ЛедиБаг и Супер-Кот: от прошлого не убежишь...

      Ночь как для Джонсона, так и для Бонни прошла более чем незаметно. Оно и не удивительно, ведь в предыдущие пару дней героям просто не выдалось возможности полноценно выспаться, и ночь в исследовательском лагере была для них как манна небесная. Даже тех семи часов, в течение которых они были в царстве Морфея, им хватило для того, чтобы почувствовать ощутимый прилив сил и энергии.       На утро, перед тем как отправиться к исследователям за первыми результатами, Джонсон решил нарыть для себя кое-какой информации через компьютер, который стоял в его личной палатке. Для этого агент поднялся с кровати, аккуратно протер свои глаза, сгоняя последние остатки сонливости, и прошел чуть далее кровати к деревянному стулу, стоявшему у стола, на котором находился небольшой ноутбук. Стоит отметить, что Тим не очень позаботился о своей ночной одежде, поэтому, следуя высоким принципам минимализма, простоты и своей банальной лени, прошлой ночью он лег спать полностью в своей спецодежде. Поэтому сейчас она выглядела весьма измятой, будто перед этим её несколько часов сдавливали под специальным многотонным прессом. Тогда могло показаться, что это не самый лучший вид для руководителя масштабной операции, но этот момент менее всего на данный момент заботил Джонсона.       Поэтому, отогнав от себя лишние мысли, агент уселся за стол, пододвинул поближе к себе электронное устройство и поднял его крышку. Первое, что встретило Джонсона после того, как ноутбук вышел из режима сна, был светло-голубой фон с нанесенным поверх него огромным знаком ООН, чего и стоило ожидать от компьютера, находящегося в собственности этой организации. Помимо этого, чуть ниже символа зияли две строки, куда агент вбил свои персональные данные в виде логина и пароля, после чего ноутбук открыл агенту содержимое своего рабочего стола.       Здесь все было как прежде, как тогда в офисе агента, поскольку ООН использовала облачную корпоративную сеть для более удобного доступа каждого своего агента к личным данным с любого компьютера, подключенного к ней.       Но Джонсону нужна была конкретная информация. Однако, перед этим он глянул на нижнюю панель, где удостоверился в хорошем качестве беспроводной сети (о чем сигнализировали все четыре горящих деления значка «Wi-Fi»). Довольный результатом, агент открыл встроенный Интернет — браузер и вбил в строку поиска интересующий его запрос, а именно название того самого блога, рассматриваемого им тогда в кабинете перед отправкой на эту миссию.       Перед агентом вновь всплыли те самые ярко-красочные картинки, на которых красовались герои, о которых шла речь в многочисленных сводках и статьях блога, но агент был занят поиском нечто иного. Его абсолютно не интересовали фотографии и мнения людей относительно подвигов, совершенных этими людьми. Вместо этого, Тим был погружен в поиск кое-чего другого.       В этот момент за застегнутой импровизированной дверью палатки послышался женский голос: — Тим, — звучало снаружи, — это я, можно войти? — Да, конечно, — отозвался агент, не отворачивая головы от экрана монитора, — проходи.       Спустя пару десятков секунд неуклюжих попыток отстегнуть вход палатки, гостю Джонсона все же удалось войти внутрь. На этот раз, Джонсон все-таки решил обернуться, но не из-за желания помочь, а вследствие того, что шум молнии палатки мешал ему сосредоточиться на поиске необходимой информации. Эта была Бонни, которая решила зайти к своему другу перед походом к исследователям за первыми результатами анализа «Парижской блокады», как её прозвали члены всей группы, которой руководил Джонсон. После этого, что-то коротко пробурчав себе под нос, она быстро подошла к сидящему агенту. — Мог бы немного и помочь, — немного с обидой и укором произнесла девушка, — у тебя молнию слегка заело, туговато тебе в будущем придется. — Прости меня, Бонни, — виновато ответил Тим, вновь повернувшись к экрану, — кое-что искал просто. Я сегодня с самого утра на ногах. Присядь, тебе стоит на это взглянуть. — Что это у тебя там? — спросила Бонни после того, как взяла второй стул, подсела, насколько это было возможно (из-за довольно маленького стола) и также стала смотреть в монитор. И кстати, почему у тебя такая мятая одежда? Ты прямо в ней спал? — Пришлось, так сказать. Как говорят, без отрыва от производства, но не суть. Смотри, — начал Тим, — я вновь решил снова зайти на этот сайт про тех людей, ну помнишь, про которых я говорил тебе раньше. — Помню, — подтвердила Бонни, — это те, которые были на том фото? — Так точно, — на военный манер отчеканил Джонсон, — так вот, я вспомнил про них, поскольку все это время мне казалось, что я их откуда-то знаю. Их зовут (ну и прозвища они выбрали) Ледибаг и Супер-Кот, судя по названию сайта. Его автором же является некая Аля Сезар. — Ты хотел сказать — «блога», — с улыбкой поправила его Бонни. — Ну, блога, сайта, не важно, — немного с раздражением ответил Джонсон, — неужели это сейчас важно? В общем, я порылся по статьям, опубликованным здесь, и нашел несколько интересных, датированных около полугода назад, может чуть больше. Здесь говорится о том, что эти персонажи спасли мир от некого «Бражника», который посылал, как их там, «акум», которые каким-то магическим образом вселялись в людей и превращали их во что-то, вроде его личной армии. Но и это еще не все, в статьях делался акцент еще на один интересный факт — все жертвы после возвращения в обратное состояние частично теряли память, а именно, они полностью забывали тот период времени, в течение которого они были марионетками того плохого парня. — Довольно интересный защитный механизм — ничего не помнишь, а значит и претензии никому не предъявишь. Умно. Но знаешь, я что-то такое припоминаю, — стала включаться в обсуждение Бонни, — как раз в то время, я работала в отделе паранормальных явлений, который был специально создан для исследования подобных случаев. Я помню, что тогда до нас доходили какие-то обрывки сведений, похожих на события, описанные на этом сайте, но тогда ни мне, ни кому-либо из отдела не дали разрешения отправиться в Париж и оценить обстановку. Тогда мы получали огромное количество информации о двух людях, носивших, как говорили очевидцы, костюмы, похожие на божью коровку и черного кота. Это было немыслимо и невероятно, но источник утверждал, что все данные были более чем правдивы. Однако, дальше этого мы никак не продвинулись. Я думаю, что так сделали из-за того, что этот отдел был предметом насмешек, и никто не относился к нему всерьез. — Получается, они были известны только внутри Парижа, а за его пределами никто знать не знал, кто они такие. Но все равно это отлично! — воодушевился Тим. — То есть это, конечно, плохо, извини, но я не про это. Вообще, я рад что ты сейчас здесь. Что еще ты помнишь? — Я еще не то могу, — подмигнула ему Бонни и продолжила, — так вот, тогда к нам поступали сведения не только из Парижа, но и еще из двух точек — из города Шанхай и еще одного места (мы не смогли расшифровать источник сигнала). В этих сообщениях также говорилось об этой паре и их, так скажем, похождениях. Вполне вероятно, что все события и факты как-то связаны. — Нам сейчас не важно, связано ли это все друг с другом или нет, — начал рассуждать Джонсон, — главный вопрос — получается, что все это время в Париже были два человека, наряжающиеся в геройские костюмы и спасающие город от напастей со стороны некого супер-гада? — Я думаю, так оно и есть, — подтвердила догадки агента Бонни, — мало того, они и сейчас могут быть там.       И тут девушку осенило: — Так вот оно что! –воскликнула она. — Ты думаешь, что за всем этим стоит этот, как его там, Бражник, а тебе нужны они, чтобы понять, что к чему? — Ну, — отозвался Джонсон, все еще продолжая клацать пальцами по клавиатуре, — общий ход мыслей верен, но есть пара моментов. Во-первых, все это впринципе звучит как бред сумасшедшего. Во-вторых, мы не знаем, а там ли сейчас? Или может быть они уже убиты или находятся в плену у этого Бринника. — Бражника, — вновь поправила коллегу Бонни.       На этот раз агент не стал обижаться, да и было некогда: — Да, его самого. Все слишком странно и запутанно, надо во всем разобраться. Но я думаю, что сейчас наша первоочередная цель — понять, каким именно образом Париж был отделен от остального мира, а уж потом можно будет заняться этими двумя. Чую своим нутром, что они здесь явно замешаны. — Думаю, пока с ними можно повременить. Ты прав, сейчас мы должны сфокусироваться на городе. Поэтому предлагаю узнать, что там у исследователей, — сказала Бонни, — может быть, они что-нибудь нарыли про «сферу»? — Хорошая идея, — согласился с девушкой Джонсон, — пойдем.       С этими словами агент переключил свой компьютер в режим «сна» встал из-за стола, и напарники вышли из палатки. Но перед тем, как отправиться в исследовательский корпус Джонсону, как и предупреждала его Бонни, пришлось немного повозиться с застегиванием входа своей палатки. — Надо будет сказать об этом технику, — пробурчал себе под нос агент, — а то я так совсем с ума сойду.       После этого, он и Бонни направились к исследовательскому корпусу, который находился неподалеку, как, впрочем-то, и все корпуса, которые входили в состав общего штаба.       Надо сказать, что сам по себе весь центр был довольно уютен, по крайней мере так казалось Джонсону, за Бонни он говорить не могу. Да и не об этом сейчас надо было думать. Какой тут может быть комфорт, когда ты исследуешь и борешься против того, чего не знаешь. Плюс к тому, еще и новые сведения в виде двух новых супергероев. Но откуда они взялись? Кто они такие? И желают ли они добра? Быть может они лишь притворяются хорошими, чтобы заработать доверие, а потом нанести удар «ножом в спину», К сожалению, на практике Тима и такое тоже встречалось, и агент не мог назвать это положительным опытом. Но кое-чему одному и очень важному эти события его точно научили — никому и никогда не доверять. Это не касалось Бонни, поскольку они дружили практически с детства и знали друг о друге практически все. Для Тима это было бы большим ударом, если бы его лучший друг, а точнее, подруга так бы поступила. Впрочем-то, таких мыслей Тим старался избегать, ведь сейчас и так проблем было навалом.       Тем временем, пока в голове агента проносились такие не совсем позитивные мысли, он и Бонни уже дошли до довольно большого по площади участка общего штаба, где располагались исследователи. По пути им почти никто не встретился, или может быть, сами друзья не хотели кого-либо повстречать. Лишь изредка они проходили мимо военных, которые отдавали честь при встрече руководителя и его спутницы, как бы здороваясь, и шли дальше по своим делам. Да и не хотелось тогда ни Тиму, ни Бонни лишних глаз и встреч, им было не до того в тот момент. Единственное, что желали друзья, было скорейшее завершение миссии, поимка виновных, возращение домой и продолжение спокойной, мирной жизнь дальше. Но сейчас, к сожалению, до этого еще было более, чем далеко. Миссия перешла лишь на начальную стадию своей реализации.       Итак, сам исследовательский корпус представлял собой полузакрытый тент, который используют летние кафе в подходящие сезоны, но намного больший и с характерной военизированной окраской, который к низу заканчивался небольшим выступом величиной в два метра, чтобы закрыть происходящее внутри, но в то же время дать находящимся внутри шанс хоть немного подышать свежим воздухом.       Когда Джонсон и Бонни зашли в центр, то увидели, что изнутри он был совершенно другой, нежели снаружи. Представлял он собой три ровных и параллельно стоящих ряда длиной примерно метров сто, вдоль которых располагались идентичные сероватые письменные столы со стоящими на них одинаковыми черными компьютерами — моноблоками (ООН позаботилась о минимизации наличия проводов у различных электронных устройств, что, несомненно, намного облегчало рабочий процесс для всех). За столами через одно место сидели люди, которые очень быстро и заинтересовано клацали пальцами по клавиатурам и довольно пристально направляли свой взор к экранам мониторов. Звук такого клацанья здесь раздавался практически повсеместно, и Джонсону было не очень приятно здесь находиться, поскольку монотонный звук чего-либо в этом мире раздражал его, но в тот момент агент решил пересилить себя и немного потерпеть.       Как только пара вошла в корпус, один из сидевших резко подскочил со своего места и спешно подошел к ним. — Здравия желаю, товарищ руководитель операции, — отчеканил он, — сержант Уотсон. — Вольно, сержант, — ответил ему Джонсон, — докладывайте о результатах работы. — Есть, товарищ руководитель, пройдемте со мной.       С этими словами исследователь повел их к своему рабочему месту. Пока они шли он притупил к изложению результатов. — Итак, товарищ руководитель, — начал он, — за проведенную ночь мы зафиксировали несколько подозрительных, но в то же время невероятных и даже пугающих моментов. Сейчас я покажу вам.       За это время вся троица уже подошла к рабочему месту докладывающего и тот, в свою очередь, продолжил: — Итак, как видите, вся столица Франции, начиная недалеко от того места, где находимся мы, а именно от Булонь-Бийанкур и вплоть до Баньоле, расположенного вдоль шоссе А3, полностью изолирована от остального мира полупрозрачной сферой светло-фиолетового цвета, — исследователь открыл на своем компьютере программу, в которой была схематично представлена карта Парижа с четко выделенным синим цветом границей города, — помимо этого, мы заметили странное поведение в поведении самой сферы. — Что конкретно? — поинтересовался Джонсон. — Ну, — немного замешкался Уотсон, — мы провели теплометрический тест и выяснили, что структура сферы неоднообразна и непостоянна. При этом, от неё исходят тепловые волны примерно на сто-двести метров от нее. — Получается, что-то питает её, — выдвинула предположение Бонни, — вам удалось отследить источник сигнала? — Нет, мэм, — отозвался Уотсон, — мы не смогли этого сделать, но есть одна деталь. — Какая? — Вполне вероятно, источник питания сферы внутренний, то есть энергия идет изнутри города, — ответил Уотсон, продолжая щелкать по клавиатуре и показывая новые изображения Джонсону и Бонни, — также тест показал, что температура на поверхности составляет около 10 112 градусов по Фаренгейту или 5 600 градусов по Цельсию. — Сколько? — сильно удивилась Бонни. — Немыслимо! Почти температура Солнца. Все, что пройдет сквозь эту сферу мгновенно сгорит, в том числе и человек. — Это еще не все, — продолжил Уотсон, открыв на компьютере очередной файл с результатами исследований с целью показать его Бонни и Тиму, — мы измерили примерную мощность сферы. Результат показал больше 5 500 тераватт. — Цифра довольно внушительная. А это вообще много? — спросил Джонсон. — Я просто не силён в физике, просветите меня. — Это не просто много, Тим, — ответила Бонни, всматриваясь в результаты отчетов на мониторе, — это чертовски много. Это больше, чем на самой мощной в мире лазерной установке в Шанхае, а там, если я не ошибаюсь, около 5 400 тераватт. — Верно, — подтвердил мысли Бонни Уотсон, — эта штука полностью лишает нас всех шансов на внутреннее проникновение в город. Шансов просто ноль. — Может быть у сферы есть какие-нибудь дыры или отверстия, через которые можно попасть внутрь? — предположила Бонни. — Этот вариант мы тоже проверили, — ответил Уотсон, — мы отправили на всю ночь несколько наших дронов оценить однородность сферы. Итог такой — этот купол полностью имеет единую структуру без единой погрешности. — У меня только один вопрос теперь, — сказал Тим, — как так выходит, что у этой фигни сверхбольшие показатели мощности и температуры, но все вокруг неё не сгорает. — Это действительно хороший вопрос, — согласился исследователь, — но я вам так скажу, последнее, что мы заметили, было следующее. Мы провели рентген-анализ части поверхности сферы и обнаружили вот это.       С этими словами Уотсон открыл на мониторе еще одну картинку. На ней (как показалось Бонни и Тиму) было показано увеличенное изображение книги, причем только с тремя страницами, но как оказалось картинка представляла собой нечто иное. — Перед вам рентген снимок части сферы, — стал описывать картинку Уотсон, — как вы видите, оказывается, что в своей структуре она имеет три слоя. Первый, как мы думаем, является защитным, именно он не дает второму слою, который и представляет собой субстанцию с такой температурой и мощностью, выбраться наружу и все вокруг уничтожить. Третий слой также является защитным, однако нацелен он на предотвращение уничтожения уже территории внутри сферы, то есть самого города. — Но это не значит, что мы все равно сможем пройти через неё в Париж, — подытожил Джонсон. — Исключено, — подтвердил Уотсон, закрыв почти все окна на компьютере, — такая структура исключает любую возможность проникновения внутрь. И, господа, самый важный момент, на который я бы хотел обратить ваше внимание.       Исследователь вновь открыл фото части сферу возле Булонского парка, а также еще серию почти такого же характера. После этого путем некоторых манипуляций на экране высветились восемь практически идентичных фотографий, расположенных вряд. — Ничего не замечаете? — поинтересовался Уотсон, повернув голову к Бонни и Джонсону. — Вроде бы… нет, — Бонни стала всматриваться в серию фотографий. — Я тоже, — согласился агент, тоже пытаясь найти на картинках хоть какую-нибудь закономерность. — Не стану вас томить, — начал объяснять Уотсон, — смотрите, эти фотографии были сделаны с периодичностью в один час в течение всей ночи. Казалось бы, с одной стороны, ничего особенного, но всмотритесь повнимательнее и скажите, что вы видите?       Поскольку Джонсон обладал чуйкой следователя и некоторых качеств полицейского, благо весьма продолжительная работа в ООН дала некоторые плоды, практически сразу понял, в чем разница между всеми фотографиями. — Границы сферы, а точнее места их расположения, несколько отличаются на каждой фотографии, — сказал агент, — однако, это можно списать на нечеткость сделанных фото. — Тут дело не в четкости, — подхватил исследователь, — Вы правы, границы на каждом фото разные. По началу мы тоже так решили, поэтому для проверки этого факта мы обратились к наблюдательному корпусу, который, в свою очередь, поставили датчики движения — совсем такие же, которые отслеживают перемещение физических объектов, которые обладают минимальной температурой для поддержания минимальной жизнедеятельности. Результаты нас шокировали — оказывается, что сфера двигается. Нет, даже не так, расширяется, причем со скоростью около 30-40 сантиметров в три часа. — Расширяется?! — переспросил Джонсон. — Так точно, — подтвердил Уотсон, — причем скорость может как расти, так и падать в арифметической прогрессии. Мы не смогли оценить постоянство её скорости, она может быть практически любой, какой захочет. — Это значит, что сфера может поглотить всю планету? — спросила Бонни. — В теории — да, — ответил исследователь, — мало того, сфера не сжигает попадающие в неё объекты, а лишь поглощает, делая их своими узниками внутри себя. — То есть у мира есть шанс быть окутанным еще одним «озоновым слоем»? Черт, такие перспективы нам не по душе. Сколько у нас есть времени? — поинтересовался агент. — Нужно ведь что-то делать. — Если мы возьмем за константу её нынешнюю скорость, а также учтем площадь планеты и её длину вдоль экватора, то до нас сфера дойдет за 3 дня, а через 3-4 месяца охватит всю Францию, через примерно пару лет — весь мир. И это мы берем с учетом, что скорость распространения будет постоянной, то есть без изменений. И еще кое-что: мы выдвинули теорию, что эта сфера обладает свойством ультрафиолетовой протекции против солнечного света. Грубо говоря, внутрь купола солнечный свет практически не поступает, вполне вероятно, что там всегда будет достаточно темно. А это грозит людям ухудшение зрения и недостаток витамина D. В итоге, человечество может стать своего рода людьми-кротами. — Слишком страшное и мрачное будущее. Дела, конечно, у нас плохи. Сержант, то есть, у нас в распоряжении 3 дня на всё про всё? — подытожила Бонни. — После этого конец? — Не совсем, — стал немного успокаивать подругу Джонсон, — мы можем отодвигать лагерь по мере необходимости. — Ты сам-то веришь в то, что говоришь? — стала сомневаться Бонни. — А если через пару часов скорость увеличиться в десять раз или еще больше? Это не выход. — Что ты предлагаешь? — спросил агент. — У нас остается единственное решение — мы должны все решить за три дня, иначе все, — грустно расставила все точки над «i» Бонни, — в противном случае, мы потеряем всю планету. — И станем узниками этой сферы, — закончил за Бонни агент, — да, будущее представляется непонятным. — Сейчас нужно сконцентрировать все силы на более глубоком исследовании сферы, — сказала Бонни, отстранившись от компьютера и посмотрев на Тима. — Согласен с тобой, — подтвердил слова девушки Джонсон и обратился к исследователю, — товарищ сержант, не прекращайте наблюдение ни на секунду, каждый 2 часа — доклад в электронном виде мне на почту, нам нужно знать, как меняется скорость распространения сферы. И личная просьба — смоделируйте три варианта прогноза распространения сферы — негативный, нейтральный и позитивный. Мы должны быть готовы ко всему. И да, еще кое-что, обо всех аномалиях, даже если они вам кажутся незначительными, также докладывать мне. Приказ ясен? — Так точно, товарищ руководитель, — ответил Уотсон, — приказ понятен. — И еще, как тебя зовут? — Стивен, товарищ руководитель. — Стивен, слушай, нам не нужна паника среди личного состава, хорошо? Постарайтесь все провести без лишних разглагольствований и просто продолжайте работу в обычном штатном режиме. — Так точно, рот на замке, товарищ руководитель. — Отлично, ладно, Бонни, пойдем, — обратился агент к девушке.       С этими словами друзья вышли из исследовательского корпуса и направились к своим палаткам. Мимо них все также шагали военные, спешно пробегали исследователи и наблюдатели, в общем, каждый занимался своим делом, но атмосфера в штабе царила весьма муторная и суетливая, как, впрочем-то, и весь сам ход всей операции. Некоторые из тех, которых повстречали друзья здоровались с ними, кто-то проходил тихо и незаметно, а пара людей, уткнувшись в свои бумажки и телефоны даже случайно задевали плечом наших героев. В общем, жизни и работа в штабе кипела.       Пара дошла к палатке Джонсона, но перед тем, как агент зашел в неё, Бонни кое-что решила у него спросить: — Тим, — начала она, — как думаешь, что все это такое? Это точно что-то сверхъестественное, человек такое не мог такое создать. Ты сочтешь меня за дурочку, но поверь человеку, который не первый год возится с этим — здесь что-то не чисто. — Знаешь, — ответил ей агент, — пару месяцев назад я бы уже звонил 911, чтобы тебя забрали в соответствующее место, хех, только не обижайся. Но сейчас это действительно серьезно, ты ведь сама все видела: и тесты, и результаты. — У тебя есть план?  — Вряд ли, мне надо подумать. — Ладно, не буду тебя отвлекать, увидимся. — Само собой.       С этими словами друзья крепко обнялись и разбрелись по своим палаткам. Перед входом агенту опять пришлось попотеть, чтобы открыть замок входа, но и на этот раз ему это удалось. Немного посетовав на ломаный замок, Тим вошел в свою палатку. За пару часов здесь абсолютно ничего не поменялось: все такая же не заправленная кровать, прикроватная тумба с электронными часами и стол с включенным компьютером.       Неожиданно из динамиков моноблока стал раздаваться характерный сигнал вызова, как будто кто-то пытался связаться с агентом через компьютер. Агент спешно подошел к столу, сел на стул и нажал мышкой на мониторе зеленую трубку, которая означала «принятие вызова». На экране возникло довольно грузное лицо человека в военной форме. Волос у него было немного, большинство, скорее всего, выпало давным-давно, а те, что остались были почти все поголовно седыми и жидкими. На носу у этого человека были небольшие черные очки для зрения без душек и которые держались на позолоченной тоненькой цепочке на шее. — Здравия желаю, товарищ полковник, — поздоровался с человеком на экране Джонсон. — И я рад тебе, Тим, — тихо и спокойно произнес человек, — какие успехи в первый день? — Я все Вам вышлю в подробном отчете сегодня вечером, — ответил агент, — довольно большой объем информации скопился, все не рассказать. — Ты только одно мне скажи — дела наши скверны? — Товарищ полковник, я всегда старался не врать и сейчас не буду, так что похоже на то. — Черт возьми, Тим, только не говори мне, что у тебя нет плана. — Все в процессе, товарищ полковник, мы работаем над этим. — Это хорошо, но я вообще не о том. Я чего тебе звонил, у меня к тебе есть одна просьба. — Какая, товарищ полковник? — Слушай, Тим, незадолго до всего этого мы от ООН отправили небольшой отряд в помощь местным властям и полиции, просто как акт доброй воли и помощи союзному государству. Так вот, по нашим данным, они до сих пор должны находиться в городе, только не знаю, живы ли оно вообще или уже надежды нет. Мы пытались с ними связаться, но они потеряли с нами контакт несколько дней назад. Поэтому, такая просьба — если вы сможете пробраться в город, скооперируйтесь с ними, они вам помогут разобраться что к чему. Они, конечно, сами также почти ничего не знают, но хоть какая-никакая помощь вам в это тяжелое время. — Хорошо, товарищ полковник, мы постараемся. — Отлично, и еще кое-что, чтобы вам было легче их найти, зайди в нашей сети в раздел «ИЛ-34/122-3O». Их личные дела находятся там. Так вам всем будет легче их опознать. — Хорошо, товарищ полковник, все сделаем. Конец связи. — Удачи вам, ребята. Сейчас мы все переживаем не лучшие времена, но уверяю тебя, Тим, бывало и хуже. Конец связи.       Лицо человека, а экране мгновенно пропало. А после этого Тим решил глянуть на личные дела тех, о ком говорил полковник. Для этого агент открыл на своем компьютере приложение с всеми базами данных ООН и вбил в строку поиска наименование раздела. Результатом поиска была необходимая папка, которую агент, не задумываясь, открыл. Внутри нее оказалось 12 листов формата WORD, причем каждый из них был подписан примерно так:

Фамилия_Имя_Позывной_звание_оперативный номер

      Тим долго не стал всматриваться как в сами файлы, так уже тем более в их содержимое. Вместо этого он лишь мельком пробежался по названиям файлов. Но все-таки первых двух людей в списке Тим решил посмотреть. Первый документ содержал в себе характеристику некого полковника Гюстава Ратте. Тим быстренько пробежался по досье и как мог запомнил фотографию военного (причем он был удивительно похож на полковника, с которым Тим разговаривал минутой ранее). «Удивительно, — подумал про себя агент, — все вы, высшие чины, на одно лицо».       Второй файл содержал в себе досье другого человека, которому на вид было не больше 34-37 лет. Мало того, Тиму даже показалось, что человека с фотографии ему улыбался, по крайней мере уголки губ этого человека были слегка направлены вверх. Помимо этого, на плечах у него зияли капральские погоны французской армии. Справа от фотографии в личном деле были указаны имя, фамилия, звание и позывной военного — капрал Уинстон Джонсон — кодовое имя: Питбуль. — Тяжело будет вас найти во всей этой катавасии, — сказал себе под нос Тим, — но ведь мы же не ищем легких путей, верно?