милый мизантроп

***

      Тэхен бежит, захлёбываясь болью, сейчас ощущение ненужности как раз кстати. Он не знает. куда бежать, дома у него нет, денег нет, знакомых, у которых остаться можно, нет. Ирония судьбы. Остаётся только бежать в никуда и можно ещё свернуть резко на дорогу попадая под какую-нибудь машину. Как никогда хочется разлететься на куски, даже в больнице легче было. — Какого хера тебя нет, когда ты нужен, будь ты проклят, поганый фотограф! — орет на всю улицу Тэхен, привлекая взгляды прохожих, сейчас похер, хочется вылить душу, пусть все слышат.  — Очень грубо, тебе не кажется? Ноги трясутся, Ким хочет убиться, у него уже глюки, как никогда хочется признаться в своей неадекватности и отправиться к Ли Джехвану, на очередную промывку. Он мотает головой и трёт глаза, тот, в кого он врезался, это глюк. — Ты в порядке? — голос подрагивает. Ким что-то нервно шепчет под нос, он похож на сумасшедшего. Хотя так и есть. — Я обдолбался, просто надо бежать, п-простите — Ким дёрнулся с места. — Эй, ты, херовая модель, куда ты дёргаешься? — голос становиться раздражительнее. Но Тэ лишь ускоряется, крутя в голове: «Блабла, я не слышу, это ебанные глюки!». На запястье сцепляются пальцы и заставляют остановиться. Ким во все глаза пытается разглядеть того, в кого пять минут назад врезался. Может, он просто похож? Очередная ирония судьбы?  — Я хотел зайти к вам, но ты вылетел, как ошпаренный, поэтому я побежал за тобой! — голос звучал жалобно, виновато, надломлено. Ким постоял в ступоре ещё минуту, он разбирался и ставил на полочку факт, что не показалось. Шлепок. — Да что с тобой? — Это тебе за то, что было в университете! — шлепок — Это за то, что спас меня! — шлепок, — это за то, что оставил… — из уголка губ спустилась красноватая дорожка, — это за то, что оставил записку! — шлепок и жалобное кряхтение, — это за фотоаппарат! — удар ослаб, а последнее слово было сказано с надрывом. — Я заслужил! — вытирая окровавленные губы, шипит Чон Чонгук, попутно заползая на лавку. — Тебе понравилось издевательство надо мной? Почти два месяца, сука, два! — Я не хотел, что бы ты страдал, но просто пойми, что это к лучшему! — Чем же? Тем, что я теперь псих и под постоянным контролем Джехван хена? Тем, что меня пичкают этими проклятыми таблетками? — Прости, Тэхён, но постарайся понять смысл моей фразы! — Я же псих, тупой дятел, инфантильный ребёнок, что я могу понять? — Не говори так! — Тебе можно. — Я это я, Ким Тэхён! — Даже так? Ну и что я понять должен, что ты урод? — Значит урод, ты же, наверное, не думал, что я вернусь и хотел просто забыть и отпустить? — Да, я думал лишь кем тебя заменить, вокруг так много красивых парней, да и Хосок может бросить свою шлюху и быть со мной! — А утверждал, что у вас ничего нет и он просто друг! Получается, что шлюха тут одна. — А ты ловко меняешь тему, тут виноват только ты, не обвиняй меня и моих близких! Ты отравил мою жизнь! Только ты во всем виноват, понял? — А сейчас, ребятки мы просто остановимся! — Какого хера ты тут делаешь, поебушка? — Ещё одно такое слово в мой адрес и твой язык окажется в твоей же жопе! — Мне так страшно… — Ким надменно фыркает. — Хочешь проверить? — Чимин хен, давай без этого? — шипит Гук. — Хорошо, просто захлопните пасти и идите за мной, все понятно объяснил? — Я сваливаю, меня от этого цирка тошнит! — Ким делает шаг, но короткие пальцы цепко хватают за рукав. — Ты пойдёшь только за мной! Хватит строить из себя крутого, языкатого паренька, хватит притворяться, что тебе тут все безразличны! У тебя колени трясутся от того факта, что Чонгук приехал, еле держишь в себе все сопли, что бы ни разрыдаться, как школьница! А ты вроде умный, Гук, а ведёшься на Хосока. Хосок не променяет личную домохозяйку, на безмозглый кусок смазливого тела! — Домохозяйка-хен, а почему тогда ты не держишь своего кобелька на поводке, что бы он к чужим сучкам не пристраивался? — Сучка тут только одна! — Просто завалитесь и идите, что так сложно понять? — Хотя бы куда? — Вы молча идёте за мной и не доебываете вопросами!

***

Полупустая квартира. Чимин вталкивает двух глупых детишек. — Мой дом! Аптечка на кухне к стене прибита! — А какого она на стене забыла? — удивляются оба парня. — Нет желания объяснять, пока пройдите, а я достану тапки, — Чимин скрещивает руки и злобно смотрит на застывших младших. — Ну, что встали? — Прости, хен~ — тянет Гук и проходит в зал, Тэхен плетётся на кухню. — Ну вот и замечательно, попались птички! — Пак тихо нажимает на ручку входной двери и выползает в подъезд — теперь вы не сбежите, ибо с десятого только ебланы прыгают, а с Тэхеном Гук, он не позволит, о двери я позаботился, еда есть, вода есть, пока детишки!

***

      Гук уставился на фотографию, висевшую на стене. Она была в серой рамке. «Профессионально» промелькнуло в голове. В квартире Пака было пустовато, никакой лишней мебели, лишь кофейный столик и диван, телевизор висел на стене. «Никогда бы не подумал, что Пак Чимин-хен такой минималист», нет никакого хлама, только все нужное. Давящая чистота заставляла покрываться кожу мурашками.  — Домохозяйка-хен, а ты не слишком чистоплотный? На слова Гука никто не отвечал. Парень вышел в коридор и столкнулся с нервным Тэхеном. — Где хен? — А мне откуда знать? Я думал он в зале. — Подожди — Гук подошёл к двери и дёрнул за ручку. — Он нас закрыл! — В смысле? — Ким отпихнул парня и принялся дёргать за ручку. — Если ты её вырвешь, мы тут точно навсегда застрянем! Давай лучше просто поговорим. — Мне не о чем с тобой говорить! — Правда? — Ты все сказал своим отъездом! — А не желаешь узнать, почему я уехал? — Зачем мне это? — Ты ещё любишь меня? — А за два месяца любовь проходит? — Можешь не бубнить под нос? Тэхен неожиданно резко вскинул голову. — Да какое тебе дело до психа? Зачем ты приехал? Ты опять хочешь создать видимость счастья, а потом исчезнуть? Да пошёл ты… — Я не могу никуда уйти, ровно как и ты… — Я могу уйти! — Правда? Ким кинулся к огромному окну. Шаг. Он на краю, тело дрожит, ноги сводит. Холодный ветер бьёт по щекам, ещё шаг и уже ничего не спасёт. Просто шаг и свобода. Шаг. Все обрывается. Голова пуста и только ветер уже не бьёт по щекам. Свобода.