Принцесса мира Зеркал: Магия Эллиады

Того ли мы боимся? Мы приходим в ужас от одной мысли о Пустоте. Но, возможно, она — не самое страшное, с чем сталкивается пурин. Самое страшное — это миг, когда ты в эту Пустоту падаешь. Патриарх эллиадской церкви Доминик Шайн

      Тёмные кружева и шелковистый бархат. Тонкая сеточка рукавов и длинный подол. Надела бы такое Лючия? С чего бы ей? Она — хоть и принцесса — грациозностью и изяществом не отличалась. Хотя, может быть, где-то глубоко в её мыслях она мечтала «подходить» этому тонкому и воздушному наряду.       Но это платье Линды. Его Алан вёз с собой: он привык брать много вещей, порой слишком много для небольшого марш-броска за две-три границы лордских земель. Тем более с целью сражаться. Хотя сейчас — иронично — его любовь к роскошным путешествиям оказалась им на руку.       — Я всё ещё против. Лючия не должна становиться главной мишенью, чтобы закрыть нас всех собой, — настаивал Алекс.       Они разрабатывали план. Пирр набросал на обрывке бумаги поместье — примерный его план, которого было вполне достаточно для распределения сил. А сил немного: необходимо обращаться с ними осторожно.       Так, Лючия должна была отвлекать Завоевателя. Причина была очевидна всем:       — Из нас Лючия обладает самой сильной волей, — напоминал Алан, устав, но терпя. — Тина и я принадлежим к слабым народам, Ричард — берсерк. Или ты себя хотел предложить?       — Почему бы и нет? Я ведь поклялся защищать Лючию, и не только как герцог.       Немного выпавшая из разговора Лючия резко обернулась на его слова и мигом налилась краской. Неужели дело настолько серьёзно, что Алекс не постеснялся надавить на чувства? В любом случае, ей почему-то была приятна эта защита. Хоть и пришлось согласиться с Аланом.       — Послушай, Алекс, — наконец привстала она. — Кто-то из нас должен выйти вперёд, кто-то — прикрыть. У меня есть реликвия Времени и Пространства, я смогу сдержать гипноз…       — А ты знаешь как? — сощурился тот, скрестив руки у груди.       Райдер прав, но…       — Я чувствую. — Дрожь в голосе заставила Алекса вскинуть брови. — Ну Алекс! Прошу, не противься. Это же всего лишь танец, ничего со мной не случится!       — А я и не по поводу танца беспокоюсь. А по поводу обворожительных глаз господина Завоевателя, — сострил Райдер, а Лючия закусила губу.       Как будто она совсем не Алекса успокаивала…       — Из вас двоих больше шансов выдержать у Лючии, — сказал, как отрезал, Алан. — Знает она или нет, в отличие от тебя, Алекс, она может контролировать гипноз. А ты абсолютно беззащитен в такой ситуации.       Райдер вздохнул. Неподвижный лёд в его глазах треснул — негромко, так, что лишь Лючия сможет услышать. Она привстала. И взяла Алекса за руку.       «Ты и сам знаешь, что так должно быть, правда?» — мысленно спросила она — вряд ли он хотел бы, чтобы циничный Алан услышал нечто настолько личное.       «Знаю. Но не могу же я тебя просто так отпустить в лапы чудовища», — устало ответил Алекс.       «А ты и не отпускаешь. Ты будешь рядом. Прикрывать меня, да?» — Лючия улыбнулась, старательно убеждая себя, что ей вовсе не страшно.       «Я… — На миг в его глазах промелькнуло сочувствие, но тут же оно сменилось ледяной твёрдостью. — Да, конечно. Буду».       Его пальцы сжали ладонь Лючии сильнее. А та — тем временем — старалась отогнать мрачные мысли.       Она пойдёт под руку не с Алексом — с другим — на бал, а потом — совсем одна — будет смотреть в глаза самому главному страху в своей жизни… Уайт изо всех сил воображала, будто этого не будет, будто беспокоиться не о чем. Холодок пальцев Алекса приводил в чувство.       Ведь милому другу сердца не обязательно знать то, что это сердце не хочет знать.       — Хей, любитель мяты, перестал шипеть на мышонка? — отозвалась Тина.       Лючия взглянула на неё. Улыбается, поставив руки в боки. Неужели ей не ведом страх? Или она готова окунуться в омут с головой — лишь бы достигнуть своей цели?       — Прости, а мышонок — это, как понимаю, я? — раздражённо вскидывая брови, спросил Алан.       — Да. Что-то не так? — ехидно улыбаясь, склонила голову она.       — Да нет! Совсем ничего, совсем… — театрально отмахнулся Алан, очаровательно улыбаясь в ответ.       «Обычно это означает: «Ты ещё поплатишься за свои слова», — мысленно пояснил Алекс.       «И чем он может насолить Тине?» — не поняла Лючия.       «Ну, мне он однажды добавил семь ложек сахара в чай».       «Страшная кара, страшная!» — усмехнулась Лючия.       «Безумно», — усмехнулся Алекс в ответ.       Наконец, они двинулись в сторону тронного зала Астора. Тем временем там уже собрались несколько племенных воинов: они обступили вождя и Ричарда, который по-прежнему не расставался с порошковой маской. Кажется, после пары часов нахождения в ней он весь побелел.       — Прости, котяра, но я, пожалуй, встану тут, — расположилась напротив Ирвинга Тина. — Не серчай, но от запаха этого порошка можно с ума сойти.       — Конечно, конечно, не переживай, — сказал он, странно повернув голову и неправдоподобно кашляя.       Лючия встала с ним и похлопала его по плечу. Засветился почти так же, как раньше! Алекс и Алан остановились у свободной четвёртой стороны, Пирр шагнул ближе к своему вождю. Тот же сосредоточенно взирал со трона сверху вниз.       А внизу — на каменном столе — лежал раскрытый свиток. Алекс одолжил его Пирру, чтобы тот нарисовал на нём план поместья Голдов. Конечно, этого вряд ли хватило бы на детальный рисунок, но для примерного чертежа Пирра хватило и его. Зато Лючия явно не запутается в деталях: Пирр объяснил всё предельно просто.       — Что же мы предпринимаем? Просветите меня, — наконец привстал Астор и спустился. Алекс, сощурившись, взглянул на него в ответ, но прежде чем он успел что-либо сказать, его перебил Алан:       — Я бы хотел начать с небольшого обозначения нашей текущей ситуации, — заявил он. — Если, конечно, все присутствующие «за».       — А тебе есть, что рассказать, мыш? — вскинула бровь Тина. У Найта едва заметно дёрнулся уголок губы.       — К твоему сведению, я занимался разведкой этих земель задолго до вашего прибытия.       — Линда исчезла летом, насколько я понимаю? — предположил Алекс.       — Совершенно верно, — кивнул Алан. — И начало семестра я потратил на её поиски, и мне удалось кое-что выяснить.       — Тогда тебе слово, человек-мышь, — торжественно объявил вождь.       От этого Лючия, Тина и Ричард едва не расхохотались. Даже на лице Алекса промелькнула мимолётная улыбка.       — Алан Найт — вампир, вождь Астор, — сквозь вырывающийся смех поправила его Лючия. — Он умеет превращаться в большую летучую мышь.       — Оу… Прошу прощения.       Впервые непоколебимая уверенность Астора покинула его. Его недоумённый вид едва не уничтожил Лючию окончательно: такой растерянный, вождь выдвинул нижнюю губу, отчего клыки — казалось — смотрели в разные стороны.       — Благодарю, принцесса Лючия, — испытывающий взгляд Алана заставил Уайт прикрыть рот. — Так вот. Мои поиски проходили по окраинным территориям поместья. Поскольку я не мог рисковать своими разведчиками, я решил отправиться один…       Весёлость принцессы будто ветром унесло. Она и не представляла, каково было Алану, совсем одному искать самую дорогую девушку в его жизни.       Лючия ему улыбнулась. Удивительно, но Алан заметил её и улыбнулся в ответ.       — Благо, сейчас мне встретились вы, и мы можем помочь друг другу, — дипломатично отметил он и продолжил: — В основном, я изучал окрестные территории и траектории движения армий Завоевателя. Судя по пустынности, я предполагаю, что наш достопочтенный лорд совсем забросил свои земли в угоду военному лагерю пленников. Вся почва выжжена или вытоптана, бывшие поля поросли сорняками, люди почти вымерли. На что они живут — неясно. Я подозреваю, что Орден Теней спонсирует роскошную жизнь Завоевателя, ведь на королевское пособие тот вряд ли бы смог отстроить настолько шикарное поместье.       — А ты видел его, Алан? — удивилась Лючия.       — Да, как раз подобрался совсем близко к нему, когда мы с тобой столкнулись, — уточнил он. — Оно разительно выделяется на фоне его земель. Даже дома его родственников и близко не похожи на его поместье.       — Постой, у него есть родственники? — переспросил Алекс. — И они не знают о происходящем?       — Судя по всему, нет. Или догадываются, но молчат. Я не замечал у них отрядов Завоевателя, у них самые обычные слуги и сады.       — Всё интереснее и интереснее, — усмехнулась Тина. — Оказывается, этот грязный трус прячет хвост даже от своих. Боится, наверняка.       — Зато его не упрекнёшь в неосторожности, — поправил её Алан. — До того, как нас сюда привело расследование, король и не подозревал, что выделял деньги мошеннику. Граф Бэнджамин Голд и его семья долго молчали о том, что происходит на их землях, а ведь все думали, что у них простой неурожай.       — Я слышал, Завоевателя называют самым известным членом Совета Ордена Теней, — вдруг подал голос Пирр. — Это… правда?       — Правильно мыслишь, — улыбнулся Найт, судя по морщинкам недовольства, больше из вежливости. — Он самый известный член Ордена Теней — в целом. Однако никому до сих пор не удалось его вычислить. Он заработал популярность даже больше, чем глава Ордена Теней! По крайней мере, так говорили среди самого Ордена.       — Интересно, нравится ли такое владельцу реликвии Пустоты, — сказал Алекс.       — Вот именно, — ответил Алан. — Я клоню это к тому, что без чужой помощи и поддержки — ни со стороны семьи, ни со стороны Ордена, ни со стороны короля — Завоеватель не так силён, как вы говорите. У нас есть все шансы победить.       — И не только победить, — догадался вдруг Райдер. — Лючия, ты ведь понимаешь?..       — Возможно…       — Отрубим голову гниющей рыбе — избавим не только Голда от его армии, но и лишим армии весь Орден Теней.       Лючия опешила. Вместе с ней остановилась и Тина, недоумённо глядя на Алана.       Неужели… это первый шаг? Тот самый первый шаг в их борьбе? Раньше их противостояние было мелочным — игра в куклы, не больше. А теперь…       — Мы уничтожим всю армию Ордена Теней одним движением, — поняла Лючия.       — Конечно, свои пурины у него ещё останутся, но основной источник силы мы подорвём, — подтвердил Алекс.       — Но Завоеватель не один, — вдруг ответил Ричард. — Сколько же змей сидят под троном нашего короля?       — Явно немного. Если верить свидетельствам двойных агентов, в Совете Ордена Теней осталось около четырёх пуринов, включая владельца реликвии Пустоты. Хоть эти донесения и могут врать — ведь Совет усиленно скрывает себя, — факты показывают именно на то, что не больше семи проклятых магов делят между собой влияние, — тревожно сдвинул брови Алан.       — Эллиадские и вондерландские разведчики засекли всего четыре разных магических следа проклятой магии, — пояснил Алекс сконфуженным сокурсникам. — Есть и другие подозреваемые, не связанные с проклятой магией.       — Их немного, но за ними стоят целые лордские земли и сеть последователей Ордена, — напомнил Ричард. — Нельзя расслабляться!       Так мало и так много одновременно. Лючия не знала, радоваться или плакать. Сколько же им предстоит сделать…       — Этот путь будет долгий и трудный, — выдохнула она, — но мы его уже начали. Осталось немного — его закончить. Кто со мной?       Она вытянула руку. Незамедлительно шлёпнули ладонями Ричард и Тина. Более аккуратно коснулись их Алекс и Алан. И даже вождь Астор присоединился.       — Буду рад послужить общему делу, — уверенно улыбнулся он.       — Мы спасём ваш народ, — твёрдо ответила Лючия. — И всё Зазеркалье!       Они расцепили руки. Даже Пирр и разведчики не удержались от того, чтобы возликовать.       Да, путь трудный. Да, долгий. Да, остался самый тяжёлый этап. Но после него наконец-то наступит мир, и этого Лючия добивалась слишком долго, чтобы отступить.       — Итак, — она обернулась, — выкладывай свой план, Алекс!

***

      И всё же, несмотря на схожесть внешнюю, Алекс и Алан были совсем не похожи. Да, оба довольно высокие. Да, бледные — аристократической белизне его кожи позавидовал бы любой вампир! Да, черноволосые, и да, взгляд обоих обычно холоден и невозмутим. Однако Лючия отчего-то знала: иди она сейчас под руку с Алексом, а не Аланом, выглядели бы они совсем по-разному. Хмурого и смущённого Алекса Лючия бы вела за собой, как воительница в авангарде, тогда как за легко ухмыляющимся Аланом она шла сама, смятённая и неуверенная в себе.       — Ваше Высочество, не горбьтесь, вы ведь принцесса.       — Ага, а ты не шугайся игнисового света.       — Простите, такова уж моя природа…       — А моя природа — ходить в платье в раскоряку.       Алан — неожиданно — перечить не стал, лишь насмешливо сузил глаза.       Лючия хоть и была низкой, как Линда, но гораздо шире, чем хрупкая девушка-вурдалак. На принцессе нежные рисунки на плечах расходились и расплывались, точно та была не подтянутой и мускулистой, а попросту толстой. Оставалось только успокаивать себя тем, что она идёт не на романтичный бал и не под руку с Алексом.       Тем не менее, тот сказал, что она «не так уж и плохо выглядит». Сомнение в его голосе даже Лючия услышала, но его доброта по-прежнему грела душу.       Особенно когда они с Аланом двигались в сторону крупного поместья, вместившего в себе неописуемые ужасы. Чёрная крыша, фиолетово-тёмная плитка, затемнённые окна, опасно зазывающие, широко раскрытые двери — убранство мастера-гипнотизёра будто нарочно отражало его суть. И этим завораживало: несмотря на вызываемый страх, от «логова» Завоевателя невозможно было оторвать взгляд. Впервые Лючия поняла: бывают одновременно жуткие, но вместе с тем настолько завораживающие вещи, на которые действительно можно смотреть вечно.       А пока они с Аланом медленно направлялись ко входу, Лючия оглядывалась по сторонам. Знатные дамы и господа мирно беседовали о предстоящем балу. Они вряд ли догадывались, к кому идут. А если догадывались или даже знали… Лючия предпочитала об этом не думать. Однако не могла не заметить неприятную тишину, какой никогда не было на балах, устроенных её отцом. Какая-то здесь… лживая тишина. Истеричный крик, скрытый оковами тишины.       Наверное, и впрямь не стоило им с Аланом останавливать карету у аллеи перед поместьем. Слишком долго разглядывая обстановку, Лючия только больше волновалась.       И когда они наконец достигли дверей, Лючия не выдержала и застыла в ступоре. Будто вся их «прогулка», все предчувствия, резко соединились в одно.       Ужас сплетался в одной фигуре потерянными ниточками. Фигуре властной и широкой, фигуре, которая преследовала Лючию в кошмарах и наконец явила себя.       В свете Завоеватель казался массивным человеком. У него были широкие плечи и поразительно большие руки, подходящих лесорубу, но никак не лорду. Ноги его казались мускулистыми, высокие сапоги их туго обтягивали. На большой шее располагалась крупная черноволосая голова.       Лицо его — вполне обыкновенное — отличалось. Большие глаза-водовороты магическим светом привлекали внимание всякого, кто едва коснётся их омута. Лючия тоже коснулась — и едва не провалилась.       Спасло её мягкое движение Алана: он взял принцессу под руку, доброжелательно улыбаясь. Уайт облегчённо выдохнула.       — Как тебе удаётся быть таким спокойным в таких опасных ситуациях? — вполголоса спросила поражённая Лючия.       — Пару сотен лет поживёшь — и не такому научишься.       Его фальшивая улыбка невероятно напоминала искреннюю. Но, наверное, оттого что знала настоящие намерения Алана, Лючия видела её несовершенства.       Наконец, Алан потянул её к нему. Лючия не смогла сойти с места, схватив Алана крепче за руку.       Её будто сковало.       «Лючия».       Голос. Он прозвучал звонко, как капель.       «Лючия, я чувствую, ты боишься. Я рядом».       Её это не успокоило. Но её привело это в чувство.       Она справится. Должна справиться. Ради всех, кто рядом.       — Ну что? Готовы, Ваше Высочество?       И снова Алан заговорщицки улыбнулся.       — Конечно. А ты во мне сомневался?       Лючия дрогнула, говоря это, и выдала себя с головой. Но — удивительно — Найт не стал ей ничего говорить. Лишь мягко направил навстречу самому лицу опасности.       Шаг, один, другой. Лючия близко, слишком близко. Что-то неведомое, но удивительно сильное давило на неё со всех сторон. Лючия закрыла глаза. Энергия!..       — О, кого я вижу! Алан Найт и…       Лючия открыла глаза. И снова чуть не провалилась в омут.       — Ох! Не ожидал увидеть столь достопочтимую леди на своей скромной вечеринке.       Завоеватель улыбался. Так странно, словно кукла. Большая кукла из воска, с горящими, как свечи в полночь, глазами.       — Здравствуйте, граф, — безукоризненно вежливо поклонился Алан. — Я тоже рад вас видеть. Могу представить свою спутницу?       — Представить? Кто же не знает Её Высочество, Лючию Амадей Уайт!       На его слова многие обернулись. Лючия дёрнулась и едва не прижалась к Алану, но вовремя взяла себя в руки.       Пора и ей что-нибудь ответить.       — Тем не менее, приличия соблюсти необходимо.       На самом деле, они хорошо друг друга знали. Слишком хорошо.       — Господин Бэнджамин, позвольте представить — Лючия Амадей Уайт. Лючия, это граф Бэнджамин Голд, о котором я тебе много рассказывал.       Их глаза встретились. Омуты. Сердце Лючии сжалось.       — Очень приятно, принцесса, — улыбнулся Бэнджамин. — Прошу, пройдёмте за мной.       Он протянул ей руку. Едва унимая дрожь в пальцах, Лючия подала ладонь. И вместе с Завоевателем они шагнули во тьму.

***

      — Сосредоточьтесь. Мы почти на месте, — тихо оповестила всех Тина.       Перед глазами в вечерней темноте предстало оно — поместье графа Бэнджамина Голда, самого Завоевателя. Толстые, непреодолимые стены, через которых не проникает ни один звук, давили. На всех, кроме Алекса. Всё-таки далеко не страх перед Завоевателем тяготил его мысли.       Его заботило только одно — судьба Лючии. Он чувствовал её страх, пытался мысленно дотянуться до неё, но пока — ни одного ответа. Что-то подсказывало ему: не волнуйся, с ней Алан, он не подведёт. Однако как унять сердце, которому плевать на доводы разума?       Так или иначе, нужно возвращаться в реальность. Алекс шёл позади Тины и перед Ричардом. Орочьи отряды — из-за того, что легко попадают под власть гипноза — остались прикрывать их далеко позади: Тина подаст им знак, когда можно выйти на бой. А пока приходилось справляться своими силами.       Вот и задний вход — прямо как говорил Пирр. Больше похожие на двери в портовый склад, нежели часть орнамента поместья. Интересно, как власть так долго не замечала Завоевателя? Будто он даже не пытается скрыться!       Тем не менее, около дверей остановились два грузных тролля. Хорошо, что Алекс не видел их взгляда — наверняка бездумного и бездушного, как сама пустота. Он старался не представлять.       — Давай, — кивнула Тина. — Чего ждёшь, любитель мяты?       Не время для шуточек, конечно, но Алекс радовался, что Ульф не впадает в панику, как до этого. Наоборот, она казалась спокойной, поразительно спокойной.       Алекс едва вышел вперёд и сосредоточился. Энергия переливалась, складывалась, образовывала формы. Чётче, чётче…       Лёгкий хруст раздался со стороны троллей — их рты вдруг затянуло холодной инеевой коркой. Те попытались что-то прикрикнуть, но их попытки оказались бесполезны.       Благодаря их растерянности, Алекс ещё и покрыл их конечности льдом достаточно плотным, чтобы тролли согнулись вдвое, пытаясь вырваться.       — Эх, а я уже настроился бить морды, — раздосадовано убрал меч в ножны Ричард.       — Ещё представится возможность, поверь мне, — подмигнула ему Тина. — Ну что, идём дальше?       Проскользнув мимо немых троллей, они остановились у дверей. Тина попробовала потянуть на себя ручку, но двери, конечно же, оказались заперты. Алекс ожидал подобного, поэтому, даже не дав Ульф возмутиться, отодвинул её в сторону.       — Они из дерева. Значит, мы легко их сломаем.       — Да мы ж половину поместья привлечём шумом. И Завоевателя в придачу! — шёпотом воскликнула она.       — Не нужно. Постой здесь. Ричард, мне понадобится твой меч.       — О-о-о, вот это мне уже нравится! — обрадовался Ричард, обнажая оружие.       А тем временем Алекс сосредоточился на замке. Покрыл его энергией, затянул, утвердил. Всё — теперь он покрыт льдом.       — Разбей при помощи магии, Ричард. Должно получиться.       Один хороший удар — и с негромким хрустом замок разлетелся на куски.       — Ого! Офениксенно, — восхитился Ричард. — Ну ты и мозговитый, Алекс!       — С-спасибо, — не очень понял комплимента тот.       — Пойдём уже, — шикнула Тина. — Вперёд, вперёд.       Прежней цепочкой они шагнули внутрь. И погрузились во тьму.       Тина вела их, благодаря волчьему зрению. Алекс же оказался абсолютно слеп и старался не отставать.       Звуки. Где-то — одинокий свист ветра. Где-то — оглушительная тишина. Где-то — лёгкий грохот. Алекс и не заметил, как перешёл границу с чем-то иным. Будто другим миром. Подземным, скрытым от глаз обычных пуринов.       В мире-прародителе есть такое слово — преисподняя. Страшное место, где царит вечная мука и откуда не возвращаются. Райдер чувствовал себя как раз там — в преисподней.       Шаг за шагом — темнота преодолевалась. Страшный коридор вёл всё ниже и ниже, будто крича: беги, пока можешь. Но Алекс не мог. Точнее — не должен. Его святая обязанность — защищать Лючию, и не только как возлюбленную, но и как принцессу. Пока она там — боится, старается, — он здесь, поддерживает её. И он не может повернуть назад.       Наконец, они подошли совсем близко. Послышалось эхо глухих прерывистых шагов. Протяжные стоны, как безумная мелодия, наполнили тёмный ход и протянулись вплоть до поверхности. По спине прошёлся холодок.       — Тина, — вдруг позвал её Ричард.       — Да?       — Ты точно готова… увидеть?       — Конечно…       Она изо всех сил старается не представлять, что перед ней. Она изо всех сил держится, терпит. Она изо всех сил пытается преодолеть животный страх. Алекс будто чувствовал, как она дрожит перед ним. Но не мог ничего сделать: он совсем не умеет успокаивать.       Тина застыла. Кажется, сама Судьба вынуждала Алекса что-то сказать.       — Чем быстрее мы это преодолеем, тем быстрее мучение твоих родных закончится.       Удивительно, но эти слова повлияли на Ульф. И повлияли так сильно, что она, секунду раздумав, рванула вперёд. Алексу и Ричарду оставалось только поспевать за ней.       Свет бил в глаза. Свет приближался, приближался…       И вот они вырвались. Алекс тут же пожалел о том, что сказал Тине.       Ряды клеток. Грязных, обрызганных алым. Кровь и испражнения пропитали пол и стали с ним едины: всякий, кто ходит по ним, словно ступает на проклятую землю. Стояла такая вонь, что даже Алекс взялся за нос, а уж что Тина…       Она просто прикрыла лицо. Обеими руками. Её взгляд устремился дальше — на то, что за ржавыми прутьями клеток.       Орки, оборотни, тролли, все. Вперемешку. Худощавые, в ссадинах, с переломанными конечностями. Как мясная куча, сваленные друг на друга. Озирались по сторонам или не смотрели никуда вообще. Кто-то, у кого оставались силы, грызлись друг с другом не на жизнь, а на смерть.       Алекс думал, что хуже уже некуда. Но Тина решила пойти дальше. Побежать.       Они с Ричардом сорвались за ней следом. Шаги отдавались в ушах громким эхом. Благо, Райдер смог отгородиться от стонов, хрипов, криков. Иначе бы он вряд ли остался в своём уме.       Удивительно, но по пути они не встретили ни одного стража. Неужели гипноз Завоевателя настолько силён, что ему хватает защиты со входов? Ведь заключённые просто не смогут убежать — не захотят.       А тем временем Ульф бежала и бежала, и остановилась. Алекс остановился рядом последний, поэтому заранее увидел побледневшего Ричарда и приготовился к худшему.       Дети. Кто-то щенок, кто-то — ребёнок, похожий на человека. Они ползут по полу, скуля и тихо пища. А над ними — женщина, чьи глаза светятся такой же яркой желтизной, как у Тины.       — Мама…