Honey

      Он телепортирует их в подвал дома скелебратьев, целуя рьяно и со страстью. Монстр и человек, обнимаясь, сползают по стене, и Санс усаживает её себе на колени, сжимая её пальцы между своих.       Отстранившись друг от друга, Санс достаёт свою душу, читая недоверие в глазах девушки, и кивает ей, словно говоря, чтобы она сделала тоже самое. Человек, хотя и неуверенно, достаёт свою душу — алую, и кладёт её на ладонь, как и скелет. Души парят над ладонями хозяев, тускло светясь в полутьме.       Их души полетели одна к другой, и Фриск закусила губу, чувствуя что-то непонятное в её сердце. Санс сильнее переплел её и свои пальцы, выдавая своё желание продолжать и свой страх. Страх того, что его догадка не верна, и она — не его родственная душа. Как и было с Гриллби.       Алая душа, засияв ярче, застыла, а белая, перевёрнутая, подлетев к алой чуть ближе, сверкнула малиновым и соприкоснулась с человеческой душой, от чего Санс тихо застонал. Девушка прикусила губу, и капля крови полилась по её подбородку; сдавленный стон сквозь её зубы начал заводить Санса, за что внутренний голос начал возмущаться: «Тебя заводит какая-то капля крови? И стон? После стольких-то раз с девушками?» «Это стон не тех девушек. Это её стон.»       Костяные пальцы потянулись к свитеру человека — самой закрытой вещи, когда-либо видимой скелетом! — и начал снимать его, поднимая края вверх. Человеку его пальцы щекотали кожу, немного царапая её, и она, не сдержав повторного стона, сама начала снимать куртку Санса, но он, прохрипев, остановил её: — Хей, малая… думаю, нам не стоит… — Он обнял её, снова хрипя, — торопиться… Фриск в ответ положила голову на плечо скелету, вздрогнув, когда душа монстра полностью завладела её душой. Санс, посчитав это согласием, снял её свитер, полностью оголив верх, и глаз его в очередной раз засветился малиново-фиолетовым пламенем: девушка была без лифчика, что несказанно порадовало скелета.       Застонав от наслаждения, приносимого связью их душ, Санс положил свои ладони на небольшую грудь, поглаживая и сжимая её, тем самым вызывая ещё больше стонов со стороны своей партнёрши. Фриск могла лишь стонать под прикосновениями и «ласками» Санса, дрожа и сжимая его кости. Души, истекая некой непонятной субстанцией, освещают пространство меж телами партнёров.       Фриск, не выдержав напора со стороны извращённого шутника, обхватила его таз ногами и провела по внутренней стороне ребра, от чего Санс на минуту забыл, как дышать. Чувствуя сплетение их душ и получая физическое удовольствие от её пальцев, он едва сдерживал стоны.       Не дождавшись реакции от него, она погладила рёбра с внутренней стороны, чем вызвала стон монстра, сжавшего грудь девушки сильнее, от чего та задрожала, стараясь сдержать свои стоны, но свою ласку не прервала. Дойдя до тазовой кости, Фриск постучала кончиками пальцев по позвоночнику, чем вызвала пустые глазницы и более широкую улыбку: — Ох, кому-то не терпится? — Низким голосом прошептал скелет, опуская руки ниже, к талии девушки. Та лишь промычала в ответ, чувствуя, как костяные пальцы массируют низ через шорты. — Вижу-вижу… Ты очень плохая, невинная девочка, Фриск…но мы это исправим, не так ли?       Он засунул пальцы одной из рук чуть глубже, в шорты, резко начав водить ими внутри неё вверх-вниз, и девушка выгнулась в спине, прислонившись грудью к рёбрам шутника-извращенца, вызвав довольную улыбку Санса. Куртка слетела с его плеч, снятая дрожащими пальцами девушки, и теми же руками она вцепилась в его плечевые кости. Другой рукой Санс взял подбородок Фриск и притянул её лицо к себе.       Человек, поняв его намёк, приоткрыла ротик, и скелет, высунув язык, прислонился к её губам зубами, переплетая их языки и имитируя поцелуй. Её горячее дыхание смешалось с его дыханием, таким странным для скелета, но он не обращал на это внимание.       Ведь сейчас есть только он и она. Этот подвал, их тела, прислонённые друг к другу, и больше ничего и никого.       Пошлое хлюпанье, стоны наслаждения и мужские хрипы — весь этот шум заполнял полутёмный подвал, освещённый неяркими лампами. Ещё один предмет одежды снят — шорты девушки, смутно пытающуюся понять — а была ли у неё одежда вообще?       Санс медлит, водит пальцами в её киске, почти доводя до оргазма девушку, но останавливается, когда она уже на краю — и Фриск сама начинает насаживаться на его пальцы, жадно целуя его. Шутника это невыносимо заводит, и он снова насаживает девушку на свои пальцы в ответ ей же. Души сияют ярче, хлюпая и теча, но не собираются разъединятся — только крепче сливаются. Фриск стонет, почти кричит от наслаждения и, обвив руки вокруг его шеи, наваливается на своего партнёра и родственного душой — с их вечной связью, проклятую этим миром.       Санс обнимает её, и белые зрачки снова сияют в его глазницах — его догадка была верна, и к несчастью. Ведь, такие как он и Фриск, опровергают законы короля монстров, по иронии судьбы тоже являющегося связанным душой с королевой Ториэль, и один из законов этого мира — соулмейты считаются ошибками природы в Подземелье. При встрече — убить.       Души, хлюпая, рассоединились, возвращаясь в тела хозяев, а Санс крепче обнял своего человека. Что-то капнуло на одну из его фаланг, и скелет провёл по глазницам рукой, с удивлением обнаружив, что плачет. Девушка, вздрагивая, крепче ухватилась за его плечи, и Санс отодвинул её за плечи так, чтобы видеть её лицо, заплаканное и понимающее. — Прости… Я видела твои воспоминания, и просто… — Она всхлипнула, и он молча утёр костяшками пальцев её щёки. — Я случайно… — Что ты видела? — Он погладил Фриск по волосам, тихо вздыхая и убирая лишние пряди. — Смерть твоего отца… — Всхлип.       Единственное в этот момент, что приходит в черепушку скелету, — недопоцелуй, и он прислоняется зубами к её губам. Она целует его, а слёзы всё ещё текут по её щекам, и его скулам. Отстраняясь, спрашивает, — с нами… будет тоже…?       Санс понимает Фриск с полуслова сейчас — словно их мысли слились во что-то единое и неразделимое. И в то же время не может простить себе слова отцу, в тот день отправившегося в лабораторию: «Я не хочу видеть тебя, чёртов соулмейт! Уж лучше ты бы сдох!» Кто ж знал, как он недалеко был от правды… — Я… Не позволю тебе умереть. Клянусь. А пока, поможешь… мне с этим? И он указывает вниз, на светящиеся фиолетово-малиновым штаны, и Фриск, заметив это, смеётся. — Роззи был прав. Ты действительно самый жуткий извращенец и любитель испортить момент! — смеётся она, пока «извращенец», ворча, снимает штаны, -но, хах… знаешь, эта порча момента была даже как-то уместна, наверное. — Просто сделай то, что я сделал с тобой — заставь меня кончить, и потом можешь делать со мной, что угодно, — глубокий вздох, а у Фриск уже загорелись глаза — она-то знает, чего хочет сейчас от этой ленивой кости.       Посмотрев ниже, девушка сглотнула — всё же, чтение кое-каких книжечек сказалось на её «задних» мыслях, а то, что предстало пред ней — наверное, героиням тех пошлых романчиков даже и не снилось. Да что там героиням — её шлюхам-одноклассницам, со стажем, с поверхности такое и подавно не снилось. Ещё раз сглотнув, девушка наклонилась, взяв рукой член — чего уж стесняться! — и, ещё немного подумав, зажала неон меж своих грудей, что вызвало полное исчезновение зрачков в глазницах Санса. Смущение одолевало ею, но, перешагнув через стыд и всякое смущение, Фриск решительно сжала свою грудь вокруг магического члена, заодно взяв его в рот и начиная посасывать.       Санс впал в полнейший ступор, громко стоная и рыча от новых ощущений — ни одна из его партнёрш по сексу так не делала, предпочитая водить рукой по стволу. Это было в новинку, и скелет едва держал себя в руках, чтобы не кончить — он хотел продолжить это удовольствие ещё, не останавливая процесс. Эта девственница его нереально завела, и процесс было уже не остановить.       Немного освоившись, Фриск осмелела и начала водить грудями вверх-вниз по члену, — то по очереди, а то и вместе, одновременно с этим работая языком и ртом с неоном и держа за ноги скелета. Закрыв глазницы, Санс опёрся спиной об стену, чуть не крича от наслаждения. Резко сжав вокруг магической плоти скелета грудь, Фриск всё же заставила его кончить — с громким рыком и прямо ей в рот. Поднявшись на уровень его головы, она, тяжело дыша, опёрлась на стену руками. Открыв глазницы, скелет понял, что только что начавшая исчезать, его магическая плоть снова начала появляться — грудь, с вставшими сосками, и сперма, неоновой слюной текущая из этого шаловливого ротика безумно заводила его. Кроме того, кожа у Фриск такая красивая — мягкая и нежная на ощупь, а грудь и киска, ммм… словно доктор прописал. К тому же, почти нетронутые. Непорядок. — Похоже, все же немного я тебя помучаю… — Фриск недовольно нахмурилась, но всё же потом улыбнулась, подвинувшись к нему и позволяя скелету делать с собой, что душе угодно.       Взяв её руками за талию, Санс телепортировал их на кресло неподалёку так, чтобы он оказался сверху. Девушка, хоть и возбуждена, но совершенно без сил, а у него силы откуда-то были, но скелет не придавал этому значения. Есть силы — значит, нужно использовать. Скинув штаны к чёрту, Санс разорвал трусики девушки, совершенно не нужные ему сейчас, и вошёл в неё — резко, не щадя и зная, что если промедлит — хуже будет обоим.       Человек кричит от боли, а глаза, округлившись, выражают все мучения, переживаемые ею сейчас. Скелет открывает рот, кусая плечи, руки и грудь Фриск, магическим языком зализывая укусы, и держит девушку за талию, двигаясь медленно, почти останавливаясь временами.       Постепенно, Фриск привыкает, и начинает, пусть и неуверенно, двигаться сама, а Санс, чувствуя её движения, кусает её за плечо, двигаясь быстрее и жёстче. Девушка охает, и кладя своему партнёру руки на плечи, старается делать с ним в темп — так же быстро, резко и невероятно пошло. А затем с её уст чуть не срывается крик — одна из тентаклей, вошедшая ей в заднее отверстие, начала грубо и жестоко трахать её в анал — но скелет затыкает Фриск рот их своеобразным поцелуем, ставшего для него просто невероятным наслаждением. И не только для него — девушка стонет ему в рот, переплетая их языки — её человеческий, и его, магический. Насаживая Фриск на себя, он полурычит, стоная, и, когда оба подходят к финальной точке, резко сажает Фриск на свой член, от чего она и Санс одновременно кончают, — человек кричит от наслаждения, а монстр рычит.       Фриск, повалившись на спинку кресла, совершенно невменяема сейчас, ибо скелет вымотал её окончательно — а Санс, уже тоже без сил, щёлкает пальцами, тратя последнюю магию, и телепортирует себя и свою родную душу на свою кровать. Свалившись с ней рядом, уже почти заснув, он шепчет: — Я не позволю умереть тебе, ангел… И проваливается в сон.       Чара, открыв дверь в спальню старшего скелебро, и внеся одежду новообретённой пары соулмейтов, тихо усмехается — теперь ей больше не придётся гонять эту ленивую задницу для того, чтобы он, наконец-то, признался её сестре. Правда, за бельё сестры она бы его покарала — придется идти к Маффет за более прочным, а за это паучиха требовала особую «плату», что Чаре не особо-то и нравилось. Но, выбирать не приходилось — бельё от Темми, хоть и было надёжным, но одну пару из этих трусов Санс сегодня порвал, да и лифчик, хоть наверняка и не осознав этого, тоже. Роззи, видя нагую парочку на матрасе, называемого кроватью, хлопает себя лепестком по лбу — секс сексом, но прикрываться одеялом надо! Чара, видя его реакцию, накрыла парочку одеялом, и, подняв Роззи в горшке, зашептала ему: — Хей, цветик, поспишь со мной? Думаю, этим двоим с утра неплохо было бы обеспечить одиночество, а не твою озлобленную мордашку. — Но этот козёл… — Он скелет. Это раз. А во вторых, он её соулмейт, связанный с нею. К тому же, они любят друг друга, это три. — Ладно, но если он её обидит, я сверну ему шею! — уверенно прошептал цветок, потирая свои лепестки, как будто ладони. — Мы свернём ему шею, Роззи. Цветок, оставшись доволен, покинул комнату вместе с сестрой Фриск, злобно посмеиваясь вместе с Чарой.