По ту сторону баррикады.

Как говорится: время — не вечно, так и, по сути, есть. Неделя пролетела как вода. Маринетт поругалась с Альей. Сильно. Жёстко. Девушка дико извинялась за все, но голубоглазая была непреклонна. Все попытки Натаниэля помирить Адриана и Маринетт не увенчались успехом. Обычно заканчивалось ссорами, которые усугубляли ситуацию ещё хуже. Обычно, заметьте. Но последние три дня оба подопечных срывали все зло на Кутцберга. Подростки жаловались на друг друга, приходя чуть ли не ночью. Но вчера, если говорить откровенно, то сам юрист охренел, мягко говоря. Дошло до драки. Агресты разлаялись, как собаки, а потом чуть не убили психолога и друг друга. «Пиздец. Эти два придурка чуть не уебали меня вместе с домом. И что мне делать? Ебать ту Люсю в камышах». — Размышлял парень, лёжа в своей комнате с прикрытыми от усталости веками. Послышался звук битой посуды, отборный мат и крики с первого этажа. Лениво встав с кровати, Куртцберг вышел из комнаты и пошёл на звук ругани. — Пидор! — Сука! — Что здесь происходит? — спросил юрист, не повышая голоса. — Эта… неадекватная пытается меня изнасиловать! — верещал Агрест, яростно махая руками. — Пидоров не насилую! — ядовито отозвалась девушка, беря в руку сковородку. — Ага! Ты только голубых не трогаешь! Все ясно! — орал Агрест, подходя ближе к сестре. — Пиздец ты даун, — брюнетка закатила глаза, делая два шага навстречу. Натаниэль смотрел на этих недотеп и в его голове зародилась прекрасная, показавшаяся на тот момент, идея. — Заткнитесь, недоумки. Мне уже надоело слушать этот концерт всю неделю. Я уже готов повеситься! Вы у меня как иголка в заднице, уяснили? — спокойно проговорил психолог, помассировав виски от перенапряжения. — И что же ты предлагаешь? — вскинув бровь, спросил Адриан. — Игру. — Прикрыв глаза, отвечает Куртцберг. — А вот с этого места поподробнее, — попросила Маринетт, переведя взгляд на юриста. На лице рыжеволосого промелькнуло подобие ухмылки. — Я так полагаю, что вы мне ничего про свое детство не расскажете и причину давней ссоры, так? — приподняв бровь, спросил парень. — Ну! — хором ответили подопечные, отойдя друг от друга на полтора метра. — Значит я был прав, — кивнув самому себе, Куртцберг продолжил: — вы должны согласиться на эту игру. — Подожди, — остановила его Маринетт, переваривая слова, — то есть как? А условия? Правила? Я, если мне не понравится, играть не буду! — возмутилась Агрест, скрестив руки на груди. — Для этого я и говорю, вы должны согласиться на игру без ведома о том, что это вообще за игра и какие правила… Откажетесь играть — будете исполнять любое мое желание. — Потерев руки, отвечает юрист, победно улыбаясь. — Стоп, а с чего мы вообще должны соглашаться? — спрашивает Адриан, недовольно морщась. — Хорошо, пошли тогда на терапию. — Нет! — заорали подростки, махая руками в знак протеста. — Ну вот и отлично. Согласны? — Да, — буркнули хором сестра и брат, а потом, еще больше нахмурившись, спросили: — и в чем соль игры? — Хм, — психолог прикрывает глаза, расползаясь в улыбке. — Правила просты: на каждую просьбу нужно отвечать человеку согласием. Говоря проще, то, например, Маринетт попросит Адриана сделать ему салат, то ты, Адриан, должен сказать «да», в случае отказа — проигрыш. Играем до того, пока кто-нибудь не откажется. — Куртцберг, убрав за ухо прядь чёлки, добавляет: — победитель вправе задать любой вопрос двум проигравшим. То есть, смотрите, если выиграю я, то задаю вам целых два вопроса, поняли? — Хм, это будет просто, — хмыкает блондин, находясь в предвкушении. — Хорошо. Я согласна. — Раз, два, три! Игра началась!

***

— Твою мать, — фыркает сама себе Маринетт, шмыгая носом. Она уже тридцать минут сидит в комнате, боясь выйти. — Если я выйду — мне пиздец. Адриан буквально сразу же заставит меня сделать то, что я не смогу и я в пролете. Мне очень нужно выиграть! — ворчит Агрест, выходя на цыпочках в коридор, спотыкается об ковер, красиво падает, уронив при этом стол с вазой. Послышались шаги. — Бля. — Завопила девушка и, на удивление очень быстро встав, рванула обратно в комнату. — Маринетт, — пропел голос имя, постучав в дверь. — Сука! Нашел. — Шепчет голубоглазая, пытаясь не чихнуть. — Адриан, твою мать, сделай мне салат из помидор, живо! — протараторила брюнетка, поражаясь быстроте своего языка. — Блять, иди на… то есть, я хотел сказать… Да, Маринетт. — Агрест отошел от комнаты и голубоглазая свободно вздохнула. — Не успел, твою ж мать. — Ворчит парень, отправляясь на кухню.

***

«Отожмись!» «Приготовь пожрать.» «Прокричи «дура» из окна!» — и тому подобные задания, не стоящие внимания. Вечер наступил быстро, не смотря на то, как ребята бегали друг от друга, пытаясь выполнить как можно меньше заданий. Агрест крался на кухню, дабы перекусить, но шорох со стороны гостиной заставил его подавиться собственной слюной и в ужасе распахнуть глаза. — Адриан, — позвала его Маринетт, приятно скалясь. — Адриан, — повторила она, выдыхая. «Ох… Что же делать?» — А-а-а, Адриан, я тебя нашла! — победно кричит девушка, улыбаясь. — Адриан, я хочу… — Поцелуй меня, Маринетт! — требует блондин, сглотнув и сжав кулаки до побеления костяшек. Удивленный взгляд и непонимание со стороны сестры заставили Агреста победно ухмыльнуться. Но кто же знал, что Агрест на многое способна?!