Мой горизонт - Север

      Эта песня запомнилась навсегда и надолго. Эта песня невзначай вспомнится одиннадцать лет спустя. Эта песня, которая звучала в тот вечер, словно была неким предсказанием. Наверное, именно поэтому эта мелодия и слова оставили след в душе?       Рут замерла, услышав протяжные звуки скрипки и красивый голос барда, который напевал строки песни.

«Куда ты отправилась, Денни Флинт? В какую темную даль? Лик Старых Богов там угрюм и суров, Не согреет тебя материнская шаль…»

      Позже она напевала себе эти строки под нос, особенно в те моменты, когда было страшно. Эта песня придавала ей мужества и силы, помогала вытерпеть все тяготы и преодолеть страхи.       Рут было шесть лет, когда она впервые услышала песню о «Денни Флинте», которая отправилась на Стену и, притворившись мужчиной, надела черное, чтобы стать братом Ночного Дозора. Девочка не понимала, что именно ее так впечатлило в этой песне: героизм Денни или трагический конец, однако строки не вылезали из головы.       «Наверное, это был знак богов» — подумает она спустя одиннадцать лет, ожидая, когда ворота Черного Замка распахнутся перед ней.

***

      Она слышала ругань отца и своего старшего брата Ашера, и ей было страшно. Рут часто задавалась вопросом, почему они никак не могут поладить, но ответа не находила. Возможно тут кроется какая-то тайна, история или… дело обстоит в обычном недопонимании, однако, какова не была бы причина, Рут становилось тяжелее на душе, с каждым услышанным гневным криком.       Даже ее мать — Селина, в девичестве Селина Гарнер, родом с Западных земель, не могла угомонить это вечное противостояние. Иногда Рут казалось, что жена главы дома Слейтов и вовсе махнула на это рукой, словно смирившись.       А Ашер и Бишеп продолжали ругаться, орать друг на друга в припадке гнева, словно и не были родными друг для друга людьми. Весь последующий день, девочка молилась в богороще за старшего брата и отца, именно там ее и нашла Селина, которая дослушала молитвы дочери до конца, жалея, что она не обладает силой богов, чтобы исполнить все желания Рут в одночасье.       Слейты… По произношению напоминало обычное слово «сланец», горная порода, которая отличается тем, что камень сланца расслаивается на тонкие, но крепкие пластины, соединив которые, образуется прочный фундамент. Так же было и с их семьей: все такие разные, непохожие, у каждого свой характер, свои увлечения и свой склад ума, но вместе они были — большая крепкая семья.       Угрюмый и вспыльчивый — Бишеп Слейт, который стал лордом Черной Заводи в свои неполные десять лет. Его супруга Селина, которая родилась в Западных землях и жила все равно что сирота при живом отце, которого мало интересовала дочь, и он занимался только воспитанием ее старшего и младшего братьев. Именно поэтому совсем юной, ее выдали замуж за Бишепа, который был старше супруги на семнадцать лет. Селина не побоялась уезжать на дальний холодный Север, напротив, она как можно быстрее старалась покинуть дом, оставляя одинокое прошлое позади.       Юная, робкая и несчастная, она приехала на Север, чтобы попытаться хоть здесь, если и не найти счастья, то хоть построить размеренную и спокойную жизнь, забыв про одиночество и кошмарное безразличие отца. Селине казалось, что она прогадала — Бишеп, которому на тот момент уже было тридцать два года, был холоден к жене и подобно ее отцу, выказывал только лишь безразличие. На тот момент, ей казалось, что она пропала, что она словно тонет в черных холодных водах озера, на берегу которого и располагался замок. Но, потом внезапно произошло чудо, боги словно смиловались над ней, решая, что столь юной девушке более не стоит страдать: Селина забеременела от мужа и тот, воспылал к супруге нежностью, буквально нося ее на руках. Незаметно для самих себя, эти двое полюбили друг друга.       Ее первенцем был Ашер, затем, она родила лорду Черной Заводи еще одного сына, которого назвали Натан, через год на свет появился Томас, а затем, Селина родила сразу двоих: сына Сэма и единственную девочку — Рут, которая, в отличие от братьев, переняла красоту матери.       Селина опасалась, что Бишеп будет относится к дочери, как ее отец относился к ней. Но, на ее счастье, опасения никак не оправдались. Бишеп воспитывал сыновей в должной для мужчины строгости, в то время как Рут для него была самым дорогим сокровищем и его маленькой принцессой. Наверное именно поэтому дочь была так сильно привязана не только к отцу, но и к Ашеру, который, как бы это не было странно, более всех из сыновей и был похож на отца, как внешне так и по характеру. Возможно именно это и было главной причиной вечного разногласия отца и сына.

***

      Рут проснулась ночью от сильной тревоги. Она чувствовала, что что-то не так. Девочка поднялась с постели и в одной ночной сорочке вышла из своей опочивальни. Несмотря на то, что было прохладно, ей нравилось ощущать босыми ступнями холодный рельефный, местами острый камень, которым были выложены пол и стены в замке. Рут не знала куда, а главное, с какой целью она идет, но девочка словно бросала вызов ночной темноте и звездам Севера, которые сверкали в небе и упрямо шла вперед.       Она вышла на улицу, на небольшое крыльцо внутреннего дворика, который выводил прямо к богороще, стоило лишь его пересечь. Ей послышались чьи-то вскрики и звон меча, словно кто-то с кем-то дрался. Чувствуя неладное, Рут поспешила пересечь двор, чтобы ступить на мягкую, покрытую мхом, землю богорощи. Она бесстрашно пошла вперед, ничуть немедля, подозревая, что скорее всего это хулиганят ее братья.       Натан, как и Томас, были ненамного старше ее, не говоря уже о Сэме, который все равно мнил себя старшим, так как он родился раньше да и вообще, он мужчина, а Рут — слабая младшая сестра, которую он обязан защищать и оберегать. Именно поэтому девочка, несмотря на тщательно вбиваемые в ее голову правила о правильном поведении леди, всегда проказничала вместе с братьями, стараясь не отставать от них чтобы показать, что она «своя», что она может играть наравне с мальчишками. Хотя когда дело касалось оружия и учению драки на мечах, или стрельбы из лука, Рут поспешно отмахивалась, заявляя, что она леди и ей не престало заниматься подобными вещами. Оружия она почему-то боялась как огня и считала, что если его и надо применять — то только мужчине.       Выйдя из тени страж-деревьев, в сердце богорощи, где росло большое чардрево с вырезанным на белом стволе ликом Старого Бога, девочка увидела Ашера, который безжалостно кромсал своим мечом ствол одного из деревьев. Парень точными ударами бил лезвием по стволу, оставляя рубцы. Как только меч касался дерева, разрезая кору, он вскрикивал от злости и ярости, которые бушевали в душе.       — Ашер, — тихо позвала его Рут, думая о том, что скорее всего он ее не услышит, но он услышал. Брат повернул голову в ее сторону, внимательно вглядываясь в лицо Рут, словно не узнавая ее. — Что случилось?       Девочка подошла ближе. Сердце ее сжималось от одного взгляда Ашера, который был грустным и вместе с тем потерянным. Парень отбросил меч и упал на колени, закрывая лицо ладонями. Рут видела, как вздрагивают его плечи и поняла, что брат плачет. Она подошла ближе и присела прямо перед ним, обнимая как можно крепче, чтобы показать, как сильно она его любит.       — Рут… Рут… — бормотал он, утыкаясь головой в плечо сестры, чувствуя ее ласковые поглаживания. Эти прикосновения казались ему до боли родными: так часто успокаивала его мать в детстве. Успокаивала, когда ему было плохо, он не мог уснуть или болел. И сейчас его вот так, подобно матери, успокаивает младшая сестра.       Они просидели в тишине богорощи, не говоря ни слова. Спустя некоторое время, почувствовав, что Рут дрожит от холода, Ашер отвлекся от своих страданий и переключил внимание на сестру, которую надо было срочно отвести в замок, чтобы она не заболела.       Он проводил Рут до ее комнаты, уложил в постель и укутал в одело, как он это часто делал, когда она была совсем маленькой.       — Почему ты плакал? — робко спросила она. Ее серо-голубые глаза казались ему такими большими, а каштановые волнистые волосы смешно взлохматились. Ашер не сдержался от порыва и потрепал сестру по голове.       — Потому что я… немного устал, — проговорил он, — меня расстроила ссора с отцом. А почему ты в такой час не спала, а бродила по улице? Смотри, так совсем мальчишкой станешь.       — Лучше уж так, чем одной, — пробормотала Рут, а потом вернулась к основной теме разговора. — Если ты расстроен из-за ссоры с папой, то помирись с ним.       — Это сложно, — неуверенно пробормотал парень, — и вообще, с отцом тоже всегда сложно, дико сложно, иногда я сам не понимаю, почему так получается.       — Мама говорит, это потому, что вы слишком похожи, — важно заявила девочка.       — Возможно…, — Он взъерошил копну своих русых волос, Рут знала этот жест: Ашер всегда так делал, когда пытался обдумать что-то важное. — В любом случае, ты еще маленькая, чтобы забивать такими вещами себе голову.       — Мне уже десять! — возразила Рут.       — А мне пятнадцать, я старше, следовательно, я прав.       Вид у него и вправду был растерянный и задумчивый, девочка уже устала считать сколько раз он провел рукой по своей шевелюре. Ей казалось, что сейчас Ашер стоит на пороге какого-то важного решения и почему-то от этого становилось не по себе.       — Ты ведь всегда будешь тут, со мной? — внезапно вырвалось у Рут.       — Что? — Брат внимательно посмотрел на нее как-то ошеломленно, словно сейчас она рассказала ему о какой-то его страшной тайне, которую он старался скрыть. — Почему ты спрашиваешь?       — Ты же сам сказал, что устал, вдруг из-за этого ты захочешь уйти, — предположила девочка.       — Глупости!       — Я буду надеяться, что это действительно так. Они оба замолчали. Ашер чувствовал, что сестра дико расстроена, причем из-за него.       — Ты должна спать, — сказал он, чувствуя, как сердце его сжимается. Ему срочно надо было уйти отсюда, иначе, он передумает. Ашер хотел было подняться с кровати, как внезапно, Рут схватила его за руку.       — Обещай, что не уйдешь!       Он внимательно смотрел на нее некоторое время, сохраняя молчание. Девочка отпустила его руку, понимая, что все потеряно.       — Обещаю. Она счастливо улыбнулась и положила голову на подушку, полная надежд на светлое будущее.       Проснувшись утром, Рут услышала рыдания матери. Чуть позже она узнала, что Ашер бесследно исчез. Спустя время в Черную Заводь прилетел ворон, который принес весть: ее старший брат Ашер облачился в черное.

***

      С тех пор, как ты покинул меня, прошло семь лет, Ашер. С тех пор как нас всех покинул отец, прошло пять. И мне очень вас не хватает!       Мама сегодня грустна и сама не своя, она говорила, что ей снился отец. Она поведала мне об этом, когда я нашла ее на его могиле рано утром. Мне кажется она не в себе, потому что сердце ее разрывается от тоски. Она еще пыталась держаться, когда Натан и Томас были тут, ну, а что же теперь?       Братья воюют на стороне Старков, полные светлых надежд отвоевать престол Винтерфелла и склонить колени перед единственным королем, которого они признают — Роббом Старком Королем Севера. Мы вместе с Сэмом тоже преисполнены этой идеей и также желаем, чтобы Юный Волк добился своего, правда, на душе мне очень тревожно. Я очень боюсь, что война заберет у меня Натана и Томаса.       Сэм тоже под ударом, особенно в случает проигрыша Старков. Сейчас он временно является лордом Черной Заводи. Стены замка крепки, но людей, которые способны оборонять эти стены, не так много, Натан забрал большинство наших воинов на войну. Поэтому я чувствую себя незащищенной и дико одинокой: Сэм теперь постоянно проводит время с советом, идет война и близится зима, поэтому надо думать не только о том, как защитить себя и крестьян, но и думать о запасах на зиму. Мама старается во всем поддерживать брата, но все равно я вижу, что ей очень тяжело.       А что же я? Чтобы хоть как-то избавиться от мрачных мыслей, я коротаю время в библиотеке и богороще. Богороща единственное место, где я чувствую покой. В последнее время я очень жалею, что не пошла по вашим стопам и хоть немного не научилась владеть мечом. Наверное, умела бы я хоть как-то драться и постоять за себя, я бы не чувствовала себя столь беспомощной и беззащитной.       Надеюсь, ты получишь это письмо еще до того, как уйдешь за Стену. Расстояния… как я ненавижу это слово! Сотни миль отделяет меня от Натана и Томаса, и сотни миль отделяет меня от тебя.       Край за Стеной суров и холоден, я слышала рассказы, не многие оттуда возвращаются. Я помню, как ты пообещал не покидать меня, но не сдержал слова. Я понимаю почему и я не обиделась на тебя за это — в глубине души мне было ясно, что ты все равно уйдешь. Теперь я возьму с тебя другое обещание, Ашер, то обещание, которое ты просто обязан будешь выполнить — обещай вернуться.       Рут незамедлительно отправила ворона на Стену. Нельзя было тянуть время, Ашер должен его получить еще до того, как уйдет в Край одичалых. Одно название заставляло ее поежится: сразу чувствуется опасность, какая-то слепая безвыходность. Разве из такого холодного края за Стеной можно вообще вернуться?       Но Ашер ведь уже был несколько раз там и в результате всегда возвращался…       Рут старалась себя утешить как только могла. Возможно это война оставила свой след в ее душе, она стала слишком мнимой, впечатлительной и стала слишком часто грустить. Даже Сэм — ее частичка души, брат, душевная связь с которым у нее возможно даже крепче чем с Ашером, никак не мог ее развеселить. Хотя, его душа сама нуждалась хоть в каком-то увеселении. Рут казалось, словно они оба потерялись в этом жестоком мире войны.       Она не могла узнать своего веселого проказника брата, теперь каждый день перед ней был юный благородный лорд. А Сэм не признавал в ней хохотушку Рут, которая поддерживала все его проказы, обожала танцевать и прекрасно пела. Они словно забыли про это, перестали быть веселыми и неугомонными как только война мелкой поступью приблизилась к самым воротам Черной Заводи. Да, они с Сэмом еще очень юны, но отныне они — принадлежат войне.

***

      Рут готовилась ко сну, когда внезапно в дверь постучали. Она сказала, что можно зайти и быстро перевязала волосы лентой. Улыбка озарила ее лицо, когда она увидела Сэма. Да, может он изменился, выражение лица его было более серьезное и взгляд стал другим, твердым, проникновенным, но все же, это был ее горячо любимый Сэм, ее брат-близнец, с такими же серо-голубыми глазами, каштановыми волосами и такими же взглядами, как и у нее самой, на мир. Они даже могли говорить одни и те же вещи одновременно внезапно, не задумываясь, или кто-то начинал что-то рассказывать, а другой, ловко, словно так и было задумано, заканчивал мысль. Казалось, что у них была одна душа и мысли на двоих.       — Я слышал, пришло письмо от Ашера, — сказал он, проходя в комнату. Рут тут же взяла лист пергамента со стола и протянула брату.       — Ты был на совете, поэтому я сама написала ответ, — призналась она. — Ашер скоро снова отправляется за Стену, я хотела, чтобы он получил вести как можно быстрее. Сэм молча кивнул и свернул письмо, решая, что прочитает его потом.       — От Натана пришли не совсем утешительные вести, — проговорил он, — Робб Старк, лишился поддержки Карстарков.       — По какой причине?       — Он казнил лорда Рикарда Карстарка.       — Боги, зачем он это сделал?!       — Лорд Карстарк убил Виллема Ланнистера и Тиона Фрея, когда узнал, что леди Кейтилин освободила Цареубийцу. Они были молодыми оруженосцами кого-то из очередных дальних родственников Ланнистеров, — рассказал Сэм. — Мне понятен его гнев, но не стоило убивать детей, которые даже толком не сражались на поле боя. Мне кажется, Робб Старк придерживался такого же мнения, кроме того, Рикард Карстарк предал его доверие, видимо это разгневало короля.       — Но теперь войско Карстарков не будет принимать участие в войне, — покачала головой Рут.       — Именно поэтому Робб Старк затевает снова наладить отношения с Фреями с помощью свадьбы.       — Свадьбы? — удивилась девушка. — Но у короля Робба уже есть…       — Союз скрепится между Талли и Фреями. Лорд Эдмар возьмет в жены одну из дочерей лорда Уолдера.       — Хочешь сказать, что лорд Фрей так легко простил Роббу Старку пренебрежение к его семье и нарушение обещания?       — Тебе тоже кажется это странным?       На свое счастье Рут достаточно «удостаивалась чести» услышать что-нибудь о Фреях и очень хорошо ей запомнилась одна фраза: «Исключительно осторожно — он заботится прежде всего о себе и своем потомстве, а уже потом обо всём прочем, стараясь всякий раз принять сторону победителя». Естественно выводы напрашивались сами собой, да и вообще, девушка ни разу не слышала об этой семейке хоть какое-то приятное высказывание.       — Я лично не знакома ни с кем из Фреев, но… каждый раз, если речь касалась лорда Уолдера, то все только и делали, что говорили про его ужасный и скверный характер, — сказала Рут, — а также, он крайне обидчив и не терпит неуважения к себе. Слишком уж подозрительно, что он так легко согласился на смену Короля Севера, лордом Риверрана.       — Ты рассуждаешь точь в точь как матушка, — мягко улыбнулся Сэм, но у девушки это не вызвало ответную улыбку. Услышанные новости очень встревожили ее.       — Потому что это обязанность каждой женщины — предостерегать мужчин своего дома! — твердо сказала она. — Пока у тебя нет жены, Сэм, я должна быть твоей опорой и стоять за твоей спиной. Мама слишком сломлена горем, я должна быть рядом, пока она не соберется с силами.       — Рут, ты слишком сильно воспринимаешь все близко к сердцу, — по-доброму усмехнулся Сэм.       — Зато ты, как и Натан с Томасом, не чувствуете реальной опасности, — серьёзно сказала девушка. — Но я ничего не могу сейчас сделать. Даже если я отправлю письмо Натану, он не воспримет мои предостережения всерьез. Поэтому, я буду свято надеяться на то, что у лорда Фрея действительно хорошие помыслы.

***

      Но боги не вникли ее молитвам, не услышали, не пощадили ее душу и чувства. Рут казалось, словно черная туча несчастий и бед, повисла над Черной Заводью. Девушка боялась каждого шороха, каждого, кто ходил по замку, просыпалась ночью от кошмаров и постоянно плакала, чувствуя, что сердце ее разрывается от боли.       Когда мейстер Алистер, прочитал письмо всем присутствующим в главном чертоге, леди Селина громко закричала, а затем упала в обморок. Рут точно также хотелось бы потерять сознание, хоть на какое-то время потерять связь с реальностью, но она не могла. Все что ей оставалось делать, это каким-то ошеломленным взглядом смотреть в одну точку, чувствуя, как в душе постепенно образуется пустота. Почему-то она не чувствовала… ничего. Это не было безразличием или наплевательским отношением, просто Рут настолько ошеломили новости, что она даже и не смогла нормально осознать их. Это все равно что видеть знакомые буквы, которые написаны вразброс, образуя непонятные слова.       Сэм хочет что-то ей сказать, но девушка отмахивается и уходит, нетвердым шагом ступает по коридорам, по которым она когда-то бегала с братьями, играла, весело смеясь и резвясь. Перед глазами мелькали лица Натана и Томаса, но слез, как и еще каких-либо эмоций, не было.       Под взгляды слуг, которые уже тоже знали о том, что Черная Заводь потеряла сразу двух лордов, она пересекла двор, а затем обогнула конюшни, оказываясь в заросшем травой внутреннем садике. В этот день в богороще стояла тишина, даже ветер не нарушал ее своим шепотом и не ворошил кроны деревьев. Рут пошла вперед, нет, ей не хотелось молиться, ей просто хотелось посидеть на могиле отца и попросить, чтобы он позаботился о братьях. Семейное кладбище Слейтов находилось прямо за богорощей, в паре минут ходьбы.       Но словно какая-то невидимая сила заставила остановиться Рут и посмотреть на печальный лик бога. Вырезанные еще самими Детьми Леса глаза Старого Бога, как всегда заплыли красной смолой, которая медленно стекала по белому как кость стволу. Создавалось ощущение, что бог плачет кровью. И внезапно горе утраты накрыло ее с головой, сбило с ног, словно сильный порыв ветра. Рут почувствовала, как тело ее сотрясается от рыданий, она запрокинула голову и прижала руки к груди, чувствуя невыносимую ноющую боль. Она рухнула на колени продолжая рыдать навзрыд, а потом, почувствовав бессилие и вовсе рухнула на землю, комкая пальцами прелую листву.

***

      Печальные вести приходили одна за другой. Север пал и раздроблен, новыми Хранителями Севера теперь были Болтоны, которые убивают каждого, кто отказывается повиноваться, а род Старков, которые испокон веков правили этим суровым краем, иссяк.       Слейты всегда были преданы Старкам и считали их истинными Королями Зимы. Рут помнила, как отец не раз высказывался о мудрости правления покойного лорда Эддарда и о его справедливости. Поэтому даже для девушки было что-то противоестественное в том, чтобы признать власть Болтонов, но…       — Выхода нет, Сэм! — Селина была очень бледна и исхудала, под глазами залегли тени, однако, на смену ее горю и отчаянию пришла какая-то непоколебимая сила и решимость. Она потеряла мужа, двоих сыновей, кроме того, не смогла предотвратить уход Ашера на Стену и теперь женщина не собралась пускать все на самотек, предаваясь собственному горю. Она поплачет об умерших потом, вспомнит их, когда двое ее оставшихся детей будут в безопасности, когда в ворота Черной Заводи не будет стучаться война.       С событий Красной Свадьбы не прошло и двух недель, как ворон принес весть о том, что в замок направляется Харрион Карстарк для того, чтобы Слейты присягнули на верность Болтонам. Сэма крайне разгневало это письмо. Рут было страшно наблюдать за братом в этот момент. Он громко и гневно заявлял, что не преклонит колено перед теми, кто убил его братьев, кто предал истинного Короля Севера.       Мейстер Алистер и начальник стражи — Арнольд, пытались возразить юному лорду, но тот заставил их замолчать одним лишь гневным взглядом. Селина молча выслушала сына, наблюдая за его порывами сильной злости, а потом твердо сказала, что другого выхода нет.       — Что? — Сэм посмотрел на свою мать, словно та была умалишенная, но леди Селина была в своем уме, именно поэтому она и хотела присягнуть на верность Болтонам.       — Представь, что войско Карстарков и Болтонов врываются к тебе в ворота, что же тогда? — Она внимательно посмотрела на сына. — Драться до последнего? Так сказал бы и твой отец, и твои братья, но я бы возразила, как возражаю и сейчас. Героизм, Сэм, это хорошо, также как и хорошо то, что даже несмотря на проигрыш, ты все равно предан своей идее, но не стоит забывать, что ты — лорд. На твою защиту надеются подданные замка и крестьяне, что живут в Озерном городке, ты не можешь поступать столь опрометчиво!       Рут, в этот момент восхитилась мудростью и твёрдостью своей матери. Глядя на нее, девушка пообещала себе, что станет такой же, будет стараться поступать так, чтобы это принесло пользу ее семье, сохранило жизни родным, чего бы ей этого не стоило.       — Леди Селина права, милорд, — подал голос Арнольд. Его рука покоилась на рукояти меча, а взгляд светло-голубых глаз был обеспокоенным. Он понимал, какие именно сейчас испытывает эмоции юный лорд и сам был бы не прочь убить как можно больше Карстарков и Болтонов, но сейчас действительно не время для битвы. — Даже подчинение, может привести к победе, пусть и не сразу, но все же, хотя бы у нас будет гарантия на нашу безопасность. А если вдруг на Севере появится Старк, то мы непременно примем его сторону и отомстим за Натана и Томаса.       — «Мой горизонт — Север», — проговорила Селина девиз их дома. — Сэм, в первую очередь, ты должен думать о благополучии дома. Ты не сможешь помочь Северу и освободить его от Болтонов, если позволишь себе погибнуть. Сейчас не время.       Сэм отвернулся от матери, сжимая руки в кулаки. Рут буквально чувствовала волны негодования, что исходили от него, но она понимала, что как бы не был зол ее брат, он примет верное решение.       — Хорошо, — сказал он, не оборачиваясь, — я сделаю это, присягну на верность.       Селина улыбнулась, а Рут присела на стул, чувствуя, как от сердца отлегло. Так у них действительно будет хоть какой-то шанс, надежда на завтрашний день, на дальнейшее будущее.       — Да, — протянул мейстер Алистер, нарушая воцарившуюся тишину. Он стоял около разожжённого камина, протягивая руки к пламени. — Робб Старк — совершил свое правосудие, казнив Рикарда Карстарка. А Карстарки, позже, совершили свое, когда предали Старков и примкнули к Болтонам.       — Война меняет людей, — сказала леди Селина, — во всем этом меня радует только то, что не сами Болтоны решили взять с нас присягу.       — Почему же? — спросил Сэм.       — Карстарки конечно же тоже воинственны и жестоки, но у них не такая извращённая жестокость, которая присуща Болтонам, — ответила леди Слейт, — кроме того, я думаю, с ними действительно можно будет договориться…       — С ними можно будет договориться только в том случае, если лорд Харрион, хоть немного походит характером на Рикарда, а так, неизвестно, что именно нас ждет, — подал голос Арнольд.       — И все же это лучше, чем Болтоновский бастард, — возразила Селина, — как там его? Рамси Сноу, кажется. Ходят слухи, что он пытается возродить старую традицию Болтонов — а именно, сдирание кожи с человека заживо.       Рут передернуло от таких слов и она поежилась. Наверное, им и вправду повезло, по крайней мере, она надеялась на это.

***

      Это мучительное время ожидания длилось бесконечно. Рут бегала по крепостным стенам то и дело вставая на носочки и глядя вдаль, она ждала, ждала, когда люди Карстарков подойдут к воротам. Девушка боялась, но и в то же время была полна решимости — эту битву они не проиграют. Они преклонят колена, поклянутся в верности предателям, тем самым поставив под сомнение собственную репутацию, но не умрут. Они должны выжить, чтобы снова, когда придет время, помочь возродить Север.       Около западной башни располагалась горгулья, которая смотрела вперед своими каменными глазами и тянула когтистые руки вниз, словно пыталась схватить тех, кто проходил около башни. Юная леди Слейт задрала платье и ловко заползла прямо на эту горгулью, вытягиваясь словно тетива лука и неумолимо глядя вперед.       Это была ее отличительная черта, которая иногда казалась странной ей самой. В минуты беспокойства и страха, она почему-то невольно начинала буйствовать, смеяться, дурачиться, много говорить, словно пытаясь скрыть собственные эмоции.       И сейчас была похожая ситуация, вся Черная Заводь притаилась в ожидании, казалось, что даже Старые Боги замолчали в богороще и пытаются прислушаться к далеким звукам шагов и топоту копыт, казалось, что даже боги ждут появления Карстарков на чужой земле, которая никогда им не принадлежала. Только Рут не могла поддаться общему затишью, не могла замереть словно призрак в безмолвной крипте, нет, она носилась по стенам замка и все смотрела, все ждала, когда же придут те, кого она так боялась в глубине души.       Карстарки явились, как только сумерки начали постепенно окутывать Озерный городок и саму Черную Заводь. Еще издалека, Рут заметила огни факелов. Их было не очень много, возможно около двухсот человек, но все же, их было больше, нежели чем воинов в Черной Заводи.       Ворота открылись без промедления, небольшое войско, которое наверняка привели просто для того, чтобы показать свою силу и припугнуть, прошло во внутренний двор замка.       Рут поспешно спрыгнула с парапета крепостной стены, правда собственные ноги подвели ее и, наступив на юбку своего платья, она упала, больно ударившись правым коленом.       Волосы ее растрепались от ветра, платье местами было грязное и немного сползло с плеч. Сейчас она походила не на леди, а на дикарку, надо было срочно приводить себя в порядок!       Девушка не знала, должна ли она присутствовать на приеме или нет, ей никто ничего не говорил по этому поводу. Конечно, как сестра главного лорда дома, она должна быть в главном чертоге, когда Сэм и ее мать, будут приветствовать гостей, но и что-то ей подсказывало, что брат никак не хотел бы того, чтобы она там была.       Рут вприпрыжку бежала в свои покои, как внезапно столкнулась с матерью. Леди Селина, рассмотрев растрепавшуюся прическу и грязное платье, покачала головой.       — Иди в свои покои и быстро приведи себя в порядок, — сказала она дочери. Внезапно женщина обернулась и посмотрела на пустой полутемный коридор, словно подозревая, что кто-то их подслушивает. — Помнишь Натан подарил тебе охотничий костюм?       — Да, — ответила девушка не понимая с чего ее мать вдруг вспомнила про него: сейчас не лучшее время обсуждать ее наряды.       — Надень его и приходи в чертог, — сказала Селина, — извинишься перед гостями, скажешь, что была на конной прогулке. Так они ничего не заподозрят.       — Я не понимаю, матушка…       — Арнольд прав, мы не знаем, чего ожидать от лорда Харриона. Возможно их слова о том, что они просто хотят, чтобы мы поклялись в верности… всего лишь ложь. — Женщина посмотрела дочери прямо в глаза. — Мы должны быть готовы к худшему, таковы времена. Если вдруг ситуация выйдет из-под контроля, ты и Сэм должны бежать, бежать не оглядываясь. Я уже дала необходимые распоряжения, чтобы не случилось — вас будут защищать! Не думайте ни обо мне, ни о замке, ни о ком-либо еще, просто бегите, вы должны это сделать, чтобы потом возродить дом Слейтов вновь.       — До этого не дойдет, — проговорила Рут без должной уверенности. Слова матери немало напугали ее.       — Я надеюсь, что Старые Боги сейчас вникли к твоим словам, — тихо проговорила Селина и отвернулась, намереваясь уйти.       — Но причем тут охотничий костюм? — как-то растерянно и как-то ни к месту спросила Рут. Ее мать остановилась и обернувшись, с улыбкой посмотрела на дочь.       — Ты постоянно наступаешь на юбку своего платья.

***

      Служанки аккуратно заплели ее пышную копну. Коса получилась очень красивая, свисала почти до пояса — Рут всегда гордилась своими густыми длинными волосами. Девушка, по наставлению матери, нашла свой костюм и надела кожаный дублет со штанами и высокими, почти по колено, сапогами. В нем и вправду было гораздо удобнее, нежели чем в длинном платье. Рут про себя удивилась сообразительности и предусмотрительности леди Селины.       Она росла с братьями. Единственна девочка, притом младшая, девочка, которая всегда играла с ними, совершая проказы, так как это было лучше, нежели чем быть одной. Она росла с братьями и всегда старалась быть такой же храброй, даже несмотря на то, что она девочка, которой полагается расти как настоящей леди.       Рут всегда верила в богов и считала, что все в этом мире неслучайно. Даже черты характера, поведение, взгляды на жизнь, даже эти, казалось бы незначительные вещи, имели важное значение для нее. Глядя на свое прошлое и наблюдая на настоящим, которое оказалось жестоким и беспощадным, которое медленно протекает и заставляет наблюдать за кровопролитной войной, она понимала, что возможно не зря она предпочитала бегать, резвиться словно мальчишка, лазая по деревьям, нежели чем сидеть в покоях, занимаясь шитьем или чтением сказочных сказаний или песен. Поможет ли ей ее проворство сегодня, если опасения леди Селины сбудутся?       Рут посмотрела на себя в зеркало и внезапно ей показалось, что за спиной стоит отец и братья. Они не сдавались, значит, не сдастся и она.

***

      Из-за закрытых дверей чертога не доносился смех, были слышны громкие разговоры, но не более. Рут зашла в зал и тут же почувствовала на себе несколько десятков любопытных взглядов.       — Лорд Харрион, я хочу вам представить мою сестру — Рут.       Девушка посмотрела на невысокого мужчину с каштановой жидкой бородкой и темными глазами. Она не могла сказать, что глава дома Карстарков выглядел как-то угрожающе или вызывал у нее чувство ненависти, стоит лишь один раз взглянуть на него… Этот мужчина не вызывал ничего. Никаких эмоций, гневных чувств, даже несмотря на то, что он, как и все остальные члены его семьи, являются предателями.       Рут немного расслабилась. Девушка присела в реверансе, понимая, что так как она в охотничьем костюме, то наверняка сейчас смотрится нелепо. Но правила приличия — есть правила приличия, она должна это делать, хотя бы просто ради того, чтобы Карстарки сегодня оставили их семью в покое.       Сэм с непониманием посмотрел на сестру, мол, зачем ты вообще в это вырядилась? Рут поняла это по одному лишь взгляду своего брата-близнеца. Видимо с ним матушка не поделилась своими опасениями…       — Прошу простить меня, милорд, — сказала она, глядя на лорда Харриона, — я только вернулась с конной прогулки, не хотела заставлять наших гостей ждать.       — Вы прекрасны и в этом костюме, миледи.       Девушка застенчиво улыбнулась, почувствовав, что напряжение понемногу спадает.       Слуги начали накрывать на стол и все начали рассаживаться по местам. Опередив Харриона, Сэм сел во главе стола, с вызовом глядя на мужчину: пусть они и победили, но хозяином Черной Заводи может быть только Слейт!       Карстарк сощурил глаза, но ничего не сказал. Но по одному недоброму взгляду мужчины, Рут поняла, что он это обязательно запомнит.       — Признаться честно, я впечатлен, — сказал некоторое время спустя Карстарк. Его чаша с вином уже была наполовину пуста и возможно именно это и поспособствовало его разговорчивости. — В королевстве война и зима не за горами, но вы — Слейты, небольшая и не особо, по сравнению с нами, зажиточная семья, смогли обеспечить запасами себя и крестьян. Никто ни в чем не нуждается!       — Слейты живут в Черной Заводи очень давно, — произнес Сэм, — никогда наши крестьяне или придворные не испытывались сильной нужды, даже когда наши предки правили еще в самом Волчьем Логове.       — Именно это качество особо ценится во время войны, когда люди, как правило, голодают, — сказал Харрион. — Вы владеете, пожалуй, самыми плодородными землями на Севере и конечно, они не стали бы такими и без вашего труда. Лорд Болтон высоко ценит ваши заслуги, именно поэтому мы и предлагаем вам поклясться в верности новому Хранителю Севера, и тогда мы будем жить в мире и согласии. Вы будете под личной защитой нового Хранителя Севера и ни в чем не будете знать нужды.       Рут слышала сколько самодовольства проскальзывает в голосе Карстарка. Он-то не дурак, понимает, что у них фактически нет выбора. Либо повиноваться, либо умереть — другого не дано. Так к чему же все эти формальности? Да, у Слейтов действительно был такой талант: облагораживать суровую, холодную, северную землю, на которой очень трудно что-либо вырастить, но если смотреть правде в глаза, то им принадлежит не так-то уж и много земель. Ведь этот новоиспеченный лорд прав — Слейты пусть и тоже достаточно давно живут на Севере, но они не такие зажиточные как те же Карстарки или Болтоны.       — Я конечно немало польщен вашей внезапной вежливостью, — с нескрываемой злобой проговорил Сэм, — но давайте не будет притворяться хоть сейчас: вы прекрасно понимаете, что нам придется повиноваться, чтобы выжить.       — Н-да уж, — протянул Харрион, поигрывая с чашей вина. Рубиновая жидкость плавно, по кругу, размешивалась в емкости, — ты прав, мальчишка, выбора у вас действительно нет, но зато он есть у меня: я могу либо оставить вас в живых, либо убить как дворовых псов! Сэм ничего не сказал, лишь сжал руку, что лежала на столе, в кулак, бросая в сторону Карстарка гневный взгляд.       — Тебе наверное трудно осознавать, что ты практически уподобляешься крысе? — с усмешкой спросил Харрион. — Если я сейчас попрошу слизать пыль с моих сапог — ты сделаешь это! Если я прикажу упасть мне в ноги — ты сделаешь это! Он хищно улыбался, глядя на юного лорда Черной Заводи. Рут видела, что брат едва сдерживается. Она поняла, что ошиблась и на самом деле до дикости ненавидит этого ублюдка Карстарка!       Харрион отвел от Сэма взгляд и посмотрел на Рут, которая тут же отвернулась. Смотреть на эту крысиную рожу ей категорически не хотелось.       — Если я скажу, что сегодня буду трахать твою сестру — ты ничего мне не сделаешь!       Девушка встрепенулась, заслышав эти слова. Сэм побагровел. Селина, чтобы хоть как-то исправить ситуацию, громко кашлянула.       — Милорды! — Она взглянула на сына, а затем на Харриона. — Я бы попросила не говорить таких вещей и успокоиться! Лорд Карстарк, прошу, не забывайте, что мы принимаем вас как дорогого гостя и…       — Я тут не гость, а хозяин! — рявкнул внезапно мужчина и стукнул кулаком по столу. — Я предлагаю вам мир, но это не значит, что мы просто оставим вас в покое. Лорд Болтон может и ценит ваши заслуги, но он помнит на чьей стороне вы воевали…       — Если я не ошибаюсь, то вначале войны и вы, и лорд Болтон также воевали на стороне Робба Старка! — твердо изрек Сэм. — Так кого тут действительно стоит считать предателем, нас, или тех, кто даже не посмел напасть в открытую? Вы напоили воинов и потом, в разгар празднества, достали мечи и напали на безоружных людей! По-вашему это честная победа? Я слышал, люди из вашего войска потом присоединились к этой кровавой бойне.       — Заткнись, щенок! — Харрион вскочил с места практически что одновременно с Сэмом. Оба впились в друг друга ненавистными взглядами. Сир Арнольд и стража Слейтов, которая осталась в чертоге, напряглись, крепко сжав пальцами рукояти мечей. Леди Селина выпрямила спину, напряженным взглядом смотря на сына. Рут испуганно прижала руки к груди.       — Я тебе не щенок! Я лорд Черной Заводи! — прорычал юный Слейт. — Я согласен на ваши условия и я не буду идти против Болтонов, но ты сейчас же уберешься из моего дома, ублюдок!       — Как только лорд Болтон узнает…       — Да пусть идет в пекло твой лорд! — внезапно крикнул Сэм. — Он не Хранитель Севера и никогда им не станет!       Все произошло быстро… Харрион ударил юношу по лицу, тот покачнулся, но не упал, более того, он успел подскочить к Карстарку, хватая его за грудки и ударяя в ответ. Воины Слейтов рванули к своему лорду, но тут же столкнулись в жестокой сватке с людьми лорда Харриона. Сэм и Харрион вцепились друг в руга, дерясь врукопашную, Рут видела, как брат яростно бьет мужчину по лицу. Внезапно сзади подскочил солдат Карстарков, замахиваясь кинжалом на Сэма. Сама не понимая, что творит, девушка быстро перебралась через стол, на бегу хватая тяжелую тарелку. Но вдруг перед ней возник незнакомый мужчина, Рут не успела толком сообразить или как-нибудь отмахнуться от него своим «оружием», как в бок ей всадили кинжал. Девушка закричала, хватаясь за рукоять оружия, которым ее ранили. Она всего лишь на мгновение опустила взгляд, а когда снова подняла глаза, увидела, как ее мать стремительно подходит сзади, хладнокровно всаживая нож прямо в спину этому воину. Тело упало к ногам леди Селины, но взгляд Рут был прикован вовсе не к этому…       Двое солдат оттащили Сэма от лорда Харриона и скрутили ему руки. Рут даже не успела поддаться вперед, пытаясь хоть что-то предпринять, все что она успела сделать, это поймать на себе взгляд брата и через мгновение Карстарк перерезал ему горло.       Все поплыло перед глазами, девушка почувствовала дикую слабость и как ноги ее подкашиваются. Но внезапно ее резко рванули вверх, словно вырывая из когтей пучины отчаяния, горя и страха, и она снова увидела перед собой лицо матери.       — Быстро!       Никогда в своей жизни Слейт не могла подумать, что леди Селина обладает такой недюжинной силой. Она тащила дочь к выходу из чертога, скрываясь между дерущимися воинами от лорда Карстарка, следом за ними неумолимо двигался Арнольд, который отражал атаки и любую опасность. Слышались крики и пахло кровью, Рут казалось, словно она попала в один из своих кошмаров.       В голову ударила реальность происходящего, когда свежий ветер подул в лицо. Леди Селина, теперь уже на пару с Арнольдом, продолжали тащить Рут до конюшни.       — Ты должна бежать как можно дальше! — громко сказала женщина, наблюдая, как Арнольд усаживает дочь на лошадь. Селина посмотрела на рану, которую Рут зажимала рукой. «Боги, помогите моей девочке» — пронеслась мысль в ее голове.       — Я никуда без вас не поеду! — девушка со слезами на глазах посмотрела на мать и Арнольда. — Поехали со мной, пока есть время!       Но судя по отдаленным звукам, воины Карстарков уже были во дворе и наверняка разыскивали именно их — времени уже не было.       — Беги! — крикнула Селина.       Рут схватилась за поводья и рванув их на себя, направила лошадь галопом прямо через двор.       Лорд Харрион, который успел заметить девчонку, приказал немедленно закрыть ворота. Рут дернула за поводья еще сильнее, лошадь понеслась настолько быстро, что солдаты сами расступались, боясь, что их затопчут.       Оказавшись за пределами замка, девушка направила лошадь на юг, а затем, спустя время, резко свернула на запад, продолжая двигаться, пока не начало светлеть.