Маленькая смерть моей души

Элисон

      Девушка забрала сумку, игнорируя мои попытки её остановить, и быстро пошла к столу где устроилось змеиное царство. Они о чем-то гудели, смеялись, проглядывая то на меня, то на Тоби, который слегка стыдливо сидел в дали ото всех и прятал глаза в учебнике анатомии. От удара ладонью по столу Кэмерон вздрогнула, а подружки замолчали, Иен просто лениво поднял взгляд на её руку. Плевать на него, пусть катится к чертям, сейчас нужно было разобраться с этой шмарой. — Кэмерон, ты в конец охренела? — Прошипела Мария прям на ухо ей, вдыхая приторно сладкий запах, от которого тут же подоспел рвотный рефлекс. — Элисон тебе ничего не сделала, а ты как псина стараешься докопаться до неё, словно это тебе что-то принесёт. — Очень даже может быть. — Совладав с шоком, ужасно противным голосом просипела блондинка. — Ей понравилось наше маленькое шоу? — Безумно. — Девушке хотелось ударить её разукрашенное лицо прямо об стол, чтобы услышать как её нос ломается и улыбаться. Но это был не выход. — И что было причиной? — Надоело смотреть, как она носится за этим жалким парнишкой. — Мария смотрела на Кэмерон, готова была уже ударить, но краем глаза заметила ухмылку Коули. — Какого хера ты улыбаешься? — Парень лениво перевёл взгляд на неё. — Что-то смешное нашёл в её словах, или правда глаза начала колоть?       Зря она это сказала. Иен напрягся, сжимаясь, как кошка перед прыжком, встал, возвышаясь над ней как скала перед котёнком. Руки были сжаты в кулаки, костяшки белели, ещё бы немного и напоминали бы снег. Губы напряжённо стянуты в тонкую линии, а глаза… В серых глазах был шторм. — Пошла отсюда нахер. — Голос тихий, угрожающий. Мария зло смотрела ему прямо в глаза, борясь с желанием врезать прямо по этому лицу. — Элисон, блять, забери свою шавку. — Как ты меня назвал? — Девушка задохнулась от возмущения. Её рука уже на начала подниматься, когда я резко дёрнула её вниз. Мария отмахнулась. — Да как ты смеешь? — Мария, пошли — Правильно, веди эту чокнутую отсюда. — Просипела Кэмерон, поднимаясь к Иену. — Да пошла ты нахер. — Швырнула в неё, ведя Марию за собой. — Поехали перевозить вещи. — Я с ней ещё не закончила. — Мария хотела обернуться и что-то сказать, но увидев моё лицо, остановилась и нехотя зашагала за мной. — Зачем ты меня остановила? — Ты бы ничего не добилась этим. Ты не видела, Иен уже собирался едва ли не ударить тебя. — Я обеспокоено покосилась на парня, зло смотрящего нам в след. — К тому же тебе не нужны лишние проблемы из-за меня. — Эл, причём тут проблемы? — Мария нервно заправила красивую прядь волос за ухо. — Мне абсолютно плевать, даже если они выкинут меня из этой школы. Они не должны были так поступать, и я должна была им показать… — Хватит, Мария — Я устало погладила её по руке. — Я признательна тебе, что ты хочешь меня защитить, но не стоит. Я справлюсь.       Пока мы шли по коридору к выходу из школы, Мария несколько раз порывалась вернуться и проучить то Кэмерон, то Иена. Периодически она вспоминала, что виной тому были и Тобиас со своей девушкой, отчего красивое лицо подруги кривилось, и она снова хотела вернуться, но я настаивала на том, чтобы не вмешиваться.       Спустя двадцать минут, две чёрные машины припарковались перед подъездной дорожкой к дому. Мария, едва заглушив двигатель, тут же забралась на второй этаж и покидала в сумку все нужные вещи. Я была рада, что смогла уговорить поехать ее со мной. Возможно, Мария и привыкла к жизни в одиночестве, но я чувствовала себя обязанной дать ей теплоту и дружескую поддержку, в особенности после того, что она для меня сделала.       Мария криво спускается по лестнице, таща в руках тяжёлую сумку, пока я разглядываю фотографии на каминной полке. На них изображены два милых ребенка, очень похожих друг на друга. Вот только у девочки волосы благородного темно — рыжего цвета, безумно густые, а у мальчика с зелеными глазами волосы просто темные. Мария на всех фотография улыбается, когда ее брат предпочитает находиться в угрюмом состоянии. Ни на одной из всей линии на каминной полке я не наша фотографий их мамы. Высокий мужчина в костюме, с тонкими губами, едва натянутыми в полуулыбке был единственным родителем, запечатленным в семейной хронике. — Что ты делаешь? — Я слышала, что она спускается, но не могла оторваться от милой девочки, приветливо улыбающейся мне. — Почем ни на одной фотографии нет твоей мамы? — Мария кривит лицо и с грохотом ставит сумку на барную стойку. Нехотя, она подходит ко мне. — Она недостойна тут находиться. — Девушка сложила руки на груди и невидящим взглядом уставилась на лицо своего брата. — Когда Ника не стало, она была чёрт знает где. Её принесло только через две недели, и когда она увидела наши заплаканные лица, то просо отшучивалась. Она даже не удосужилась прочитать сообщение отца, что её сын погиб. — Может, ей было так проще пережить утрату Ника? — Тихо спрашиваю я. Мария устало прикрывает глаза. — Нет, ей было просто плевать. Когда она узнала, то просто сказала «как жаль», словно это был не её сын, а чей — то соседки. — Мария раскраснелась от воспоминаний, хотя мне больше казалось, что от нахлынувших слез. Резко качнув головой, Мария протянула мне руку и повела к выходу. — По-моему, нам пора.       Я кивнула, не став настаивать на откровении. Я видела, как ей тяжело не хотела давить на старые раны. Рано или поздно мы все должны отпустить наше прошлое, чтобы жить в счастливом настоящем. Мария просто еще не готова отпустить горячо любимого брата.       Пока мы укладывали вещи в машину, я задумалась, смогла бы я простить такое отношение? В памяти невольно всплывает видео, которое мне присылает Кэмерон на перемене. Она снято на скрытую камеру, установленную видимо на холодильнике. Тобиас наклоняется поцеловать меня, и я невольно поднимаю свои руки к его шее, обхватываю его, как наивная дурочка тянусь к нему изо всех сил. Потом отстраняюсь со странной влюбленной улыбкой и наивно смотрю на смущенного Тоби. Тогда, сидя на той кухне, я думала, что он покраснел из-за страсти, так сильно пульсирующей в воздухе, но он был зол и прогнал меня едва ли не в ту же минуту. Смогу ли я простить его? Я отчаянно хотела верить, что конечно смогу, но боль от предательства до сих пор кровоточит.       Я вижу, как Мария садиться в свою машину. Трясу головой и тоже сажусь за руль. Мысли о Тоби явно не то, о чем я должна думать. Мои родители с радостью разрешат Марии пожить с нами. Они давно говорят мне, что я становлюсь все более замкнутой и что мне надо завести подругу. Мария им очень понравиться. С этими мыслями я обгоняю черный форд и жестом показываю следовать за мной.