресенье у нас барбекю. И твое присутствие обязательно! — Как прикажешь, босс. И улыбаясь, возвращаюсь в свой кабинет. Наконец-то я дома! У меня есть немного времени, чтобы собраться. Черт возьми, я не знаю, что надеть! Вываливаю весь шкаф на кровать в поисках чего-нибудь подходящего, хотя, на самом деле, ничего не знаю о вечере. Начинаю рассматривать всё, и… это слишком спортивно…это слишком нарядно…это слишком просто…это вызывающе…действительно, слишком вызывающе. Паникую, потому что времени остается всё меньше. Наконец, вот то, что нужно! Нашла! Не слишком нарядно, не спортивно, соблазнительно, но не вызывающе… Идеально! Бросаю всё обратно в шкаф и одеваюсь. Собираю волосы на затылке, выпустив несколько локонов, оставляя шею полностью открытой, надеваю простую тонкую золотую цепочку со знаком бесконечности в центре. Легкий макияж, который подчеркивает глаза, нежного цвета помада и парфюм. Смотрю в зеркало и… я готова!