Мой горизонт - Север

      От кошмара реальности, Рут очнулась только под утро. Лошадь скакала вперед всю ночь и сейчас животное еле переставляло ноги. Девушка остановила свою кобылу, решая, что стоит отдохнуть.       Рана в боку отдавалась болью при каждом движении. Рут набралась смелости и сняв с себя шерстяной плащ и дублет, приподняла льняную рубашку чтобы осмотреть рану. Она все еще кровоточила, но, как показалось самой девушке, была не сильно глубокой, правда и тянуть с этим делом долго нельзя: надо срочно обработать ее и перевязать, иначе может начаться заражение.       Она остановилась на опушке, где в основном росли высокие корявые ели, а неподалеку протекал ручей. Слейт незамедлительно двинулась к источнику воды, чувствуя сильную жажду. Глоток ледяной воды как будто вдохнул в нее жизнь. Чтобы хоть как-то взбодриться, девушка ополоснула лицо, чувствуя, как щеки пощипывает от холода.       Рут присела на камень, недалеко от ручья, думая и гадая, что же ей делать дальше. Она не рассматривала того варианта, чтобы отправиться в Западные земли. Ее дед практически никак не интересовался жизнью матери, а на внуков ему и вовсе было наплевать. Старший брат мамы погиб пару лет назад, а младший, скорее всего живет с отцом и он также никаким образом не поддерживал связь с сестрой. Впрочем, нельзя было сказать, что сама леди Селина как-то рвалась с ними общаться, в этом случае не помогали даже кровные узы. Рут не знала ничего про своего деда и дядю, более того, она даже не представляла где именно может находиться замок в котором выросла ее мать, поэтому отправление в Западные земли как-то само-собой отпадало. К тому же едва ли она доберется… Разбойников сейчас целое множество, люди озверели из-за войны и нападают друг на друга, лишь бы выжить, ее и подавно никто не пощадит.       Девушка провела руками по волосам, чувствуя дикое отчаяние и бессилие. Она никогда не оказывалась так далеко от дома, более того, никогда не попадала в такие ситуации. Сейчас только она сама отвечает за свою жизнь, рядом нет отца, матери, братьев, которые могли ее защитить или помочь советом — она одна.       Рут хотелось заплакать, закричать, но она не могла, у нее не было сил на проявление столь сильных эмоций. Ей просто надо было решить, что делать дальше.       Внезапно она услышала пронзительное карканье. Слейт обернулась и посмотрела на ворону, что сидела на ветке дерева. Звук этот поначалу испугал Рут, но поняв, что это всего лишь птица, девушка успокоилась.       Ворона снова каркнула, а затем, посмотрела на Слейт своими черными глазами. И тут в голову девушке пришла одна мысль, которая, казалась ей единственным путем к выживанию.       Она отправится на Стену. Ведь там сейчас Ашер! Он обязательно примет ее и защитит! Рут выдохнула с облегчением, чувствуя, как от сердца немного отлегло.       Но внезапно она вспомнила, что Ашер сейчас находится за Стеной и неизвестно когда именно вернется. Брат однажды рассказывал ей, что из-за того, что их в плен взяли одичалые, они пробыли в этом диком краю целых полгода. А что если и на этот раз обстоятельства сложатся так, что ему придется задержаться на долгое время? Рут снова поняла, что зашла в тупик… Что же делать дальше?       Ашер ушел за Стену буквально пару недель назад. Куда идти и где искать укрытия, чтобы дождаться там его прибытия?

Стена защитит нас от злобных Иных, Замрет в ночной тишине. И Денни укутавшись в шерстяной плащ, Готовится к бою во тьме.

      Вспомнив строки любимой песни, Рут сползла с валуна и наклонила голову, чтобы рассмотреть свое отражение в водной глади ручья. Получится ли у нее?       Мысль эта закралась в голову внезапно и поэтому казалась девушке немного нереальной. Но с другой стороны, разве у нее есть выход?       Она покрутила головой так и сяк, пытаясь понять похожа ли она хоть немного на мужчину или нет. Губы пухлые, кожа лица белоснежная без единого изъяна, большие глаза, аккуратные черты лица… она мало походила на мужчину. Рут внезапно вспомнился оруженосец отца, он отлично дрался, хорошо сидел в седле, но внешность у него была откровенно девчачья, также она видела и женщин с мужеподобной внешностью, может никто ничего не заподозрит, если она вырядится в мужчину?       Девушка понимала, что идет на большой риск. Насколько знала она, прежде чем стать братом Ночного Дозора, пару недель новенькие просто живут среди братьев, показывая, что они умеют и на что способны, чтобы потом занять свою определенную нишу в братстве. Если сейчас ее план сработает и никто не заподозрит, что она девушка, то у нее будет в запасе немного времени. Но если Ашер не вернется по окончанию испытательного срока… то она должна будет принять клятву.       Рассказывать правду, девушка откровенно боялась, так как не факт, что ее в таком случае вообще не выпрут за ворота замка. Ночной Дозор не принимает участие в войнах, которые ведутся между лордами. Стена — это все равно что отдельный мир Семи Королевств, дозорные ведут свою войну и им наплевать на распри, которые устраивают лорды крупных земель. Не факт, что ее вообще выслушают. Кроме того, Харрион Карстарк либо сам, либо с чьей-то подсказки, обязательно навестит Черный замок, где как раз и служит Ашер, чтобы проверить, не прячется ли там сама Рут. Нет, она не может рассказать никому о том, кем является на самом деле, по крайней мере, пока не появится ее старший брат.       Юная Слейт прижала руки к лицу, понимая, что в этот самый момент, ее жизнь кардинально меняется и ничего уже не будет как прежде. Ее мир рухнул. Нет больше родителей, братьев, Черной Заводи, нет даже… ее самой. Чтобы выжить, она не должна быть леди благородных кровей — Рут Слейт. Она должна быть новоприбывшим в Черный замок, который изъявит желание стать братом Ночного Дозора.       Девушка достала кинжал, который ей вручила еще мать в конюшне, перед самым ее побегом, и посмотрела на острое блестящее лезвие. Перекинув косу через плечо, она отрезала ее у самого основания. Короткие курчавые пряди тут же распались, обрамляя лицо. Ее волосы — всегда были ее гордостью. Даже братья восхищались ее кудрявыми локонами, теперь у нее даже этого нет.

***

      Понять где именно находится север, а где юг, было несложно. Рут этому учил ещё в шесть лет Натан и насколько девушка помнила, ориентиры никогда не подводили брата.       Первое, что помогло ей определиться, этот тот самый валун, на котором она некоторое время назад, предавалась размышлениям: девушка просто посмотрела с какой именно стороны он покрыт мхом. Далее, чтобы точно убедиться в том, что она не ошиблась и точно помнит все наставления брата, Слейт подошла к трем высоким соснам и внимательно осмотрела стволы, убедившись в том, что у всех трех деревьев, смола выступает исключительно с одной стороны.       Поняв, в какую именно сторону ей надо двигаться, Рут забралась на лошадь, стараясь не обращать внимания на боль в боку, которая с каждым часом усиливалась.       Она гнала лошадь, снова выжимая из бедного животного все силы. По-другому было нельзя: Рут дико боялась того, что ее могут настигнуть Карстарки. Лошадь скакала с бешенной скоростью и один раз, девушка не заметила тонкую ветку, в результате чего, та хлестанула девушке прямо по щеке, пониже левого глаза. Рут поморщилась и почувствовала, как теплая кровь стекает по коже.       Она ждала появление Стены, как ребенок ожидает какого-то мимолетного чуда. Слейт все приглядывалась, надеясь увидеть это огромное ледяное сооружение — свой единственный путь к спасению.       Лошадь рванула вверх по оврагу, Рут сильнее вцепилась в поводья, чтобы не выпасть из седла. Стараясь не обращать внимания на сильные порывы ветра, она сняла капюшон с головы и громко ахнула, невольно восхищаясь зрелищем.       В этот момент ей казалось, что это огромная Стена и вовсе не имеет конца. Она уходила вдаль тонкой полоской, а ее верх терялся в клубах утреннего тумана. Величественной громадой она возвышалась, казалось, над всем миром и своей могучей тенью обозначала край Семи Королевств. Зрелище было настолько захватывающим, что Рут остановила коня, глядя вперед на великую Стену.       Теперь она понимала Денни Флинт… Стена эта, подразумевала собой не только величие Севера, но и какую-то тайну, загадку, которая была едва ли не чудом. Может Ночной Дозор уже не тот, что прежде, может братство постепенно и распадается, но все же. Рут внезапно почувствовала какую-то непреодолимую тягу, ей дико захотелось слиться с этой жизнью, которые ведут мужи Дозора, что облачились в черное.       Спустя несколько часов, она оказалась около ворот Черного замка, практически без сил, дико вымотанная. Все, чего ей хотелось, это просто забыться сном. Голова ее уже настолько не соображала, что все происходящее ей казалось нереальным. Пару раз, Рут даже серьезно думала о том, что когда ляжет спать, а затем проснется, то она снова окажется в Черной Заводи, рядом с родными.       К реальности ее вернул громкий крик часового, который сказал открыть ворота. Боль в боку усилилась, лоб покрыла испарина и девушке казалось, что еще чуть-чуть и она просто лишится чувств.       Въехав во двор Черного замка, она почувствовала на себе любопытные взгляды и тут же занервничала: ее не должны принять за девушку! Охотничий костюм никак не подчеркивал ее формы, а плащ и подавно должен их скрывать. Мысленно, Слейт попыталась успокоить себя.       Она увидела, как к ней направляются пару людей. Черноволосый мужчина невысокого роста и с каким-то угрюмым выражением лица, подошел к ней ближе.       — Кто ты такой? «Такой» уже звучало очень обнадеживающе для Рут.       — Я Ру… — опомнившись, она резко выдохнула, а затем поняла, что даже не придумала себе нового имени. Мужчина как-то подозрительно покосился на девушку, а та подумала о том, что надо было обрезать волосы сильнее.       — Я Итан, — выпалила резко Рут, — служил конюхом у Слейтов и мне нужен Ашер Слейт, я принес для него новости. Голос у нее, к счастью, сейчас был хриплым и осипшим, так и не поймешь с мужчиной или с девушкой разговариваешь.       — Какие новости?       Возглас раздался откуда-то сверху, девушка подняла голову и увидела на помосте мужчину, который стоял, положив руки деревянные перила. Мужчина уже был в возрасте и седовласый. Один его вид и злой взгляд, говорили и том, что он все и всех ненавидит.       — Карстарки захватили Черную Заводь и вся семья Слейтов убита, — заявила Рут, чувствуя, как на глазах наворачиваются слезы.       — И поэтому ты быстро унес ноги? — усмехнулся мужчина.       — Я выполняю поручение леди Слейт! — твердо заявила девушка. Рут слезла с коня, держась за бок. Черноволосый мужчина, который стоял рядом, заметил ранение.       — Парня надо к мейстеру, его ранили, — заявил он.       — Решил поухаживать за новеньким, Эдд?       — Он ранен, — просто повторил он, глядя на злостного на вид мужчину, который уже спустился с помоста и приблизился к ним.       — Надеюсь, ты не убил никого из людей Карстарков, еще не хватало того, чтобы какие-то заносчивые сраные лорды ошивались около Черного замка, требуя твою голову.       — Нет, — тихо проговорила Рут. — Но мне больше некуда идти…       — Это Ночной Дозор, а не бордель, куда заглядывает каждый желающий!       — Вам ведь нужны люди!       — Но не такие сосунки с девичьими личиками, как у тебя.       Рут почувствовала, как щеки ее становятся пунцовыми, но и вместе с этим, девушка ощутила злость. С братьями она часто вступала в споры и словестные перепалки и естественно, никогда не отмалчивалась. На этот раз Рут также решила не молчать, на свое несчастье совсем позабыв, что теперь она не дома и к тому же ее принимают за мужчину.       — Мое девичье личико будет получше вашего!       Она и опомниться не успела, как получила по лицу. Девушка упала в вязкую грязь, чувствуя, как она неприятно хлюпает под ее руками и ногами.       — Что тут происходит?       — Сноу, неужто ты к нам пожаловал?       — Что тут произошло, сир Аллисер?       — Я обязан перед тобой отчитываться? Ты тут не лорд-командующий.       — Как и вы, Торне.       Рут подняла голову и увидела, что Аллисер впился ненавидящим взглядом в мужчину, который стоял прямо перед ним. Он выглядел гораздо моложе с черными курчавыми волосами и темными глазами.       Обернувшись, Торне коротко посмотрел на Рут, а затем снова обратил свой злой взгляд на Сноу.       — Этот конюх как и ты, любит пререкаться, думаю, вы понравитесь друг другу.       Он ничего не ответил Торне, лишь перевел взгляд на Рут, которая, не спеша, поднялась на ноги.       Когда Аллисер, резко развернувшись, ушел, девушка почувствовала, как от сердца немного отлегло. Получить удар было очень неожиданно, но по крайней мере, так ей яснее некуда дали понять, что все-таки ее преображение в мужчину более-менее удалось.       — Как зовут? — обратился Сноу к Слейт.       Та, уже вроде как свыклась с мыслью, что она мужчина, которого зовут Итан и ответила без промедления. Эдд тут же вставил свое слово, сказав, что ее надо отвести к мейстеру из-за ранения.       — Я сам отведу его, — заверил мужчину Сноу.       Когда они вдвоем двинулись прямиком к замку, девушка подняла голову, посмотрев на кучерявую макушку своего заступника. Фамилия у этого мужчины была говорящая и означала только одно — бастард какого-то лорда, который наверняка отправил на Стену этого незаконнорождённого сына, лишь бы он не мозолил глаза. Так поступали многие лорды, Рут часто слышала подобные истории, либо отправляли на Стену, либо еще куда-нибудь, главное, подальше от себя. Слейт вздохнула: к бастардам всегда относились с суровой несправедливостью, будто действительно были виноваты они.       Поднятие по лестнице далось ей с трудом, даже несмотря на то, что поднимались они на небольшой помост, рана продолжала отзываться сильной болью. Однако, Рут перестала недоумевать по поводу того, что все еще находится в сознании. Видимо она оказалась гораздо сильнее чем думала. Ее отвлек множественный гул карканья воронов, девушка подняла голову и увидела много клеток наверху невысокой башни, судя по всему там находился птичник с почтовыми воронами.       Они зашли в небольшую келью, где было всего лишь одно окно. Путь оно было и достаточно большое, но все равно Рут показалось, что света в помещение проникает мало. В самой комнате было тепло, а в воздухе стоял сладковато-травяной запах. Девушка тут же вспомнила покои мейстера в Черной Заводи, там пахло точно также, более того, большинство пространства занимали шкафы и полочки со всевозможными пузырьками.       Из другой комнаты, проход в которую был плохо виден из-за громоздкого шкафа, вышел толстый запыхавшийся парень, который, завидев посетителей, робко произнес.       — Мейстер только что уснул. Что случилось?       — К нам прибыл новенький, — Сноу отошел в сторону, чтобы толстяк смог посмотреть на Рут, — из Черной Заводи, его ранили, нужна помощь.       — Ох, — он как-то заметно растерялся и было ясно, что парень понятия не имеет что делать: будить мейстера или как-то справиться самому. — А сильно ранение?       — Посмотри сам, Сэм, если ничего серьезного, не думаю, что стоит будить мейстера Эймона.       Имя этого парня тут же заставило Рут вспомнить ее Сэма, который погиб от руки Карстарка. Именно поэтому она и решилась на то, чтобы подбодрить парня.       — Там несильно, — проговорила она, — просто надо промыть и наложить повязку.       — Ага, — Сэм с каким-то сомнением посмотрел на Слейт, словно она его разыгрывает своими словами.       — Ты боишься крови? — догадалась она.       — Если только чуть-чуть…       — Я сама… сам промою, — запинаясь произнесла девушки, — дай мне все необходимое.       Когда Рут была маленькой, она часто любила всех «лечить», мейстер Аллистер даже серьезно задумался над тем, чтобы начать обучать девочку медицине. Не сказать, чтобы он научил ее многому, но азы мейстерского дела, девочка изучила и помнила до сих пор. Жаль, что леди Селина прекратила их занятия, когда узнала, она считала, что Рут не должна заниматься медициной, так как является дочерью лорда. Сейчас же, ей предстояло все вспомнить.       Рана и впрямь оказалась неглубокой, но болючая — жуть. Она часто падала и калечилась, когда резвилась с братьями, но боль от падений или случайных ударов, не могла сравнится с той болью, когда тебя безжалостно пырнули кинжалом.       — Значит, Черная Заводь пала? — спросил бастард, имя которого Рут так и не узнала. Рука девушки дрогнула, она капнула слишком много кедровой эссенции на рану и тут же почувствовала неприятное жжение.       — Слейты были очень преданы Старкам, — отозвалась она, накладывая повязку. Сэм принялся убирать кровавые тряпки со стола. — Даже когда мой брат узнал, что они пали… Девушка тут же замолчала, понимая, какую оплошность совершила.       — Мой брат входил в стражу Слейтов и присутствовал в главном чертоге Черной Заводи, когда пришли вести, — поспешно протараторила она, — даже тогда юный лорд Слейт не потерял отвагу и до последнего считал, что они не должны угождать Карстаркам и Болтонам. К сожалению, эта преданность стоила больших жертв.       — Старки тоже многим пожертвовали! — как-то обречённо сказал Сноу, а потом сказав Сэму, чтобы тот проводил Итана к Старому Медведю, ушел. Рут пораженно уставилась вслед этому молодому мужчине, не понимая, почему он так удручен падением дома Старков.       — Джон — бастард покойного лорда Эддарда Старка, — внезапно сказал Сэм. — Так что, не только Ашер все потерял… И теперь Рут стало ясно, почему в голосе Джона она услышала столько горечи.

***

      Старый Медведь очень огорчился услышав новость о Слейтах. Правда рассказала ему об этом не Рут, которую Сэм привел к лорду-командующему, а Торне, с которым девушке посчастливилось пересечься, как только она прибыла в Черный замок.       Мормонт очень долго рассуждал о том, что дом Слейтов очень давно основан на Севере и выказывал сильное сожаление по поводу того, что они пали вслед за Старками.       — В Черной Заводи Слейты прожили гораздо дольше, нежели в Волчьем Логове, очень странно теперь осознавать, что место это принадлежит Карстаркам, — вздохнул лорд-командующий. — Правление Болтонов на Севере не принесет ничего хорошего, но… не нам об этом рассуждать и вмешиваться в это. Сообщить эту новость Ашеру Слейту пока невозможно, он уже далеко за Стеной.       Мормонт замолчал, словно что-то обдумывая, он внимательно посмотрел на Рут, которая сидела перед ним. Девушке стало немного неуютно и сразу же она стала подозревать о том, что сейчас мужчина раскроет ее обман.       — А что стало с единственной дочкой Слейтов? — спросил Джиор, выходя из своих раздумий.       Вопрос настолько застал девушку врасплох, что она некоторое время смотрела на лорда-командующего стеклянными глазами, совершенно не понимая, что ей следует сказать.       Не знает? Не видела? Ее забрал к себе Карстарк? Сказать первые два варианта и лорд Мормонт тут же распознает в ней трусиху, точнее, труса, который побыстрее унес ноги из Черной Заводи, спасая свою шкуру. Нежелательно в Ночном Дозоре иметь такую репутацию, большинство братьев тут насильники и воры в прошлом, которые не знают, что такое жалость, ее же они и подавно раздавят, если узнают, чего она «на самом деле стоит». Последний вариант говорить тоже не стоит, у нее нет гарантий, что лорд Харрион не будет искать ее среди братьев Ночного Дозора.       — Леди Селина, еще перед тем как Карстарки явились в Черную Заводь, попросила подготовить лошадь для леди Рут, — осторожно начала девушка. — Она планировала спасти не только дочь, но и сына, правда все пошло не так…       Внезапно до Слейт дошло понимание, что притворяться ей безумно сложно. Ей надо рассказывать об этом всем, показывая лишь поверхностное расстройство, но на самом деле, душа просто разрывалась на части от горя. Полусонное и вымотанное состояние, которые не позволяли познать всю реальность происходящего, помогали ей сдерживаться, но что будет, когда она на трезвую голову осознает всю суть произошедших событий?       — Я видел, как леди Рут отбывает на коне одна, она покинула Черную Заводь в разгар битвы, — рассказала правду девушка.       — Значит есть вероятность, что она попытается найти защиты здесь, рядом с родным братом, — пробормотал Мормонт, правда он говорил это скорее самому себе, а не Рут.       Девушке было бы очень любопытно узнать мнение лорда-командующего, что касалась этой ситуации: как бы он отреагировал, явись к нему в Черный Замок настоящая Рут Слейт? Обеспечил бы ей защиту, позволил бы остаться или выгнал бы ее и выдал Карстаркам, если бы они потребовали это?       Наверное, если Мормонт прямо сейчас заявил ей, что ни за что бы не выдал девушку и позволил бы ей дождаться Ашера, Рут тут же рассказала ему о том, кем является на самом деле. Что-то заставляло Слейт невольно довериться этому человеку. Она уже набралась смелости, чтобы задать этот вопрос, как внезапно, дверь отворилась и в покои лорда-командующего зашел мужчина, тот самый, который первый подошел к ней по ее прибытию в замок — Эдд.       — Ты проделал долгий путь, — сказал Мормонт, обращаясь к Рут, — тебе следует отдохнуть и набраться сил. Так как ты не вор, не насильник, не грабитель, у тебя есть выбор: ты пришел сюда по своей воле, ты можешь сам решить, хочешь ты оставаться в Ночном Дозоре или нет. Но учти, мальчик, если ты решишь остаться — обратного пути не будет.       Слова эти были сказаны как предупреждение, однако для Рут они прозвучали в угрожающе-обреченном тоне. Хотя, разве ее ситуация сейчас позволяла воротить носом и отказываться от крыши над головой и защиты? Она не может себе позволить упустить такой шанс. Пусть ей и придется притворяться мужчиной и познавать совершенно непонятный, для нее — благородной леди, мир, она должна попытаться.       — Я останусь тут, — сказала Рут, правда голос ее звучал не особо твердо и уверенно. — Я хочу стать братом Ночного Дозора.

***

      Она провалилась в туманные пучины беспамятства, как только ее голова коснулась подушки. Кровать была старая, скрипучая и жесткая, но Рут вымоталась настолько, что ей было предельно все равно, главное, что она наконец может отдохнуть.       Сквозь сон она слышала завывания ветра, крики братьев во дворе Черного замка и чем слабее они слышались, тем призрачнее и нереальнее казались.       Слейт снилась родная богороща в Черной Заводи. Все было таким ярким, что девушка была твердо уверена в том, что все происходит наяву.       Она сидела на корнях чардрева, протяжно запевая песню. На ее руках покоился маленький щенок, который с удовольствием принимал поглаживания своей юной хозяйки.

Rouse yourselves and harken A thousand voices cry Sweep down from the Northern Wastes And burn beneath the frozen sky.

      — Мама сказала мне, что ты будешь здесь.       Рут вскинула голову и обожгла брата презрительным взглядом. На мгновение она замолкла, потому что пришла в полное замешательство: три года прошло, а он явился только сейчас!       Ашер возмужал и окреп. Вечно смешливые глаза теперь смотрели на нее со спокойствием и серьезностью, которые присуще каждому взрослому мужчине. Он изменился… И от этой мысли у Рут защемило сердце. Она с какой-то ненавистью посмотрела на черные одежды брата и отвернулась, продолжая баюкать щенка на руках. Забыв, на каком именно моменте песни она остановилась, Слейт начала петь сразу с припева, сделав вид, что даже не заметила старшего брата.

Sisters our salvation Forgive what we have done Our hope our liberation Burning like the sun.

      — Рут!       — Together now before us… Their witchery aflame.       — Рут! — Ашер сел рядом.       — Я не разговариваю с лжецами! — категорически отрезала она.       — Ох, леди Слейт, язык у вас длиннее чем сама Черноводная! — саркастически проговорил парень. — Перестань дуться.       — Три года прошло! За это время я получала от тебя только письма.       — Я не мог вырваться раньше. Служба на Стене — не игрушки.       Рут повернулась к брату и посмотрела в его глаза. Ашер не отвернулся, губы его растянулись в улыбке, а взгляд стал задорным, словно у шаловливого мальчишки. Внезапно она увидела в нем того самого «старого» Ашера. Того Ашера, который был до Стены. Продолжать обижаться уже не имело смысла, она дико соскучилась по нему.       — А каково это — жить на Стене? — спросила Рут.       — Ты всегда проявляла слишком большой интерес к Ночному Дозору, не удивлюсь, если ты вырядишься мальчишкой…       Рут открыла глаза. Слабый свет просачивался через приоткрытые ставни и немного освещал ее маленькую холодную комнатку. Этот сон окончательно выбил ее из колеи, более того, девушка даже не сразу могла сообразить где находится. Голос Ашера все еще звучал в голове, будто она разговаривала с братом только что, но внезапно перенеслась в другое место.       Понемногу она стала вспоминать все те события, что произошли недавно. Рут почувствовала тошноту и легкое головокружение, но скорее это было не от голода, а от страха, страха, который накрыл ее с головой, когда она вспомнила и снова осознала, что теперь совсем одна.       «Ашер, мой дорогой брат, если бы ты только мог знать, что слова сказанные тобой пару лет назад, сбудутся» — подумала Слейт.       Она медленно села, опустив голые ступни на холодный пол. Тошнота нарастала, девушка достала из-под кровати ночной горшок и ее вырвало.       Осознание всех произошедших событий словно приняло человеческое обличье и этот человек сейчас старательно душил ее холодными руками, все сильнее и сильнее сжимая руками горло, Рут снова склонилась над горшком…       После, она без сил снова легла на кровать и накрылась одеялом с головой, понимая, что больше не может сдерживать слез. Рут рыдала, уткнувшись лицом в подушку и кусая губы чуть ли не до крови.       Почему так сложилось? Что ей теперь делать? Как бороться за свою жизнь?       Она молила богов, просила оставить в живых мать и брата, но в результате, потеряла всех. С тех пор как Ашер ушел на Стену, она стала терять дорогих ей людей: отец, Натан и Томас, Сэм, ее мать… Почему же боги не забрали ее?       Рут не считала себя сильной и способной к выживанию в одиночку. Может сейчас она и придумала план, который, пусть и на время, но обеспечивает ей безопасность, но не факт, что она не закончит также как и Денни Флинт.       От горьких беспокойных мыслей ее заставили отвлечься шаги, звуки которых раздавались снаружи и возня во дворе. Черный замок просыпался и она должна проснуться вместе с ним. Она ведь теперь почти такой же брат Ночного Дозора как и все остальные. Чтобы в этом убедиться, Рут, перевернувшись на спину, шепнула в тишину:       — Я — Итан.       Она поднялась на ноги спустя пару минут, понимая, что лучше хорошенько рассмотрит Черный замок, нежели чем будет предаваться своему горю лежа в постели.       Девушка натянула на себя чистую рубашку и штаны, которые ей дали, а сверху надела дублет и шерстяной плащ, в которых прибыла вчера. Она уже было потянулась к волосам, чтобы, как она это делает обычно, собрать их в косу или хвост, но пальцы скользнули по коротким прядям, которые успели чуть завиться. Тяжело вздохнув, Рут опустила руку.       Она вышла в небольшой узкий коридор и уже хотела начать спускаться по лестнице, как внезапно заслышала шаги. Рут отступила от ступенек башни, что вели вниз, решая посмотреть кто идет к ней навстречу. Девушка удивилась завидев Сэма, с которым познакомилась вчера в палатах мейстера.       — О, ты тут, — запыхавшись проговорил он и остановился. Капельки пота проступили на его лбу. — Я искал тебя в казармах.       — Там не нашлось места для меня. Все казармы уже заняты, поэтому мне пришлось искать комнату в этой башне, — сказала Рут.       — Башня Хардина — тоже неплохое пристанище, многие братья тут живут, — немного улыбнувшись сказал Сэм, а девушка, после этой мимолетной улыбки, поняла, что Ночной Дозор переполнен не только преступниками и тут вполне можно завести пару тройку друзей.       — А зачем ты меня искал? — поинтересовалась она.       — Мейстер Эймон хочет сам осмотреть твою рану, — ответил парень.       — Ну веди меня тогда к нему.       Когда они вышли из башни, на Рут тут же налетел сильный порыв ледяного ветра. Конечно, Слейт являлась северянкой до мозга и костей, но даже она не могла ожидать, что на Стене царит такой лютый холод.       С неба мелкими хлопьями срывался снег. Скорее всего, через пару часов начнется настоящая пурга. Вороны в своих клетках каркали так громко, что Рут их слышала находясь на противоположном конце двора. Но, как успела заметить сама девушка, очень многих обитателей замка никак не смущал сильный ледяной ветер и поэтому некоторые браться Дозора, в данный момент, занимались во дворе. Кто-то дрался на мечах, кто-то пытался хорошо выстрелить из лука или арбалета, попав прямо в цель. Впрочем, в независимости от того, хорошо у тебя получалось или плохо, все действия братьев все равно сопровождались недовольными высказываниями того самого сира Аллисера, который опять же стоял на помосте, укутавшись в черный плащ.       Он словно почувствовал на себе взгляд Рут и тут же посмотрел на нее, как только та, подняла голову. Лицо Торне явно выражало презрение, поэтому девушка поспешила опустить глаза.       — Живее, Сноу, это новобранцы, а не леди благородных кровей! — рявкнул он. — Врежешь один раз — больше не посмеют повторить тех же ошибок!       Заслышав уже знакомую фамилию, Слейт обернулась и увидела Джона, который ловко отражал атаки своим мечом, несмотря на то, что на него надвигались сразу трое парней. Дрался он изрядно хорошо, даже слишком… Теперь до Рут дошло понимание того, почему Торне с таким «особым» отношением относится к Сноу. Этот бастард наверняка раздражал его своим умением.       Отвернувшись, она поднялась по хлипкой деревянной лестнице, довольно отмечая, что рана уже болела не так как вчера. Палаты мейстера встретили ее тем же травянистым немного удушливым запахом, но Рут с каким-то удовольственным трепетом вдохнула его. Она любила запах лекарств, любила все эти непонятные пузырьки и скляночки с непонятными для нее противоядиями, любила льняные свертки в которых хранились травы. Все это теперь явно напоминало ей о той жизни, которой теперь нет.       Мейстер Эймон оказался худым стариком с бесцветным глазами. Рут вначале не придала этому значение, но потом, заметив, что мейстер никогда не смотрит ни на кого прямо и обращает взгляд чуть в сторону, поняла, что он слепой.       «Так как же он осмотрит мою рану?» — с сомнением подумала девушка, однако, к мейстеру подошла. Хотя ей ли об этом рассуждать? Бывает невидящие глаза видят гораздо больше чем зрячие.       — Ты чувствуешь себя хорошо, — внезапно произнес старик, а Рут вздрогнула от его голоса. Говорил он утвердительно и девушка поняла, что не ошиблась.       — Да, — кивнула она, — хотя бывало и лучше.       — Видимо конюх — не совсем уж и конюх, раз знает, как самому себе заштопать рану.       Рут невольно насторожилась, однако, не стала что-либо говорить на эти слова. Лучше просто промолчать, чтобы никак себя не выдать. Неприятностей ей и так хватает.       — Моя помощь тебе тут не нужна, ты можешь перевязать рану сам, — сказал мейстер. — Сэм, растопи печь посильнее в моей спальне.       Парень тут же побежал выполнять поручение и через мгновение, он скрылся в комнате. Рут с невозмутимым выражением лица принялась менять повязку, но от чего-то руки дрожали.       — Очень жаль, что Слейты пали, — сказал мейстер, — я знал Бишепа Слейта — благородный человек.       — Однако, их больше нет, — тихо шепнула Рут и заправила рубашку. Рана немного затянулась и покрылась корочкой, беспокоиться по этому поводу больше не было смысла.       — Твоей отваги хватит на всю семью Слейтов, дитя. Слова эти встревожили девушку, потому что они прозвучали так, словно мейстер Эймон раскрыл ее обман.       — Я не отношусь к их семье, — попыталась выкрутиться она.       — В таком случае, я не слепой.       Девушка коротко поблагодарила старого мейстера за помощь и поспешила покинуть палаты, обещая самой себе, что будет заходить сюда как можно реже. Беспокойство с новой силой начало терзать Рут: а что если он знает правду и скажет кому-то? Доказать то, что она не является мужчиной, не составит и труда.       Северянка поспешно спустилась и тут же зашла под лестницу, прижимаясь спиной к деревянному столбу.       Никто ничего не должен узнать, иначе… ее постигнет участь Денни Флинт. ______________________________________________________________________ Malukah — Sisters of Salvation — песня, которую пела Рут. «Пробуди себя, читай и слушай Крики тысячи голосов Зачистка сравнима с Северными походами И гореть под морозным небом». «Сестры нашего спасения Простите, что мы сделали Мы надеемся, наше освобождение Горит, словно солнце». «Теперь рог зовет Его эхо похоже на копья…» Указан перевод только тех куплетов и строк, которые пела Рут.