Другая

— А-А! — Схватился за голову Юн. — Ленни, мы слишком расслабились! Как! Как мы могли про такое забыть?! — Точно! — Зено скопировал позу Юна. — Неужто сестричку Эви похитили?! Хак растерянно переводил взгляд с одного на другого, хотя ноги его уже готовы были в любое мгновение сорваться с места, ибо он уже понял одно — принцесса пропала. Опять… Но так бросаться, очертя голову, ещё толком не разобравшись, не было разумно, особенно если учесть, что этим двоим что-то было известно о похитителях. И Юн, и Зено оба голосили, а первый даже пару раз уже всхлипнул. Громовой Зверь рыкнул на них, призвав прекратить пороть горячку, и объяснить ему что к чему. — Ха! Тебя это не касается! — огрызнулся Юн. — Ленни, живо дуй наверх и собирай вещи, а я с господином Ондрием пока объяснюсь. Нам не нужно терять время! Юн ринулся к шинкарю, а Зено, потоптавшись на месте, виновато взглянул на Хака: — Ты не серчай, братишка-не бородач. Иви просто ревнует. Ленни тебе всё растолкует по дороге, — тут Жёлтый Дракон ему солнечно улыбается и всепонимающая мягкость струится из его глаз, — ведь братишка с нами пойдёт сестричку Эви искать. Зено продолжает улыбаться, но на миг на его лице появляется недоумение, ибо взгляд которым его одарил Громовой Зверь показался ему странным. — Спасибо, — спохватившись, бормочет Хак. Жёлтый Дракон ему кивает и быстро уходит наверх. «Да уж. Кем бы он себя не считал, Зено есть Зено». Чувствуя, как по груди разливается тепло, Громовой Зверь быстро несётся на свой постоялый двор, дабы забрать своё Гуань-Дао и нехитрые пожитки.

***

На удивление, Юн-Иви даже особо не сопротивлялся, когда увидел, что Хак поплёлся с ними. Лишь окинув его мрачным и недружелюбным взглядом, он в общих словах поведал, что нужно сделать и куда идти. И направились они… в сторону Заокраинска. Зено пояснил, что именно оттуда их начали преследовать какие-то люди. Что это за ещё за люди и почему они их начали преследовать, Зено честно сказал, что они вообще без понятий. А вот Громового Зверя, наоборот, это, казалось бы, совершенно скудная информация, навела на интересные размышления. Ведь, возможно, эти таинственные преследователи, имеют отношение к пропаже принцессы и остальных, и, наверняка, это они-то и виноваты, что с памятью этих троих происходят какие-то странные вещи. Да и опять, получается, что всё упирается в эти разнесчастные Драконьи Горы! Киджа, всё-таки, был в чём-то да прав. Где он сейчас… В любом случае, важнее сейчас всего принцесса и посему, им пришлось угнать лошадей, чтобы погнаться за похитителями. Главное, чтобы они с направлением не ошиблись.

***

— Ты же… Ты же должна спать мертвецким сном! — вскричал похититель, неловко вскакивая. — А ну стоять, зараза!!! «Зараза», разумеется, не став его слушать, бросилась наутёк, выбежав из пещеры в ночной и влажный лес, озаренный полной луной, что сияла из разрыва туч. Бегать Эви умела быстро и долго. Они с братьями, вообще, достигли больших успехов в таком замечательном навыке, как улепётывать со всех ног от проблем — у Иви даже была на такие случаи коронная фраза «Может дёру дадим?». Но… дождь расквасил землю да и кусты и деревья хлестали ветвями и цеплялись за одежды, и посему похититель вскоре догнал беглянку, схватив её за волосы. — Ай!!! — взвизгнула Эви. — Пустите!!! — Ишь чего захотела! — проворчал похититель, дёргая девушку к себе, которая… недолго думая, со всей силы ударила своим локтем его в живот. Охнув, он отпустил её, согнувшись пополам. Эви хотела толкнуть его, однако зря это сделала. Похититель был не лыком шит — он хватает её за руки и тащит за собой. Какое-то время эти двое барахтаются в грязи и рыжая девушка ругается так, что, если бы это услышал Хак, то у него завяли бы уши. Тут Эви изловчившись, пинает злодея левой ногой, в башмачке которой ещё находилось второе лезвие. От удара оно выскакивает и ранит похитителя. Заорав, он начинает кататься по земле, зажимая руками правую ногу чуть ниже колена. Слава Богу, подумала Эви поднимаясь с земли. «В ногу ранила. Не смертельно, но он выведен из строя». Лезвие у неё, как это не удивитльно, осталось в башмачке. Аккуратно затолкала его обратно и хотела было уже ретироваться, но… передумала. Держась на безопасном расстоянии, она обратилась к голосящему похитителю: — Послушайте, господин! Если вы расскажете мне кто вы и зачем меня похитили, я вас не оставлю. Перевяжу вам рану и всё такое. Злодей притих и Эви решилась подойти к нему чуть ближе: — Сейчас ночь и мы в лесу. А вы ранены, вы истечёте кровью и вас могут разорвать дикие звери. — Звери, говоришь? — вдруг усмехается похититель. — Звери — это ерунда по сравнению с ним. — Про кого вы говорите? Но злодей дальше ничего не сказал, ибо послышался странный треск и этот человек опять задёргался, наподобие червя на рыболовном крючке. А потом он резко затих… — Да что с вами… — Эви осторожно подошла ближе и боязливо заглянула в лицо. Сначала ей показалось, что он потерял сознание, однако, приглядевшись, она увидела, стекающую из уголка рта тёмную струйки крови. — Господин!!! — вскрикнула девушка и живо перевернув его на спину, прижалась ухом к груди. Сердце его уже не билось. Отшатнулась, зажав обоями ладошками рот. Да что же это такое?! Ведь не может же быть, что это она виновата?! Пригляделась к его лицу вновь и осторожно приоткрыла ему рот — лунный свет отразился от каких-то мелких осколков стекла, что были у него во рту. Он… отравился. Эви уже слышала от Иви о подобном. Девушка некоторое время сидела на мокрой и холодной земле, тупо уставившись на остывающий труп. Всхлипнув, она торопливо вытерла выступившие на глазах слёзы. И чего она ревёт, глупая? Ведь она в этом не виновата. Она по-человечески предложила ему помощь, хотя имела полное право убежать, а он вон что выбрал… В любом случае, негоже здесь сидеть больше в грязи, но… и оставлять этого человека на растерзание лесной живности нельзя. Нужно похоронить его, как подобает. И она тотчас же, не раздумывая, прямо здесь, начала рыть, обливаясь потом, влажную землю руками. На это она потратила всю ночь и утро, совершенно выбившись из сил, но доведя дело до конца. Эви не смогла захоронить его достаточно глубоко и посему ей пришлось натаскать камней с берега небольшого озера, что раскинул свои воды неподалёку. А ещё сверху для надёжности она накидала еловых лап. Прочитав молитву за упокой его души, девушка чуть ли не отключилась возле этой импровизированной могилы, но она слишком хорошо понимала, что это очень опасно, и посему, едва переставляя ноги, пошла к реке. Эви была очень грязной и хотела маленько поплескаться на мелководье; к тому же, она надеялась, что водичка немного прибодрит её. Залезла в холодную воду, не снимая одежды. Помыла лицо и даже волосы. И ей, действительно, стало лучше и она уже не чувствовала себя такой уставшей, хотя ощущение песка в глазах не пропадало. Было очень даже кстати, что дождь на самом деле улегся, и тучи уже почти разогнал ветер. Солнце щедро заливало лес и берег озера, где Эви сушилась. Погревшись в благодатном свете дневного светоча, девушка вновь почувствовала себя полной сил и настроение у неё улучшилось. Солнце перевалило чуть за зенит, когда Эви наконец покинула тот гостеприимный пляж, предварительно напившись воды. Сориентировавшись, она смогла вернуться к той пещере. И не зря. Там, возле её зёва, стояла на привязи лошадь. — Привет, красавица! — обрадовалась Эви. Лошадь всхрапнула и повела ушами. Видимо, в отличии от девушки, кобыла не очень-то обрадовалась, недружелюбно косясь на неё. — Не бойся, красавица! Я тебя не обижу, — ласково сказала рыжая, осторожно приближаясь к лошади. Но та, угрожающе заржав, чуть ли не встала на дыбы. И что же прикажете сделать? Поразмыслив немного, Эви зашла в пещеру и, действительно, там оставались ещё кое-какие пожитки того человека. Вспомнив про него, она невольно всхлипнула и сморгнула вновь набежавшие слёзы. Порылась в заплечном мешке и… обнаружила скромную пищу. Какие-то сухари, шмат твёрдого сыра и пару морковок. Только при виде еды, она только поняла насколько же голодна. С жадностью набросившись, Эви съела половину сыра и три сухарика. Также среди вещей похитителя она обнаружила мешочек денег, тёплый плащ и пару бурдюков, в одном из которых была просто вода, а в другом — что-то вроде браги. Брагу она маленько пригубила. Закутавшись в плащ, закинув на спину мешок и вооружившись морковкой, Эви опять вышла к лошади, пощипывающей траву. — Смотри, красавица, что у меня для тебя есть! — Девушка помахала морковью и осторожно протянула её к лошади. Кобыла принюхалась и тихонько заржала, и сейчас её ржание не было таким уж недружелюбным. С удовольствием уплетя морковь, лошадка благодарно уткнулась своим шелковистым носом в протянутую ладонь Эви. — Вот видишь, как хорошо! — сказала девушка, погладив её нос, а потом и вовсе обняв голову кобылы, прижавшись лбом к её лбу, и заглядывая в карие глаза. — А ты ругалась на меня, а ведь, если ты здесь останешься, тебя могут волки или даже медведь задрать. Взяла под уздцы кобылу. Теперь надо как-нибудь выйти на какую-нибудь дорогу. Вдруг ей кто-нибудь встретится, что сможет ей рассказать, где она сейчас находится и как ей вернутся в Загорск. «Ленни, Иви. Я обязательно к вам вернусь».