It is... игра. Сцена. Сюжет.

- Потрясающе смотришься. Знал бы Кристоф раньше, как русскому идут высокие сапоги, узкие черные брюки и слегка старомодная рубашка – да мысли бы не пришло про все остальное. А тут еще эти фантазии… - Да. Так что ты хочешь? Кристоф от подоконника отлипать как-то не сильно торопится. Зато раскрывает руки приглашающим жестом. Проигнорируют – хорошо, это будет просто шутка. Примет – великолепно. Примет ли?.. - Ладно. Крис считает эту реакцию небольшой, но победой. Даже если Георгий просто подходит, на расстояние в шаг, дальше нужно уже ловить за локти притягивать к себе, не отпускать, наслаждаться близостью. Даже забыть, что за локти держишь, пока не заметишь усмешку. - Нравится такая одежда? «Ага», - кивает Крис, добавляя про себя, - «на тебе мне вообще все нравится. Ты ж ходячее пособие по перевоплощению!» - Не проблема. Он что, так собрался одеваться… спокойно, Крис, спокойно. Это твое русское сокровище еще не все услышало. - Понял, что нравится... хм… - тщательно подбирает слова Джакометти, хотя говорить можно практически все. Кроме «милый» и тому подобной сладкой чепухи. – Нравится, когда ты не проявляешь активность. Не обижайся, ладно, пожалуйста? - Ни капли. Когда слушаюсь? Не туда тебя сейчас занесет, покоритель женских сердец. И на полставки – мужских. - Не совсем, - обаятельно улыбается Крис, поглаживая по белой ткани. От плеч к локтям. И не ниже. Своеобразная игра. – Когда создаешь иллюзию, что можно абсолютно все, как бы тебе объяснить… Георгий внезапно кивает. - Понял. Когда ты фотографировал, ты сказал – «буду думать, что кукла». Мне казалось, что тебе неприятен сам сюжет… извини. Был неправ. Тебе очень нравится немного другой вариант. Благослови, господи, всех тех, кто этого красавца бросил – иначе Кристофу не досталось бы! И благослови, господи, недосказанность, которая, по определению, не являеся ложью. - Очень, - в общем-то, даже и не кривит душой Кристоф. – Не обиделся? Брюнет пожимает плечами. - Нет. М. Хорошо, понял. Как Суок? Или действительно кукла? Кристоф про сказку с трудом вспоминает. - Суок – это уж слишком… но ты согласен? - Вполне. Вот уж свалившееся счастье. Да так, что времени обдумать не было! - Тогда пока… что-то другое, ммм, попробовать, согласен? - Вполне. Кристоф жмурится. - Тогда вот сюжет для тебя, готический принц, - у Георгия очень удивленное выражение лица, но плечи подрагивают, поэтому Кристоф не отвлекается. – Я опоил тебя, дал наркотик… Сокровище заинтересованно фыркает. - И какой? И об этом Кристоф подумать не успел… - Опий?.. – наугад предлагает он. Ему снова ожидаемо кивают, соглашаясь. - Лауданум. Понял. Не понял уже Джакометти. Вот и делает большие-большие и умоляющие глаза. - Сокращение от "Laudatum opium" – прекрасный опиум. Опийная настойка на спирту. Легальное «легкое успокоительное» в викторианской Англии и сопредельных территориях. - Легкое?.. - Две капли – да. Смертельную дозу не помню. Но вроде больше чайной ложки. Пить с алкоголем и сахаром. - Я б от такого тоже… успокоился… - бормочет Джакометти, в который раз уже восторгаясь количеством и качеством знаний из самых разных областей жизни. С другой стороны, если его сокровище искренне и всей душой прикипело к готической субкультуре, он черт-знает-что знать может… все на ту же тематику. - Опиум расслабляет мышцы тела и дает временное ощущения покоя и расслабленности. Плюс в небольшой дозе – состояние сонливости, приятным ощущение легкой дремоты… ммм, - Георгий чуть хмурится, вспоминая. – Слух и зрение приглушены, мысли тяжелые, замедляются, состояние полного счастья, ни о чем не хочется думать, кажется, что совсем не контролируешь себя – и этого не хочется. Подходит? - Видимо, да. Спокойный, расслабленный, не сопротивляешься. - О. А я хочу? Сопротивляться? Облизывается уже Кристоф. - Не хочешь. - Понял. Ловить здесь будешь? Джакометти со смехом притягивает расслабленно качнувшегося компаньона к себе. Вот же способность – с полшага начинать играть в только что придуманную жизнь! - Уже поймал. - Я, кстати, пока сам стою. - Ну не мгновенно же!.. - Тоже верно, - через короткую паузу соглашается русский. Кажется, рассматривает что-то за окном. – Я тебя знаю? Я правильно понимаю, что наркотик – это подсказка к тому, чтобы я разговаривал с тобой? Кристофа вы сейчас ловить будете, а не этого вдохновенного актера. - Второе – да, мне сложно, когда ты молчишь, - вздыхает Крис, чувствуя, что на него постепенно начинают опираться всем весом. – Первое… да, пусть тоже да, эм, Джорджи?!.. Да по Крису натуральным образом стекают на пол. С ухмылочкой. Подначивающей такой. - Ну, знаешь… - Нуу, тщательнее выбирать надо было, где опоить удумал. - Джорджи, прости, последнее замечание не в сюжете… мне кажется, я знаю, у кого ты так виртуозно научился изображать бесчувственное тело и ехидно смотреть! Георгий и улыбаться тоже умеет слегка ехидно. Видимо, уже весь в роли. - О?.. Скажи мне. - У одной крайне миловидной дамы с хвостом, особенно когда она мою подушку ночью занимает… Вот и доказывайте потом, что напрочь отравленные наркотиком аристократы могут так хохотать - сдавленно, но искренне. Почему-то Кристофу это нравится больше всего.